Раннее утро на тренировочном полигоне Брандона всегда казалось Ваалу моментом, когда время замирает перед очередной порцией боли. Солнце едва поднялось над циклопическими стенами столицы, окрашивая изрезанные заклинаниями камни в бледно-розовый цвет. Ваал стоял у стойки с оружием, механически протирая ветошью свой перекованный клеймор. Мысли его были далеко — в задымленном, пахнущем элем зале Гильдии Авантюристов, где вчера вечером он получил свой первый, позорный жетон.
Железная бляха с грубо выбитой буквой «G» сейчас лежала в кармане его брюк, словно раскаленный уголь, прожигая ткань. Слова регистратора о том, что его личный ад в Аракасе был всего лишь детской песочницей по сравнению с настоящими глубинами, до сих пор эхом отзывались в ушах.
— Ты машешь тряпкой так, словно пытаешься убаюкать эту железку, Ваал, — раздался сзади тяжелый, хриплый голос.
Брандон появился как всегда бесшумно. Магический мечник был в своей неизменной холщовой рубахе, а на его поясе покоился короткий боевой клинок. Взгляд мастера мгновенно зацепился за неестественно прямую спину ученика и его излишне зажатые плечи. Брандон прищурился, опустил взгляд на карман Ваала, где угадывались контуры жетона, и понимающе усмехнулся.
— Сходил, значит, — Брандон подошел ближе, скрестив руки на груди. — Ну, показывай свой позор. Чего замер?
Ваал молча полез в карман, достал тусклый железный кругляк и протянул его мастеру на ладони.
— Ранг G, — тихо, сквозь зубы процедил Ваал. — Регистратор сказала, что меня одного пустят только в пригородный Алиас. И добавила... добавила, что самые опасные твари в глубинах Алиаса равны всего лишь мусору на верхних этажах Аракаса. Того самого Аракаса, где вы меня чуть не угробили.
Ваал поднял глаза на ментора, в них читалась глухая, злая обида.
— Профессор, я там чуть концы не отдал. Меч в хлам искромсал, три дня не мылся, ману экономил, от молний ваших просыпался... А для них это — начальный уровень? Детский сад?
Брандон молча выхватил жетон из его руки, подбросил его на ладони, поймал и с силой швырнул обратно Ваалу в грудь. Парень рефлекторно поймал железку.
— А ты чего ожидал, дубина?! — Брандон шагнул вперед, нависая над Ваалом всей своей мощной фигурой, и его голос громом разнесся по полигону. — Что ты месяц помашешь железкой в академии, и в Гильдии перед тобой ковровую дорожку расстелют? Что тебе сразу начнут жопу лизать, целовать в обе щеки и звать на охоту за драконами в дикие земли?!
Мастер зло сплюнул под ноги и продолжил, чеканя каждое слово в своей привычной, рубящей манере:
— Я учу тебя реальной практике боя, выживанию, экономии энергии и контролю пространства, а не тому, как монстров палкой забивать на прогулке! Для тебя сейчас даже этот паршивый Алиас — смертельная ловушка, если ты полезешь туда со своей слепотой и неумением атаковать! Скажи спасибо, что я вытряс из тебя столичную дурь и спесь в Аракасе. Если бы не эти три дня адского изнурения, ты бы в глубинах Алиаса сдох в первую же ночь, просто потому что решил бы сэкономить силы или заснул без задних ног!
Ваал сжал жетон в кулаке так сильно, что края врезались в кожу. Злость на самого себя, на свою слабость и на этот огромный, равнодушный мир поднялась волной в груди, вытесняя остатки шока. Брандон был прав. Жестоко, грубо, но прав.
— Я понял, — выдохнул Ваал, выпрямляясь. — Алиас так Алиас. Я не сдохну там.
— Вот и отлично. Меньше соплей, больше дела, — Брандон развернулся и пошел к центру арены. — Разминка со старшекурсниками через пять минут. Если отстанешь на кроссе хотя бы на шаг — добавлю еще пять кругов. Живо бегом!
После изматывающей тренировки, где Ваал снова выжал из своего тела все соки, он отправился в лабораторию факультета. Злость и упрямство требовали выхода, и парень перенес эту энергию на чертежи.
Они с Элианом сидели за дальним столом, заваленным пергаментами, угольными карандашами и медными макетами. Ваал яростно чертил контур клинка, пытаясь соединить урок Брандона о «взрывном микро-импульсе в момент контакта» с физической структурой металла.
— Смотри, Элиан, — Ваал постучал грифелем по бумаге. — Если мы пустим мано-поток не по поверхности лезвия, а пустим его во внутренний контур, прямо по центральной жиле... И заставим энергию не просто течь, а колебаться. Высокая частота. Вибрация. Понимаешь? В момент удара клинок должен не просто резать, он должен разрушать структуру чужого доспеха или блока еще до того, как сработает рикошет. Это обведет «зеркало» Брандона.
