Две недели пролетели в сумасшедшем ритме, смешав в одну кучу рутину, учебу и настоящий адреналиновый кошмар.
Утро Илая неизменно начиналось с отработки долга за выбитые окна. Он выполнял мелкие поручения Октавии — от уборки территории до перетаскивания тяжелых коробок на складе. Затем шли уроки. Особенно Илая увлекли занятия по географии и обществознанию, которые наконец-то расставили всё по своим местам.
Мир оказался куда сложнее, чем он думал. Илай узнал, что государство, в котором они находятся — Аурилия, — это страна, где бок о бок живут маги, обычные люди и два вида оборотней: волки и лисы. Но так было не всегда. Преподаватель рассказывал о чудовищной Войне Трех Рас, которая много лет назад охватила континент. В то время существовало три могущественные державы: Варгария — суровые земли волков, Сильвенар — страна лисов, и Метрополия — технологичный и опасный мир магов и людей.
Война истощила все стороны, потери стали катастрофическими. Чтобы избежать полного взаимного уничтожения, лидеры трех стран подписали мирный договор. Каждое государство отрезало часть своих территорий, и на этих пограничных землях была создана новая, нейтральная страна — Аурилия, ставшая домом для объединения трех рас.
Помимо уроков, Илай зачитывался книгами в библиотеке. В одном из старых фолиантов по биологии оборотней он с удивлением прочел, что волки и лисицы — далеко не единственные перевертыши в мире. Оказалось, где-то далеко в джунглях обитают скрытные оборотни-пантеры, а в глубинах океанов прячется таинственный водный народ.
Но настоящим испытанием этих двух недель стали попытки овладеть магией.
Кит, прознав от Луны о том, что способности Илая пробуждаются только в моменты паники и угрозы для жизни, воспринял это как личный вызов. И, разумеется, решил «помочь» братану. Без всякого на то согласия. Вскоре к его затеям с энтузиазмом подключилась Трисс, чья фантазия оказалась пугающе изощренной.
Для Кита и Трисс это превратилось в невероятно веселое времяпрепровождение. Чего нельзя было сказать об Илае. Его жизнь превратилась в параноидальный фильм ужасов.
Шоковая терапия подстерегала его везде. То Илай, зайдя в душ и включив воду, обнаруживал падающего ему на голову огромного мохнатого паука (идея Трисс). То выпивал чай за ужином, чувствовал непреодолимую сонливость, а приходил в себя подвешенным за ноги на вершине самого высокого дерева в лесу (совместный проект Кита и Трисс).
Илай их искренне ненавидел в такие моменты, но вынужден был признать: метод работал. В состоянии чистого ужаса его пространственная энергия действительно откликалась.
Пройдя через этот ад, Илай начал понемногу понимать механику своей силы. Ему удалось освоить базовые вещи: теперь он мог силой мысли, искажая пространство, передвигать предметы весом около килограмма. В моменты опасности он научился на короткое время окутывать свое тело плотной энергетической пленкой, использую её как невидимый щит. И даже, падая с того злополучного дерева, он в панике смог замедлить падение, заставив себя парить в воздухе на несколько секунд.
Всё это давалось ему невероятно тяжело. Каждое использование магии выжимало из него все соки, оставляя сильную мигрень и тошноту. Но с каждым разом понимание структуры маны улучшалось, а резерв сил постепенно рос.
Однако совершить настоящий пространственный скачок за эти две недели у него получилось всего один раз.
Это случилось вечером, когда Илай, уставший и настороженный, шел по тропинке в лес на очередную тренировку. Вдруг кусты впереди с треском разлетелись в стороны. Прямо на него, с оглушительным, леденящим кровь рыком, выскочили два огромных зверя: массивный бурый лис размером с медведя и гигантская рыжая лисица. Клацая челюстями, они бросились ему в лицо.
Сердце Илая пропустило удар. Мозг отключился, уступив место чистому инстинкту выживания. Пространство вокруг него сжалось, поддаваясь его воле, и в следующую долю секунды он с громким хлопком исчез, материализовавшись в десяти метрах позади. Он тяжело дышал, но перед ним уже искрился плотный, готовый к удару энергетический щит.
Звери резко затормозили, переглянулись, и их силуэты поплыли. Через секунду перед ним голяком стояли Тиа и Кит. Кит ржал так сильно, что держался за ствол дерева, чтобы не упасть, а Тиа весело хихикала, поправляя растрепанные рыжие волосы.
