Глава 27
На мгновение глаза тети и дяди округлились. Я тоже хотела сделать так же, но передумала — не хотелось кривляться перед ними.
Тетя поспешно посмотрела на меня и спросила:
— Миа, что происходит? Он ведь слуга, верно?
— Я не обязана отвечать. Причину вашего визита я уже услышала от Георгия. А теперь уходите и больше никогда не приходите. Я вышла только для того, чтобы сказать это в последний раз.
Тут вспыльчивый дядя поспешно схватил меня за руку, когда я уже собралась уходить.
— Миа! Это богатая и влиятельная семья! Нет причин отказываться!
— Если условия такие хорошие, выдайте замуж свою драгоценную дочь Эрмингарду.
От моих слов лицо дяди побагровело от стыда.
— Думаешь, мы не предлагали? Но старший сын этого дома выбрал тебя.
— Мое мнение, видимо, не имеет значения? Я ведь столько раз отказывалась. И я даже не понимаю, почему они выбрали меня: я простолюдинка, к тому же не Одарённая.
— Вот поэтому мы и пришли тебя убедить. У них наверняка есть причина для такого предложения. Тебе нужно просто с благодарностью принять этот щедрый дар.
Настойчивость, упорство и ядовитость этой пары превосходили все ожидания. Они не знали, что такое отказ или поражение. Если так пойдет и дальше, мне придется встречаться с ними каждый день.
От одной этой мысли качество моей жизни резко пошло на спад. Я не смогла скрыть своего раздражения.
— Не за что мне их благодарить! Выходить замуж или нет — мое личное дело, почему вы пытаетесь на меня давить?
— Мы терпели, а ты совсем от рук отбилась! Знаешь, как трудно было устроить этот брак!
Дядя был человеком, чьи гнусные намерения всегда были на виду. Я попыталась вырвать руку, но он сжал ее еще крепче и не отпускал.
Я посмотрела на дядю ледяным взглядом.
— Отпустите меня, дядя.
Тетя едва заметно подала ему знак, и дядя, только что ведший себя так грубо, послушно разжал пальцы и замолчал.
В отличие от дяди, тетя была мастером заговаривать зубы.
— Семья лекаря предложила очень выгодные условия. Разве у нас сейчас легкие времена? Они обещали помочь Георгию с поступлением в Академию, а Эрмингарде — с дебютом в столичном светском обществе. Если ты откажешься, разве нам не станет неудобно принимать их помощь? Ты что, собираешься перекрыть будущее Георгию и лишить Эрмингарду шанса на удачное замужество?
Я сохраняла полное равнодушие.
— Процветание или упадок вашей семьи меня не волнуют. Если бы этот дядя бросил пить и играть в азартные игры, ваше положение бы улучшилось — лучше потратьте деньги на лечение зависимости. Вот почему Эрмингарда не получает приглашений на светские рауты. Это не я, а вы сами губите будущее своих детей.
— Миа Фортуна!
Дядя взревел и снова крепко схватил меня за руку. Я поморщилась от боли, и тут Данте вмешался, перехватив руку дяди.
— Отпустите ее.
— Ты куда лезешь! Ты хоть знаешь, кто я такой?!
— Не знаю, но только что услышал, что вы алкоголик и игроман.
— Ты, слуга, смеешь так говорить с дворянином!
Но даже скверный характер дяди не шел ни в какое сравнение с Данте.
Данте опустил взгляд и тихо предупредил дядю:
— На самом деле, мне все равно, кто вы. Я одинаково отношусь ко всем, кто меня раздражает.
В этих пугающих голубых глазах была сила, подавляющая любого.
Было ясно, что его слова о том, что ему неважно, старше его собеседник или выше по статусу, — не пустой звук.
И все же, почему он до конца сохраняет вежливый тон? Потому что они мои родственники? Или потому что уважает меня, а не их?
— Ну, это уже…
В конце концов, проиграв в психологическом поединке, дядя отступил и отпустил мою руку.
Наблюдавшая за поражением мужа тетя усмехнулась.
— Миа, ты ведь не питаешь чувств к простому слуге? Ты просто не знаешь жизни, вот почему тебе нужны советы таких взрослых, как мы.
Глубоко внутри меня закипал гнев.
Злиться и терять самообладание — значит проиграть. Я несколько раз повторила про себя слова дедушки. И, с трудом сдерживая ярость, уставилась на тетю с дядей.
— Следите за языком. Это не тот человек, о котором вы можете говорить в таком тоне.
Фразу «а не то этот мужчина вас убьет» я решила опустить.
Тетя, уперев руки в бока, горько усмехнулась и продолжила:
— Миа, пожив на свете, я поняла, что любовь — вещь совершенно бесполезная. Ты еще не знаешь, к каким результатам приводят глупые решения, принятые в юности.