Элиан внимательно всмотрелся в чертеж, поправил сползающие на нос очки и нахмурился. Он долго водил пальцем по формулам, что-то исчисляя в уме, а затем со вздохом покачал головой.
— Ваал, идея потрясающая. Но тут есть огромная техническая проблема, — Элиан вытащил из стопки другой пергамент и наложил его поверх чертежа Ваала. — Посмотри на узлы стабилизации. Обычная углеродистая сталь, даже хорошо закаленная, просто не выдержит такой высокочастотной вибрации мано-потоков. Энергия начнет входить в резонанс с кристаллической решеткой железа. Клинок пойдет микротрещинами за считанные секунды и... ну, он просто взорвется прямо у тебя в руках при первом же серьезном столкновении.
Ваал откинулся на спинку стула, запустив пальцы в волосы. — Проклятье... Я чувствовал, что железо не сдюжит. И что делать? Нужен другой материал?
— Да, — Элиан закивал. — Нужен особый, резонирующий сплав. Я вчера листал справочники редких металлов столичных недр. Тебе нужен эхо-магнетит или, в крайнем случае, «живой свинец». Эти металлы способны поглощать и перераспределять вибрации маны без разрушения собственной структуры.
Ваал тут же подобрался. — И где их взять? На рынке они, небось, стоят как крыло от королевской кареты?
— На рынке — да, — вздохнул Элиан. — Но в справочниках указано, что жилы эхо-магнетита иногда встречаются в пригородных подземелья. Например, на средних этажах Алиаса. Там есть старые выработанные шахты.
Ваал хищно улыбнулся, и в его глазах загорелся знакомый кузнечный огонек. — Значит, Алиас. Сама судьба тычет меня туда носом. Мне нужен этот металл, Элиан. И я его достану.
Получив официальное разрешение от профессоров факультета на гражданскую практику, Ваал во второй половине дня отправился в ремесленный квартал столицы. Это было монументальное и шумное место. Грохот сотен тяжелых молотов сливался в единый гул, над крышами поднимался густой черный дым, а воздух был пропитан гарью и жаром гигантских мано-горнов, работавших на чистых кристаллах энергии.
Ваал ходил от одной кузни к другой, пытаясь найти подработку. Однако столичные мастера-кузнецы, суровые мужчины с могучими торсами и покрытыми шрамами руками, смотрели на опрятного студента академии исключительно свысока.
— Студентик? Из артефакторов? — прогудел один из мастеров, крупный бородач, лениво оглядывая Ваала. — Не, парень, теоретики мне тут не нужны. Иди чертежи свои черти. У меня тут реальная работа, металл спину ломает, а не книжки.
— Я умею работать молотом, — спокойно ответил Ваал, не отводя взгляда. — Родом из Каменного Ручья, три года у наковальни отпахал.
Мастер недоверчиво прищурился, указал на кучу ржавого, погнутого железного лома в углу кузни и кивнул на свободную наковальню. — Из провинции, значит? Ну ладно, понтарь. Вот тебе лом, вот горн, вот молот. Перекуй эти железки в стандартные заготовки для подков. За час справишься — поговорю. Нет — проваливай.
Ваал молча снял куртку, закатав рукава рубахи. Он подошел к горну, привычно оценил жар, подкинул угля и принялся за работу. Его движения были уверенными, точными, без лишнего академического пафоса — чистая, въевшаяся в подкорку база Каменного Ручья. Он чувствовал металл кожей, знал, когда нужно бить сильнее, а когда лишь слегка поправлять форму.
Через сорок минут на наковальне лежала стопка идеальных, ровных заготовок. Мастер-кузнец подошел, взял одну, покрутил в руках, проверил баланс и удивленно хмыкнул.
— Надо же... Не соврал. Хватка рабочая, мозоли правильные. Ладно, бери фартук. Будешь помогать с черновой перековкой лома и обрубкой заготовок. Плачу немного, но к наковальне пущу.
Работая в поте лица, Ваал жадно слушал разговоры. В кузню то и дело заходили городские работяги, оружейники и приходящие авантюристы, заказывающие починку снаряжения. Из их споров и сплетен Ваал узнавал реальное положение дел в городе, цены на железо росли, Гильдия закручивала гайки по налогам, а в подземелье Алиас в последнее время стало неспокойно — монстры на средних этажах начали сбиваться в более крупные группы, из-за чего спрос на ремонт щитов и копейных наконечников резко вырос.
Вечером, наскоро смыв кузнечную копоть, Ваал снова пришел в Гильдию Авантюристов. Зал был забит до отказа. Ваал понимал, что идти на средние этажи Алиаса в одиночку с рангом G — это безрассудство, да и стража на проходе может не пустить. Нужна была группа.
