Утренний зал Гильдии авантюристов встретил их привычным гулом, запахом пролитого эля, дешевого табака и немытых тел. Но сегодня что-то изменилось. Как только тяжелые дубовые двери захлопнулись за спиной Ваала, несколько опытных групп, сидевших у дальних столов, притихли. Взгляды, которые раньше скользили мимо новичков как по пустому месту, теперь задерживались — оценивающие, настороженные, с едва заметным налетом уважения.
За этот месяц отряд Ваала сдал столько трофеев с глубоких уровней верхнего яруса, что игнорировать их присутствие стало невозможно.
— Опять они, — вполголоса проворчал какой-то мeчник с тяжелым шрамом на щеке, лениво перебирая пальцами рукоять своего кинжала. — Слышал, они девятнадцатый этаж до голых стен обобрали?
Ваал даже не повернул головы. Его тяжелые кованые сапоги мерно отбивали такт по каменным плитам пола. За ним, стараясь держать строй, шли Леон, Кай, Борс и Мира. Они подошли к стойке регистрации, где за высокой конторкой сидела Сесиль — бессменная регистраторша с вечно усталыми глазами.
— Рапорт о завершении месячного цикла зачистки, — Ваал глухо выронил на деревянную поверхность толстую кожаную папку, перевязанную бечевкой, и мешочек с подтверждающими жетонами монстров.
Сесиль подняла взгляд, поправила тонкие круглые очки и вздохнула. Месяц назад, когда этот хмурый латник регистрировал группу «зеленых» новичков, она мысленно дала им от силы две недели. Верхние этажи были безжалостны к дуракам. Но эти дураками не были.
— Группа Ваала, — Сесиль потянула к себе бумаги, вскрыла мешок и высыпала на стол содержимое. Глазастые жетоны пещерных гоблинов, когти подземных крыс и, что самое важное, три тяжелых кристаллических ядра промежуточных боссов-стражей. — Вы подали прошение на внеочередную аттестацию. Оценщики уже изучили ваши прошлые отчеты.
Она достала из-под стола массивную чернильницу и большую печать.
— Леон, — Сесиль нашла нужное имя в реестре. — Основной авангард. Подтверждено уничтожение одиннадцати элитных единиц в ближнем бою. Ваша боевая эффективность признана избыточной для ранга F. Вы перескакиваете один ранг. Ваш новый ранг — D.
Леон едва заметно выдохнул, его плечи расслабились. Ранг D — это уже черта, отделяющая «расходный материал» от настоящих наемников.
— Ваал, — продолжила регистраторша, и в ее голосе проскользнула тень недоумения. — Командир, тяжелый пехотинец. Официально числился на самом дне, ранг G, из-за долгого простоя. Оценщики признали ваши тактические решения и личный боевой вклад феноменальными. Вы получаете двойное повышение. Ваш новый ранг — E.
Ваал лишь коротко кивнул. Его не волновали буквы. Буквы не защищали от когтей. Но буквы снижали налог на сдачу трофеев, и это было главным.
— Кай и Борс, — Сесиль приложила печать к двум другим бланкам. — Стабильная поддержка флангов и удержание строя. Одиночное повышение. Оба получают ранг E.
Борс довольно ухмыльнулся, поправив свой старый, покрытый глубокими царапинами щит, а Кай сдержанно кивнул, крепче сжав древко своего копья.
— И наконец… Мира, — Сесиль перевела взгляд на девушку-мага.
Мира подалась вперед, ее пальцы, вцепившиеся в полы походной мантии, побелели от напряжения. Она так надеялась. Она жгла ману, она не спала ночами, высчитывая траектории заклинаний.
— Ранг остается прежним. F, — отчеканила Сесиль. — Минимальный расход маны, отсутствие подтвержденных самостоятельных убийств крупных целей. Роль признана исключительно вспомогательной.
Мира словно уменьшилась в размерах. Уши покраснели, она опустила голову, кусая губы, чтобы не расплакаться прямо здесь, под насмешливыми взглядами завсегдатаев Гильдии.
