Потребность в ядрах монстров жгла меридианы Гу Яня изнутри, словно раскаленный добела металл. Запечатанный Исток Бездны требовал пищи, и обычная, хрупкая энергия человеческих практиков больше не могла удовлетворить этот голодный контур.
Оставив погруженную в ночную тишину секту, тринадцатилетний юноша тайно направился в самую глубь Черного Леса — туда, где вековые деревья своими искривленными ветвями закрывали небо, а земля была пропитана чистой, дикой злобой демонических тварей. Гу Янь двигался бесшумно, его белый шелковый халат казался бледным призрачным саваном среди ночной мглы. На его груди, под тканью, мягко пульсировал нефритовый кулон — единственное тепло, которое он поклялся защитить.
Он не знал, что далеко за пределами этих зарослей армия Секты Кровавого Тысячелетия уже сжимала кольцо вокруг Синего Небосвода. Кровавый культ готовился к утреннему штурму. Надвигалась катастрофа, но мысли Владыки Бездны были заняты лишь сокрушительным голодом своей истинной сути.
Из его тени бесшумно соткался Шин. Багровые глаза духа хищно осматривали темные чащобы, из которых уже доносилось низкое, утробное рычание. Поскольку Шин был неразрывно связан с душой своего господина, он не мог отдаляться от него — его природа заставляла его всегда оставаться подле хозяина, выступая его верным клинком и щитом.
— Владыка, — тихо пророкотал Шин, его голос вибрировал от предвкушения. — Запах плоти и гнилой Ци впереди сгущается. Твари Черного Леса чувствуют ваше присутствие, но их примитивный разум не способен осознать, КТО именно ступил на их территорию. Они видят лишь слабое человеческое тело.
— Пусть видят, — равнодушно отозвался Гу Янь, даже не замедляя шага. Его обсидиановые глаза оставались абсолютно пустыми, отражая лишь черноту леса. — Их заблуждение — это их приговор. Шин, сколько энергии тебе нужно, чтобы удерживать барьер вокруг нас во время охоты? Ни один звук, ни одна вспышка Ци не должны просочиться к границам секты.
— Моих нынешних сил предостаточно, господин, — оскалился дух, иссиня-черная дымка вокруг него уплотнилась. — Пространство этой поляны уже отрезано от мира смертных. Ни одна живая душа не узнает, что здесь произойдет. Но... вы уверены, что вашего нынешнего смертного тела достаточно, чтобы выдержать стремительное поглощение диких ядер? Исток Бездны спит, а ваше Золотое Ядро еще слишком нестабильно.
Гу Янь остановился в центре небольшой, залитой лунным светом поляны. Воздух вокруг него внезапно стал леденящим.
— У этого тела нет выбора, Шин. Чтобы защитить то, что принадлежит мне, мне нужна абсолютная сила. Начнем.
В ту же секунду из кустов с оглушительным ревом вырвалась стая Кровавых Волков — огромных тварей стадии Конденсации Ци, чья шерсть лоснилась от запекшейся крови. Следом за ними, бесшумно перепрыгивая по ветвям, скользили Теневые Пантеры Заложения Основы. Земля задрожала от тяжелой поступи гигантского демонического медведя, чьи когти тускло светились багровой магией земли.
— Глупый скот, — тихо произнес Гу Янь.
Он не стал обнажать меч. Юноша просто плавно вытянул левую руку вперед. Используя свое новое Золотое Ядро, он заставил мирскую Ци неба и земли подчиниться его воле, мгновенно смешав её с леденящими нитями Бездны.
Вспышка!
Первый волк, прыгнувший на него, застыл прямо в воздухе. Иньский холод мгновенно проник под его шкуру. Каждая капля крови в теле чудовища превратилась в острый лед, разорвавший зверя изнутри. Волк рухнул на землю безжизненной, обледенелой тушей.
Гу Янь двигался с пугающей, неестественной грацией. Он делал легкие шаги в сторону, уклоняясь от когтей пантер так небрежно, словно прогуливался по саду. Одним движением пальцев он перерезал меридианы монстров, заставляя их души сгорать в невидимом черном пламени.
— Владыка, первое ядро! — воскликнул Шин, вонзая свои призрачные когти в грудь павшего волка и резким движением вырывая пульсирующую багровую сферу.
