Тук!
Мужчина, сжимавший в руке дорогую на вид перьевую ручку, сжал её ещё сильнее, и она сломалась пополам.
В его голосе звучал еле сдерживаемый гнев.
— Повтори ещё раз.
Подчинённый, только что отчитавшийся, вздрогнул от его тона и, заикаясь, произнёс:
— Д-да, босс. Ходят слухи, что так называемый 100-й Герой в последнее время рыщет по закоулкам. Никто его не видел, но, поскольку имя Героя постоянно всплывает, все предполагают… Может, нам стоит на время приостановить операции…
Фраза мужчины была прервана.
Босс, Хан, швырнул сломанную ручку на стол, аккуратно расколов её надвое.
Крах!
— …И-ик.
Перепуганный подчинённый замер, но Хан не смягчился. Вместо этого он подошёл ближе и прижал большой палец к глазу подчинённого.
— Скажи ещё раз.
— Б-Босс! П-пожалуйста, не надо… А-а-а!
Большой палец Хана безжалостно вонзился в глаз подчинённого. Тот перестал сопротивляться, и, когда его тело обмякло, Хан убрал палец. Безжизненное тело подчинённого рухнуло на землю, как тряпичная кукла.
Не удостоив труп даже взглядом, Хан достал платок и вытер пальцы.
Несмотря на грубоватую внешность, он был очень аккуратным человеком. Вытирая руки, босс прорычал:
— Ах вы, идиоты! Сотый Герой давно покинул Хессен! Из-за того, что вы, дураки, испугались какого-то фальшивого "героя", мой доход сократился вдвое!
Не в силах сдержать ярость, Хан схватил за голову другого подчинённого.
— Если тебе так приспичило отдохнуть, я лично позабочусь о том, чтобы ты нашёл себе место для вечного упокоения!
— А-а-а! Босс! Это был не я!
Несмотря на отчаянные протесты подчинённого, Хан не ослаблял хватку. Через мгновение мужчина начал задыхаться, у него пошла пена изо рта, а глаза закатились. Только тогда Хан отпустил его, и тот рухнул на пол.
Хан обвёл взглядом комнату.
В воздухе витал страх.
Никто из его людей не осмеливался встретиться с ним взглядом. Все смотрели в пол, а по их лицам струился пот. Один даже обмочился от страха.
Хан подошёл к тому, кто обмочился, и навис над ним.
— Вы, ничтожества, даже на пропитание заработать не можете, трясётесь от страха при одном упоминании о Герое. Если бы тот парень действительно был Героем, думаете, он стал бы возиться с этими вонючими переулками?
Постучав пальцем по виску, Хан насмешливо произнёс:
— Включите мозги. Почему он действует только по ночам? Почему он называет себя Героем? И почему он всегда работает в паре?
Его голос стал твёрдым, когда он заявил:
— Он самозванец. Держите ухо востро. Завтра вечером я сам раскрою правду.
С этими словами Хан повернулся к подчинённому, который обмочился, и небрежно свернул ему шею.
В его массивных руках шея мужчины казалась жалкой и хрупкой.
В переулке стояла непривычная тишина.
В неподвижном воздухе не было даже малейшего дуновения ветерка, и это казалось зловещим предзнаменованием. В темноте слышался тихий шёпот.
— …Эй, ты что, боишься?
Внезапный голос напугал стоявшего рядом мужчину, и тот прошипел в ответ:
— Заткнись! А вдруг босс тебя услышит?
— Да? Честно говоря, мне плевать, настоящий он Герой или нет. Я просто боюсь босса.
— Если боишься, лучше молчи. Не стоит его злить.
Разговор резко оборвался.
В переулке снова воцарилась тишина. Двое мужчин затаили дыхание.
А потом…
Тук. Тук.
В кромешной тьме раздались незнакомые шаги.
Двое мужчин, прятавшиеся в тени, напряглись. Их глаза расширились, когда они попытались разглядеть что-то в темноте.
Хотя ничего не было видно, шаги были уверенными, как будто их обладатель прекрасно видел в темноте. Он шёл вперёд, не колеблясь, и наконец остановился.