Сесиль захлопнула книгу учета и скрестила руки на груди, оглядев парней суровым взглядом: — Но не думайте, что всё так просто. Бумаги и принесенные потроха монстров — это лишь половина дела. Гильдия не раздает ранги за красивые отчеты. Бывали случаи, когда богатые сынки нанимали ветеранов, те зачищали для них штреки, а недоноски просто собирали жетоны, заявляя, что сражались сами в составе «слаженного отряда». Поэтому правила непреклонны. Леон, Ваал, Кай, Борс — вам всем предстоит подтвердить свою квалификацию. Прямо сейчас вы проследуете на тренировочную арену Гильдии. Там вас ждет спарринг с принимающим экзаменатором. Это боевой ветеран ранга С. Если он посчитает, что ваши навыки дутые, а в отчете вы просто прикрывались чужими спинами — повышения не будет, а на отряд ляжет штраф за фальсификацию.
Спустя пятнадцать минут отряд стоял на пыльном песке огороженной железной решеткой арены подвального яруса. Экзаменатором оказался массивный, шишковатый наемник по имени тор Галлар. В руках он держал тяжелый тренировочный деревянный шест с обитыми кожей концами.
— Ну что, сопляки, проверим, из какого теста вы слеплены, — пробасил Галлар, лениво крутанув шест в воздухе. — Выходите по одному. Кто первый?
Леон шагнул вперед, обнажив свой старый меч. Ветеран не стал ждать. Сорвавшись с места с неожиданной для его комплекции скоростью, Галлар нанес мощный, сокрушительный удар сверху. Леон, помня жесткую муштру Ваала, не стал пятиться или делать размашистые блоки. Он сгруппировался, принял удар на скользящий блок предплечьем под углом, гася инерцию, и тут же сделал резкий, короткий выпад кистью вперед, остановив острие деревянного меча в трех сантиметрах от горла ветерана. Галлар замер, прищурился, а затем довольно оскалился: — Хват узкий, реакция чистая. Паникер бы отлетел к стене. Ранг D подтвержден, парень.
Следом вышли Кай и Борс. Борс намертво вкопался в песок, приняв на щит целую серию зубодробительных ударов шеста Галлара, даже не сдвинувшись на дюйм. Кай, работая из-за его плеча, тремя молниеносными тычками копьем заставил ветерана разорвать дистанцию. Галлар тяжело дышал, потирая уколотое плечо: — Слаженно работаете, чертяки. Настоящие тыловики. Повышение заслужено.
Последним на песок вышел Ваал. Он не стал брать тренировочное оружие, оставшись со своим тяжелым клеймором в ножнах. Галлар нахмурился, посчитав это за высокомерие, и рванул в атаку, обрушив на Ваала град быстрых, обманных ударов. Но Ваал двигался так, словно заранее знал траекторию шеста. Школа Брандона и адские тренировки в Аракасе сделали свое дело. Ваал сделал два полушага в сторону, экономно уклоняясь от свистящего дерева, а затем просто сделал резкий шаг на сближение. Произошел жесткий физический контакт — Ваал плотно, всей массой своего укрепленного маной тела, врезался плечом в грудь ветерана. Галлар, охнув от мощи этого тарана, отлетел на три метра назад и едва удержался на ногах, выронив шест.
В подвале повисла тишина. Ветеран поднял свой шест, тяжело дыша, и посмотрел на Ваала с глубоким уважением: — Проклятье… Тебя тренировал какой-то маньяк, парень. У тебя плотность тела как у каменного тролля. Вопросов нет. Твой ранг Е — это даже мало.
Они вернулись в зал. Сесиль, уже получившая кивок от вернувшегося Галлара, молча приложила тяжелую гербовую печать к бланкам.
— Заберите ваши новые жетоны и премиальные, — Сесиль пододвинула к Ваалу увесистый кожаный кошель, в котором приятно звякнуло тяжелое золото. — Общая сумма с учетом вычета налогов за повышение — сорок две золотые монеты.
