Ким Тэджин разговаривал с дочерью, Ким Соа, о том, о чём давно не успевал с ней поговорить.
Не было ли ей страшно.
Хорошо ли она ела.
Ничего ли у неё не болит.
И...
— Папа, я правда думала, что умру, — тихо сказала Ким Соа.
Это были по-детски искренние слова, но у Кима Тэджина от них перехватило дыхание и потемнело в глазах.
И всё же Ким Соа тихонько улыбнулась:
— Но братик сказал, что теперь всё хорошо.
— ...Братик?
— Ага! Братик Кан Гон!
При этом имени лицо Кима Тэджина дрогнуло от сложных чувств.
В отличие от него, Ким Соа с гордостью продолжила рассказывать:
— Когда я плакала, он купил мне банановое молоко и разрешил держать его за руку, если станет страшно!
— ...
— А ещё сказал, что папа обязательно вернётся домой! И ты правда пришёл!
Ким Соа сияюще улыбалась — точно так же, как на той фотографии рядом с Кан Гоном.
От этого чувство вины Кима Тэджина только становилось тяжелее.
Он знал.
То, что заставило дочь улыбаться, — вовсе не его заслуга.
Кан Гон.
Он ведь пытался его убить.
А тот человек спасал его дочь, успокаивал её и даже устроил им эту благополучную встречу.
«Почему... Зачем он это делает?»
Честно говоря, он не мог этого понять.
Ему следовало бы ненавидеть меня.
Следовало бы винить и проклинать.
Так почему же этот человек поступает со мной именно так?
И тут...
Пип-
Раздался звук набора пароля на электронном замке, дверь медленно открылась, и в квартиру вошли Кан Гон вместе с Чхве Юной.
Как он и говорил перед уходом, они вернулись ровно через час.
— Соа, мы с твоим папой хотим немного поговорить наедине, ты не против?
— ...Его будут ругать?
— Нет, просто нам нужно обсудить кое-какие взрослые дела.
Кан Гон усмехнулся и слегка взлохматил волосы Соа.
— А взамен я сегодня снова куплю тебе кое-что вкусное. Что бы ты хотела?
— Гамбургер!
— Отлично. Тогда как закончим разговор, я сгоняю за ним.
Лицо Соа мгновенно просияло.
А вот лицо Кима Тэджина, наоборот, всё больше мрачнело.
Ведь интуиция подсказывала ему: сейчас начнётся самый главный разговор.
Чхве Юна увлекла Ким Соа в маленькую комнату, и в гостиной на мгновение повисла неловкая тишина.
Первым заговорил Ким Тэджин.
Он спросил юношу, который был действующим председателем «Сонхва Груп» и которому он раньше служил:
— ...Почему в сообщении вы написали, будто похитили мою дочь? Любому понятно, что это не так.
— Чтобы начальник Ким быстрее примчался. Ты ведь не собирался взвалить всю вину на себя и умереть, чтобы спасти дочь?
Тело Кима Тэджина вздрогнуло.
Подняв взгляд, он встретил укоризненный, пристальный взор Кан Гона.
Видя, что начальник Ким ничего не может возразить, Кан Гон тихо вздохнул и продолжил:
— Ну так что, нормально поговорил с Соа?
— Благодаря вам, молодой господин... то есть председатель, всё прошло хорошо.
— Ха, слышать это чёртово «председатель» ещё и от тебя... Мозги сразу проясняются. В любом случае, хорошо, что вы пообщались.
Ким Тэджин сжал кулаки.
Ему с трудом удалось снова заговорить:
— ...Я не понимаю.
— Чего именно?
— Зачем вы всё это делаете?
Голос Кима Тэджина глухо дрожал.
— Я пытался убить вас, председатель. Чуть-чуть случайного отклонения — и произошла бы катастрофа.
— ...
— На вашем месте совершенно естественно ненавидеть меня. Мы ведь столько лет знали друг друга, поэтому мой поступок должен казаться ещё более гнусным.
Он горько усмехнулся:
— Но вы спасли мою дочь и так просто позволили мне с ней увидеться. Почему... за что?!
— Да потому что я не умер.
— ...Что?
— Начальник Ким, вы с Соа — жертвы. И я тоже жертва, втянутая во всё это. Когда настоящий виновник предельно очевиден, с чего бы жертвам сцепляться друг с другом?
