После “теста” Класс Ноль распустили так, будто ничего особенного не произошло.
Будто то, что Рэн стоял в центре круга, пытался пробудить силу, а потом опозорился перед кучей демонов, было обычной школьной рутиной вроде контрольной по математике.
Но Рэн чувствовал на себе взгляды даже тогда, когда уже вышел в коридор.
Кто-то смотрел с интересом. Кто-то с презрением. Кто-то с лёгкой усмешкой, будто увидел бесплатное шоу.
Аканэ шла впереди.
Молча.
Спокойно.
Как будто он уже принадлежал ей, и ей даже не нужно было это доказывать.
Рэн догнал её и пошёл рядом, засунув руки в карманы.
— Слушай, — сказал он, — а ты всегда так ходишь? Типа “я сейчас всех сожгу, если кто-то посмотрит не так”?
Она не повернула голову.
— Ты слишком много говоришь.
— Это потому что если я замолчу, то начну думать, — ответил он. — А думать опасно. Я могу стать умным.
Аканэ остановилась так резко, что он едва не врезался в неё.
Она повернулась.
И посмотрела прямо на него.
Рэн почувствовал, как у него в горле пересохло.
Не потому что страшно.
Потому что она была слишком близко.
Слишком красивая.
Слишком… неправильная.
— Ты понимаешь, что ты сделал? — спросила она.
— Ну… я пытался активировать силу, а вместо этого активировал позор? — пожал он плечами.
Её взгляд стал холоднее.
— Ты унизил себя. И меня.
Рэн моргнул.
— Тебя? Подожди. Я что, испортил твою репутацию, потому что не смог сконцентрироваться на твоём огне и концентрировался на твоих ногах?
Она молчала.
И это молчание было ответом.
Рэн тихо присвистнул.
— Ого. То есть ты реально ревнуешь к своим же ногам. Это новый уровень самоуважения.
Аканэ подошла ближе.
Её шаги были мягкими, но воздух вокруг снова начал теплеть.
— Ты не понял, человек, — сказала она тихо. — Ты не просто не смог. Ты показал всем, что тебя можно сломать самым примитивным способом.
Рэн усмехнулся.
— Ну да. Красивой женщиной.
— Желанием, — поправила она. — Инстинктом. Слабостью.
Он хотел ответить, но вдруг понял, что впервые за долгое время ему не хочется шутить.
Слова “слабость” и “сломать” прозвучали слишком знакомо.
Рэн отвернулся, будто ему стало скучно.
— Ладно, философия. Куда мы идём?
— В общежитие Класса Ноль.
Рэн оживился.
— Ооо. Значит, мы будем жить вместе?
Аканэ посмотрела на него так, будто он только что предложил ей лизнуть асфальт.
— Нет.
— Жаль.
Она пошла дальше.
Коридоры менялись. Они шли всё глубже, туда, где стены были не белыми, а тёмными, где окна исчезали, а двери становились тяжелее.
Рэн оглядывался.
— Это всё ещё школа? Или мы спускаемся в ад?
— Почти, — коротко сказала Аканэ.
В конце коридора была дверь, за которой начинался другой мир.
Общежитие Класса Ноль выглядело как блок из бетона и стали. Не уютное место для студентов. Скорее… бункер.
На входе стояли два охранника. Один из них смотрел прямо на Аканэ с уважением, другой — на Рэна с подозрением.
Рэн показал карточку доступа.
Дверь открылась.
Внутри пахло холодом, металлом и чем-то едва уловимым — как запах после грозы.
Они поднялись на второй этаж. Длинный коридор. Двери по обе стороны. Номера отсутствовали.
— Это что, секретное общежитие? — спросил Рэн. — Чтобы обычные ученики не узнали, что у вас тут тусуются монстры?
Аканэ остановилась у одной из дверей.
— Это твоя комната.
Рэн посмотрел на дверь.
— Одна?
— Да.
— Без соседки?
— Да.
Он вздохнул.
— Мир снова несправедлив.
Аканэ достала ключ-карту и открыла дверь.
Комната была простой. Кровать, стол, шкаф, окно с решёткой.
Рэн вошёл и огляделся.
