「―――――― 」
Дочь великого герцога Севера, Эчина Лутон.
Она пришла в отель «Эриан» впервые за очень долгое время. После смерти матери, когда это место оказалось заброшенным, она лишь издали поглядывала на него. Она боялась столкнуться лицом к лицу с плачевным состоянием отеля, который когда-то так нежно любила.
Однако. Наконец-то появился новый владелец.
Сначала она не могла поверить, что он взял отель под свое управление. Не было никакой возможности, чтобы простой кандидат в секретари семьи справился с этим. И всё же, встреченный ею человек обладал странным чувством исключительности. Благодаря этому она набралась смелости нанести визит — хоть и терзаясь сомнениями. Последнее наследие её матери, отель «Эриан».
«Как и ожидалось, перед входом пусто».
Пространство перед величественным старомодным входом было совершенно безлюдным. Эчина посмотрела на него со сложным выражением лица и ступила на красную ковровую дорожку в своих военных сапогах.
«Ничего не поделаешь, раз это первый день, но всё же это разочаровывает».
С холодным выражением лица дочь великого герцога вошла в лобби. Она ожидала, что её пустой взор встретит одинокая стойка регистрации. Но. То, что приветствовало её, совершенно отличалось от воображаемого.
「Мы рады служить вам. Добро пожаловать в "Эриан"」.
Персонал отеля выстроился в ровную шеренгу, склонившись в приветствии. А в конце их строя величественно и прочно стояла статуя слона.
— Для нас большая честь приветствовать вас, леди Эчина.
Лобби, которое, как она ожидала, будет казаться безжизненным, кипело той яркой энергией, что встречается лишь в отелях высшего класса.
— Прошу прощения, но менеджер и директор находятся в лаунже. Позвольте мне проводить вас?
На вопрос сотрудника в темно-синей форме Эчина молча покачала головой. Заложив руки за спину, она просто стояла, тихо оглядывая отель.
— Нет, я хорошо знаю это место. Я осмотрюсь сама.
Персонал тяжело сглотнул при звуке характерного морозного тона дочери великого герцога Севера. Затем, как и было велено, они осторожно отступили.
— Слон... Напоминает мне о детстве. Однажды я видела такого на родине моей матери.
Возможно, потому что она пришла прямо из Академии, на ней была форменная юбка и белая рубашка.
— Должно быть, совпадение.
Эчина мягко поправила форменный жакет, наброшенный на плечи. Затем она прошла мимо статуи слона с отсутствующим взглядом и направилась к лестнице.
「……」
Чем глубже она входила в отель, тем сильнее у неё начинало щемить в груди по причинам, которые она не могла объяснить. Было такое чувство, будто она возвращает давно утраченное место заветных воспоминаний.
— Художественная выставка?
Когда она спустилась по лестнице, её взору открылись бесчисленные произведения искусства. С первого взгляда распознав их ценность, Эчина позволила слабой улыбке коснуться своих губ.
— Умный ход. Вероятно, они не могут отремонтировать отель немедленно, так что это мудрая стратегия.
Звук её военных сапог торжественно отдавался эхом в галерее.
— И всё же чего-то не хватает. Нет знакового экспоната, достойного отеля, построенного домом великого герцога.
Оценивая обстановку острым взглядом, она продолжила спускаться. Но на последней ступени Эчина замерла.
「……」
Та самая символическая вещь, о которой она упоминала. Потому что она столкнулась лицом к лицу с последним фрагментом пазла, который завершал это прежде пустое пространство. Самое центральное место в галерее. Там висел портрет прекрасной женщины. Как она могла её не узнать?
Эчина не могла вымолвить ни слова, впервые за пять лет встретившись с портретом матери. Она просто стояла там, тупо глядя на нежную улыбку матери.
— Я ошибалась.
Её золотистые глаза поймали свет полуденного солнца. Благодаря этому её некогда безжизненные зрачки засияли, как спокойная гладь реки.
— Отель уже был идеален.
Дочь великого герцога мягко провела рукой по раме портрета. Он годами хранился в хранилище, и вот наконец вернулся на свет. Её алые губы слегка дрогнули при этом виде. Женщина, годами жившая без эмоций, не могла вернуть себе мимику так быстро. Но она поняла, что в последнее время начала улыбаться — пусть даже втайне.
— Может, пришло время мне научиться делать комплименты, хотя бы раз.
Дочь великого герцога тихо прошептала это самой себе и пошла обратно вверх по лестнице. Затем она направилась прямиком в лаунж, о котором упоминал персонал. Её шаги были гораздо легче, чем когда она только прибыла.