Взгляд Кан Гона постепенно потемнел и остыл.
В нём не было злости на Кима Тэджина.
Точнее говоря...
— Мне просто не нравятся ублюдки, которые заварили всю эту кашу.
Объект гнева Кан Гона был определён абсолютно чётко.
И для Кима Тэджина этот объект был тем же самым.
— Из-за этих тварей ты едва не потерял дочь, а Соа едва не осталась сиротой. Твари, которые ради собственной выгоды запросто готовы разрушить чужую семью... Неужели тебя это не злит, начальник Ким?
— Это...
Разумеется, он был взбешён.
Посягательство на семью — это черта, которую нельзя переступать.
Но когда враги уже отследили маршруты дочери и похитили её, у Кима Тэджина не было способов сопротивляться.
Точнее, он даже помыслить об этом не смел.
Но теперь, благодаря одному человеку, ситуация кардинально изменилась.
— Я собираюсь расплатиться с ними сполна... А ты, начальник Ким? Оставишь безнаказанными тех, кто тронул Соа?
Кан Гон спросил, глядя Киму Тэджину прямо в глаза.
В ответ Ким Тэджин лишь крепче сжал кулаки, и почему-то...
— Ни за что не оставлю.
...выглядел почти довольным.
Кан Гон ухмыльнулся, словно только этого и ждал.
Что ж, пора...
Пора предъявить счёт виновникам этого безумного балагана.
◆ ◆ ◆
Внутри «Сонхва Груп» поползли странные слухи.
Поговаривали, будто председатель Кан Гон ищет внутри компании человека, с которым будет вести дела.
В этом не было ничего удивительного.
Все члены семьи владельцев мертвы.
И девятнадцатилетний юноша, внезапно занявший пост председателя.
Какими бы выдающимися ни были его способности и сообразительность, справиться со всей группой компаний в одиночку невозможно.
А значит, ему неизбежно понадобятся надёжные союзники, помимо его личной секретарши Чхве Юны.
Разумеется, подходящий кандидат должен был хорошо знать внутренние дела компании и обладать способностями уладить текущий хаос.
И, конечно же, немалую роль играла преданность юному председателю.
Из-за этого среди руководящего состава возникло скрытое напряжение.
Кто встанет подле председателя?
Кто первым завоюет его доверие?
И среди всех наиболее чутко эту атмосферу уловил один человек.
Начальник отдела перспективного стратегического планирования.
Чон Минчхоль.
«В конце концов, всё к этому и свелось».
Он тихо вздохнул.
Честно говоря, он не ожидал, что расклад Юн Чхансопа рухнет так быстро.
Но дело уже сделано.
«Вместо того чтобы жалеть о прошлом, куда важнее искать способ выжить».
Для Чон Минчхоля куда важнее было подбираться всё ближе к самой вершине.
Именно по этой причине он в своё время и сотрудничал с Юн Чхансопом, однако...
Тот сейчас вел себя как-то странно.
Словно сбился с пути или не решался сделать шаг.
«Тьфу. Растерялся только потому, что какой-то внебрачный сын стал председателем».
Напротив, нужно активно воспользоваться этой ситуацией. Только так можно окончательно вывести себя из-под подозрений.
Чон Минчхоль был уверен, что это окажется проще простого.
Результаты работы, политическая хватка и понимание структуры «Сонхва Груп».
У него есть абсолютно всё.
А главное...
«Именно в таких обстоятельствах нужно проявлять инициативу, чтобы заслужить наибольшее доверие».
Поэтому Чон Минчхоль попросил личной аудиенции у Кан Гона, и от его секретаря, Чхве Юны, пришёл ответ:
В районе трёх часов дня председатель сможет его принять.
Вот только было одно необычное условие.
[Председатель хочет, чтобы начальник Чон сопровождал его на выездную встречу.]
[На сегодня запланирован визит на предприятие «Сонхва Электроникс».]
[Он хотел бы выслушать ваши советы по поводу дальнейших действий во время поездки.]
— ...«Сонхва Электроникс»?
Глаза Чон Минчхоля слегка сузились.
Однако он тут же понял причину.
Более того, это было весьма разумным решением.
