Лэй Хо Гуань, внутренний двор.
Солнце уже клонилось к закату. Стройный юноша был всецело сосредоточен на деле: на его правой ладони струилось пламя, преображаясь в раскаленный клинок длиной в я, и он изо всех сил сжимал огонь, придавая ему очертания настоящего лезвия.
Огненный клинок резко качнулся и с размаху полоснул по стоявшему рядом каменному столбу.
Жаркое лезвие рассекло воздух, оставив на камне глубокий, в полпальца, угольно-черный след, от которого еще долго исходил не утихающий жар.
В глазах Лу Мина мелькнула радость. После целого дня усердных тренировок его Пламенный Клинок окончательно закрепился на степени малого достижения: пламя стало исступленно-горячим, а острота – заметно возрастать.
─ Отлично! ─
Тут же раздался старческий смех. Лу Мин поднял голову и увидел, что у входа во двор стоят дед Лу Цзинь, отец Лу Цинъянь и второй дядя Лу Цзинлэй – все трое смотрели на него с добрыми улыбками.
─ Дедушка, ─
Лу Мин погасил пламя на правой ладони и улыбнулся родственникам.
─ Ай да молодец! Твой отец говорил, что ты всего за один час освоил Пламенный Клинок до малого достижения, но я поначалу и не верил. А сейчас глянул – и впрямь: лезвие острое, плотное, не рассеивается… Хэ, субнебесная кость Чар, поистине удивительное и непостижимое творение, ─ Лу Цзинлэй тяжело опустил широкую ладонь на плечо Лу Мина, а в его взгляде смешались удивление и восторг.
На обычно строгом морщинистом лице Лу Цзиня тоже проступила легкая улыбка; он одобрительно кивнул и произнес: ─ Сразу видно – кость моего рода! Тот самый истинный носитель Священных Чар. ─
─ Это всего лишь низшие чары, ─ скромно улыбнулся Лу Мин. Сам он считал это вполне естественным и не видел повода для хвастовства.
─ Твоему отцу и второму дяде потребовалось полмесяца, чтобы довести Пламенный Клинок до малого достижения. Даже Чжан Юэ под моим руководством потратил четыре дня, прежде чем переступить этот порог. Им, конечно, с тобой не сравниться, ─
продолжал Лу Цзинлэй, но Лу Цзинь прервал его:
─ Однако низшие чары – это лишь начало пути. И раз ты не задираешь нос, сохраняя трезвый рассудок, дед этим премного доволен. ─ В голосе Лу Цзиня звучала мягкость, а во взгляде, устремленном на внука, читалось глубокое удовлетворение.
─ С твоим талантом Пламенный Клинок наверняка не больше чем за два месяца дойдет до великого достижения. А когда чары достигают великого уровня, они начинают ускорять закалку костей. ─
Священные чары в этом мире чаще всего делятся на три ступени: малое достижение, великое достижение и совершенство.
Практикуя чары, человек призывает первозданное ци самого неба и земли, которое оказывает закаляющее воздействие на его собственную кость Чар. Чем выше ранг и ступень чар, тем мощнее этот эффект.
Обычно, если на степени Закаливания Кости удается довести хотя бы одну технику до великого достижения, скорость закалки костей становится значительно выше, чем у остальных.
Поэтому для тех практикующих, кто уже ступил на степень Закаливания Кости, постижение чар – задача первостепенной важности.
Это не только показатель боевой мощи, но и главный способ продвижения по ступеням.
И чем больше освоено чар, и чем выше их ранг, тем сильнее они укрепляют кости.
Вот почему преемственность Священных Чар всегда служит главным мерилом мощи и скрытых резервов любого павильона.
─ В нашем Лэй Хо Гуане хранится в общей сложности пять видов чар. Две из них – низшие: это «Пламенный Клинок» и «Малый Всплеск Молнии». Первую ты уже освоил, а вторая отвечает за скорость. ─
─ Средние чары – это «Ладонная Молния» и «Золотое Жидкое Пламя». ─
─ Высшие же чары называются «Плеть Грома и Пламени». Именно на них зиждется сама основа нашего Лэй Хо Гуаня здесь, в Цинъюаньфане. Правда, постичь эту технику невероятно трудно, и овладеть ею под силу лишь тем обладателям великих священных чар, кто уже вошел в степень Рунических Знаков. ─
Слушая, как Лу Цзинь неторопливо раскрывает внутреннее богатство Лэй Хо Гуаня, Лу Мин поймал себя на том, что в его глазах загорается огонь предвкушения – ему не терпелось как можно скорее овладеть всеми пятью видами чар и испытать их истинную мощь.
