Шэнь Цинхэ вышла из пещеры за водопадом, и аура ее тела полностью скрылась внутри.
Благодаря очищению наследия секты Меча Зеленого Лотоса ее духовная энергия стала еще чище, а осколок намерения меча в море сознания полностью сросся с ней. Теперь ей требовалась лишь одна мысль, чтобы высвободить эту безудержно острую мощь.
Определив сторону света, она направилась к центральной зоне секретной обители. Цинь Э с остальными наверняка все еще прочесывали те места – самое время воссоединиться.
По пути лесной ветерок казался непривычно ласковым. Живительная сила трав и ароматы почвы воспринимались ее чувствами гораздо острее прежнего. То было естественное отражение гармонии с небесными энергиями после прорыва в культивации.
Прошагав около получаса, она услышала доносившиеся впереди раскаты столкновения духовной энергии, перемежавшиеся сердитыми окриками.
Шэнь Цинхэ замерла на полушаге, скрылась за массивным стволом древнего дерева и, полностью погасив ауру, тихонько глянула вперед.
Впереди раскинулась обширная лесная поляна.
В самом ее центре на синеватом валуне прочно закрепилась багровая, напоминающая свернувшегося дракона духовная трава, испускавшая слабое сияние.
Женьшень Алого Дракона.
Подобный эликсир оказывал чудесное воздействие на практиков стадии Основания Дао, позволяя в колоссальной степени закалить плоть, и являлся сокровищем, кое сыщешь лишь случайно.
В данный момент за него отчаянно сражались две группы людей.
Сторона меньшинства насчитывала всего троих монахов. Все они были ранены и, выстроившись в простенькое защитное построение, из последних сил держали оборону.
В противоположном лагере состояло человек семь-восемь. Каждый источал мощную ауру, а во главе стоял молодой человек в роскошных парчовых одеждах. Сжав золотой нож с кольцом на рукояти, он вел размашистые атаки, вынуждая противников пятиться шаг за шагом.
На лице юноши играла издевательская усмешка, а в глазах читались жадность и высокомерие.
─ Братец Чжоу, прояви благоразумие и убирайся отсюда. Этот женьшень Алого Дракона приглянулся мне, ─ издевательски протянул он, легко разрубив защитное свечение противника. ─ Сокровища принадлежат тем, у кого есть добродетель… О нет, у кого есть сила.
Сказав это, он первым самодовольно рассмеялся.
Именно эта фраза.
А также привычка слегка постукивать обухом ножа по собственному наплечнику во время разговора.
Прячась за деревом, Шэнь Цинхэ резко сузила зрачки.
Осколки воспоминаний прошлой жизни, точно острие кинжала, вонзились ей в мозг.
Врата секты Меча Зеленого Лотоса разбиты, вокруг бушует пламя. Учитель, залитый кровью, заслоняет ее собой и вопрошает самого дорогого ей старшего брата: ─ Лю Фэн, зачем ты это делаешь?!
А этот прежде нежный и обходительный старший брат Лю Фэн как раз утирал кровь с лезвия своего меча, щеголяя точно такой же ухмылкой, какая сейчас застыла на лице парня в парче.
─ Учитель, пути у нас разные, ─ мягко произносил он тогда. ─ Высшее сокровище секты, канон меча Цинлянь, по праву должен принадлежать таким «умелым людям», а не передаваться девчонке, которая умеет лишь махать мечом.
Видение рассыпалось.
Дыхание Шэнь Цинхэ на миг сбилось.
Она прекрасно осознавала: стоявший перед ней человек – не Лю Фэн. Тот давным-давно был стерт в порошок врагами в день гибели секты.
Но это схожее выражение лица и точь-в-точь такая же разбойничья логика в одно мгновение воспламенили ненависть, затаившуюся на самом дне ее души.
Парчовый юноша, видимо, что-то почуяв, резко повернулся, и его пронзительный взгляд метнулся прямо к укрытию Шэнь Цинхэ.
─ Кто там прячется? Вылезай, крыса!─
Шэнь Цинхэ неторопливо вышла из-за дерева.
Ее появление заставило дерущихся прервать схватку.
Молодой аристократ с ног до головы окинул ее взглядом и, заметив скромные одежды и кажущийся слабым уровень Сбора Ци, исполнился еще большим высокомерием.
─ Откуда вылезла эта дикая девчонка, раз смеет подглядывать за делами твоих господ? ─ он ткнул в Шэнь Цинхэ кончиком ножа, изливая максимум пренебрежения. ─ Гляжу, ты одна – небось, раздобыла где-то по дороге ценности? Как раз вовремя: сдавай сюда свою сумку хранения, и сегодня у меня хорошее настроение, так что сохраню тебе жизнь.
