Сердце Корейской империи.
Императорский дворец.
Огромный дворец, хранивший в себе живую историю, и сегодня всё так же величественно возвышался в самом центре города.
Золотая черепица и алые колонны.
Место, буквально олицетворявшее собой всю Корейскую империю.
И его центр.
Кабинет императора.
Мужчина, тихо склонив голову, находился на аудиенции у императора.
Это был наследный принц Корейской империи, Ли Хван.
Помолчав какое-то время, он осторожно заговорил:
— Ваше величество.
— Говори.
— Я слышал, вы решили предоставить им императорский дворец.
Услышав слова сына, император поставил чашку, которую держал в руках.
— Да. Должно быть, у него смешанные чувства.
Внебрачный сын, которого считали пятном на репутации семьи владельцев.
И вот такой человек в один миг стал председателем «Сонхва Груп», а теперь даже проводит инаугурацию в императорском дворце…
Император усмехнулся.
— Разве есть лучший момент, чтобы завоевать его расположение?
Для восемнадцатилетнего мальчишки возможность посетить императорский дворец сама по себе станет великой честью.
Разумеется, тот ещё не дал окончательного ответа.
Ему сейчас явно не до того из-за дела об отравлении, так что это вполне объяснимо, но император был уверен.
Для «Сонхва Груп», в один миг лишившейся опоры, и для юного председателя, у которого нет надёжных покровителей, нет ничего лучше союзника в лице императорской семьи.
— К тому же один лишь факт того, что вы признали его лично, Ваше величество, станет для него более чем весомым поводом, — добавил наследный принц.
Император кивнул на слова сына.
— Стоит человеку поверить, что он обязан благодетелю, как он сам начинает надевать на себя кандалы.
Если наивный, не знающий жизни юный председатель решит, что обязан императорскому дому, то закономерным шагом станет его постоянное обращение за помощью к империи.
На самом деле это было шансом и для самой императорской семьи.
Прежние председатели «Сонхва Груп» открыто держались от императорского дома на расстоянии.
Что же касается детей второго председателя, Кан Тэсу…
«Не выдержав нашего давления, они стали шёлковыми».
Однако такое поведение всё равно вызывало у императора неприятный осадок.
Что плохого в том, если крупнейшая корпорация Корейской империи и императорский дом установят безупречное сотрудничество?
Они ведь тоже наверняка не хотят ограничиваться внутренним рынком и стремятся выйти на мировую арену.
Император искренне не понимал, как можно отказываться от партнёра, способного легче кого бы то ни было проложить для них этот мост.
— Ваше величество.
Погружённый на миг в свои мысли наследный принц медленно произнёс:
— Позвольте мне заняться этим делом.
Взгляд императора устремился на сына.
— Если я не смогу сделать человека императорского дома из какого-то старшеклассника-байстрюка, то как смогу в будущем вести за собой Корейскую империю?
На эти слова наследного принца император усмехнулся:
— Хорошо. Только обладая такой решимостью, можно рассчитывать однажды занять этот трон.
Фраза была короткой, но в ней читались большие надежды, возлагаемые на сына.
Император медленно поднялся со своего места.
Он уставился на вид за окном и уже собрался сказать что-то ещё, как вдруг запнулся.
«Хотя…»
В его памяти всплыло лицо одного человека.
Основателя и первого председателя «Сонхва Груп».
Кан Сончхоля.
Мужчины, поднявшего «Сонхва» с нуля до статуса сильнейшей корпорации Корейской империи.
Его свершения во времена прежнего императора были столь яркими, что текущий правитель помнил их отчетливо.
Человек, который, отклоняя предложения императорского дома, ни разу не склонил головы.
Тигр, который разрастался тем сильнее, чем больше на него давили, а при попытках приручить его — сам ставил императорскую семью в тупик.
Даже сам его дух был иным.
Такой человек мог перегрызть горло каждому, кто опрометчиво протянет к нему руки.
И…
В голове императора внезапно промелькнули кадры прямой трансляции, проходившей несколько дней назад.
Образ юноши, который ни на миг не пошатнулся, несмотря на ужасные условия съёмки.
Речь, мгновенно изменившая направление народного гнева и внимания общественности.
И то, как всего за пару дней он сумел схватить ключевых участников дела об отравлении.
«Возможно…»
«Он окажется не так уж прост».
Пусть и не ровня Кан Сончхолю, но он явно был далеко не самым обычным парнем.
Император на секунду взглянул на сына.
Казалось, стоит предостеречь его.
Сказать, чтобы не недооценивал парня, ведь при излишней беспечности тот может и укусить.
Однако эта мысль быстро улетучилась.
«И всё же… разве он не остаётся сопляком, даже не достигшим совершеннолетия?»
Ли Хван тоже был будущим наследным принцем.
Он должен уметь подчинять своей воле какого-то байстрюка.
Если он не справится даже с этим, то у него нет никакого права претендовать на императорский престол.
В итоге император так и не произнёс вслух слов предостережения.
— Буду ждать результатов.
Одной лишь этой фразы было достаточно, чтобы разжечь азарт в наследном принце.
И тут...
— Ваше величество, председатель «Сонхва Груп» принял предложение о проведении инаугурации. В данный момент мы согласовываем график.
— Что ж, отличная новость.
После этих слов императора, в которых звучало нескрываемое предвкушение, в кабинете вновь воцарилась тишина.
◆ ◆ ◆
Председатель «Сонхва Груп» Кан Гон находился в самом центре внимания общественности.
И когда он буквально в мгновение ока раскрыл дело об отравлении семьи владельцев, настроения в обществе начали стремительно меняться.
Поначалу из-за его юного возраста и статуса внебрачного сына большинство людей испытывало лишь сомнения и опасения.