Ваал сгреб кошель, развернулся и сухо бросил команде: — На выход.
Как только они вышли на залитую утренним солнцем городскую площадь, Мира тихо шмыгнула носом: — Простите… Я… Я старалась. Я думала, если я не трачу лишнюю ману, как учил Ваал, это хорошо. А они посчитали, что я бесполезная, и даже на арену не позвали…
Ваал резко остановился. Группа замерла вслед за ним. Он повернулся к девушке, его доспех тяжело звякнул.
— Посмотри на меня, — приказал он.
Мира подняла заплаканные глаза.
— Ранг в Гильдии — это налоговая категория, — отрезал Ваал. — Гильдии выгодно, чтобы ты швыряла дорогие, громкие заклинания, истощала себя, покупала их зелья восстановления и зависела от их контрактов. То, что ты сохраняешь резерв и добиваешь раненых точными иглами — это то, почему мы все еще живы. Ранг — это пыль. Сила — это то, сколько заклинаний ты можешь прочесть, когда у нас кончится еда на глубине. Ты остаешься в отряде на равных долях. Вопросы?
— Н-нет, — Мира сглотнула слезы, но в ее глазах появилась робкая уверенность. Леон ободряюще хлопнул её по плечу.
— Хорошо, — Ваал взвесил кошель на ладони. — У нас есть деньги. И сегодня мы потратим их все до последнего медного гроша. Завтра верхний ярус закончится. Нам нужно снаряжение, которое не подведет там, где солнце не всходило миллион лет.
Рыночный квартал Авантюристов бурлил. Здесь продавали все: от ржавых мечей до сушеных хвостов ядовитых ящериц. Но Ваал вел отряд мимо открытых лотков прямо к массивной трехэтажной лавке из темного камня с вывеской «Магические товары и снаряжение мастера Орика». Внутри пахло сушеной лавандой, полированным договором и едва уловимым озоновым покалыванием — верным признаком активной магии.
— Нам нужна пространственная сумка, — без долгих предисловий заявил Ваал, как только к ним подошел приказчик в чистом суконном кафтане.
Приказчик окинул их взглядом, задержался на новых жетонах Леона и Борса и понимающе кивнул.
— Пространственные артефакты — недешевое удовольствие, почтенные. Новые сумки высшего класса от мастеров Столицы обойдутся вам в три сотни золотых… — Покажи подержанные. Но крепкие, — перебил его Ваал. — Внешний вид не важен. Важна стабильность контура облегчения веса.
Приказчик вздохнул и ушел в подсобное помещение. Вернулся он с массивным, потертым заплечным мешком из толстой воловьей кожи. Лямки были подшиты грубой нитью, на клапане виднелись следы от старых когтей, но руническая вязь, выжженная по краям, ровно светилась тусклым синеватым светом.
— Вот, — приказчик похлопал по сумке. — Модель «Вьючный мул», стандарт тридцать четыре. Внутренний объем расширен в пять раз относительно внешних габаритов. Интегрированное заклинание снижения веса срезает ровно восемьдесят процентов от реальной массы груза. То есть, если вы положите туда сто килограммов провизии и снаряжения, на плечах будет ощущаться всего двадцать. Была в ремонте у столичного мастера, контур стабилизирован. Двадцать пять золотых.
— Двадцать два, — жестко произнес Ваал. — И ты добавишь к этому два кольца маны нижнего порядка.
Начался долгий, вязкий торг, но в итоге Ваал забрал сумку за двадцать три золотых, выбив из торговца те самые кольца. Сумку он тут же развернул и протянул Борсу.
— Твоя ноша, — сказал Ваал. — Моя? — Борс удивился, принимая тяжелый мешок. — Но я же щитоносец. Если начнется бой… — Именно потому, что ты щитоносец, — пояснил Ваал. — Ты не прыгаешь по флангам, как Кай, и не летишь впереди всех, как Леон. Твоя задача — стоять как скала и держать фронт. Ты самый сильный физически в отряде. С учетом магии облегчения, вес лагеря для тебя будет как легкая накидка. Но если пространственная сумка будет на Леоне, он потеряет скорость в атаке. А это смерть.
