Выпрямившись во весь рост, Шэнь Фэй заговорил спокойным, но твердым голосом: ─ Доклад командующему.
─ По моему мнению, спецназ – это вовсе не усиленная рота разведки и уж точно не отряд смертников.
Стоило этому прозвучать, как несколько командиров дивизий скептически приподняли брови.
Только что они битых полчаса препирались именно вокруг этих двух вариантов.
Заявлением Шэнь Фэя все их рассуждения были перечеркнуты с порога.
Чжао Дачжу издал едкий смешок: ─ Ну-ка, просвети, чем же он тогда является?
Шэнь Фэй не стал спорить, а лишь перевел взгляд на оперативную карту в центре стола: ─ Обычные войска подобны тяжелому молоту.
─ Массированный шрык, огневой вал, наступление армейских соединений – всё строится на фронтальном сокрушении.
─ Опустишь такой молот – рухнут стены, разлетятся ворота, а оборона противника трещит по швам.
─ Но что делать, если уязвимая точка врага вовсе не спереди?
─ Что, если командный пункт упрятан в глубь позиций, узел связи оборудован в тылу, склады боеприпасов замаскированы в долинах, а артиллерийские расчеты меняют позиции сразу после залпа?
─ Если мы продолжим крушить все это молотом, нам понадобятся переброска войск, прокладка дорог, развертывание артиллерии – это шумно, дорого и банально поздно.
Многие в конференц-зале притихли.
С подобными головоломками они сталкивались не впервые.
Особенно те офицеры, кто прошел бои на южных рубежах, прекрасно осознавали всю горечь этой проблемы.
Выдержав паузу, Шэнь Фэй продолжил: ─ Спецназ – не молот, спецназ – это скальпель.
─ Командные пункты, узлы связи, радиолокационные станции, арсеналы, транспортные узлы врага – в таких местах может находиться не так много живой силы, но именно они определяют исход всего дела.
─ Стоит лишь отыскать уязвимое место и нанести точный удар, как целый полк, дивизия или даже целая линия фронта мгновенно парализуются.
На этот раз его никто не перебил.
Чжоу Чжэньбан, до этого привалившийся к спинке кресла, слегка выпрямился.
Шэнь Фэй понимал: одних красивых терминов недостаточно.
Чтобы заставить этих старых вояк поверить, нужны реальные боевые примеры: ─ В войне на юге в семьдесят девятом году мелкие диверсионные группы противника отличались феноменальной способностью к инфильтрации.
─ Численность личного состава у них была небольшой, да и вооружение оставляло желать лучшего.
─ Но отдельные мелкие группы смело уходили в горные массивы, проникали в глубину обороны, выходили к нам в тыл.
─ Одно отделение, а порой и несколько бойцов способны были перерезать линии снабжения, вывести из строя связь и держать в страхе наши штабы.
─ Уважаемые товарищи командиры, что может сделать одно отделение пехоты, столкнувшись лицом к лицу с целым батальоном? Оно даже ряби на воде не оставит.
─ Но что если оно окажется рядом с вашим батальонным командным пунктом?
─ А что если они сперва обрежут телефонные провода, уничтожат радиостанцию, а под конец забросят в командирскую палатку гранату?
─ Исход боя станет совершенно иным.
Лицо Чжао Дачжу слегка переменилось.
Он прошел через горнило той войны и прекрасно знал, что Шэнь Фэй говорит не о книжных выкладках.
Это была суровая правда фронтовых будней.
Отряды противника тогда изрядно потрепали китайские части.
Начальник отдела Сунь Маоцай, намеревавшийся при первом же удобном случае осадить дерзкого подчиненного, теперь молча сглотнул подступившие к горлу слова.
Этот малец… вовсе не пустословил.
Шэнь Фэй продолжал: ─ Суть спецназа не в численности, не в огневой мощи и не в умении просто идти врукопашную.
─ Суть в том, чтобы минимальными силами в критической точке достичь максимального результата.
─ Когда требуется разведка – он становится глазами.
─ Когда нужен налет – он превращается в кинжал.
─ Когда нужно навести огонь – он служит живым ориентиром.
─ Когда необходимо спасти людей, взять «языка» или провести операцию по обезглавливанию – он обращается рукой, проникающей прямо в сердце врага.
Обезглавливание.
Стоило прозвучать этому слову, как атмосфера в зале сгустилась.
Понятие было еще внове.
Но никто не счел его неуместным, поскольку смысл дошел до каждого.
Политрук Чжао Гохуа поправил очки и впервые в упор, со всей серьезностью, оглядел Шэнь Фэя: ─ Товарищ Шэнь Фэй.
─ Ты тут расписал все красиво.
─ Скажи-ка мне, какие конкретно задачи должен выполнять такой отряд после своего создания?
Остальные снова уставились на Шэнь Фэя, сгораючи от любопытства, как он выкрутится на этот раз.
