Стоявший рядом Хён Вончан слегка провел тыльной стороной ладони по глазам.
На краткий миг Чон Ёншин подумал, что его реакцию вполне можно понять: все двадцать Мастеров Кровавого Меча синхронно извлекли из своих сумок одинаковые громовые бомбы.
Это зрелище казалось абсолютно нереальным. Именно так нечестивые секты расправлялись с врагами, овладевшими высшими боевыми искусствами. Их девиз — убить любой ценой. Словно они применили техники боевых искусств к самому метанию, от рук мечников замелькали остаточные изображения.
ГВА-А-АНГ!
Не было времени даже на предупреждающий крик. Ёншин мощно оттолкнулся от земли, задействовав Священное Писание Превратностей Судьбы в меридианах нижней части тела и точках поясничных позвонков.
Хотя ему и удалось избежать прямого попадания, тело взмыло в воздух против его воли. В ушах оглушительно зазвенело, словно его поразила акустическая техника колокола. Казалось, взрывная волна сотрясла сам костный мозг.
ГЛУХОЙ УДАР!
Всё тело отозвалось тупой болью. На мгновение он утратил способность двигаться.
— Кх-х, кха!
Падая на землю и харкать кровью, он четко осознал: это внутреннее повреждение. Из глубины живота поднималось жгучее ощущение гари.
БАХ! БУМ! ГРОХОТ!
Земля во все стороны вздыбилась волнами. Первозданная красота Павильона Лотоса в секунду растворилась в клубах грязи и пыли. Жуткую картину дополняли стоны, доносившиеся отовсюду.
«Безумцы».
Контрприем Культа Кровавого Пламени против Стальной Ладони Синего Демоноборца оказался вовсе не боевым искусством. Это был предельно холодный, точный расчет: они заранее осознали, что в прямом столкновении у них нет шансов на победу.
«Громовые бомбы... Раз уж их официально объявили нечестивой сектой, законы Императорского двора их больше не волнуют».
В прошлый раз было то же самое. Ёншин вспомнил взрыв, сокрушивший боевой строй Клана Меча Праведных Небес. Несмотря на свое колоссальное влияние, культисты действовали скрытно, надежно пряча главную базу.
Они выследили и настигли Чон Ёншина мгновенно. Говорили, что техники слежки Культа Кровавого Пламени граничат с колдовством. Зная, что под именем Гу Гва скрывается Вспышка Молнии, они не намерены были проявлять беспечность.
«Старший Чон Мён повторял это не раз».
В памяти всплыли его слова о Клане Тан из Сычуани, славившемся своими ядами и потаенным оружием. В этом мире просто не существовало иных взрывных бомб, способных сработать на скорости, опасной для мастеров боевых искусств. Это были высшие громовые бомбы, детонирующие от внутренней силы. Неужели они держат в плену мастеров-карликов?
«Рано делать выводы о помощи Клана Тан».
Кто бы за этим ни стоял, подобный арсенал не мог быть обычным явлением. Некоторое оружие по своей смертоносности превосходит силу целых группировок. Особенно такие разрушительные контрприемы. Эти типы явно пошли на крайние меры. Стоит ли радоваться хотя бы тому, что Апостол Культа Кровавого Пламени не явился лично?
«Что с молодыми героями Хёном и Шин Собин?»
Поднимаясь на ноги, Чон Ёншин повел взглядом по сторонам. Почти сразу он ощутил знакомую энергию. Сквозь густую пылевую завесу угадывался силуэт, прикрывающий окружение. Это был Хён Вончан — похоже, ему помогла его феноменальная техника зрения.
— Что с Шин Собин?
— Она сказала, что разведает сторону Клана Хванбо до их прихода. Должно быть, отправилась к павильону.
Хён Вончан, мгновенно развернувшись, ответил с помощью техники передачи звука. Его поведение разительно изменилось: лаконичность слов выдавала всю тяжесть ситуации.
