На следующий день к ним вернулось то напряжение, которое мучило их
накануне. Эванис купалась в одиночестве и ни с кем не разговаривала ни
во время завтрака, ни когда они разбивали лагерь, ни во время их
дальнейшего путешествия к главному торговому маршруту, проходящему рядом
с Эву. Было уже далеко за полдень, и они почти добрались до места
назначения, когда Эванис впервые за весь день что-то сказала. Она
приказала остановиться. Их пленницы остались в карете. Джаббит сидел на
скамье кучера, наблюдая, как наемники собираются вокруг Эванис. Она в
последний раз взглянула на монету в своей руке и убрала ее.
Эванис повернулась лицом к семи членам своей банды наемников.
-
Мы почти добрались до Эву. План состоял в том, чтобы отправиться на
север по торговой дороге в сторону Изостры и, оказавшись там, доставить
принцессу королю Мандораку и получить нашу плату. Я изменила этот план, -
сказала она и остановилась, чтобы посмотреть на мужчин, стоящих
полукругом перед ней.
- Я обещала вам золото, и вы его заслужили.
К сожалению, так как мой измененный план больше не принесет мне золота,
я также не могу дать вам золото, которое я обещала.
- Золота не будет? - Удивленно спросил один из мужчин.
- Почему ты изменила свой план, если твой новый план не принесет никакого золота? - Еще один хотел знать.
Громкое бормотание остальных мужчин выражало равный интерес к ответу на этот вопрос.
Эванис вздохнула.
-
Да, вы заслуживаете ответа так же, как и обещанного золота. Я хотела бы
дать вам и то, и другое, но не могу дать ни того, ни другого. Мне
приходиться оставаться у вас в долгу, и мне это нравится не больше, чем
вам.
- Долг? Я, черт возьми, не работаю ни за какие чертовые
долги, - сердито крикнул один из мужчин, в то время как остальные
уставились на Эванис.
Широкая улыбка Эванис обнажила два ряда идеально сверкающих белых зубов. Это выглядело так же очаровательно, как улыбка акулы.
-
Вот вам альтернативный план. Заберите у меня принцессу и продай ее
королю Мандораку сами. Без меня, ваши двойные доли снова удвоятся!
Конечно, вам придется заслужить это ... Сейчас, - сказала она,
вытаскивая фалькату и тяжелый кинжал.
Со спокойным любопытством
Джаббит наблюдал, как женщина нападает на своих бывших компаньонов.
Эванис прыгнула между мужчинами, прежде чем они успели двинуться. Ее
фальката метнулся справа, а кинжал - слева. Один из ее бывших товарищей
умер, не успев выхватить оружие. Бранон был только тяжело ранен, но он и
его друг Вагис все равно умерли следующими. Они были очень хорошими
лучниками, но, очевидно, совершенно бесполезны в ближнем бою. По
неопытному мнению, Джаббита, это выглядело так, будто мужчины возились с
громоздкими инструментами, в то время как оружие Эванис было частью ее
тела, словно клыки и когти волков и медведей, которых он видел. В этот
день, как и тогда, он стал свидетелем того, как хищник убивает свою
жертву.
Двое мужчин, сражавшихся с ней, были выше и массивнее
Эванис. Во всяком случае, преимущество их роста и силы, не могло
компенсировать ее гораздо большую скорость и ловкость. Один из них
потерял большую часть своего боевого потенциала, когда фальката Эванис
ударила по локтю его руки с мечом. Удар оказался недостаточно сильным,
чтобы отсечь руку мужчины, но лезвие все равно прошло насквозь. Форма
фалькаты, вероятно, обеспечила этот результат, предположил Джаббит.
Однолезвийный клинок фалькаты наклонен вперед, к острию. Эта форма, с
лезвием, вогнутым около рукояти, но выпуклым около наконечника,
распределила вес таким образом, что фальката нуждалась в гораздо меньшей
силе, чтобы нанести удар с импульсом топора - единственное оружие, с
которым Джаббит был хоть немного знаком. Однако он был превосходным
наблюдателем и очень быстро учился.
Между тем, борьба
продолжалась. Без помощи своего смертельно раненого товарища, другой
наемник был жалко побежден. Эванис блокировала высокий удар его меча
фалькатой, затем развернулась и вонзила свой длинный тяжелый кинжал в
его теперь уже открытую для удара подмышку. Рука с мечом безвольно
опустилась, и он выронил оружие. Ее фальката опустилась ему на лоб, и
положила конец его страданиям.