Тот на секунду задумался и четко чеканил слова: ─ Доклад товарищу политруку, по моему мнению, таких задач как минимум пять.
─ Первое – глубокая разведка.
─ Речь идет не о выходе обычных разведчиков к переднему краю, а о глубоком проникновении в тыл противника, длительной скрытной работе с целью выявления его управления, огневых точек, тыловой инфраструктуры и маршрутов выдвижения резервов.
─ Второе – наведение и целеуказание.
─ Спецгруппа на месте подтверждает координаты цели, передает в штаб данные о расположении, азимутах и поправках огня, обеспечивая артиллерии и авиации точнейшее бомбометание.
─ Третье – диверсионные операции.
─ Уничтожение мостов, складов горючего, узлов связи – целенаправленное разрушение критической инфраструктуры противника.
─ Четвертое – спецоперации по спасению заложников и захвату пленных.
─ Включая вызволение окруженных бойцов, пленение ценных персон и добычу секретных материалов.
─ Пятое – операции по обезглавливанию.
─ При крайней необходимости – ликвидация самого ядра вражеского командования, чтобы обратить противника в деморализованное стадо.
Пункт за пунктом, предельно четко.
Никакой воды, никаких демагогических лозунгов.
Именно эта конкретика заставила всех присутствующих помрачнеть и сосредоточиться.
Чжоу Чжэньбан приподнял фарфоровую кружку, отпил чаю и медленно поставил ее обратно: ─ Откуда ты набрался всех этих премудростей?
Вопрос коварный.
Нельзя выдавать себя как попаданца, но и молчать нельзя.
Иначе пытаться обмануть этих волков в погонах – верный путь угодить под пристальное расследование органов госбезопасности.
Шэнь Фэй обдумал формулировку: ─ Доклад командующему, во время учебы в Академии я изучал трофейные и иностранные материалы, а также прорабатывал опыт южной кампании.
─ Сложив это с практикой подготовки наших разведрот и штурмовых групп, я сделал собственные выводы.
Объяснение вполне сносное.
Выпускник Военной академии, штабист-оперативник, имеющий доступ к документам – ничего из ряда вон выходящего.
Чжоу Чжэньбан пристально посмотрел на него, не выражая ни веры, ни скепсиса, и задал новый вопрос: ─ А на каком этапе, по-твоему, находятся зарубежные спецвойска?
Шэнь Фэй отчеканил без запинки: ─ Доклад командующему: британский SAS, американские «зеленые береты» и «Дельта», советские «Альфа» и «Вымпел» – все они уже создали относительно зрелые системы ведения специальных операций.
─ Они не только умеют воевать, но и знают, как отбирать и тренировать людей. Главное же в том, что они осознали: сила одиночного бойца – лишь фундамент, а подлинная мощь заключается в слаженной системе спецподразделений.
Взгляд Чжоу Чжэньбана едва заметно дрогнул: ─ А что насчет нас?
Скользкий вопрос.
Сказать, что мы катастрофически отстаем – расписаться в собственном бессилии.
Заявить, что мы наравне – откровенное вранье.
Шэнь Фэй выдержал паузу: ─ Доклад командующему, мы сейчас действительно находимся в самом начале пути.
─ Но именно благодаря этому нас не связывают по рукам и ногам устаревшие догмы.
─ Зарубежные страны прошли десятилетиями проб и ошибок, накопили и победы, и тупиковый опыт.
─ Нам нет нужды слепо копировать их путь, но мы обязаны взять все самое ценное, наложить на нашу собственную кадровую базу, особенности театра военных действий, снаряжение и боевые традиции – и проложить уникальную дорогу.
Чжоу Чжэньбан проникся подлинным интересом и продолжил допрос: ─ Хорошо.
─ Тогда поведай нам, как следует отбирать кандидатов для этого скальпеля?
Взгляды собравшихся снова сошлись на Шэнь Фэе.
В эту минуту высокие начальники в конференц-зале напоминали вентиляторы.
То глядят на командующего, то переводят взор на Шэнь Фэя.
Причем синхронность движений выглядела даже слегка комично.
Шэнь Фэй поднял палец и уверенно отрапортовал: ─ Доклад командующему, при отборе в спецназ нельзя смотреть только на то, кто быстрее всех бегает, точнее стреляет или дальше кидает гранату.
─ Оценивать нужно по трем критериям.
─ Первое – умственные способности.
─ Второе – характер и стойкость духа.
─ И лишь в третью очередь – физические данные.
Сразу несколько командиров в зале нахмурились.
Подобный порядок приоритетов полностью противоречил их многолетней привычке комплектования войск.
В армии главным показателем для элитного бойца всегда считалось физическое развитие.
Умение бегать, драться, выдерживать нагрузки, метко стрелять и владеть штыком.
Мозги, конечно, тоже важны, но ставить их на первое место?