Мастера Кровавого Меча, сократившие дистанцию, теперь умело комбинировали мечи и громовые бомбы. Их цель прослеживалась предельно четко: уничтожение Вспышки Молнии из Пустынной Крепости и молодых талантов праведных сект. Они выступали мятежниками, беззаконно применяющими взрывчатку. Императорский двор мог двинуть против них огромную армию, но эти фанатики всегда шли на неоправданный риск.
Приблизившийся Хён Вончан вздрогнул, увидав израненного Чон Ёншина:
— Можешь двигаться?
— К павильону.
Ёншин ответил коротко. В то же мгновение они вместе с Хён Вончаном устремились вперед, максимально скрывая свое присутствие. Всё тело Ёншина будто разрывалось на части. Хотя расстояние оставалось небольшим, время растянулось в бесконечность.
Приблизившись вплотную и избегая прямого боя, они смогли разглядеть происходящее наверху, где пыль была чуть реже. Хванбо Мёнрин, бежавшая к павильону вместе с молодыми господами своего клана, незаметно отстала и оказалась в самом хвосте. Прямо перед ней находилась Шин Собин.
В момент, когда Собин, следившая за культистами, ненадолго открыла спину, Хванбо Мёнрин молниеносно нанесла ей удар в упор. Заранее разгнанная колоссальная истинная ци воплотилась в вероломном выпаде. Младшая представительница белого ранга из Пустынной Крепости просто не успела среагировать и пропустила удар.
Это была внезапная атака с предельно близкой дистанции. Тело Шин Собин изогнулось дугой и отлетело от сокрушительного приема Мёнрин. Поскольку Собин замыкала строй, никто из остальных, кажется, ничего не заметил.
— Э-это же!..
Рядом вспыхнул от гнева Хён Вончан, но взгляд Чон Ёншина лишь потемнел.
«Не успею сосчитать до пяти, как она рухнет на озерную гладь. Дистанция — семь чжанов. Если она упадет в воду, это привлечет лишнее внимание». {П/п: Семь чжанов — это 23,33 метра. Чжан — китайская единица длины, равная 3,33 метра.}
В мгновение ока проанализировав обстановку, он рассчитал дистанцию для техники легкости. Истинная ци, уже разлитая по телу, хлынула к нужным точкам: сначала опорные точки ниже бедер, затем точка у основания бедра сзади и точка «бурлящий родник» на стопе. Он напрочь забыл о боли в ушибленных меридианах.
ХРУСТ!
Ёншин мощно оттолкнулся от земли, задействовав технику легкости Пустынной Крепости. В стремительном порыве он понесся над самой землей, подобно налетающему шквалу. За три шага он преодолел опушку, на четвертом коснулся края озера и взмыл в воздух.
ХВА-А-АК!
Юное лицо Шин Собин с крепко зажмуренными глазами стремительно приближалось. Хотя она всегда держалась так, будто знала всё на свете, она все еще оставалась избалованной дочерью знатного рода и, похоже, никогда прежде не сталкивалась с подлым ударом в спину.
Она оставалась в сознании — Ёншин сразу ощутил ее дыхание. Внутренняя травма, к счастью, казалась не слишком глубокой.
«Этого достаточно».
Истинная ци Динамического Искусства Клана Чон с болью устремилась по мышцам спины, через плечи к предплечьям. Его внутренняя сила приняла мягкость Техники Гармонии Лунного Духа.
Левой рукой он подхватил Шин Собин за талию, а правой ухватился за внешнее ограждение павильона, закружившись в воздухе, словно опавший лист. Это была изысканная техника благородных кланов, гасящая инерцию удара.
Так.
Приземление отозвалось острой болью. Впервые с момента вступления в мурим он получил настолько тяжелые увечья.
— Шин Собин. Шаг.
Ёншин тихо пробормотал эти слова, едва они оказались на платформе павильона. Несмотря на свой характер, приказы она исполняла безукоризненно: едва Собин широко распахнула круглые глаза, от ее ног тут же хлынула энергия.