Он встал у доски объявлений, где собирались так называемые «свободные клинки». Ваал подходил к разным компаниям, но стоило ему показать свой железный жетон и упомянуть, что он учится в академии, как отношение мгновенно менялось.
— Слышь, студент, иди вон, травку собирай, — хохотнул рослый мечник в хорошем кожаном доспехе. — Мы глубоко в Алиас идем. Нам обуза из книжного червя не нужна. Твои мышцы? Да это жир академический, на казенных харчах отъелся. Боевого опыта ноль, небось, от первого вида крови в обморок упадешь.
Ваал лишь стискивал зубы и отходил. Никто не хотел брать «зеленого» новичка низшего ранга, считая его изнеженным теоретиком.
Наконец, в самом углу зала, возле разбитого стола, Ваал заметил небольшую компанию из четырех человек. Они выглядели потрепанными, но в их лицах не было высокомерия — скорее, легкая грусть и растерянность. Они явно никуда не могли наняться. Ваал подошел ближе и прислушался к их разговору.
— Да говорю вам, без авангарда нам там делать нечего, — негромко произносил крепкий парень с большим ростовым щитом. — На третьем этаже Алиаса стаи пещерных болотных крыс стали агрессивнее. Мне одному всю волну не удержать, они мелкие, шустрые, обходят с боков.
— А я что, по-твоему, не авангард? — обиженно буркнул сидевший рядом мечник, парень лет двадцати, с гордым, но бледным лицом. — Я возле нашей деревни двух серых волков-переростков в одиночку завалил! У меня опыт есть!
— Волки на поверхности и грызуны в замкнутом коридоре — разные вещи, Леон, — вздохнул третий участник группы, копейщик с обветренным лицом и простым железным копьем. На его груди тускло поблескивал жетон ранга F — всего на одну ступень выше, чем у Ваала. — Нам нужен еще один тяжелый боец. Но ни один нормальный маг поддержки или усиления с нами, новичками, идти не хочет. Риск высокий, денег мало, опыта у нас с гулькин нос...
Четвертой в группе была девушка-маг в скромной серой мантии. Она робко прижимала к себе короткий деревянный посох. — Ребята, если мы не пойдем в этот рейд, у нас просто закончатся деньги на оплату комнаты. Я... я могу подстраховать. Мой учитель обучил меня базовой магии огня, я могу отгонять мелких тварей. И лечить умею! Царапины, легкие ушибы, синяки — я со всем справлюсь. Настоящую глубокую рану, конечно, не затяну, маны не хватит, но базовую помощь окажу!
Ваал понял: это его шанс. Группа была простой, не шибко сильнее него по рангу, но они выглядели добрыми и сплоченными в своей беде. Он сделал шаг вперед и негромко произнес:
— Привет. Вам в авангард тяжелый боец нужен? Меня зовут Ваал. Ранг G.
Группа дружно повернулась к нему. Мечник Леон оглядел Ваала с ног до головы, задержав взгляд на его широких плечах и плотной фигуре, которая явно не вязалась с образом типичного хлипкого студента.
— Ранг G? — переспросил щитоносец. — Меня Борс зовут. Это Леон, наш мечник, это копейщик Кай, а это Мира, наш маг. Ты из академии, что ли? Одежда больно хорошая.
— Учусь на артефакторике, — честно ответил Ваал. — Но молотом и мечом махать умею, поверьте. Мне нужно попасть на средние этажи Алиаса, в старые шахты, за материалом для проекта. Готов идти в первых рядах, добычу делим честно, на вашу долю не претендую, мне нужен только металл.
Кай, копейщик без капли маны в теле, прищурился, оценивая позу Ваала. — Хватка у тебя правильная, стоишь уверенно, центр тяжести держишь. Маной владеешь?
— Да, — кивнул Ваал. — Учусь контролировать импульсы.
Леон, деревенский мечник, вздохнул и посмотрел на Борса: — Слушай, Борс, давай возьмем его. Парень крепкий, не чета тем столичным хлыщам, что над нами смеялись. Да и условия отличные — добыча ему не нужна, только руда из шахт. Лишний меч впереди нам точно жизнь спасет.
Борс помолчал, затем протянул Ваалу свою широкую ладонь. — Ладно, Ваал. Добро пожаловать в отряд смертников. Завтра на рассвете встречаемся у южных ворот. Подготовь снаряжение.
Весь вечер они провели в таверне, обсуждая детали похода. Ваал быстро понял, что его новые товарищи, несмотря на всю свою доброту, были пугающе беспечны.
— Ну, план простой, — весело говорил Леон, отхлебывая из кружки. — Заходим, Мира зажигает нам магический огонек на посохе, чтобы светло было. Если устанем — Борс быстренько ставит защитный барьер, мы садимся, Мира вызывает нам чистую воду заклинанием, пьем, отдыхаем и идем дальше. Чего там бояться, это же четвертый этаж, там кроме болотных слизней и слепых крыс отродясь никого не было!
