На улице висели очень тёмные тучи, тяжёлые, как мокрый бетон. Они накрыли город, и казалось, что небо вот-вот рухнет. Дождь хлестал сплошной стеной, вода потоком неслась по асфальту, пузырилась в лужах, заливала сточные канавы. Ветер гнул деревья, срывал листья, швырял их в окна. Вспышка. Молния вонзилась в дерево, раздался оглушительный треск, и ствол, шипя, рухнул поперёк дороги, разбросав ветки и листья.
А другая молния ебнула в железный крест за двором у дома Консула. Крест задрожал, загудел, как колокол. Земля вокруг пошла трещинами.
И тут земля на могиле анархиста начала шевелиться. Сначала дрогнул верхний слой. Потом раздался глухой скрежет. Пальцы вылезли наружу, грязные, сломанные, с обломанными ногтями. Рука. Вторая. И вот уже вся фигура выкарабкивается из-под земли. Это был сам анархист.
Он встал. Пошатываясь. Одежда висела клочьями. Вода стекала по лицу, по спутанным волосам. Глаза были мутными, но в них горела ненависть.
— Я убью тебя, Консул, — прохрипел он, глядя в пустоту. Голос был глухим, как из бочки. Он сжал кулаки, и костяшки побелели.
Анархист взял железный крест с собой. Взвалил на плечо, как оружие. И пошёл.
Неудачный Лöсяра: второе пришествие.
Анархист шёл по улице. Дождь хлестал его по лицу, но он не замечал. Крест на плече был тяжёлым, и с каждым шагом он всё глубже вжимался в плечо. Прохожие шарахались. Какая-то женщина, увидев его, перебежала на другую сторону. Мужик с собакой вжался в стену. Анархист шёл, глядя прямо перед собой.
— Слышишь, ты! — кто-то окликнул его.
Анархист медленно повернул голову. Какой-то парень в капюшоне стоял у подъезда.
— Ты чё такой стрёмный? И чё у тебя с лицом? — парень сплюнул.
Анархист ничего не ответил. Он снял крест с плеча и одним ударом вбил парня в дверь. Тот сполз по стене. Анархист снова взвалил крест и пошёл дальше.
День. В доме Консула.
В доме Консула атмосфера была не из лучших. Воздух стоял густой и спёртый. Все молчали. Некоторых дома не было из-за разных обстоятельств, и от этого тишина казалась ещё тяжелее.
— Так значит, Максим это и есть Креветка? — Консул потёр переносицу и покачал головой. В его голосе было столько разочарования, что даже Архаим поднял глаза. — И как я это сразу не понял?
— Я просто в ахуе, — Архаим откинулся на спинку стула и уставился в потолок. Его лицо было пустым, но в голосе звенела растерянность.
— Ситуация, конечно, пиздец, — Пельмень Шериф вздохнул и почесал затылок. Он сидел, развалясь, но было видно, что внутри у него всё кипит.
— Мне очень жаль, что так всё вышло, — Андрей Сайрекс опустил глаза. Голос его был тихим, и он не смотрел ни на кого. Его пальцы нервно теребили край рубашки.
Консул 413-Y открыл дверь в зал, и наш Консул его увидел. Консул поднялся и вышел следом за Консулом 413-Y.
Они остановились в коридоре. Свет был тусклым. Где-то капала вода.
— Что ты сделал с Консулом 801-J? Скажи мне, Консул 799-J, — Консул 413-Y развернулся. В его голосе не было обвинения, но слышалось напряжение. Он смотрел на Консула, не мигая.
— Я с ним ничего не сделал. Мои воспоминания отправились в него, и всё, — Консул пожал плечами, но взгляд его стал острее.
— Это получается, ты не 799-J и не 801-J, — Консул 413-Y медленно снял очки. — И вообще, такая херня с переносом сознания, это единственный задокументированный случай, и он случился именно с тобой.
— Скажи, кто я тогда, — Консул скрестил руки. Его голос стал ниже.
— Ты не просто Консул. Ты истинный Консул. Настоящий Консул. Самый консульский из консулов. Понимаешь меня? — Консул 413-Y смотрел ему прямо в глаза. Он говорил это так, будто сам не до конца верил.
— Что ты имеешь в виду? — Консул прищурился, и в его голосе послышалось раздражение.
— Именно ты нужен Республике Консулов. Ты должен туда отправиться, — Консул 413-Y шагнул ближе и положил руку ему на плечо.
— Стоп, погоди. Есть Республика Консулов? — Консул поднял бровь, и его голос дрогнул от удивления.