Фьюш!
В темноте вспыхнуло пламя, и через несколько секунд переулок осветили сотни огоньков. В их свете стал виден мужчина в центре.
— Чёрные волосы… Чёрные глаза…
Он стоял один.
Вскоре в переулке раздался знакомый голос. Это был Хан.
— Так это ты.
Переулок был идеальной ловушкой.
Шесть переулков сходились в одной точке, и все они, кроме того, в который вошёл мужчина, были заполнены людьми Хана.
Последний переулок перекрыли его подчинённые, так что незваному гостю было не сбежать.
Хан направился к мужчине, держа в руке факел, чтобы лучше его разглядеть.
— Чёрные волосы, чёрные глаза.
Хан ухмыльнулся.
— Теперь я понимаю, почему этих идиотов так легко одурачить. Такой взгляд встречается нечасто. Но меня вам не провести. Я видел, как Герой покинул Хессен в шёлковых одеждах сразу после своей церемонии.
Мужчина не шелохнулся, даже когда факел поднесли прямо к его лицу. Это подтвердило подозрения Хана.
Он привёл в этот переулок более 150 человек, а незваный гость был один. Наверняка этот человек оцепенел от страха, осознав, что шансов у него нет.
Хан усмехнулся и заговорил:
— Если спросишь любого, кто правит Хессеном, тебе ответят, что это король Бальдорфа. Но те, кто знает здешние ночи, сказали бы обратное.
Прижав большой палец к левому глазу мужчины, Хан продолжил:
— Днём может править король. Но с наступлением ночи власть переходит к новому правителю. Это я — Хан, правитель ночи.
Давь.
Хан сильнее прижал большой палец к глазу мужчины. Тот, словно парализованный страхом, не пытался сопротивляться.
Хан усмехнулся.
— Я ввергну тебя в вечную тьму. Если, конечно, ты ещё будешь жив.
Он уже собирался выколоть парню глаз…но его большой палец замер.
Его руку крепко удерживал на месте черноволосый парень, который теперь смотрел прямым взглядом. Он заговорил:
— Кто решает, кто будет правителем?
Хан ухмыльнулся.
— Страх, поселившийся на улицах, решает всё.
Хан применил больше силы, но его большой палец не сдвинулся с места.
Мужчина продолжил:
— Если бы я не был Героем, я бы просто проигнорировал вас и ушёл.
— Хватит нести чушь, — прорычал Хан, но его охватило беспокойство.
Что-то было не так. Он попытался вырвать руку, но она не двигалась. Хватка молодого человека была железной.
Тот продолжал:
— Но я есть Герой. И если это ты сеешь страх на улицах, то мой долг — вырвать тебя с корнем.
Когда мужчина поднял вторую руку, Хан инстинктивно отступил назад, но тот схватил его руку прежде, чем он успел среагировать.
Хрусть.
Теперь обе руки Хана были зажаты в крепкой хватке мужчины.
Наблюдавшие за происходящим подчинённые напряглись, чувствуя, что что-то идёт не так.
Хан сопротивлялся, его массивное тело извивалось, пока он пытался высвободиться, но парень не сдвинулся ни на дюйм. Вместо этого он отпустил одну руку Хана и отступил, готовясь нанести удар.
Бах!
Кулак врезался в грудь Хана, и тот упал на колени, изо рта у него хлынула кровь.
Подчинённые смотрели на происходящее, разинув рты. Один из верных прихвостней попытался броситься вперёд, но другой быстро его остановил.
— Отпусти меня! Как ты можешь просто стоять и смотреть, как нашего босса избивают?
Но товарищ указал на что-то, и его голос задрожал:
— П-посмотри…
Все взгляды устремились на серебряный кулон, поблёскивающий в свете костра на шее парня. Это был особый знак 100-го Героя.
Кто-то в толпе испуганно вскрикнул:
— Чёрт возьми! Он настоящий Герой!
— Н-никто об этом не говорил! Нам нужно бежать…
Как только началась паника и люди бросились врассыпную, их остановил новый голос:
— С этого момента каждый, кто сдвинется с места, должен быть готов к удару.