Я примерно понимала, как тетя стала такой помешанной на деньгах ведьмой. Выбор такого мужа, как этот дядя, был и причиной, и следствием.
— Вы думаете, я такая же, как вы, ставшая несчастной из-за глупого выбора?
От моего спокойного вопроса лицо тети окаменело.
Пока она молчала, вмешался дядя:
— Как ты смеешь так разговаривать с тетей! Гертруда, нечего больше любезничать с этой девчонкой, которая не понимает человеческой речи. Миа Фортуна! Ты думаешь, найдется еще кто-то, кто захочет взять в жены такую, как ты? Кто возьмет в жены строптивую и упрямую женщину!
Не успело эхо его крика затихнуть, как Данте спокойно бросил одну фразу:
— Я возьму.
Казалось, бушующие волны в одно мгновение стихли.
Я в изумлении посмотрела на Данте. В отличие от обычного, его лицо было холодным и высокомерным. Как только он встретился со мной взглядом, его лицо смягчилось в улыбке.
Тем временем было видно, как растерянные тетя и дядя лихорадочно соображают, что ответить. Я чувствовала себя не менее растерянной.
После долгого и шумного молчания Данте невозмутимо добавил:
— Я её заберу, так что беспокоиться вам не о чем.
— Ты, слуга, куда лезешь? Оставим статус, спрошу как мужчина у мужчины. Тебе правда нравится такая жена — болтливая, язвительная и строптивая?
Спросил дядя, который был женат на тете Гертруде, женщине куда более язвительной и строптивой, чем кто-либо.
Данте, молча слушавший его, слегка улыбнулся.
— Да, это мой вкус.
«Мой вкус.».. Наверное, он просто хочет мне помочь, но сердце забилось быстрее, а уши загорелись.
— Такой вот вкус...
Дядя, видимо, был ошарашен тем, что встретил единомышленника, и не нашелся, что ответить.
Помолчав немного, дядя прочистил горло и сказал:
— А еще она совершенно не умеет вести хозяйство. Если ей что-то поручить, она ничего не сделает как надо. Тебе придется все делать самому, с ней будет столько хлопот!
— Именно это мне в ней и нравится больше всего.
— Да у нее и оценки были ужасные, она даже в Академию не смогла поступить!
— Меня не особо волнует её последнее образование.
— К тому же она такая расточительная, мужчине, который её возьмет, придется несладко. Она не умеет экономить и будет бездумно скупать предметы роскоши. Вот почему простолюдины ни на что не годны.
Дядя все пытался задеть меня, но его «дружественный огонь» попадал только в тетю. Достаточно было взглянуть на то, как скривились губы тети, происходящей из простолюдинов.
К тому же Данте был как щит, отражающий любые нападки.
— Если ваше положение настолько тяжелое, что вам жалко денег на жену, лучше зарабатывайте больше, вместо того чтобы лезть в чужие браки.
Дядя, измотанный бесконечными контратаками, тяжело дышал и вытирал пот.
— В конце концов, мужчина просто не сможет пикнуть и будет жить под каблуком!
— Мужчина и так не может победить жену. Но, слушая вас, кажется, что вы говорите не о Миа, а о собственных обидах, накопившихся за время брака.
Дядя, поняв, что его раскусили, замолчал и украдкой покосился на тетю. Тетя, скрестив руки на груди, смотрела на него сузившимися глазами.
Данте мастерски умеет побеждать словами. Он даже умудрился спровоцировать раздор между супругами.
Тетя бросила на мужа взгляд, обещающий расправу по возвращении домой, а затем перевела взгляд на меня. Ее ярко накрашенные губы растянулись в уверенной улыбке.
— Миа, ты не можешь выйти замуж по своему желанию. Тебе ведь еще нет 21 года, верно? По церковному закону для твоего брака требуется согласие законного опекуна. Твои мама и дедушка умерли, отец пропал без вести, так что твои опекуны — мы.
— Тогда поженимся через год. Спешить ведь некуда.
Данте одним простым выводом разбил ее уверенность в пух и прах. Лица тети и дяди вытянулись от изумления.
Данте, легко проигнорировав это, с доброй улыбкой протянул мне руку.
— На самом деле, нет никакой большой проблемы в том, чтобы отложить свадьбу или вовсе ее не заключать. Я поддержу любое решение Миа.
Я ошеломленно смотрела на его лицо, а затем, словно закрепляя сделку, пожала его руку.
— Неблагодарная! По долгу совести ты должна получить разрешение от нас, тех, кто тебя вырастил!
— Миа, лучше уж выйти за дворянина, чем за...
На бесконечные уговоры тети и дяди я ответила, потирая виски:
— Этот человек — высокопоставленный дворянин. Так что прекратите вести себя так бесцеремонно.