— Да. В ней собрались Консулы из разных вселенных, чтобы мы все были едиными, — Консул 413-Y кивнул.
— Звучит невероятно, — Консул ухмыльнулся. — Я отправлюсь в Республику Консулов в скором времени, возможно. Я только за то, чтобы куда-то отправиться. Мне нравится приключения.
— Хорошо. А я пока что в твоей вселенной буду ожидать тебя, — Консул 413-Y направился к выходу.
Консул 413-Y вышел из дома. Консул вернулся в зал.
— Ну что там, Сайрекс? — Консул остановился в дверях и обвёл всех взглядом.
— Раз уж Конфедерация была уничтожена, я возвращаюсь в вашу команду, — Андрей Сайрекс поднялся. Он говорил спокойно, но в голосе была решимость.
— Я с радостью возвращаю тебя в мою команду, — Консул улыбнулся. Улыбка вышла тёплой.
Андрей Сайрекс вновь в команде Консула.
— А кстати, Сайрекс, погоди. Я там кое-что хотел вернуть, — Консул развернулся.
Консул вышел из дома и направился за двор. Дождь к тому времени почти стих, но с неба всё ещё моросило. Воздух был тяжёлым и влажным. Под ногами хлюпало. Консул увидел, что рядом упало дерево. Огромное, с вывороченными корнями. Оно перегородило половину двора, и от него пахло сырой корой и грозой.
— А похуй, ничего страшного, — Консул перешагнул через ветку и пошёл дальше.
Консул рядом же увидел пустую могилу без железного креста. Земля была разрыта. Крест исчез. Консул остановился. Наклонился. Прищурился.
— Видимо, Архаим его перекопал куда-то, этого ебучего анархиста, — Консул задумался, но что-то в этом зрелище ему не понравилось. Слишком свежая земля. Слишком много её было разбросано вокруг.
И тут Консул наконец-то дошёл до второго гаража. Ржавая дверь со скрипом поддалась. Внутри пахло пылью, бензином и старым железом. Среди хлама он нашёл хохские часы. Консул быстро побежал домой.
— Вот, держи свои часы хохские, — Консул протянул их.
— Ох, ебать, они до сих пор работают, — Андрей Сайрекс взял часы. Покрутил в руках. Поднёс к уху. — Слышишь? Тикают.
— А что это за часы такие? — Архаим склонил голову и подошёл ближе.
— Это обычные часы, — Консул махнул рукой.
— А, ну ладно, — Архаим отвернулся.
— Кстати, Архаим, а куда ты перекопал анархиста? — Консул посмотрел на него. В комнате повисла тишина. Все замерли.
— Ты о чём, Консул? Я его не перекапывал. Он до сих пор за двором, — Архаим уставился на него. Голос дрогнул, и он привстал со стула. Лицо вытянулось, глаза забегали по сторонам, будто он искал поддержки.
— Консул, а зачем ты спросил это у Архаима? — Пельмень Шериф нахмурился и медленно перевёл взгляд с одного на другого. Его пальцы забарабанили по столу.
— В могиле никого нет, — Консул произнёс это тихо, но каждое слово упало, как камень в воду.
Все были в ахуе. Тишина повисла такая, что стало слышно, как за окном капает дождь. Архаим перестал дышать. Пельмень замер с открытым ртом. Сайрекс медленно положил часы на стол, и этот звук прозвучал, как выстрел.
— Ты хочешь сказать, что он, возможно, воскрес? — Андрей Сайрекс поднялся. Его лицо побледнело, а голос стал тихим и серьёзным. Он смотрел на Консула, не моргая.
— Видимо, так и есть, — Консул кивнул.
— Пиздец, анархист стал зомби, — Архаим всплеснул руками и заходил по комнате. Его шаги гулко отдавались в тишине. Он то садился, то снова вскакивал.
— Ситуация, конечно, не из самых приятных, что анархист стал ебучим зомби. Но надеюсь, ему будет пизда, и всё будет ахуенно, — Пельмень Шериф покачал головой и потёр лицо ладонью. Потом резко встал.
— Не волнуйтесь, ребята. Я его снова дам пизды, по возможности, если увижу, — Консул сжал кулак, и в его голосе была та спокойная уверенность, которая всегда появлялась перед дракой.
— Консул, давай найди его и дай ему люлей, — Пельмень Шериф поднял руку, как будто голосовал. В его голосе уже звенел азарт.
