Эйприл нахмурилась.
— Что стоишь? Иди.
— Вам не нужен кто-то, кто будет бегать по поручениям? Я всегда мечтала работать в таком доме.
Работа в большом особняке считалась почётным занятием.
Ханна вспомнила слуг из знатных домов, которые важничали на рынке.
Она обратилась к Эйприл, которая явно была недовольна:
— Я умею торговаться и выбирать хорошую рыбу!
— Мне не нужен ребёнок.
— Но закон изменился!
— Его снова изменят. Потому что он неправильный.
— Я не хочу возвращаться домой!
Ханна выкрикнула это с отчаянием.
Громкий, звонкий голос заставил Эйприл, поднимавшуюся по лестнице, обернуться.
— Странная ты.
— Я смелая!
Ханна Коски слышала, что тут живёт ведьма, но ей было всё равно.
Эта ведьма не казалась ей хуже отца, который в пьяной ярости швырял бутылки в голову дочери. И уж точно не хуже директора фабрики, который урезал и без того нищенскую зарплату — то за то, что она засыпала на ходу, то за то, что слишком часто бегала в уборную.
Эйприл всё ещё хмурилась, но, вопреки своему виду, кивнула, призывая следовать за ней.
Лицо Ханны просияло, и она бодро побежала вверх по лестнице.
***
С началом домашнего ареста все помещения, кроме первого и второго этажей, были заперты. Дорога на третий этаж — не исключение.
К счастью, во время обыска полицейские частично вскрыли и запертую дверь на третий этаж. Но, пробившись с таким трудом, они тут же начали падать в обморок и в панике разбежались, так и не успев осмотреть его.
Эйприл сказала:
— Я не заходила сюда семь лет. Там, наверное, полно крыс. Каждую ночь, когда я спала на втором этаже, я слышала, как они скребутся в стенах.
— Я отлично ловлю крыс! Я очень быстрая.
— Ну да.
Фамилия Коски означала «быстрый», так что её хвастовство не было лишним.
Они поднялись на третий этаж. Эйприл заглянула внутрь и, слегка побледнев, сказала Ханне:
— Кажется, одной скорости тут мало.
Ханна тоже заглянула, а затем спросила с сияющим лицом:
— Можно я всех их поймаю?
— Ты хочешь поймать их?
— Да!
Эта девочка была не просто смелой — она была бесстрашной.
Ханна сбегала вниз и принесла кочергу из камина.
— Можно поймать этим?
— Если сможешь — да.
Глаза Ханны загорелись, и она принялась с азартом гоняться за крысами.
Эйприл стояла неподвижно, даже не глядя в сторону третьего этажа, и Ханна сказала:
— Вы можете подождать на втором!
— Хорошо. Я всё равно не помощник.
Эйприл спустилась на второй этаж — почти бегом, хотя и не призналась бы в этом. Это было зрелище, которое она не хотела видеть дважды.
Вскоре Ханна переловила всех крыс на третьем этаже и унесла их куда-то. Приведя всё в порядок, она позвала Эйприл.
Девочка, которая с таким энтузиазмом носилась за крысами, теперь, когда на третьем этаже стало тихо, прилипла к спине Эйприл и прошептала:
— Мне страшно...
— Чего?
— Здесь же ничего нет.
— Лучше бы были крысы?
— Конечно!
Неужели?
Эйприл не могла понять этого сходу, но решила, что у каждого свои предпочтения, и двинулась дальше.
Третий этаж, годами стоявший без присмотра, весь был затянут паутиной, а мебель — разбита топорами при грабежах. К тому же каждый предмет был изгрызан крысами.
Среди этого хаоса лишь портреты семьи Лунос, висевшие на стенах, не привлекли внимания воров.
Ханна вцепилась в подол платья Эйприл:
— Мне кажется, они смотрят на нас.
Эйприл, сама того не заметив, крепко сжала левую руку девочки. И правда, теперь, когда Ханна сказала, ей тоже показалось, что они смотрят.