Илай был готов придушить их обоих голыми руками, но, когда первая волна адреналина спала, он опустил руки и прислушался к себе. Он осознал нечто невероятно важное.
Этот скачок дался ему гораздо легче, чем в самый первый раз. Его тело, поначалу отторгавшее пространственную магию, постепенно привыкало к колоссальным нагрузкам. Если раньше даже малейшее использование способностей вызывало дикую мигрень, ломоту в костях и тошноту, то теперь магические каналы расширялись, адаптируясь к проходящей через них энергии. Побочные эффекты становились всё слабее.
С каждым таким экстремальным испытанием Илай всё глубже понимал саму природу своей магии. Он больше не был слепым котенком, бьющимся о стену. Он начинал чувствовать текстуру пространства, интуитивно понимая, как его изогнуть или уплотнить. За эти две недели сумасшедшей практики он открыл в себе целый спектр новых возможностей: лучше научился телекинетически сдвигать предметы, формировать защитные барьеры из чистой энергии и даже ненадолго бросать вызов гравитации, замедляя свое падение.
Да, пока что он делал лишь маленькие шаги. Но с каждой такой крошечной победой его мощь неуклонно росла, а резерв сил увеличивался. Илай твердо знал: чтобы стать поистине сильным магом, перестать зависеть от паники и получить абсолютный, холодный контроль над своим уникальным даром, ему предстоит пройти долгий путь. Но теперь он смотрел вперед без страха. Это был лишь вопрос времени и упорных, изнурительных тренировок. И он был готов к этому.
Солнце только начало припекать, когда Илай с сумкой на плече проходил мимо открытого тренировочного плацдарма Обители. На матах, усыпанных мелкой резиновой крошкой, разминалась Трисс. Она делала сложную растяжку, демонстрируя поразительную кошачью гибкость, когда заметила его.
— На тренировку собрался? — окликнула она его, легко выпрямляясь.
— Да, в лес, — кивнул Илай, не сбавляя шага.
Трисс загадочно усмехнулась, скрестив руки на груди.
— А может, пора уже переключиться на настоящую тренировку? — она выразительно кивнула на пустующий ринг в центре плацдарма. — Хватит с деревьями воевать.
Илай остановился. Он прекрасно понимал, к чему она клонит. И так же прекрасно осознавал, что против сверхъестественной скорости и инстинктов оборотня-воительницы ему ловить нечего.
— Куда мне против такой могущественной и опытной воительницы, — с легкой, обезоруживающей улыбкой ответил Илай, решив прибегнуть к откровенной лести, чтобы избежать избиения на ринге.
Но Трисс этот трюк не впечатлил. Она прищурила свои выразительные глаза и склонила голову набок:
— Ого. Не думала, что ты такой трусишка, Илай. Хотя... — она картинно вздохнула, — понимаю. У тебя же есть Луна. Если кто-то тебя обидит, твоя альфа-девочка всегда прибежит и защитит своего нежного мальчика.
Это был запрещенный прием. Трисс намеренно, хирургически точно била по его мужскому самолюбию. Илай прекрасно понимал эту манипуляцию, но когда со стороны трибун послышались смешки парочки молодых оборотней, наблюдавших за их перепалкой, внутри него что-то щелкнуло.
«А почему бы и не попробовать?» — подумал он, бросая сумку на скамейку.
— Ладно. Ты сама напросилась, — хмыкнул он, шагая на маты.
Лицо Трисс озарила хищная, предвкушающая улыбка.
Они встали друг напротив друга. Один из зрителей-оборотней, решив взять на себя роль судьи, поднес к губам спортивный свисток.
Резкий звук разорвал тишину.
Илай даже не успел моргнуть. Трисс просто исчезла, превратившись в размытое пятно. В следующую долю секунды она словно материализовалась прямо перед ним. Прежде чем он успел поднять руки для блока, она совершила немыслимый акробатический кульбит: запрыгнула на него, обхватив его шею ногами, и резким переворотом в воздухе повалила на лопатки.
Удар о резиновую крошку вышиб из Илая дух.
Не успел он опомниться, как Трисс уже удобно устроилась верхом на его животе, придавив его руки к мату.
— Какой же ты всё-таки неженка, Илай, — промурлыкала она, сверху вниз глядя на его ошарашенное лицо, и её глаза смеялись. — Даже скучно.
Смех оборотней на трибунах стал громче. Илай стиснул зубы. Смущение быстро сменилось злостью и спортивным азартом. Он был решительно настроен уложить её на лопатки хотя бы один гребаный раз.
— Слезь с меня. Продолжаем, — процедил он.