Когда Эванис сняла фалькату со лба
мертвеца, мимо ее уха просвистела стрела. Она воткнулась в землю в
нескольких футах, слева от нее. Она снова повернулась лицом к двум своим
последним противникам и тут же поняла, что врагов больше нет. Куваси
перерезал горло Сейксу. Именно из-за него стрела не попала в нее.
Эванис нанесла смертельный удар смертельно раненому человеку рядом, затем наклонила голову набок и посмотрела на Куваси.
- Ты моя подруга, Эва. Ты всегда будешь ею, - сказал здоровяк, широко улыбаясь.
-
Ты убил только одного и позволил мне забрать всех остальных, а сам
называешь себя другом? - Спросила она, возвращая ему улыбку.
- Я наблюдал за тобой, Эва, - сказал Куваси, и его голос внезапно стал серьезным.
- Ты всегда была быстрой и ловкой, но сегодня я увидел Сенши. Что с тобой случилось?
Эванис подняла бровь.
- "Сенши"? Это имя бывшего твоего любовника, над которым ты надругался и предал? - Она расхохоталась.
Куваси посмотрел на небо и застонал.
-
По крайней мере, ты все еще та злая женщина, которую я знаю. Сенши -
это боевой дух, посланный в мир Унганджаши, богиней мести, богиней моей
Родины, Ибани, еще одной жестокой женщиной.
- Ты когда-нибудь видел Сенши или богиню Унганджаши? - Джаббит спросил.
Он
слез с кареты и стоял рядом с ними. Расерис и ее гувернантка
последовали за ним. Они вышли из кареты после того, как звуки боя
прекратились, и с широко открытыми глазами смотрели на бойню вокруг них.
Куваси посмотрел на Джаббита и нахмурился, но не ответил на вопрос мальчика.
- Просто не обращай на него внимания, - отмахнулась Эванис от вопроса Джаббита.
- Он - беспечный дурак, который думает, что он Бог, и, вероятно, ищет потерянных членов семьи.
- Он и есть Бог! - Горячо возразил Расерис.
Теперь нахмуренный лоб Куваси был направлен на принцессу, и ее гувернантка тоже уставилась на нее.
-
Потерять девственность с деревенским идиотом было бы явно ниже чести
Вашего Величества, так что я вижу причину, по которой вы хотите в это
верить, - ответила Эванис на слова Расерис.
- А теперь заткнись,
или я закую тебя в кандалы и заткну рот кляпом. Как я уже сказала своим
людям, я изменила свой план. Новый план - мы отправимся в Катерру, твой
первоначальный пункт назначения.
- Ты отвезешь нас в Катерру? - Спросила Расерис.
- Сначала ты устроила засаду и похитила нас по пути в Катерру, а теперь хочешь сама отвезти нас туда?
-
Да, тебе самой лучше всего знать, некоторые вещи значительно
изменились, даже если прошло всего несколько дней с момента нашей первой
встречи, - спокойно ответила Эванис.
- Но договоренности, которые мы заключи с духовенством Алориан больше нет... - Начала было Расерис.
- Я хочу поехать в Катерру, - Прервал ее Джаббит.
Принцесса с минуту смотрела на Джаббита, потом поклонилась и больше
ничего не сказала. После этого Расерис взяла за руку свою безмолвную
гувернантку, и они вернулись в карету.
- Пройдет несколько дней,
прежде чем король Мандорак начнет искать тебя и принцессу. Катерра будет
первым местом, откуда он начнет поиски, - предупредил Куваси.
Эванис пожала плечами.
-
Возможно ... и он будет не единственным, кто нас ищет. Отец принцессы,
король Аэратон, также будет нас искать и тот, кто был в сговоре с ним и
алорианским духовенством. Может быть, даже алорианские жрецы и их боги
сами начнут искать нас, - со смехом закончила Эванис.
Куваси тоже кивнул, ухмыляясь.
- Не забудь про армию отреченных и генерала Вассуна. Он тоже будет скучать по тебе, - добавил он.
- Мне бы очень хотелось забыть его, но ты прав, они тоже будут искать меня, - согласилась Эванис.
-
С таким количеством могущественных людей, преследующих нас, разве это
не облегчение знать, что Бог на нашей стороне и защищает нас? - Спросила
Эванис, ухмыляясь Куваси.
Здоровяк в ответ пожал плечами.
- Я все равно хотел бы продать мальчика в Ибани. Он сделает нам состояние, и нам пригодиться это золото.
- Я подумаю об этом, если нам придется бежать из Катерры, - ответила Эванис. Затем она посмотрела на Джаббита и сказала:
-
Может быть, продажа состояния, которое он носит в своем свертке, уже
будет достаточна, чтобы купить нам наше собственное королевство.
Джаббит наблюдал и слушал, но не высказывал своего мнения.