— …Ладно.
Сакухана подняла голову.
Слёзы прекратились. Вместо них её глаза заполнились гневом. Она сжала металлическую трубу в руке с такой силой, словно пыталась раздавить её.
Вокруг трубы начал сгущаться свет, и в следующее мгновение она превратилась в волшебный жезл.
— Значит, эта тварь… сожрала мои деньги.
Уголки её губ исказились в ухмылке. В ней не было красоты — лишь отчаяние и жуть.
И всё же в моих глазах это зрелище превосходило любую сцену превращения девочки-волшебницы. Естественно, ведь глаза, пылающие волей к жизни, куда лучше мутного взгляда тухлой рыбы.
— Я отплачу.
— …
— Не за долги. А врагу.
Она оттолкнулась от толщи воды и рванула вперёд. Я тихо усмехнулся.
— Давно бы так.
Дракон снова взревел и бросился на нас. Но на этот раз я был не один.
— Пошли. Пора подвести баланс.
Я рассекал воду, следуя за Сакуханой.
— Семьдесят на тридцать?
— Нет.
— Сто на ноль.
Я настрадался куда больше.
— Посмотрю на твоё поведение.
В непроглядной тьме глубин два оружия нацелились прямо в сердце монстра. Второй раунд — только теперь всё начинается по-настоящему.
БАМ! БУУУМ!
Под водой прогремели взрывы.
Мы с Сакуханой разделились, заходя на монстра с обеих сторон.
[Начислена… пеня…!]
Монстр взмахнул длинным хвостом. Острые обломки карт на его конце закружились, словно циркулярная пила, рассекая воду. Целью был я. Судя по всему, сломанный зуб до сих пор сильно его донимал.
То он настойчиво охотился за Сакуханой, а теперь переключился на меня? Никакого постоянства.
— Смотрит только на меня. Какая прелесть.
Я не стал уворачиваться. Точнее, не мог. За моей спиной находилась слепая зона Сакуханы, которая всё ещё не окончательно пришла в себя. Придётся принять и этот удар.
Я всадил цвайхэндер в здание, фиксируя позицию.
И поднял щит.
Кр-р-р-аш!
— Кх-х-х…!
Сильнейший удар. Мои ноги поскользнулись и поехали назад. К счастью, вода смягчила и замедлила инерцию. Не вонзи я меч для опоры, меня бы впечатало прямо в стену.
Но я выстоял. Прочность щита наверняка упала, но его не пробило. Щит, созданный из симпатии До Ури, покрошился, но пока я жив, я всегда смогу восполнить этот ресурс.
— Что наш дд делает?!
В играх, если дамагер тупит, страдает саппорт. Я крикнул Сакухане:
— ДД должен наносить урон, а не прохлаждаться!
Здоровье танка и мана хилера не бесконечны.
Разумеется, сейчас я совмещаю все роли в одиночку… но какая разница!
Словно мой крик послужил сигналом, Сакухана пришла в себя и выкрикнула в ответ:
— …Да подожди ты!
Пока монстр удерживал агро на мне, Сакухана взмыла над его головой.
— Ах ты… тварь паршивая!
— Ха-а-а-ап!
С воинственным кличем Сакухана обрушила волшебный жезл вниз.
Дзинь!
Звонкий удар. Гладкая поверхность морского дракона осталась без единой царапины; чудовище взглянуло на Сакухану с явной насмешкой.
[Конфискация.]
— Что?
— Чёрт, уворачивайся!
Шипы, торчащие из крыльев дракона, выстрелили, будто ракеты. Разворачиваясь, словно чековая лента, длинные шипы устремились к Сакухане, пытаясь её обвить.
— Угх!
Сакухана извилась, уворачиваясь, но один из шипов задел её бедро. Алая кровь расплылась в тёмной воде.
— Сакухана!
— Я жива! Не отвлекайся!
Она закричала, её глаза были полны ярости. Свирепый взгляд и полное небрежение к ране. Отлично, её моральный дух восстановился. Проблема в уроне.
— Панцирь слишком прочный! Мои атаки его не пробивают!
Если даже твои атаки не работают, мои тем более не нанесут урона.
…Так, стоп. Подумаем. Если вспомнить, как я недавно выбил ему зуб: чешуя у него прочная, но разве другие части тела не уязвимы?
Блокируя удары, я закричал:
— Слабое место! Ищи слабое место! Ты же наверняка уничтожила кучу монстров, должна знать! Найди что-то вроде ядра!
Ядро. Или механика боя. В мире До Ури, вероятно из-за сеттинга супергероев, пробиваться можно было лобовой атакой.
Но если следовать законам махо-сёдзё, в тайтлах про девочек-волшебниц обязательно должно быть какое-нибудь ядро.
«Ядро… ядро, значит».
Я прищурился, отбивая очередную атаку. По канонам штампов это должен быть драгоценный камень в груди или во лбу, но туловище этой твари сплошь покрыто кредитными картами.
Везде одинаковый цвет, ничерта не разобрать.
И тут мне на глаза попался отломанный зуб. В месте скола торчал клочок рваной бумаги.
«Снаружи пластик, внутри бумага».
В голове сложился пазл. Эта тварь — всего лишь ком долгов, пачка чеков, упакованная в оболочку из пластиковых карт. Вычурный внешний вид похож на проценты по кредиту, которые раздуваются без всякого реального содержания.