Слишком свежий подход.
Начальник разведотдела Ли Голян прищурился: ─ С какой стати умственные способности на первом месте?
Шэнь Фэй тут же отреагировал: ─ Доклад товарищу начальнику отдела, в спецоперациях страшнее всего не тяготы и не усталость, а потеря контроля над ситуацией.
─ Группа из шести человек забралась в тыл противника, рация молчит, связи с тылом нет, плановый маршрут перекрыт заслонами неприятеля, цель внезапно сменила дислокацию, да еще наткнулись на поисковый отряд – что делать в такой момент?
─ Ни у кого не запросишь приказа, не заглянешь в устав, не дождешься подкрепления.
─ Принимать бой или отходить?
─ Обойти или прорываться?
─ Рассредоточиться или держаться вместе?
─ Рискнуть ради выполнения задачи или поберечь силы для поиска другого шанса?
Вопросы сыпались один за другим, и конференц-зал погрузился в еще более глубокую тишину.
Ни один из этих вопросов нельзя было решить грубой силой.
Шэнь Фэй сам ответил на них: ─ В такие минуты судьбу группы и успех операции решает не то, как быстро боец бегает, а его способность мгновенно оценивать обстановку.
─ Именно поэтому спецназовец должен в первую очередь уметь думать головой.
Ли Голян не стал спорить.
Будучи кадровым разведчиком, он как никто другой понимал, что упрямство и косность в тылу врага смерти подобны.
Заао Гохуа поинтересовался вновь: ─ А что ты подразумеваешь под стойкостью духа?
─ Психологическую устойчивость, ─ не задумываясь, ответил Шэнь Фэй. – Солдат на полигоне бьет в яблочко со ста процентов, на пятикилометровке приходит первым, в рукопашной берет призовые места.
─ Но если забросить его в незнакомый лес, где трое суток нет подвоза продовольствия, сзади идут преследователи, впереди – минные поля, рация разбита, а товарищ ранен.
─ Сможет ли он сохранить хладнокровие?
─ Не потеряет ли способность ориентироваться?
─ Сможет ли подавить страх?
─ Сумеет ли довести дело до конца под колоссальным прессингом?
─ Многие бойцы ломаются не физически.
─ Первым у них сдается дух.
Офицеры, прошедшие через фронт, снова погрузились в тяжелые раздумья.
Они видели немало подобных примеров.
На мирных учениях рвали жилы и рвались в бой, а при столкновении с реальной смертью ноги подкашивались.
И в то же время им встречались скромные, тихие в мирное время солдаты, которые в критический момент смертельной опасности держались непоколебимо, словно гранитные скалы.
Шэнь Фэй продолжил: ─ Что же касается физической подготовки, она, безусловно, важна.
─ Спецназовец обязан бегать, драться, переносить нагрузки и переносить лишения.
─ Но физическая форма – это лишь база, а не всё целиком.
─ Если отбирать исключительно по физподготовке, на выходе мы получим просто хороших крепких бойцов.
─ Нам же нужны универсалы, способные действовать автономно, анализировать обстановку, переносить чудовищное напряжение и решать нетипичные задачи.
─ Вот почему призыв в Меч Южного Китая не должен сводиться к простому сбору ударников из разных частей.
─ Требуется принципиально новая система отбора.
─ Отсеять по физической выносливости.
─ Отсеять по стрельбе.
─ Отсеять по тактике.
─ Проверить психику, интеллектуальный уровень, реакцию и способность принимать решения.
─ И наконец, загнать кандидатов в экстремальные условия, чтобы выяснить: сталь ли они на самом деле или всего лишь покрыты ярким лаком.
Чжао Дачжу не выдержал: ─ По такой твоей системе много ли останется?
Взглянув на него, Шэнь Фэй честно произнес: ─ Из сотни крепких бойцов останется три-пять человек – и то хорошо.
Из сотни всего три-пять?
Это же безумие!
Следует помнить, что те, кого направляли на отбор, и так были гордостью и золотым фондом своих подразделений.
Шэнь Фэй, казалось, вовсе не замечал реакции генералов: ─ Спецназ – это не собрание по количеству галочек.
─ Лучше меньше, но качественнее, чем разводить посредственность.
─ Ошибка обычного пехотинца подводит лишь отделение или взвод.
─ А оплошность одного спецназовца способна погубить всю группу и сорвать ключевую операцию целого фронта.
С последними словами в конференц-зале воцарилась абсолютная тишина.
Больше никто не смотрел на Шэнь Фэя как на зарвавшегося штабиста.
Взгляд командующего из оценивающего превратился в глубоко аналитический, пальцы вновь забарабанили по столу, а в голове звучали только что произнесенные юным капитаном слова.
В эту секунду он отчетливо понял: этот малец и вправду чертовски интересен, а за душой у него имеется солидный запас прочности!