После небольшой прогулки по заснеженному саду, я вернулся в особняк. Там меня ждало еженедельное заседание. Я вошел в зал и ждущие меня там люди встали и поклонились. Я сел за свое место.
— Приветствую вас господа. Начнем как обычно. С отчетов.
***
Через два часа, отчеты стали подходить к концу. С небольшими исключениями, все было в рамках нормы. Земли процветают, а разбойники гниют за решеткой.
— Таким образом, к началу лета будет завершено обучение запасников этого года.
— Хорошо. Это все?
— Да, милорд.
— Хорошо. Благодарю всех за работу и прошу освободить зал. Пригласите представителей суда.
Следующие полтора часа я проводил разбирательства в особо важных судебных вопросах.
Барон Холорд вновь обратился по поводу оскорбления его чести и достоинства, новый рыцарь перепутал границы своих земель, а Барон Глейман почил, не успев написать завещание. В целом, ничего особенного.
Однако, одно из дел меня позабавило. Девушка подала апелляцию. Ее бывший муж, с которым они вместе брали деньги в долг у их общих знакомых на участок с домом, бросил даму, оставив ту без жилья. Но долг оформлялся именно на нее. Суд, ознакомившись с документами, подтвердил законность его действий и отказал в ее просьбе переложить долг на мужчину.
— Сумма вашего общего долга огромна. Но я знаю, как разрешить этот вопрос.
— Господин граф Ризетор, но суд уже подтвердил, что долг лежит на ней. Почему вы называете его общим? — Мужчина задал вопрос.
— Я назвал его общим, поскольку признаю право на владение за вами обоими. Так что и долг является вашим общим. У меня к вам обоим есть предложение. Если оба откажетесь — отправлю на рудники на десять лет, отбывать наказание за неразумность и глупость. Я предлагаю вам вместе поработать в северной части земель графа Шлейна. На границе с Изгоррой. Отработаете долг и получите право владеть и распоряжаться вашим имуществом. Крайний срок — двадцать лет. Если успеете отработать хотя бы восемьдесят процентов долга, я прощу вам ваш долг и верну право владением домом. Не успеете — дом отправится в казну.
Я не мог не дать им шанс. Придумала моду молодежь — разводиться. Поработают, привыкнут друг к другу и смогут жить как нормальная семья.
— Это возмутительно! — Встал мужчина. — Мы подписывали бумаги вместе, мы оба знали на что идем!
— Молчать! — Я не мог не крикнуть. Додуматься возмущаться, когда граф лично решает их проблемы! — Еще одно предупреждение и отправишься на рудники до конца своей жизни!
Мужчина побледнел и опустился на место.
Я выпил воды и после небольшой паузы, продолжил.
— Если после общественных работ вы все-таки решитесь разойтись, дом будет оценен, а вам выдадут по половине стоимости из казны.
— Простите, ваша светлость. — Начала девушка. — А если только один из нас согласится?
— Если согласится только один из вас, максимальный срок на выплату долга увеличу до тридцати лет, а минимальную планку до двух третей стоимости. А второй участник спора отправится на рудники на три года. Как я и говорил, будет отбывать наказание за неразумность и глупость.
Как я и предполагал, они оба согласились. Стоит отправить их со следующим весенним торговым караваном. Одного стражника должно хватить для их сопровождения. Хорошо, что я помню, что кто-то просился съездить туда к родственникам. Можно будет дать увольнительную на недельку.
Я распорядился переписать записи этого дела и отправить в подконтрольные земли, чтобы местные судьи могли в подобных случаях выносить приговор в соответствии с моим сегодняшним решением. Отдельно я отправил письмо нижестоящему судье, чтобы в подобных ситуациях в следующий раз признавал права и обязанности женатых людей общими.
Я стал подумывать насчет того, чтобы купленное в браке имущество становилось общим постфактум. Нужно будет обсудить этот вопрос с королем.
После обеда, я хотел направиться в молельню, но остановился у лестницы. Она стояла в центре особняка в подвале. Я запретил вход в подвал всем, даже своему сыну.
Думаю, мой сын достаточно вырос, чтобы открыть ему одну из тайн нашего мира. Он слишком неопытен, но у него есть все задатки, что были у меня в его возрасте. Я и так уже слишком долго держал его в неведении.
Я обернулся, распахнул дверь и приказал страже позвать моего сына.
— Отец, что-то случилось? — Алогар прибежал взволнованный. Я впервые вызвал его к двери в подвал.
— Час настал. Ступай за мной. — Я обернулся и начал спускаться.
Каменные стены, магические барьеры и железные двери скрывали это место от чужих лиц. Магические огни загорались ярче, чем когда сюда спускался один. Похоже, они признают моего сына.
— Наш дом. Вся резиденция была построена вокруг этого места. Здесь хранится тайна, которая может перевернуть весь наш мир.
Я говорил, пока спускался вниз по длинной лестнице. Сын держался в двух шагах позади.
— Вы считаете, что я достаточно вырос, чтобы узнать эту тайну? Вы наконец, начали мне доверять по-настоящему, отец?
— Я всегда тебе доверял. Не пускал, поскольку боялся, что это может испортить твой разум. Исказить душу. Теперь ты достаточно окреп. Настала пора узнать про секрет нашего рода. Ты сможешь узнать о истории этого мира то, что главы государств скрывают от обычных людей.
— Почему король допустил нам охранять это место? Разве не было бы логичней оставить эти записи у себя?
— Это не только записи, сын мой. Если ты усердно учился, то сможешь узнать, почему король доверил именно нам охранять это место. Ты же помнишь историю создания этого особняка?
— Мой дед в седьмом колене, господин Атрей, по каким-то причинам решил перенести фамильное гнездо и начать жить тут. По официальным данным, переезд состоялся, поскольку это место находится в центре всех наших земель. Но я сомневаюсь, что это правда.
— Да, ты прав. На то была более веская причина.
Мы дошли до последней двери. Из ее щелей близ пола вытекала темная дымка, а на замке стояла последняя печать. Я взял своего сына за руку, уколол средний палец и капнул его кровь на обе ручки двери. Кровь растворилась и печать исчезла.
— Это место официально называется молельней, но на самом деле тут скрыта Сфера Армани. Входи.
Я отошел в сторону, позволяя сыну зайти первым.
— Сфера Армани? Это какой-то артефакт?
— Да.
Поняв, что он больше ничего не услышит, Алогар вдохнул, закрыв глаза и резко выдохнул, открыв глаза. Он взялся двумя руками за ручки и распахнул двери. Его встретил небольшой каменный коридор с десятком стендов по обе стороны, на которых лежало несколько записей. В конце коридор расширялся в круглое помещение, в центре которой находился черный шар диаметром в сорок сантиметров, парящий в метре от земли. Из него струилась та самая черно-фиолетовая дымка. Фиолетовый цвет исчезал в начале коридора.
— Эти записи — дневники твоих предков. Я так же веду свой дневник с того момента, как стал главой рода. Когда я передам права тебе, ты так же должен будешь вести свой дневник. Можешь прочитать их.
Алогар подошел к первому стенду.