─ А что находится выше высших чар? ─ неожиданно с любопытством спросил Лу Мин.
Лу Цзинь погладил седые усы и с легкой ностальгией в голосе произнес: ─ Разумеется, это «чары грандмастера». Это прерогатива исключительно грандмастеров Священных Чар. Лишь в павильонах пятого уровня, за спиной которых стоят такие грандмастеры, сохраняются полные свитки подобных учений. ─
Лу Мин моргнул и тихонько осведомился: ─ Дедушка, наш род некогда процветал. Неужели от тех времен не осталось никаких чар грандмастера? ─
Судя по рассказам стариков, в годы расцвета семья Лу была невероятно могущественна. При таком богатейшем наследии, даже если клан потерпел поражение и был вынужден бежать, они должны были сберечь хоть какие-то высшие техники! Так почему же сильнейшие чары в их доме теперь – всего лишь высшего ранга?
Лу Цзинь на несколько мгновений замолчал, а на его изборожденном морщинами лице промелькнула мрачная тень:
─ Я узнал из тайных преданий нашего рода, что у семьи Лу действительно были в распоряжении учения величайших чар. По своему рангу они превосходили даже чары грандмастера. Но позже наши предки обнаружили, что все эти родовые техники оказались кем-то неведомым запечатаны. Стоило кому-то постичь их, как на голову смельчака обрушивалась смертельная угроза. Предкам пришлось запечатать эти знания и предать их забвению, не смея передавать потомкам. ─
Лицо Лу Мина невольно изменилось, а голос стал глухим:
─ Это дело рук тех негодявших, что точили зуб на наш род? ─
Как жесток оказался тот враг, что уничтожил семью Лу! Мало того что он перекрыл врожденный потенциал их крови с помощью Проклятия Запечатывания Духа, так еще и наложил печать на высшие родовые учения.
Какая лютая, беспощадная решимость истребить их до конца!
─ На самом деле те чары, что мы используем в Лэй Хо Гуане по сей день, тоже происходят из рода Лу, просто за долгие годы они подверглись жесточайшему усечению и растеряли былую силу. Если в будущем ты вырастешь и окрепнешь, возможно, тебе удастся явить миру их истинный лик, ─ сказал Лу Цзинь.
─ Вот как? ─ В глазах Лу Мина мелькнуло изумление: он никак не ожидал, что с обычными на вид чарами их павильона связана столь глубокая тайна.
Лу Цзинь не стал продолжать эту тяжелую, давящую на душу тему и резко сменил тон:
─ Раз уж мы заговорили о ступенях чар, давай я заодно поведаю тебе о том, как устроено восхождение по этому пути. ─
─ Первые четыре степени чар тебе, должно быть, уже известны. ─
Лу Мин вырос в Лэй Хо Гуане и с детства слышал об этих ступенях: обладатель чар первой степени, обладатель великих священных чар второй степени, мастер Священных Чар третьей степени и грандмастер Священных Чар четвертой степени.
Все просто и безыскусно.
Первая степень – это та ступень, на которой он находится сейчас; она делится на степень Выплавки Цзи и степень Закаливания Кости. Как только он завершит тройную закалку костей, находящаяся внутри кость Чар претерпеит качественное изменение, и он автоматически перейдет на вторую степень, получив право гордо зваться обладателем великих священных чар.
Правда, о том, как именно практикуют на второй степени, Лу Мин знал лишь в общих чертах.
─ Когда ты ступишь на вторую степень, кость Чар внутри тебя завершит свое преображение. На этом этапе практикуют «законные узоры священных чар», поэтому вторую ступень называют «степенью Рунических Знаков», ─ раздался старческий голос Лу Цзиня.
─ Законные узоры священных чар? ─ Лу Мин слегка прищурился.
─ Так называют фундамент и глубинную основу чар. Когда освоенные тобой чары в союзе с первозданным ци непрерывно закаляют твою кость Чар и входят с ней в резонанс, на поверхности кости постепенно высекаются и формируются чудесные рунические знаки. Это и есть законные узоры священных чар. ─
─ Они вбирают в себя твое личное постижение чар и углубляют твою связь и слияние с небесным ци. ─
─ В то же время законные узоры – мера твоих внутренних сил. ─
─ Чем больше таких узоров ты накопишь на степени Рунических Знаков, тем мощнее будет твой фундамент, и тем выше окажется ранг духовного основания, которое ты заложишь, когда придет время переходить на третью степень, ─ терпеливо наставлял внука Лу Цзинь.