Один из троицы осажденных монахов, не выдержав, крикнул в ее сторону:
─ Беги,道友! Это Вэй Чжэ из секты Тысячи Клинков, он совершенно беспринципен!─
Секта Тысячи Клинков.
Шэнь Цинхэ припомнила: второсортная секта из Яньцзина, прославившаяся своим наглым нравом.
Услышав предостережение, Вэй Чжэ не рассердился, а рассмеялся пуще прежнего:
─ Верно сказано! Я беспринципен, и что ты мне сделаешь?─
Его соратники тоже захихикали, глядя на Шэнь Цинхэ так, будто перед ними стояла обреченная на заклание овца.
Девушка пропустила их насмешки мимо ушей.
Взор ее оставался гладким, подобно водной глади, однако под этой гладью скрывался холод, способный заморозить все живое.
Она шаг за шагом двинулась вперед.
Заметив, что девица не только не испугалась, но еще и приближается, Вэй Чжэ скривил губы в злобной усмешке:
─ Не ценишь ты собственной шкуры! Видимо, без урока не обойтись!─
Не успело замереть последнее слово, как он сорвался с места: золотой нож в его руке поднял свирепый вихрь, целясь прямо в лицо Шэнь Цинхэ.
В этот удар он не вложил ни капли сдерживания, очевидно решив сразу убить.
Однако в тот самый момент.
─ Стоять!─
Грозный окрик раздался неподалеку, а острое острие копья пронзило воздух, точно целясь в самый бок золотого ножа Вэй Чжэ.
Дзень!
Раздался звонкий удар: золотое кольцо на клинке отклонилось в сторону, а самого Вэй Чжэ колоссальной силой откинуло на два шага назад.
Прибыли наконец-то подоспевшие Цинь Э, Шэнь Цинюэ и Бай Чжи.
Цинь Э, сжимая в руках копье, заслонил собой Шэнь Цинхэ и яростно зыркнул на неприятеля: ─ Вэй Чжэ! Совсем потерял стыд? Наваливаться толпой на беззащитную девицу!─
Выровняв равновесие и опознав Цинь Э, Вэй Чжэ помрачнел.
─ Цинь Э? А я гадал, кто тут геройствует. Оказывается, ты, ─ хмыкнул он. ─ Это наши дела с ней, тебе-то какое дело? Или ты положил глаз на эту девчонку?─
─ Ты! ─ лицо Цинь Э покраснело от гнева.
Тут же подошла Шэнь Цинюэ. Скользнув взглядом по бесстрастной Шэнь Цинхэ, она перевела его на Вэй Чжэ и холодно процедила: ─ Она из семьи Шэнь.
─ Семья Шэнь? ─ расхохотался Вэй Чжэ. ─ Какой еще семье Шэнь? Тому клонящемуся к закату роду из Яньцзина? Смех да и только. Подумаешь, какая-то побочная ветвь, даже будь здесь ваши прямые родичи, вам не позволено совать нос в чужие дела!─
Его дерзкое поведение не оставляло сомнений: он ни в грош не ставил ни Цинь Э, ни клан Шэнь. Общая мощь секты Тысячи Клинков и впрямь превосходила клан Цинь и нынешнюю семью Шэнь.
Цинь Э уже хотел было продолжить пикировку, как чья-то рука мягко легла ему на плечо.
То была Шэнь Цинхэ.
Она вышла из-за спины Цинь Э и немигающе уставилась на Вэй Чжэ.
─ Это дело не касается их, ─ тихо обронила она.
Ее голос прозвучал спокойно, но четко достиг ушей каждого.
Цинь Э опешил: ─ Цинхэ, ты…─
Шэнь Цинхэ не оборачивалась: ─ Это мои счеты.─
Приподняв веки, она позволила взгляду наполниться слабым волнением. То был не страх и не гнев, а леденящая душу, абсолютная жажда убийства.
Эта кровожадность мгновенно заставила утихнуть шумевшую поляну.
Улыбка на лице Вэй Чжэ застыла: в бездонных зрачках этой девицы он уловил нечто пугающее до дрожи.
─ Ты… чего уставилась? ─ с напускной храбростью рявкнул он.
Шэнь Цинхэ промолчала.
Она просто медленно подняла правую руку и обхватила пальцами рукоять древнего меча на поясе.
Прошлые долги, нынешние плоды.
Лю Фэн уже мертв, но в этом мире никогда не переводящихся на него людей хватало с избытком.
Раз уж выпало встретиться, что ж… пора наводить порядок.
─ Гум…─
Меч покинул ножны, выплеснув чистый мелодичный звон.
Подобный осенней воде отблеск стали внезапно вспыхнул среди ветвей.