Ваал, слушавший этот бред, почувствовал, как внутри у него начинает закипать раздражение. Перед глазами стояло суровое лицо Брандона и его ледяные уроки выживания в Аракасе. Парень с глухим стуком опустил свою кружку на стол, заставив команду вздрогнуть.
— Вы что, с ума сошли? — жестко, с нажимом произнес Ваал, и в его голосе невольно прорезались интонации Брандона. — Какая к черту бытовая магия в подземелье? Какой призыв воды и защитные барьеры ради отдыха?
Новички удивленно переглянулись. Мира даже сжалась под его тяжелым взглядом.
— А что такого? — захлопал глазами Леон. — Магия же для этого и нужна... чтобы легче было.
— Магия в подземелье нужна для того, чтобы убивать и выживать! — отрезал Ваал, подавшись вперед. — Борс, ты сказал, что умеешь ставить барьер и призывать воду. Откуда у тебя эти заклинания?
— Да так... у одного бродячего фокусника выучил, — смутился щитоносец. — Запас маны у меня никчемный, резерв маленький, я его никогда не увеличивал, так, балуюсь по чуть-чуть... На флягу воды хватает или костер разжечь, а дальше — всё, пустой.
Ваал раздраженно выдохнул, покачав головой. — Слушай меня сюда, Борс. Твой резерв никчемный, потому что ты им не занимался. Если бы ты начал его тренировать и улучшать, с твоей плотностью тела ты бы мог стать отличным боевым магом или защитником. А ты тратишь остатки энергии на то, чтобы костер разжечь? Забудь про это. Купить огниво и щепки. Ману не трогать! Воду — во флягах из города. Мира, твой магический огонь на посохе — это демаскировка. Твари в подземелье увидят твое пламя за сотню метров и сбегутся со всего этажа. Будем использовать обычные факелы, закрывая их щитом при необходимости.
Леон нахмурился, в нем взыграла гордость. — Слышь, Ваал, ты тут без году неделя, а уже командуешь как генерал. Мы вообще-то дольше тебя в Гильдии!
— Я командую, потому что хочу вернуться оттуда живым, а не в желудке у слепышей! — Ваал припечатал ладонь к столу, и спорить с ним почему-то сразу перехотелось. В его фигуре сейчас ощущалась та самая тяжелая, плотная сила, которую в него вбивал Брандон. — Если мы будем разбазаривать ману на комфорт, в критический момент у Борса не хватит сил удержать щит под натиском стаи, а Мира не сможет подпалить тварь или затянуть рану. Каждый берет сухой паек, запасы воды и огниво. Вопросы есть?
Новички молчали. Кай, опытный копейщик, лишь уважительно кивнул: — А студент-то дело говорит. Я согласен с Ваалом. Делаем, как он сказал.
Ранним утром следующего дня группа собралась у массивных, закованных в железо ворот пригородного подземелья Алиас. Вход охраняли четверо суровых городских стражников в полных латах. Они лениво проверили жетоны ребят, задержав взгляд на железной бляхе Ваала.
— Еще одни смертники ранга G, — проворчал один из стражей, поднимая тяжелую кованую решетку. — Далеко не лезьте, мелюзга. На рожон не нарывайтесь.
Вход в Алиас выглядел куда более цивилизованно, чем дикий провал Аракаса. Здесь были установлены стационарные факелы на стенах верхнего уровня, тропа была четко протоптана тысячами ног, а на стенах виднелись старые указатели направлений.
Но Ваал, благодаря жесткой школе Брандона, не обманывался этой внешней безопасностью. Стоило им сделать несколько шагов вниз по сырым каменным ступеням, как он почувствовал, что воздух здесь совсем другой. Он казался спокойным, но в этой тишине ощущалось скрытое, хищное напряжение.
Новички позади него начали негромко переговариваться, пытаясь шутками заглушить естественный страх. Леон что-то весело рассказывал Мире, Борс поправлял лямки тяжелого щита.
Ваал шел в авангарде. Он положил правую ладонь на эфес своего идеально перекованного меча. На секунду он закрыл глаза, полностью отключаясь от болтовни спутников. Он замер, настраивая свои чувства так, как учил ментор: попытался уловить тончайшие движения воздушных потоков в замкнутом пространстве, прислушался к отдаленному эху коридоров и влажности, оседающей на стенах.
ТЯЖЕЛЫЙ ЛЯЗГ!
За их спинами с грохотом опустилась массивная кованая решетка ворот, отрезая солнечный свет и оставляя их в полумраке подземелья. Они остались наедине с Алиасом. Ваал открыл глаза, его взгляд стал холодным и сосредоточенным.
Месяц Ада закончился. Началась настоящая игра на выживание.