Ее тонкая талия отлично подходила на роль рычага. Ёншин крутанул младшую соратницу, всё еще удерживая ее в руках.
ПОК!
Приближавшийся сбоку культист получил сокрушительный удар ее стопами и кубарем полетел прочь. Как и следовало ожидать, атаковали не только Мастера Меча — это было полноценное окружение. Небесная Сеть, о которой он слышал лишь со слов, похоже, смыкалась со стороны владений Клана Намгун. Впрочем, удивляться не приходилось: реакция Императорского двора культистов не волновала.
— Спасибо… Старший! Вы в порядке?!
Ее тонкие брови взметнулись вверх. Шин Собин разглядывала его с нескрываемым испугом на лице. Чон Ёншин лишь молча качнул головой:
— Уходим.
Он мягко отклонил ее попытку помочь ему удержать равновесие. Им требовалось незамедлительно покинуть Павильон Лотоса.
Спрыгнув вниз, они оказались в самом центре хаотичного сражения. К ним поспешно присоединился Хён Вончан, шепнув:
— Они наступают с юга.
— На северо-восток. Пойдем вдоль берега.
— А это не может быть ловушкой? — отозвалась Шин Собин.
При этом она усиленно растирала талию в том месте, где ее касалась рука Чон Ёншина. Пыталась ли она разрядить обстановку в этой критической ситуации? Собин смотрела прямо в глаза Ёншину, намеренно не отводя взгляда, хоть и не дерзила слишком откровенно. Ёншин едва не ухмыльнулся, несмотря на боль, разрывающую всё его тело.
— У нас нет выбора. Из-за озера приходится выбирать из двух путей.
Голос Чон Ёншина звучал спокойно. Это было решение, определяющее их дальнейшие действия.
— Вперед.
Приказ Вспышки Молнии, воина синего ранга, был отдан. Троица незамедлительно устремилась вдоль озерного берега. Это не было слепым бегством — они двигались в том же направлении, куда ушла Хванбо Мёнрин, собравшая вокруг себя братьев и учеников клана.
«Культ Кровавого Пламени — лишь временное препятствие», — думал Ёншин, заставляя себя двигаться вперед. Миссия оставалась в приоритете, а текущее физическое состояние не должно было отвлекать от главного. Он не мог упустить Клан Хванбо.
Эхо взрывов, доносившееся издалека, постепенно стихло. Громовые бомбы больше не рвались — то ли культисты берегли боезапас, то ли тот просто иссяк. Впрочем, ослаблять хватку было рано.
— Похоже, они увлечены уничтожением остальных молодых талантов... Начинаю чувствовать вину.
— С какой стати нам чувствовать вину, если грехи копит Культ Кровавого Пламени?
Пробежав приличное расстояние, они смогли переводя дыхание перекинуться парой фраз. Слова Хён Вончана и Шин Собин звучали логично. Однако эта ситуация заставила Ёншина снова осознать расплату за использование Стальной Ладони Синего Демоноборца. Теперь Вспышке Молнии из Пустынной Крепости предстоит жить с Культом Кровавого Пламени на хвосте. Гнев и чувство ответственности переплелись внутри него.
«Культ Кровавого Пламени... Я буду крошить ваши черепа при каждой нашей встрече», — хладнокровно подумал Чон Ёншин.
— Вот они! — Хён Вончан указал вперед.
Чон Ёншин и сам уже заметил их: это были молодые воины из различных знатных родов, включая Клан Хванбо. Раненых среди них не наблюдалось. Пользуясь быстрыми техниками легкости, они уже поднимались по тропе, ведущей к горной гряде. Бегство в подобной ситуации выглядело вполне естественным шаг. Говорили, что боевая мощь выдающихся Мастеров Кровавого Меча достигала синего ранга Пустынной Крепости. Это легко подтверждалось тем, как Седьмой Апостол Культа на равных сражался с Ма Джином. У столь расчетливых и могущественных врагов не могло быть слабых мест среди мастеров среднего звена.
— О? Смотрите туда!