Спарринг превратился в избиение младенца, но Илай не сдавался. Поняв, что обычными рефлексами оборотня не взять, он мысленно активировал чертежное зрение. Мир мгновенно распался на векторы и геометрические линии. Теперь Илай видел биомеханику Трисс: он мог просчитать распределение её веса, напряжение мышц и траекторию её следующего рывка еще до того, как она его делала.
Он знал, откуда прилетит удар. Он видел её маршрут.
Но была одна критическая проблема: его человеческое тело просто не успевало за мозгом. Трисс двигалась хаотично, невероятно быстро, она кружила вокруг него словно ураган, весело посмеиваясь над его неуклюжими попытками уклониться. Илай видел её атаку, посылал сигнал мышцам поставить блок, но кулак или подсечка Трисс достигали цели на долю секунды раньше.
Он падал, поднимался, злился, снова активировал зрение, пытался поймать её на противоходе — и снова летел на мат.
Спустя полчаса измотанный, тяжело дышащий Илай лежал на спине, глядя в небо.
Счет был разгромным: девятнадцать — ноль в пользу неутомимой Трисс.
С того самого унизительного разгрома в расписании Илая появился новый, принципиально важный пункт. Он так и назывался: «Победить блондинистую лису».
Так пролетела еще одна неделя изнурительных тренировок. Илай прекрасно понимал: как ни крути, его человеческое тело никогда не сможет конкурировать со сверхъестественными рефлексами и скоростью оборотня. Поэтому он решил брать другим — интеллектом и магией.
Вскоре Илай заметил еще одну удивительную особенность своей пространственной магии: в самые экстренные, пиковые моменты спарринга время для него словно становилось тягучим, немного замедляясь. Эта фора в миллисекунды давала ему возможность успеть выставить невидимые энергетические щиты, о которые Трисс всё чаще разбивала свои атаки.
И вот, настал день очередного спарринга.
Солнце заливало тренировочный плацдарм. Трисс, включив свою невероятную скорость, превратилась в размытое золотистое пятно. Она хаотично кружила вокруг Илая, словно голодная хищница, выжидая того самого идеального, утонченного момента, чтобы одним ударом сокрушить его защиту.
И вот этот момент настал.
Трисс сделала молниеносный, невероятно правдоподобный выпад, всем своим видом показывая, что собирается атаковать со спины. Рефлексы сработали против Илая: он резко повернул голову назад, чтобы выставить блок, открывая грудь и шею.
Губы Трисс тронула победная ухмылка. Уловка сработала. Решив, что очередная, легкая победа уже у нее в кармане, она со сверхъестественной скоростью изменила траекторию и мощно прыгнула на Илая спереди, намереваясь снова повалить его на маты.
Но Илая было уже не удивить такими простыми фокусами.
Он ждал этого. В тот момент, когда Трисс оторвалась от земли, мир для Илая привычно замедлился. Вместо того чтобы паниковать, он максимально сфокусировал свою ментальную силу. Он живо представил, как само пространство сгущается, превращаясь в гигантскую, невидимую руку.
Трисс уже предвкушала удар о резиновую крошку, как вдруг... гравитация перестала работать.
Она резко, словно врезавшись в невидимую стену, зависла в полуметре от Илая. Невидимая пространственная хватка стальным кольцом сжала её талию. Лицо Трисс вытянулось от крайнего удивления. Будучи сбитой с толку, она инстинктивно дернулась, попытавшись вырваться, её ноги комично забарабанили по воздуху, но хватка была железной. Грациозная воительница оказалась абсолютно беспомощной, зависнув в воздухе, как пойманная за шкирку кошка.
Илай посмотрел на её ошарашенное лицо, широко и довольно улыбнулся, а затем сделал легкое, небрежное движение кистью руки в сторону.
Невидимая сила послушно швырнула Трисс по дуге, и она с глухим стуком приземлилась на траву ровно в полуметре за пределами тренировочных матов. Аут.
— Моя первая победа! — с нескрываемой радостью и облегчением объявил Илай, поднимая руки вверх.
Повисла секундная тишина, которую тут же нарушили звонкие хлопки. Илай обернулся и увидел на краю плацдарма стайку маленьких лисичек лет десяти. Дети, затаив дыхание наблюдавшие за спаррингом взрослых, теперь восторженно прыгали и аплодировали победителю, искренне радуясь такому необычному финалу.
Трисс, сидя на траве и отряхивая штаны, удивленно моргнула, а затем, не сдержавшись, звонко рассмеялась, признавая свое поражение.