――――――
Однако, когда она вошла в бар, Эчина внезапно была вынуждена остановиться. Прямо перед её глазами были я, Елена и святая Истина. И перед ними я говорил с решительной настойчивостью:
— Мне жаль, но я вынужден отказаться.
На мой холодный и четкий отказ Истина на мгновение замолчала. Глядя на её безмолвное выражение лица, я спокойно объяснил причину:
— Я уже получил огромную помощь в открытии отеля, но стать управляющим собора? Это чересчур.
При моем твердом тоне Елена позволила себе слабую улыбку. Взором, достойным императрицы, она неторопливо наблюдала за святой.
— Это должность слишком величественная для кого-то вроде меня, кто не смыслит в религиозных делах.
— Что ж, полагаю, это было бы обременительно для того, кто даже не является частью веры, — вставила Елена.
Она изящно откусила кусочек бисквита своими гладкими губами и закрыла глаза.
— И стоимость этого отеля скоро вырастет как минимум в двадцать раз. Я смогу отплатить за вашу доброту в кратчайшие сроки.
Долги, раз уж они получены, следует возвращать быстро. Когда дело касается денег, лучшая стратегия — быстро распутать узлы и двигаться дальше. Это тоже был ценный урок, который я усвоил в бытность главным секретарем.
「……」
Было ясно, что я намерен выплатить долг по векселю и вернуть золотые слитки, которые она предоставила — а затем исчезнуть. При виде этой хитрой улыбки уголки губ Истины слегка опустились.
— Как любопытно, Роджер.
Возможно, это было потому, что она встречала лишь мужчин, которые склонялись перед её благосклонностью и в ответ вежливо улыбались. Должно быть, она ожидала, что я отвечу ледяным пристальным взглядом.
— Все, кого я благословляла, только и жаждали большего, чем больше я им давала.
Вместо этого лицо святой выражало глубокую заинтригованность. Элегантным движением она прикрыла губы.
— Ты первый человек, который вообще подумал о том, чтобы вернуть долг.
Истина спокойно поправила позу.
— Какой же ты быстрый — словно лис.
— Я часто это слышу, — сказал я, отмахнувшись небрежным смешком.
В то же время я взглянул на Елену, которая щелкнула по пустому винному бокалу и добавила:
— Что ж, всегда лучше побыстрее возвращать деньги, занятые у церкви.
Дочь западного великого герцога расцепила ноги. Затем она мягко перебрала пуговицы своей белой рубашки.
— Если не вернешь, они будут преследовать тебя до самого ада.
Елена посмотрела на меня бледно-голубыми глазами. Затем, по-королевски высоко подняв подбородок, заговорила:
— Разве не гораздо приятнее оставаться в мирском обществе, чем зарывать свои кости в подобном месте?
Её голубые глаза пронзили мои. Чем дольше в них смотришь, тем сильнее кажется, что проваливаешься в глубины её синей бездны. Но. Истина тоже не собиралась уступать.
— Приятнее, говоришь.
Святая налила воду в винный бокал, который почти допила. Некогда прозрачная вода медленно окрашивалась, смешиваясь с остатками капель темно-красного вина.
— Жизнь в вере под моим началом не была бы скучной, уверяю тебя.
Каждый раз, когда я видел их, я вспоминал — аристократки, особенно умные, мыслили на другом уровне. Обычные люди, сталкиваясь с чем-то, чего не могут получить, склонны уничтожать это или проклинать за спиной. Но женщины вроде них верили в собственные способности и пытались забрать это любыми средствами.
— Ха-ха… Слышать такое от вас — огромная честь.
Пока я шел по канату между двумя хищницами, издалека донеслись приветствия персонала лобби. Мы все одновременно повернули головы на звук. И там мы встретили силуэт третьего гостя отеля.
— Вот ты где, Юлиус Роджер.
Дочь великого герцога Севера, Эчина. Она подошла ко мне и положила руку на стол. Затем, без колебаний, взяла нетронутый бокал вина.
— Леди великая герцогиня, — сказал я, вставая, радуясь, что она прибыла так вовремя.
Затем Эчина бросила холодный, ничего не выражающий взгляд на гостей.
— Вижу, в день открытия здесь знаменитые посетители.
Дочь великого герцога взяла бокал вина и убрала челку со лба. От её блестящих черных волос слабо исходил глубокий аромат инжира.
— Давно не виделись, леди Эчина.
— Похоже, ты пришла прямо из Академии.
Две властительницы империи смотрели на Эчину с ленивыми улыбками. Однако дочь великого герцога ничего не ответила. Она просто…
「……」
Выпила вино передо мной одним глотком.
— Прошу прощения, но я хотела бы поговорить с владельцем отеля наедине.