Борс примерил лямки, подтянул их под свой широкий разворот плеч и довольно хмыкнул: — Ладно, командир. Считай, я теперь наш ходячий склад.
Затем Ваал повернулся к Мире и высыпал ей на ладонь два простеньких серебряных колечка с крошечными тусклыми камнями. — Накопители маны. Каждое держит резерв, равный трем твоим «Огненным иглам». В городе не использовать. Заряжать каждую ночь во время отдыха. Это твой неприкосновенный запас на случай, если нас прижмут на средних этажах.
Мира бережно надела кольца на пальцы. Они были ей велики, но она намотала на основание колец немного нити, чтобы они сидели плотно. Глаза девушки светились благодарностью.
Последней крупной покупкой в лавке стал комплект для Кая. Его старая куртка из вареной кожи совсем иссеклась. Ваал лично выбрал для него доспех из шкуры степного ящера — легкий, почти невесомый, состоящий из перекрывающих друг друга чешуек. Такой доспех отлично защищал от режущих ударов когтей и скользящих выпадов, но главное — он позволял копейщику крутить свое оружие без малейшего сопротивления в плечевых суставах. Кай, примерив его, сделал несколько быстрых выпадов прямо в проходе лавки, и на его губах появилась редкая довольная улыбка.
Гражданская кузница на окраине города принадлежала старому дворфу по имени Громур. Воздух здесь был настолько горячим, что дышать приходилось через силу, а грохот молотов заглушал любые мысли. Ваал прошел вглубь, где у огромного мано-горна, пышущего фиолетовым пламенем, стоял низкорослый, невероятно широкий в плечах мастер с седой бородой, заплетенной в косы.
Ваал молча выложил на наковальню рекомендательное письмо от Гильдии и тяжелый кошель с оставшимся золотом. — Мне нужен горн на сутки. И твоя лучшая углеродистая сталь, Громур.
Дворф взял письмо, пробежал глазами, затем посмотрел на Ваала, оценивая ширину его ладоней и мозоли от молота. — Хм. Пахнешь гарью и окалиной, парень. Ладно. Законы цеха уважают тех, кто умеет держать инструмент. Горн номер три в твоем распоряжении до завтрашнего рассвета. Сталь в углу, бери сколько унесешь, но за перерасход сниму три шкуры. Заготовки не портить.
Ваал скинул свой тяжелый доспех, оставшись в одной холщовой рубахе, которая тут же потемнела от пота. Он не доверял покупному оружию среднего класса — лавки продавали красивый хлам для дураков. Для средних недр нужно было то, в чем он был уверен лично.
Следующие двадцать четыре часа превратились для отряда в сплошной кошмар ожидания, а для Ваала — в адский труд. Гул его молота не затихал ни на минуту. Он работал без перерыва, подливая в горн специальный уголь и направляя потоки маны для закалки.
Сначала из-под его молота вышел новый щит для Борса. Огромный, ростовой, с глубоким желобом по центру и сложной системой внутренних ребер жесткости, способных самортизировать удар даже пикирующего ящера. Затем Ваал принялся за меч для Леона. Это был сбалансированный полуторный клинок из высокоуглеродистой стали — строгий, без гравировок и украшений, но с идеальным балансом, смещенным чуть ближе к гарде, чтобы Леон мог рубить часами и не перенапрягать кисть.
Оставшееся время ушло на ковку двух комплектов тяжелой ламеллярной брони. Пластина к пластине, скрепленные прочными кожаными шнурами — Ваал подгонял размеры по памяти, зная каждый сантиметр тела своих бойцов. Когда на рассвете он вышел из кузницы, его лицо было черным от сажи, глаза покраснели от недосыпа, а руки дрожали от усталости, но на тележке, которую он катил перед собой, лежало оружие победы.