— Неплохо. Лучше, чем моя старая комната. Тут хотя бы нет пятна на потолке, которое меня осуждает.
Аканэ стояла в дверях.
— Ты будешь под наблюдением.
— Конечно. Потому что я слишком сексуален для свободы.
Она не улыбнулась.
— Потому что ты нестабилен.
Рэн повернулся к ней.
— Слушай, а если я реально ничего не смогу? Типа… я просто обычный дегенерат, которого по ошибке приняли?
Аканэ смотрела на него несколько секунд.
Потом закрыла дверь.
Щёлкнул замок.
Рэн моргнул.
— Эй… ты что делаешь?
Она подошла ближе.
И в комнате стало жарче.
— Я проверю, — сказала она.
Рэн сглотнул.
— Проверишь… что?
Она остановилась прямо перед ним.
Так близко, что он чувствовал её дыхание.
— Твою реакцию, — спокойно сказала она. — Твой предел.
Рэн нервно усмехнулся.
— Это звучит как начало очень странного порно.
— Ты слишком много думаешь о порно.
— Я мало думаю о порно. Я живу порно.
Её глаза сузились.
Она подняла руку и провела пальцами по его груди, прямо по ткани формы.
Рэн резко вдохнул.
Тело отреагировало мгновенно.
Сердце ускорилось.
Жар пошёл вверх.
Он ненавидел себя за то, насколько быстро это работает.
Аканэ наблюдала.
Как учёный.
Как охотник.
— Вот, — тихо сказала она. — Ты реагируешь сразу.
Рэн попытался отступить, но упёрся в стол.
— Слушай, ты сейчас играешь с огнём.
Она наклонилась.
— Я и есть огонь.
Пальцы снова коснулись его. На этот раз ближе к шее.
И в этот момент пустота внутри Рэна дрогнула.
Но не раскрылась.
Она зашумела.
Как будто внутри него включили слишком много сигналов.
Тени на полу дёрнулись.
Рэн почувствовал, как воздух вокруг него становится плотнее.
— Ого… — прошептал он. — Ты это видишь?
Аканэ увидела.
Тени начали собираться у его ног.
Но они не поднимались в форму.
Они путались.
Разваливались.
Снова собирались.
Как будто пытались стать чем-то, но не могли.
Рэн тяжело дышал.
— Да ладно… давай… давай уже…
Аканэ резко схватила его за подбородок.
И жар ударил сильнее.
На секунду Рэн почувствовал, что вот оно — сейчас получится.
Но в следующий момент его мысли снова сорвались в одну точку.
Её губы. Её глаза. Её грудь, прижатая слишком близко.
И всё.
Сбой.
Тени рассыпались.
Пустота закрылась.
Рэн выдохнул ругательство.
— Блять…
Аканэ отпустила его.
И отступила на шаг.
— Ты не можешь.
Это было сказано спокойно.
Но звучало как приговор.
Рэн стиснул зубы.
— Могу. Просто…
Он не нашёл оправдания.
Потому что оправдание было унизительным.
Она посмотрела на него сверху вниз.
— Ты думаешь о моём теле. Ты думаешь о прикосновении. Но ты не понимаешь, что твоя способность — не похоть.
Рэн усмехнулся криво.
— Слушай, если бы я мог выбирать, я бы предпочёл, чтобы моя сила была похотью. Это было бы честнее.
Аканэ повернулась к двери.
— Завтра начнутся тренировки.
Она остановилась у выхода.
— Если ты не научишься контролировать себя, тебя убьют. Не я. Другие.
Рэн посмотрел на неё.
— Ты меня защищаешь?
Она не повернулась.
— Я защищаю то, что принадлежит мне.
Дверь открылась.
Перед тем как выйти, она сказала:
— И запомни. Если ты хочешь выжить… перестань быть животным.
Дверь закрылась.
Рэн остался один.
Он сел на кровать, уставился в окно с решёткой и долго молчал.
А потом тихо сказал:
— Пиздец…
И впервые за долгое время ему стало не смешно.
Потому что он понял одну вещь.
Его пустота — не подарок.
Она была клеткой.
И ключ к ней держала она.