Они прошли по коридору, и Ханна остановилась:
— Здесь есть ваш портрет.
— Да.
Эйприл посмотрела туда, куда указывала Ханна. Портрет, где она сидела между отцом и матерью. Единственный, где они были вместе.
Надо было заказать больше таких.
Родителям, наверное, было достаточно её портретов, но Эйприл, оставшейся без них, нужны были те, где они рядом.
С этими мыслями она направилась к лестнице, ведущей с третьего этажа на крышу.
Она с силой потянула дверь, обитую бархатом, — и в проём хлынул солнечный свет. Эйприл шагнула наверх.
Ханна последовала за ней и ахнула:
— Ух ты...
С высоты открывался вид на ярко-зелёные земли, окружавшие особняк Лунос.
Особняк стоял на холме и был невероятно высоким. С крыши можно было увидеть лес за пределами поместья и даже море за ним.
Грудь распирало от простора.
Эйприл стояла и осматривала здания, которые должна была содержать в порядке.
Внизу виднелись главные ворота поместья, окружённые лесом. Их построил знаменитый архитектор, которому предки Луносов дали полную свободу.
Две колонны по бокам, соединяющиеся сверху, под которыми висели огромные ворота. В каждой колонне были помещения, где могли жить по три-четыре человека. Стража, охранявшая дом Лунос, располагалась там.
Сверху было видно, в каком плачевном состоянии находилось поместье — словно заброшенное лет на сто.
Эйприл думала о том, сколько всего нужно исправить, когда её взгляд упал на столицу. Пейзаж изменился до неузнаваемости с тех пор, как она в последний раз стояла здесь.
— Как странно, — сказала она.
— Что именно? — спросила Ханна.
— Деревьев стало гораздо больше.
Раньше, когда наступали холода, жители герцогства вырубали все деревья, какие видели, на дрова.
Был закон, запрещающий рубить деревья ниже и выше определённого размера, но люди предпочитали нарушить закон, чем замёрзнуть, и остановить их было невозможно.
А теперь даже на глаз в столице стало заметно больше деревьев. И пейзаж от этого стал красивее.
Ханна сказала:
— Потому что стали использовать уголь. Империя поставляет его очень дёшево.
— Понятно.
Фабрик стало больше — и деревьев тоже.
Эйприл старалась принять перемены, произошедшие за время её отсутствия.
Осматриваясь, она заметила незнакомое место и спросила Ханну:
— А это что?
— Парк аттракционов. Я там не была, так что не знаю, что внутри...
— Понятно.
Семь лет назад парк аттракционов уже существовал.
Но тогда там была только карусель и большая горка. Теперь, даже на расстоянии, было видно, как он вырос.
Эйприл спросила:
— Хочешь сходить?
— Да…
— Ты поймала крыс — я заплачу тебе за работу. Иди.
— П-правда?
Ханна широко распахнула глаза, но тут же нахмурилась:
— А вы?
— У меня нет времени. И настроения. Я не хочу ходить в людные места.
Эйприл отрезала и отвернулась от парка.
— Для начала нужно заняться уборкой.
— Да!
Ханна, боясь, что её прогонят, с грохотом сбежала вниз, нашла уборочный инвентарь и с таким же грохотом вернулась.
Они начали убираться на крыше.
Когда-то супруги Лунос принимали здесь гостей и пили чай до поздней ночи.
Столы и стулья так и стояли на своих местах, заросшие грязью и пылью, но для того, чтобы Эйприл и Ханна могли присесть и отдохнуть, они годились.
— Как здорово! — воскликнула Ханна, садясь на стул.
Эйприл согласилась с ней. Это был редкий момент покоя.
Они отдыхали, и Ханна болтала без умолку о том, что ей нравится, как вдруг вскочила. Её лицо мгновенно побелело, и она указала куда-то:
— Туман приближается.