Пока Ваал ковал, остальной отряд тоже не сидел без дела. Они занимались бытовыми закупками. На рынке была куплена плотная, грубая брезентовая ткань. Мира и Леон полночи провели на постоялом дворе: Леон резал брезент на широкие полосы, формируя походные подстилки, на которых можно было лежать прямо на сырых камнях подземелья, а Мира набивала сухим пахучим сеном небольшие мешочки, сшивая их аккуратными стежками. Так у отряда появились легкие, компактные походные подушки.
Кай занимался провизией. В пространственную сумку Борса бережно укладывались запасы на три полных недели автономного похода: бруски соленого шпика, завернутые в пергамент, горы вяленого и копченого мяса, твердые, как камень, галеты, которые нужно было размачивать в похлебке, и сушеные сухофрукты для поддержания сил. Также были куплены три надежных гномьих огнива, большой запас сухого трута в непромокаемых мешках и факелы с особой пропиткой.
Отряд был готов.
Спуск начался ранним утром. Стражники на входе в подземелье лишь молча проверили их новые жетоны, кивнули и расступились.
— На этот раз темп максимальный, — скомандовал Ваал, поправляя ремни своего доспеха. — Верхние десять этажей мы знаем наизусть. На монстров не отвлекаться, если они не перекрывают дорогу. Наша цель — проскочить эту зону до того, как усталость начнет сказываться на концентрации. Вперед.
Они шли быстро. Знакомые коридоры первого, третьего, пятого этажей мелькали перед глазами серой полосой. Встречные мелкие гоблины, едва завидев сплоченную группу в тяжелом железе, с писком разбегались по щелям. Кай на ходу лишь пару раз сделал короткие выпады копьем, добивая слишком наглых пещерных крыс, посмевших приблизиться к строю.
К исходу десятого часа непрерывного марша они достигли десятого этажа. Здесь, в стороне от основного туннеля, Ваал нашел глубокую, тупиковую нишу, защищенную с трех сторон гранитными выступами.
— Стоп, — скомандовал он. — Первый привал. Четыре часа на отдых и еду. Борс, разгружайся.
Борс с облегчением скинул пространственную сумку, которая, несмотря на чары, все же немного давила на плечи после долгого бега. Через пару минут на брезентовой подстилке уже были разложены сухари и вяленое мясо. Кай, используя новое гномье огниво, быстро высек искру на подготовленный трут. Маленький, аккуратный костер затрещал, наполняя нишу живым теплом. Магию для обогрева Ваал использовать запретил — мана была слишком ценным ресурсом.
— Ну и ну, — Борс с наслаждением вытянул ноги, подложив под голову сшитую Мирой подушку. Сено приятно пахло сухими травами далеких лугов, напоминая о доме. — Ваал, твой щит… Это просто чудо какое-то. Я сегодня на бегу пару раз зацепил им выступы скал — даже в руку не отдало. Старый щит бы уже треснул вдоль ранта.
— Я делал его под твой рост, — тихо ответил Ваал, методично разжевывая жесткий кусок мяса. — У него смещен центр тяжести. Когда будешь принимать удар сверху, подавай плечо чуть вперед, щит сам перенаправит кинетическую энергию в землю.
— А баланс меча просто идеальный, — Леон вытащил свой новый клинок из ножен всего на треть, любуясь ровным матовым блеском стали в полумраке костра. — Прежний меч после часа боя казался мне пудовой гирей. Этот же идет как продолжение руки. Спасибо, командир.
Мира сидела чуть в стороне, прижимая к себе колени и глядя на огонь. — Знаете… — тихо сказала она. — Я ведь помню, какими мы пришли сюда месяц назад. Леон постоянно спотыкался о собственное снаряжение, Борс ругался из-за каждой царапины, а я… я вообще боялась зажечь даже простую искру без дрожи в пальцах. А сейчас мы сидим на десятом этаже, словно у себя на кухне.
— Подземелье меняет людей, — Кай, сидевший спиной к стене и не выпускавший копья из рук, посмотрел на темный зев туннеля. — Или меняет, или ломает. Третьего не дано.