Шинг.
Раздался резкий металлический звук, и появился светловолосый мужчина. В руке он держал меч с характерной алой рукоятью.
Когда меч начал светиться красным, он превратился в массивное, внушительное оружие.
— Я всё ещё не очень умею им управлять, так что без понятия, куда ударит, — небрежно сказал он.
Подчинённые замерли, не сводя глаз с алого света.
Тишину нарушил глухой стук — на землю рухнуло тело.
Эстебан, 100-ый Герой, дал знать:
— Доун, я закончил.
Все взгляды устремились на землю под ногами Эстебана, где лежал Хан, грозный повелитель ночи, поверженный.
Динь!
[Уровень безопасности в Хессене повысился на 3%.]
[За последние несколько дней уровень безопасности в Хессене значительно повысился.]
[Общий уровень безопасности в Хессене достиг 70%.]
Динь!
[В переулках поползли новые слухи о Герое Эстебане.]
[Гражданские, осмелевшие из-за высокого уровня безопасности, громко скандируют имя Эстебана в знак восхищения.]
Динь!
——————
[Слава Эстебана значительно возросла.]
[Вы получили новое звание.]
[Страж Хессена
Уровень: C.
Эффект: в Хессене все товары можно купить на 20% дешевле. Во время боя все способности получают небольшое усиление.]
——————
Это была неожиданная удача — двойная награда, идеально подходящая к ситуации.
Я закрыл глаза и произнёс, ощущая в руке солидный вес денег за награду:
— Всё собрано.
Только за Хана полагалась награда в размере более 50 золотых монет. С учётом преимуществ титула «Страж Хессена» этого было более чем достаточно, чтобы покрыть стоимость драгоценного камня.
— Я пошёл, — сказал я, собираясь идти.
— Доун.
Эстебан внезапно прервал тренировку и встал у меня на пути.
— Сколько ещё я должен скрываться?
— Это было нужно только для того, чтобы выманить Хана. Теперь в этом нет необходимости. Просто не делай ничего опасного, а в остальном можешь делать всё, что хочешь.
Я снова потянулся к дверной ручке, но Эстебан опять меня остановил.
— Мне запрещено ходить туда, куда ходишь ты?
— Нет, это не так. А что?
— Тогда я пойду с тобой.
— Если тебе интересно посмотреть на мир снаружи, можешь прогуляться. Пока Теорн в Хессене, беспокоиться не о чем.
Эстебан замешкался, явно пытаясь подобрать нужные слова. Наконец он заговорил:
— У меня дурное предчувствие. Я не могу толком объяснить, в чём дело — такого со мной ещё не случалось. Но последние несколько дней меня преследует какое-то зловещее ощущение.
"Необъяснимое дурное предчувствие..."
Если бы это сказал кто-то другой, я бы не придал этому значения. Но это говорил Эстебан.
— Когда именно ты начал это чувствовать?
Было только одно событие, которое могло вызвать такую реакцию у него.
— После поимки Хана, — ответил он.
В голове у меня сложился сценарий.
Эстебан мог почувствовать такую опасность, только если рядом находился другой Герой, враждебно настроенный по отношению к нему.
Но это невозможно.
Кроме Теорна, Эстебан ещё ни разу не встречался ни с одним другим Героем.
"...Чтобы неизвестный Герой уже считал Эстебана своим врагом?"
— Герой, с этого момента даже не думай о том, чтобы уйти от меня.
На ум приходил только один возможный вариант — Эзкель, Четвёртый Герой и предводитель Еретиков.
Эзкель был единственным Героем, который мог быть врагом Эстебана, даже не встречаясь с ним.
"Фу. Это наихудший сценарий. Если мои подозрения верны, то на этот раз опасность неизбежна — смерть, от которой не уйти."
— Доун, ты в порядке?
Я едва расслышал голос Эстебана.
"Эзкель? Неужели это он?"
Уведомление о задании ещё не появилось, и я не был уверен. Но кто бы это ни был, мы к этому не готовы.
Повернувшись к Эстебану, я твёрдо произнёс:
— Нам придётся ускориться.