Один из юношей, постоянно оглядывавшийся при подъеме, указал пальцем на группу Ёншина, всё еще действовавшую под прикрытием Секты Постижения Истины. Молодые наследники остановились и стали ждать, пока троица из Обители Лучезарного Демона не поднимется к ним.
В глазах Хванбо Мёнрин, стоявшей в центре группы, на мгновение блеснул холодный лед.
— Что с вашим видом? Состояние выглядит паршиво! Впрочем, хорошо хоть конечности целы.
Ленивый Пламенный Дракон широко распахнул объятия. Его лицо выражало искреннюю радость при виде Чон Ёншина. Выглядело это слегка давяще, учитывая, что он с аппетитом жевал снотворный опийный мак, который, казалось, таскал с собой охапками.
— При таком хаосе главная ветвь скоро спустится сверху, а Намгун поднимутся снизу. Ждать осталось недолго. Ты — человек, с которым стоит рассуждать о боевых искусствах. Я лично помогу тебе достать чудесное лекарство. У меня хватит на это влияния, пусть многие и распускают сплетни о моем незаконном происхождении.
— Брат! — Хванбо Мёнрин бесцеремонно оттолкнула Пламенного Дракона. Были ли они сводными братом и сестрой? В ее поведении не прослеживалось и капли уважения. Она сразу же шагнула к Чон Ёншину.
«Как мне поступить?» — размышлял Чон Ёншин, глядя на Хванбо Мёнрин.
Будь это задание, где не требовалось скрывать принадлежность к Пустынной Крепости, даже текущая внутренняя травма не составила бы проблемы. Достаточно было принять Пилюлю Чистой Праведности, полученную от Маленького Святого Монаха Гак Чжона. Но он не мог взяла ее с собой, оставив Чон Мёну вместе с мечом Пустынной Крепости.
Лекарство Шаолиня от внутренних травм, созданное по секретным рецептам знатных кланов, обладало густым, чистым ароматом. Любой мастер, обладающий хоть сколько-нибудь развитыми чувствами, мгновенно распознал бы его. Из информационной сети Пустынной Крепости Ёншину было известно: Маленький Святый Монах обожает похвалу ничуть не меньше, чем демонстрирует свой вспыльчивый нрав. Говорили, он странствует по миру боевых искусств, без устали рассказывая о гениях Пустынной Крепости. Происхождение редчайших пилюль неизбежно выплыло бы наружу.
— Дворняга, — Хванбо Мёнрин с презрением уставилась на Чон Ёншина.
Из-за последствий взрывов громовых бомб ее лицо покрывала копоть, но изначальное аристократическое величие никуда не исчезло. Черты ее лица были довольно утонченными и приятными, если бы не спесивое выражение.
— Ты. Кто ты вообще такой? Эти мечники явно пришли за твоей головой. Ты утверждал, что из Секты Постижения Истины? Какую вражду ты сюда приволок?
— …
— Отвечай! Я что, кажусь тебе смешной?!
Бегло окинув взглядом присутствующих, Чон Ёншин неспешно произнес:
— Здесь только молодые господа из великих родов? Похоже, выходцы из мелких сект либо погибли, либо разбежались.
— Не меняй тему и не напускай на себя важный вид! По твоему жалкому виду и так всё понятно — внутренняя травма налицо. Или ты всё еще надеешься козырять своим скудным мастерством? — с усмешкой выплюнула Хванбо Мёнрин, покачивая утратившими блеск волосами.
Разозленные Хён Вончан и Шин Собин порывались шагнуть вперед, но Чон Ёншин остановил их движением руки. Ступив больная ногой вперед, он медленно сократил дистанцию и встал лицом к лицу с Хванбо Мёнрин.
Их взгляды встретились на предельно близком расстоянии, и ее красота, отравленная злобой, показалась ему отвратительной.
— Ты пыталась использовать мою младшую соратницу в качестве наживки. Там, в Павильоне Лотоса, — произнес он.
Тихая горная тропа начала стремительно наливаться тяжелым, ощутимым напряжением.