— Не расслабляться, — оборвал их Ваал, хотя его голос звучал чуть мягче обычного. — Это все еще детский сад. Настоящее подземелье начнется ниже двадцатого яруса. Леон, первое дежурство твое. Через полтора часа сменишь Кая. Всем спать.
На девятнадцатом этаже их ждало первое настоящее испытание. Туннель здесь сужался, проходя над подземным ручьем по узкому каменному перешейку. Как только отряд ступил на мост, из темноты под потолком раздался пронзительный, режущий уши свист.
— Засада! Строиться! — рявкнун Ваал.
Сверху, цепляясь когтями за выступы, на них посыпались пещерные черти — уродливые, покрытые серой сморщенной кожей твари размером с крупную собаку, вооруженные костяными наростами на лапах. Одновременно с этим с противоположного конца моста, тяжело дыша и брызгая слюной, вылетела стая слепых подземных волков — крупных хищников с атрофированными глазами, но чутким слухом и челюстями, способными перекусить бедренную кость.
— Борс, держать фронт! Леон, правый фланг! Кай, работай через плечо Борса! — команды Ваала разлетались как удары бича.
Борс сделал шаг вперед, с грохотом опустив свой новый ростовой щит на камни. Вожак волчьей стаи с разбегу врезался в стальную преграду. Раздался тяжелый глухой удар, но Борс даже не покачнулся. Внутренние ребра жесткости щита сработали идеально: энергия удара ушла в основание. — Получи, тварь! — прорычал Борс, удерживая напор еще двух волков.
Над его плечом молнией мелькнуло копье Кая. Новая легкая куртка позволила копейщику сделать максимально глубокий выпад — наконечник с хрустом пробил череп первого волка.
В это время Леон принял на себя удар пещерных чертей, прыгавших со стен. Один из них попытался полоснуть его когтями по горлу, но ламеллярная броня, сработанная Ваалом, выдержала — когти с противным скрежетом скользнули по стальным пластинам, не оставив даже глубокой царапины. Леон сделал короткое, экономное круговое движение новым мечом. Клинок прошел сквозь шею черта как сквозь масло. Баланс оружия позволил Леону тут же, без остановки, вернуть меч в защитную позицию и отразить атаку следующей твари.
— Мира, огонь по дальней линии! Не дай им окружить нас! — крикнул Ваал, сбивая своим щитом черта, пытавшегося обойти их с тыла.
Мира вскинула руку. Одно из ее новых серебряных колец тускло вспыхнуло, отдавая накопленную ману. Три «Огненные иглы», сорвавшись с ее пальцев, пробили темноту туннеля и с точностью хирургического ножа вонзились в глазницы волков, шедших во второй волне. Твари с воем покатились по камням.
Через пять минут все было кончено. Мост был завален телами монстров, из которых вытекала густая, черная кровь. Отряд тяжело дышал, но потерь не было.
— Все целы? — Ваал окинул команду быстрым взглядом. — Целы, командир, — Леон вытер клинок ветошью. — Броня — просто монолит. Меч даже не зазубрился. — Отлично. Двигаемся дальше. Мы у цели.
Они прошли еще полчаса, спускаясь по крутому, уходящему вниз спиральному пандусу. И вдруг туннель резко оборвался.
Отряд остановился, пораженный открывшейся картиной. Мира невольно охнула, а Борс едва не выронил свой факел.
Перед ними лежали средние недра подземелья — двадцатый этаж.
Это не было туннелем или пещерой. Это была колоссальная, пугающая своими размерами подземная пустота. Потолок уходил так высоко вверх, что свет их факелов терялся в непроглядной чернильной вышине, где лишь угадывались гигантские сталактиты размером с городские башни. Внизу, насколько хватало глаз, простиралась гигантская карстовая равнина, изрезанная провалами, подземными хребтами и редкими светящимися грибными зарослями вдали.
Ваал достал из-за пазухи старый, пожелтевший свиток — карту, составленную шахтерами и выжившими авантюристами прошлых лет. Он развернул её на плоском камне и посветил факелом.