Однако результат перевернул всё с ног на голову.
[Срочные новости: Задержаны внутренние сообщники по делу об отравлении семьи владельцев «Сонхва Груп»]
└ ??? Реально поймали
└ Не, ну всего за 3 дня? С такой скоростью можно подумать, что это вообще постанова, ппц;;
└ Кстати, а то, что это внутреннее преступление — реальность вообще? ㅋㅋ Даже представить не могу, насколько сильно они хотели вылезти наверх
└ Говорят же, деньги и власть сводят людей с ума…
└ Как вспомню, что из-за этих тварей акции просели вдвое, аж давление поднимается, сука
[Начальник секретариата «Сонхва Груп»: «Человек, внесший наибольший вклад в решение этого дела — наш председатель»]
└ ㅋㅋ Это же просто лесть, разве нет?
└ Ну да, юному председателю же обязательно нужно придать веса~
└ И всё-таки он сдержал слово, данное во время прямой трансляции
└ Раз есть результат, то тут ничего не скажешь, респект
└ Если честно, к его действиям в этот раз вообще не прикопаться
[Я сотрудник «Сонхва», расскажу про обстановку]
└ Сначала все думали, что нам конец, но с приходом этого председателя атмосфера в компании удивительным образом оживает ппц
└ Слышал, председатель постоянно отдаёт указания через секретариат. И наш председатель даже ночует в дежурке для сотрудников!
└ ?? Это ещё что за приколы?
└ Я тоже видел ㅋㅋ Нарушился ночью на сверхурочных и видел, как он выходил из дежурки
└ Это правда?
└ Он со мной даже поздоровался! Сказал: «Спасибо за вашу тяжёлую работу во время ночной смены», — и дал банку кофе! Я так тронут, что сделаю эту банку семейной реликвией.
└ Жесть
└ Скоро на аукцион выставишь, значит
└ Кстати, председателя часто можно встретить и в нашей столовой. Я сначала собственным глазам не поверил, когда увидел, как он стоит в общей очереди за едой
└ И свинину в остром соусе он уплетает ну очень аппетитно
└ Вау~ А вот это уже вызывает уважение!
Общественное мнение о Кан Гоне было чрезвычайно благосклонным, и, естественно, все взоры были устремлены на то, каким окажется его следующий шаг.
И, будто оправдывая эти ожидания, его следующее решение вновь заставило весь мир гудеть.
[Говорят, инаугурация председателя «Сонхва Груп» состоится официально? Но место проведения — императорский дворец!]
Инаугурация председателя «Сонхва Груп» в императорском дворце?
Сама по себе аренда императорского дворца под какое-либо мероприятие — событие невероятно редкое.
Разве что государственные мероприятия высочайшего значения, официальный протокол под эгидой императорского дома или же торжества и траур, связанные с членами императорской семьи.
Если дело не касается чего-то подобного, двери императорского дворца практически никогда не открываются.
Однако на этот раз было сделано исключение.
Императорский дом лично распахнул двери дворца, чтобы поздравить нового председателя «Сонхва Груп».
Одного этого факта хватило, чтобы фантазии публики разгорелись с неконтролируемой силой.
Неужели отныне крупнейшая корпорация Корейской империи и императорский дом окажутся в одной лодке?
Какова бы ни была правда, очевидным оставалось одно.
Императорская семья не относилась к этой инаугурации как к рядовому корпоративному мероприятию.
И ещё.
— Кан Гон, значит… Если правильно к нему подобраться, возможно, удастся воспользоваться шансом и наладить сотрудничество с «Сонхва».
Точно так же рассуждали и представители деловых кругов, получившие приглашения на инаугурацию.
«Сонхва Груп».
Электроника, IT, финансы, строительство и многое другое…
Это был такой гигантский конгломерат, что одно лишь партнёрство с ним способно было вывести любую компанию на совершенно иной уровень.
Однако человеком, вставшим во главе «Сонхва», оказался несовершеннолетний юноша.
К тому же внебрачный сын, у которого не то что опыта управления, но и банального понимания жизни толком быть не могло.
Деловые круги восприняли это не как кризис, а как шанс.
Хоть немного более выгодные условия!
Хоть чуть больше прав на совместный бизнес!
Проще говоря, торжество в императорском дворце было далеко не просто праздничным банкетом.
Это была сцена и поле битвы, где разворачивалась борьба за право занять место рядом с сильнейшим партнёром на десятилетия вперёд.
И пока все наперебой просчитывали выгоду...
— Как вам прекрасно известно, господин председатель, эта инаугурация будет далеко не простым мероприятием. Вокруг вас развернётся целое море интриг и коварных замыслов.
— Ну, это разумеется. Конечно, хлопотно, но это то, через что всё равно пришлось бы пройти хотя бы один раз.
— …Возможно, мои опасения напрасны, но меня больше волнуют не члены императорской семьи, а представители деловых кругов. До сих пор «Сонхва» всегда выступала с позиции силы, но сейчас они с высокой вероятностью посчитают, что расклад сил изменился.
На полные тревоги слова Чхве Юны Кан Гон лишь усмехнулся:
— Даже если председатель сменился на кого-то, кого можно недооценивать, тот факт, что «Сонхва» — крупнейшая корпорация страны, никуда не делся, верно?
Кан Гон ощутил лёгкость на душе, просто напомнив себе об этом. И ему ужасно хотелось сказать всем тем, кто придёт на инаугурацию:
«Не делите шкуру неубитого медведя раньше времени».
В конце концов, стоит ему лишь убедиться в кое-чём в императорском дворце…
Как во время своей инаугурационной речи он намеревался взорвать настоящую бомбу.