Тогда тактика проста: не пытаться расколоть этот панцирь влобовую, а бить по уязвимым местам.
— Сакухана! — окликнул я её. Она всё ещё пыталась наносить новые удары сверху.
— Стыки!
— Что?!
— Между чешуйками! Вцепись в стыки! Сними эту шелуху, и там останется обычная бумага!
Сакухана широко раскрыла глаза. И я, и она прекрасно понимали, что сказать это куда проще, чем сделать. Влупить точно в зазор между чешуйками этого буйствующего дракона прямо в бурлящей воде?
Такое под силу только ветеранам. Для меня — закоса под охотника — и для нее, девочки-волшебницы (физического типа), которая машет жезлом вместо точной магии, это явно слишком высокая планка. Значит, я должен подготовить почву.
С тех пор как мы вывалились сюда, кажется, я только и делаю, что агрю и танкую, зато в этом деле набил руку.
— Я раскрою зазор, а ты всаживай!
— Эй, звучит как-то вульгарно?!
Лицо Сакуханы вспыхнуло.
— Заткнись и готовься!
Я убрал щит и поднял меч.
Левой рукой подпёр лезвие. Порезать ладонь или нет — было плевать.
«Щит приберегу на крайний случай».
Смотрю вперёд. На меня надвигается непроглядно-тёмная пасть.
Таранить разинутую пасть — от такого любой зассал бы.
Но это был самый надежный способ полностью заставить дракона сфокусироваться на мне.
Я смогу. Если это я.
Я оттолкнулся от толщи воды. Почувствовал, как шипы на крыльях замерли, и дракон уставился прямо на меня.
В его остекленевших глазах мелькнуло замешательство — похоже, он впервые видел психа, который летит прямо ему в пасть. Ну, я тоже делаю это не от хорошей жизни.
[Доступ запрещён!]
Словно веля не приближаться, дракон взмахнул передней лапой.
Скр-р-р-ип!
Звон лязгающего металла. Но атака упёрлась в лезвие и не нанесла прямого урона. А меч-то оказался весьма прочным.
Чёрт возьми, Сеньо, что это вообще за меч?!
— Кх-х-х…!
«Выстоять — моя задача».
Я подобрался ещё ближе к нему. Взгляд дракона и его огромная пасть были устремлены исключительно на меня.
«А уж пробить его — твоя».
Сейчас. В тот миг, когда дракон нагнул голову, чтобы сожрать меня, чешуя на его загривке разошлась.
Я встретился взглядом с Сакуханой, которая сидела верхом на драконе.
— Давай!!!
…
Странный парень.
Сакухана смотрела на мужчину перед собой.
Хоть они и встретились впервые, от него веяло чем-то знакомым.
Казался равнодушным, но проявлял заботу и постоянно пытался помочь, отчего на душе становилось как-то странно.
Сколько они вообще знакомы, чтобы он заходил так далеко?
Впрочем, она и сама хороша.
Словно дурманом дурманенная, согласилась на странный контракт, открыла боль, о которой никогда ни с кем не делилась… Плакала, теряла контроль над собой, злилась.
Стыдно-то как.
При воспоминании о своих срывах лицо Сакуханы залила краска. Она закрыла глаза и перевела дыхание.
Её любимая младшая сестрёнка умерла.
Не родная по крови. Дочь людей, усыновивших её из приюта. Она покупала ей вкусности, дарила красивую одежду и относилась к ней как к старшей сестре.
Сначала Сакухане казалось, будто над ней, у которой ничего не было, просто насмехаются, но любовь, которую она получала, и привязанность той девочки были искренними.
Причина, по которой она решила стать девочкой-волшебницей, была проста.
Малышке это нравилось. И этого было более чем достаточно.
Затем компания приёмных родителей обанкротилась, они покончили с собой, оставив их с сестрой вдвоём. А потом сестрёнка заболела синдромом угасания магии — болезнью с астрономически низкой вероятностью заражения.
— Ну и жизнь у меня… Прям череда несчастий.
Времени оглядываться на разлуки не было. Да и не считала она, что имеет на это право.
Раздумья казались долгими, но пронеслись за мгновение. Голос мужчины, рассекающий воду, вонзился в её уши:
— Давай!!!
«…»
Сейчас главное — не упустить шанс, который он для неё создал.
Сакухана посмотрела на мужчину перед собой.
«Как ярко…»
В этой непроглядной пучине… ты умеешь сиять.
…
Едва мой голос утих, как тьму глубоководной бездны прорезал слепящий луч света.
— Прочь с дороги!
Это была Сакухана. Игнорируя сопротивление воды, она с бешеной скоростью устремилась вниз, сжимая жезл. Волшебный жезл вспыхнул ослепительным сиянием.
Свет становился всё гуще, всё ярче.
Тяжесть долга, которую она несла на себе всю жизнь, на этот раз превратилась в оружие, устремлённое на дракона.
Она разомкнула губы и произнесла заклинание:
— В долгу перед светом.
— Ради любви.
— Ради справедливости.
— Ради надежды.
— И ради той малышки.
Не простая базовая атака, что она показывала до сих пор, а её настоящая, личная магия.
Фирменный приём из оригинала.
— Мэджикал.
— Лирикал.
— Ностальгия-а-а-а!!!!
БУ-У-УМ!
В глубоководной бездне…
взошло солнце.