─ Что же до третьей степени, то это уровень мастера Священных Чар. Тот, кто перешагнул этот порог, становится истинной опорой общества, можно сказать, переступает порог мастерства на пути духовных чар. ─
─ У этой ступени есть один совершенно очевидный отличительный признак. ─
Лу Мин поспешно вставил: ─ Я знаю! Кажется, я слышал, как отец с завистью бормотал про это… То ли «оперение Священных Чар», то ли что-то в таком роде? ─
Лу Цинъянь бросил на сына укоризненный взгляд, но возражать не стал.
На морщинистом лице Лу Цзиня появилась улыбка, и он мягко спросил: ─ Хочешь взглянуть? ─
Лу Мин закивал с горящим от любопытства взором.
Лу Цзинь взмахом руки велел остальным троим отойти назад, а затем сам сделал шаг назад. В тот самый момент, когда его стопа коснулась земли, чудовищная волна ци вырвалась из тощего тела старика, подобно бушующему шторму.
Небесное ци пришло в движение, потоками света устремляясь внутрь его плоти.
Бум!
В глазах Лу Мина фигура Лу Цзиня в этот миг превратилась в пылающее солнце из грома и огня; яростные разряды молний и языки пламени бешено сталкивались и скакали вокруг него, а идущие от него волны жара и разрушительной мощи едва не лишали дыхания.
Тяжелое давление ци навалилось на них с силой горного пика.
И прямо из этого ослепительного вихря грома и огня неторопливо шагнул вперед Лу Цзин.
Зрачки Лу Мина резко сузились.
В его глазах отражалась фигура деда, чье тело было окутано сотканной из ярчайших молний и пламени накидкой, ниспадающей до самой земли.
Эта одежда из грома и пламени казалась живой – она мерно колыхалась, и на ее ткани проступали бесчисленные сокровенные, таинственные руны, которые словно живые духи стихии непрерывно вбирали в себя и выдыхали небесное ци.
В то же время в руке у Лу Цзиня материализовался предмет: железный кнут о девяти секциях, сотканый из переплетенных молний и огня, похожий на боевой молот. На каждой его секции были выбиты громовые письмена, и при столкновении стихий они издавали оглушающий, пробирающий до костей гул.
Та самая Плеть Грома и Пламени, величайшая защитница их Лэй Хо Гуаня!
И по мере того как одеяние из громового пламени укутало тело Лу Цзиня, старик стал медленно подниматься в воздух, зависнув в нескольких чжанах над двором, словно ступая по самой пустоте.
─ Невероятно… ─
Лу Мин смотрел на окутанного громовым пламенем деда, похожего на грозного небесного полководца, и не находил других слов.
─ Еще бы! Иначе с чего бы твой отец так денно и нощно грезил об этом? ─ второй дядя Лу Цзинлэй тоже задрал голову, глядя наверх с нескрываемой завистью и тоской.
─ Оперение Священных Чар защищает от любых напастей и сокрушает любые заклятия. Оно не только обладает чудесными свойствами телесной защиты, но и позволяет летать по небесам и прорываться сквозь землю. Поистине, лишь тот, кто достиг ступени мастера и облачился в такое оперение, может именоваться настоящим человеком, ─ с глубоким вздохом произнес Лу Цинъянь.
Услышав это, Лу Мин вспыхнул от зависти: обладая подобным одеянием, можно с легкостью рассекать небеса?!
Не зря мастера Священных Чар считаются первым серьезным рубежом на этом пути.
Тем временем Лу Цзинь постепенно усмирил ци, и громовое пламя на его теле стало блекнуть, пока не исчезло вовсе.
Он опустился на землю и с улыбкой сказал сморщившемуся от зависти юноше: ─ Сяо Минцзы, тебе не о чем вздыхать. С твоим талантом до мастера Священных Чар – рукой подать. Ты уйдешь много дальше своего деда, и для тебя непременно найдется место среди грандмастеров, а то и выше. ─
─ Дедушка, если мастер Священных Чар столь велик, то каково же тогда зрелище на уровне грандмастера? – с благоговейным любопытством спросил Лу Мин.
─ Грандмастер Священных Чар… ─
При упоминании этой ступени даже на лице Лу Цзиня промелькнула тень трепета. ─ В миру говорят: мастера ткут оперение, а грандмастера плетут сеть закона. ─
─ Это истинные владыки, способные удерживать в повиновении целые земли. А насколько они сильны… обычно описывают двумя фразами. ─
─ Какими же? ─
Лу Цзинь на мгновение умолк, а затем медленно произнес, переполненный сложными чувствами:
─ Сеть закона широка, от нее не уйти. ─
─ Что в сети закона – то лишь мошкара. ─