«Сонхва Электроникс» — ключевая дочерняя компания «Сонхва Груп».
В ситуации, когда институциональные и зарубежные инвесторы охвачены тревогой, нужно лишь одно.
«Показаться на публике».
Председатель лично прибывает на место, показывается на людях и посылает рынку сигнал: «Сонхва» не пошатнётся.
Как минимум, этого достаточно, чтобы выиграть время.
К тому же сейчас внутри «Сонхва Груп» царила настоящая война.
Никто не знает, кто на чьей стороне.
После отравления семьи владельцев юному председателю, должно быть, вообще трудно кому-либо доверять.
И в такой ситуации он сам просит сопровождать его в поездке?
«Остерегается, но ищет того, на кого можно опереться».
И этим человеком станет он сам, что было просто отличной новостью.
И вот ровно в три часа дня.
Чон Минчхоль сел в служебный автомобиль председателя на подземной парковке «Сонхва Центра».
Первым заговорил Кан Гон.
Юноша смущённо улыбнулся и сказал:
— На вчерашнем экстренном собрании меня больше всего тронули ваши слова, начальник Чон. В них чувствовалось глубокое уважение к семье владельцев. Едва ли такой человек может быть преступником.
— ...Вы мне льстите.
Чон Минчхоль ответил сдержанно, но про себя утвердился во мнении.
«Не зря я вчера произнёс ту пламенную речь».
Каким бы волевым и стержневым он ни казался, он всего лишь старшеклассник.
Подумав, что всё складывается проще некуда, он произнёс:
— Поездка в «Сонхва Электроникс» — очень удачный ход.
— Правда?
— Сейчас рынок больше всего пугает именно «вакуум». Того, что вы лично покажетесь там, будет вполне достаточно, чтобы вернуть людям уверенность.
Чон Минчхоль продолжал говорить спокойным тоном:
— Я подробнейшим образом расскажу обо всём, что вас интересует, председатель. Пожалуйста, спрашивайте о чём угодно.
Кан Гон усмехнулся и кивнул.
Атмосфера в машине была отличной.
По крайней мере, так казалось Чон Минчхолю.
Кан Гон оказался куда более наивным, чем представлялось, и внимательно прислушивался к его советам.
С каждым разом Чон Минчхоль всё сильнее укреплялся в мысли:
«Готово».
Этого более чем достаточно.
Завоевать доверие нового председателя — вопрос времени.
Раз уж расклад Юн Чхансопа рухнул, теперь оставалось лишь самому стать новым ключевым игроком.
Сколько же они ехали?
Внезапно Чон Минчхоль взглянул в окно и слегка нахмурился.
«...?»
Странно.
Как ни крути, они ехали совсем не в сторону штаб-квартиры «Сонхва Электроникс».
О высоких зданиях не было и речи — даже сам город остался далеко позади.
И тут...
Когда машина миновала развилку, на обочине показался дорожный указатель:
[Гора Чхонун →]
Увидев его, Чон Минчхоль снова нахмурился.
Гора Чхонун?..
Любой, кто работает в «Сонхва Груп», хоть раз да слышал об этом легендарном месте.
Ходила пугающая байка о том, как первый председатель, Кан Сончхоль, лично расправился здесь с бандитами, избившими его сына.
Неужели...
Да ну, бред же?
Чон Минчхоль постарался сохранить хладнокровие и осторожно спросил:
— ...Председатель.
— Да?
— Извините, планы немного изменились?
Кан Гон мельком взглянул в окно и коротко кивнул:
— Ах, точно.
Затем улыбнулся добродушной улыбкой и произнёс:
— Поездка в «Сонхва Электроникс» только что отменилась. Появилось кое-что поважнее.
— Что?.. С чего вдруг...
Чон Минчхоль не успел договорить.
Точнее, не смог.
Щёлк.
Со стороны переднего пассажирского сиденья раздался короткий глухой щелчок.
Увидев телохранителя, наставившего на него дуло пистолета, Чон Минчхоль покрылся холодным потом.
Он поспешно перевёл взгляд на Кан Гона.
— Начальник Чон Минчхоль?
Кан Гон всё с той же добродушной улыбкой продолжил:
— Тебя сегодня хорошенько отколотят.
...Вот что означала его улыбка.