Консул вышел на улицу. Воздух был сырым. Лужи блестели. Он побежал, перепрыгивая через ветки. Пробежал мимо упавшего дерева, мимо пустой могилы. Следы на земле. Большие. Тяжёлые. Они вели в сторону дороги.
— Следы свежие, — Консул наклонился и провёл пальцем по краю следа. — Он шёл туда.
Консул ускорился. Он бежал, хлюпая по лужам, и вскоре увидел анархиста на земле. Тот лежал в грязной луже, раскинув руки. Лицо разбито. Одежда висела клочьями. Крест валялся рядом.
— Эй, что с тобой? — Консул наклонился.
— Меня отпиздили, — анархист прохрипел, не поднимая головы.
— Кто тебе дал пизды? — Консул выпрямился.
— Я дал пиздюлей хороших этому Лöсяре, — Крябисс вышел из-за угла. Он выглядел довольным, как кот, который сожрал канарейку. Руки в карманах. Улыбка до ушей.
— Расскажите мне, что и как произошло, — Консул перевёл взгляд.
Десять минут назад.
— А Громо и Карпов ахуенные люди, в принципе, — Крябисс шёл по дороге, насвистывая какую-то мелодию. Он был в хорошем настроении. Даже дождь его не портил.
Вдруг анархист специально откинул Крябисса в сторону. Тот пошатнулся, но устоял.
— С дороги, мелочь, — анархист бросил через плечо.
Крябисс встал. Медленно. Отряхнулся. Поднял голову.
— Зря ты это сделал. Как тебя зовут, уёбище? — Крябисс сжал кулаки, и его голос стал ниже. В нём появился холод.
— Меня зовут Лöсяра, — анархист усмехнулся.
Крябисс хотел ударить в лицо Лöсяры, но Лöсяра успел среагировать. Лöсяра ударил со всей силой в голову Крябисса, и у Крябисса отлетела голова. Но тут время откатилось назад у Крябисса, и голова снова была на месте.
Крябисс со всей силой ударил в живот Лöсяры. Тот согнулся пополам и захрипел.
Лöсяра схватился за живот.
Лöсяра с помощью ноги ударил в яйца Крябисса. Но время откатилось только для тела Крябисса, и он ничего не почувствовал.
После этого Крябисс ударил Лöсяру в подбородок. Лöсяра упал, но смог еле как встать. Он побежал к Крябиссу и начал серию ударов в торс. Крябисс схватил руки Лöсяры. Он сломал руки Лöсяры. Хруст. Лöсяра взвыл.
Крябисс начал серию ударов по лицу Лöсяры. Удар за ударом. Кровь брызнула на асфальт. Лöсяра потерял сознание и упал.
— Я не чувствовал боль из-за того, что моё тело откатывает время на каждые 30 минут назад. Из-за этого я никак не смогу почувствовать боль. Если бы ты знал это, то тебе бы это никак не помогло, ибо никто не мог меня победить, даже зная об этом, — Крябисс вытер руки о шорты. Он тяжело дышал.
Крябисс посмотрел на Лöсяру. Тот лежал на асфальте, раскинув руки.
— А, бля, ты сознание потерял, — Крябисс хмыкнул.
Настоящее время.
— Вот так, в принципе, всё и было, — Крябисс пожал плечами и кивнул на анархиста.
Консул долго смотрел на Лöсяру. Тот лежал в луже, и дождь смывал с него кровь. Консул перевёл взгляд на Крябисса.
— Знаешь, что надо сделать с ним? — Консул спросил, и в его голосе не было ни злости, ни радости. Только усталость.
— А что с ним надо сделать? — Крябисс склонил голову, и его голос стал серьёзнее.
Консул шагнул к анархисту. Встал над ним. Сжал кулак. Размахнулся. И со всей силой ударил в лицо. Голова Лöсяры треснула. Кровь брызнула в стороны. Консул бил ещё. И ещё. Голова превратилась в кашу. Лöсяра умер мгновенно.
— Как думаешь, он возродится? — Крябисс посмотрел на труп. Голос его прозвучал тихо.
— Я так не думаю. Это конец для него, — Консул вытер руку о штаны. Тяжело вздохнул.
Консул развернулся и пошёл домой. Крябисс смотрел ему вслед. Дождь снова усилился.
— А что, этот чел неплох, — Крябисс усмехнулся.
Но тут рядом с ним появился серый портал. Он раскрылся с тихим гулом.
— Видимо, мне надо идти, — Крябисс шагнул в портал. Портал схлопнулся за ним.
Улица опустела. Остался только труп Лöсяры. И лужа, в которой отражались тучи.