— Смотрите сюда, — Ваал указал пальцем на крошечную, едва заметную отметку у самого края огромного пустого пространства. — Вот здесь мы сейчас находимся. А вот это — весь двадцатый этаж.
— Боги… — прошептал Леон, всматриваясь в карту. — Да он же… он же бесконечный.
— Один этот этаж по своей площади больше, чем все первые десять ярусов вместе взятые, — глухо произнес Ваал. — Здесь нет стен, к которым можно прижаться спиной. Нет прямых коридоров. Начиная отсюда, каждый следующий этаж будет еще огромнее предыдущего. Самый маленький ярус средних недр равен по объему всему верхнему подземелью. Здесь легко сбиться с курса на сто метров и уйти в неизведанные пустоши, где мы сгинем от голода. Кай, с этого момента компас и карта — твоя главная обязанность. Каждые полчаса сверяем направление. Если потеряем ориентир — мы трупы.
Отряд молча смотрел на эту бескрайнюю подземную бездну. Чувство безопасности, которое появилось у них на десятом этаже, испарилось без следа. Подземелье словно расправило плечи, показывая свой истинный, чудовищный лик.
Пройдя около двух километров по краю колоссального зала двадцатого этажа, Ваал наконец нашел место для лагеря. Это был уединенный грот в основании гигантской гранитной скалы, уходящей куда-то вверх. Вход в грот был узким, а внутри было достаточно места, чтобы разместить лагерь и полностью скрыть свет костра от внешнего мира.
— Здесь встаем на долгую стоянку, — объявил Ваал. — Борс, лагерь.
Борс подошел к дальней стене грота и открыл пространственную сумку. Из нее, словно по волшебству, начали появляться вещи: широкие брезентовые полотна, сшитые Мирой перьевые и сенные подушки, котелки, вязанки сухих дров и мешки с едой. Без магии облегчения веса им пришлось бы нанимать целую армию носильщиков, чтобы притащить все это сюда.
Вскоре в глубине грота запылал небольшой костер. В котелке закипела вода, куда Кай накрошил вяленого мяса и бросил несколько сухарей, создавая густую, сытную похлебку. Запах еды немного разогнал ту пугающую атмосферу, что давила на них снаружи.
После ужина в лагере воцарилась тишина, прерываемая лишь бытовой рутиной. Разговоры стали тихими, почти благоговейными — никто не хотел громко говорить в этом колоссальном склепе. Каждый занимался своим делом.
Леон сел у костра, скрестив ноги. Он достал из походного подсумка плоский серый точильный камень, смочил его водой из фляги и прижал к лезвию своего нового полуторного меча. Вжих… Вжих… Вжих… — мерный, чистый металлический звон поплыл по гроту. Леон делал движения медленно, методично, убирая микроскопические зазубрины, оставшиеся после боя на мосту. Этот звук действовал на всех успокаивающе.
Рядом с ним Кай расстелил чистую ветошь. Он аккуратно разобрал наконечник своего копья, проверяя, не расшаталось ли крепление от сильных ударов, и тщательно вытирал засохшую волчью кровь из пазов.
Борс, прислонившись спиной к своему ростовому щиту, внимательно осматривал кожаные ремни с внутренней стороны. — Завтра надо будет подтянуть третью пряжку, — негромко сказал он, обращаясь к Ваалу. — Чуть-чуть люфтит, когда закрываюсь от удара слева. В остальном — сталь держит как каменная стена.
Ваал сидел у самого края грота, на границу света и тени. Он не притрагивался к своей броне. Его глаза были устремлены туда, за пределы их маленького убежища — в бескрайнюю, холодную и безмолвную тьму двадцатого этажа, которая ждала их завтра.
Мира подошла к нему, держа в руках деревянную миску с остатками похлебки и сухарь. — Держи, Ваал. Тебе нужно есть. Ты выковал все это для нас, потратил все силы.
Ваал коротко улыбнулся, и в его глазах отразился холодный блеск стали.