Гу Янь перехватил ядро. Исток Бездны внутри него сделал мощный вдох. Энергия монстра была грубой, яростной и дикой — именно то, чего так не хватало его истинной сути. Сфера растаяла в его ладони, и Гу Янь почувствовал, как по его каналам разлилась волна обжигающей силы.
— Мало... — холодно процедил Гу Янь, устремляя взгляд на оставшихся тварей. — Нужно больше.
Охота превратилась в безжалостную бойню. Шин неотступно следовал за господином, собирая ядра и не позволяя ни одному монстру зайти со спины. Теневые когти духа разрывали плоть врагов, пока Гу Янь сокрушал их своей волей.
— Пятое, Владыка! Десятое! — Шин едва успевал подавать сферы энергии, его багровые глаза горели безумным восторгом. — Ваш даньтянь... он расширяется слишком быстро! Мирская Ци внутри вас начинает бунтовать!
— Молчать и подавать ядра, — сквозь зубы приказал Гу Янь. Его лоб покрылся каплями холодного пота, а бледная кожа начала слегка светиться золотистым и фиолетовым светом одновременно. Два источника силы вели яростную борьбу внутри его неокрепшего тринадцатилетнего тела.
На пятнадцатом ядре его дыхание стало тяжелым. Меридианы стонали от колоссального давления. Но Исток Бездны по-прежнему оставался заблокирован на Втором уровне, лишь жадно поглощая крохи хаоса. Вся избыточная энергия устремилась в его мирское Золотое Ядро, заставляя его уплотняться с безумной, неестественной скоростью.
Наконец, Шин поверг гигантского демонического медведя и с тяжелым вздохом вырвал массивное, пылающее багровым огнем двадцатое ядро.
— Владыка... это последнее. Но ваша структура... вы на грани! Прекратите, иначе это тело разорвет! — в голосе верного духа впервые прозвучал искренний страх за жизнь хозяина.
Гу Янь тяжело дышал, удерживая равновесие. Он взял двадцатое ядро. Его пальцы дрожали, но взгляд оставался твердым и непреклонным, как скала.
— Если я остановлюсь сейчас... я останусь уязвимым. Я не смогу контролировать то, что грядет, — тихо ответил он. — Шин. Если я упаду... твоя единственная обязанность — охранять это тело. Ты понял меня?
— До последнего вздоха, мой Владыка, — Шин преклонил колено, его огромный силуэт задрожал от преданности. — Моя тень укроет вас от всего мира.
Гу Янь сжал пальцы, и энергия двадцатого ядра хлынула внутрь него. Это была последняя капля. Внутреннее море Ци взорвалось. Мирское Золотое Ядро внутри его даньтяня закрутилось с такой неистовой скоростью, что издало чистый, звенящий гул, мгновенно переходя на Средний уровень.
Б-Б-БУМ!
Мощнейшая невидимая волна прижала вековые деревья к земле. Но это была критическая нагрузка. Физическая оболочка тринадцатилетнего подростка не была рассчитана на такой молниеносный прорыв. Меридианы обожгло леденящей, парализующей судорогой.
В глазах Гу Яня резко потемнело. Мир вокруг покачнулся, лунный свет растворился в серой дымке, и он без сил рухнул на холодную, покрытую инеем траву, полностью теряя сознание.
— Владыка! — в панике пророкотал Шин.
Он рванулся к упавшему юноше. Шин не мог уйти в секту, не мог перенести его в безопасное место, ведь его природа тени намертво привязывала его к телу господина. Его единственной, абсолютной задачей стало удержать этот рубеж.
Эссенция черная тень Шина стремительно разрослась, превращаясь в огромный, непроницаемый купол магии Бездны, который полностью накрыл поляну и скрыл лежащего без сознания Гу Яня от любых глаз.
— Я не подпущу к тебе никого, господин, — прорычал Шин в пустоту ночи, обнажая свои призрачные клыки.
Он приготовился держать оборону. И эта оборона продлится долгие три дня, пока тело Владыки Бездны придет себя в лесной глуши. А в это же самое время, наступившем утром, армия Секты Кровавого Тысячелетия с дикими криками и багровыми знаменами обрушится на беззащитные ворота Синего Небосвода...