— Мы ведь можем поговорить и здесь, не так ли? — сказала Елена, скрестив руки и глядя на дочь великого герцога. Её глубокие голубые глаза отражали морозное лицо Эчины. — В любом случае, отель больше не принадлежит дому великого герцога. Теперь он его.
— Именно. Я была той, кто вообще помог с приобретением, знаете ли.
То, что начиналось как простое соперничество за талант, теперь превратилось в вопрос гордости между ними. Видя это, я попытался разрядить обстановку непринужденной улыбкой.
— Ха-ха… Нет, вовсе нет, дамы. На самом деле, это я лично попросил леди Эчину прийти.
Эчина слегка наклонила голову на мой бесстыдный комментарий. Её черные волосы мягко качнулись в сторону.
— В конце концов, леди Эчина, должно быть, хорошо помнит, как отель выглядел в свои ранние годы.
Святая Истина бросила на меня взгляд, подразумевавший, что она тоже когда-то посещала это место. Но я быстро добавил аргумент в свою защиту:
— К тому же, когда строился отель "Эриан", я уверен, великий герцог Севера заложил в него идеальное видение — и только дочь великого герцога знает, каким оно было.
На данный момент я всё еще был кандидатом в секретари при доме великого герцога. Так что это был способ сказать, что я буду следовать их первоначальным намерениям. Возможно, не найдя контраргументов, святая тихо выдохнула.
— Идем. Я ждала.
Я мягко улыбнулся черноволосой дочери великого герцога. Она посмотрела на меня мгновение, затем поправила жакет на плече и последовала за мной.
「……」
Истина и Елена молча смотрели нам вслед. Затем они взяли пустые винные бокалы и заговорили.
— Какая жалость. Такая преданность нашла бы отличное применение в вере.
Кожа Истины снова стала бледной, словно она не сделала ни глотка. Будто она могла контролировать опьянение по своей воле.
— Ты действительно думаешь, что слова Роджера звучали как «преданность»?
Елена подозвала официанта и получила чашку чая. Она зачерпнула немного белого сахара чайной ложкой и добавила:
— Я уверена, ты тоже это почувствовала, святая.
— Вне зависимости от его намерений, он не высокомерен и делает всё возможное на своем месте.
Истина слегка помассировала свое затекшее плечо. Затем своими полуприкрытыми голубыми глазами она взглянула на Елену.
— Ты ведь пришла в этот отель из-за этого мальчика, не так ли?
Пока Елена добавляла пятую ложку сахара в свой чай.
— Кто знает.
Елена тихо смотрела на золотистую поверхность чая. На отраженное там лицо — свое собственное царственное выражение, как у королевы.
— Ты ведь и сама уже подозреваешь. Что он не просто какой-то умный двадцатилетний юнец.
Простой кандидат в секретари, который внезапно появился, чтобы создать фирменное оружие дома великого герцога. Затем использовал прибыль для покупки отеля и без всякого опыта поднял его до такого уровня за один день. И если его слова верны, стоимость отеля вскоре вырастет более чем в двадцать раз. Обе обладательницы власти быстро поняли, что всё это ненормально. Тот человек, с которым они только что говорили — он явно обладал редкой исключительностью, чем-то выходящим далеко за рамки обычного.
— Подобное маневрирование под силу только самому хитрому дворянину лет тридцати-сорока.
Истина, казалось, согласилась, и в уголках её губ промелькнул слабый смешок.
— Мужчины вроде него никогда не остаются под чьим-то каблуком. Рано или поздно он покинет дом великого герцога и займется чем-то гораздо более масштабным.
「……」
Елена вытерла влагу с алых губ большим пальцем. Затем она поднялась со стула и повернулась к окну. Снаружи её разрастающийся торговый квартал всё еще активно строился.
— Пока что мы просто ждем. И когда он наконец выйдет на свет, мы сделаем свой ход.
— Ты делишься со мной таким амбициозным планом? — ответила Истина, всё еще сидя, расслабленным тоном. — Знаешь, я ведь могу метить в тот же самый момент.
Возможно, из-за того, что добыча ушла из пределов досягаемости, голубые глаза святой сверкнули между прядями серебристых волос. Словно снежный леопард с северных гор.
— Я не против.
Если бы святая империи сказала что-то подобное, большинство людей съежились бы от страха. Но дочь западного великого герцога осталась совершенно невозмутимой.
— Потому что, как только я нацеливаюсь на добычу, я никогда её не отпускаю.
Она произнесла это мягко, не сводя глаз со стоящих вдали меня и Эчины. Со взглядом деловой женщины, которая только что нашла приз, слишком хороший, чтобы его упустить.