Около пяти миллиардов лет назад. Пару минут назад была основана Империя.
Зал, из которого только что вышли все, был огромным. Металлические стены уходили вверх, теряясь в темноте. Где-то в глубине гудели невидимые механизмы — низко, непрерывно, как будто само кольцо дышало. Воздух был холодным и сухим, пахло озоном и свежей сваркой. Свет падал только на трон — всё остальное тонуло в полумраке.
Александр Сраков зашёл вновь в зал, из которого он только что вышел. Быстро. Целеустремлённо. Его шаги отдавались эхом, отскакивая от стен и возвращаясь обратно.
— Чёрт. Совсем забыл забрать свои перчатки, — Александр Сраков посмотрел по сторонам и шагнул к столу.
Он ходил по залу. Заглядывал под стол. За трон. Металл под его пальцами был холодным и гладким. И наконец нашёл их. В углу. Как будто кто-то специально их туда положил. Он смотрел на них. Долго. Потом одел. Медленно. Каждый палец. Как будто это было важно. Как будто это был ритуал. Кожа перчаток была старой, потёртой, но знакомой. Как вторая кожа.
Сраков стоял посреди огромного зала и смотрел на дверь. Долго. Не мигая. Он хотел выйти. Но что-то его держало. Что-то, чего он сам не понимал. Может, тишина. Может, гул механизмов. Может, что-то ещё. И тут дверь открылась.
Аннигилятор не сразу зашёл. Сначала он стоял. Смотрел на Сракова. Долго. Как будто решал, говорить или нет. Потом зашёл. И начал разговор. Его шаги были бесшумными, как будто он не шёл, а плыл.
— Я слышал, как вы сказали про то, что вы создали эту Империю, — Аннигилятор остановился в дверях и скрестил руки на груди.
Александр Сраков вздохнул. Глубоко. Тяжело. Воздух вышел из лёгких медленно, как будто не хотел уходить.
— Я хочу, чтобы Империя была единой. Но они всегда между собой устраивают конфликты. Как же мы найдём и остановим Промо и других, если мы даже мирно не можем существовать без конфликтов? — Александр Сраков сжал кулак и ударил им по столу. Металл звякнул. Гулко. Эхо разлетелось по залу.
— Император. Не отчаивайся. Всё можно изменить, — Аннигилятор шагнул вперёд и положил руку ему на плечо. Тяжёлую. Тёплую.
— Я не знаю, можно ли что-то изменить. Но Империя должна победить. Иначе всему конец, — Александр Сраков посмотрел на свою руку. Сжал её. Долго. Не мигая. Костяшки побелели. Потом разжал.
— А теперь мне надо идти к Прототипу X и Нейтрону Прайму. Я хочу узнать, про что они между собой говорили, — Александр Сраков развернулся и направился к выходу. Плащ за его спиной взметнулся.
Александр Сраков и Аннигилятор вышли из зала. Шли молча. Долго. По коридорам. Мимо стен. Мимо дверей. Свет здесь был тусклым, зеленоватым. Где-то капала вода. Ритмично. Как часы. И в этой тишине было что-то тяжёлое. Что-то, от чего воздух становился гуще.
— Я уверен, что они говорят между собой о том, что Первопустотный что-то задумал, — Аннигилятор говорил тихо и смотрел в пол.
— Почему ты так уверен? — Александр Сраков остановился и повернулся к нему. Металл под его ногами скрипнул.
— А ты не заметил? Он стал весьма странным, чем раньше. Его аура стала настолько мощной, что даже мы её чувствуем. И сам по себе он изменился. И об этом все говорят. Так что особо не верь Первопустотному, — Аннигилятор смотрел на него и сжал кулак.
— Первопустотный не может предать Империю. Так что не неси чепухи, — Александр Сраков нахмурился и покачал головой.
Александр Сраков направился в склад Империи. А Аннигилятор направился к выходу из Империи. Его шаги стихли в коридоре. Только эхо осталось.
И тут его встретил Исход. Он стоял. Улыбался. И махал рукой. За его спиной был выход — огромный шлюз, за которым простиралась чернота космоса.
— Привет, босс. Что делаешь? — Исход помахал рукой и подошёл ближе.
— Мне надо бы выполнить одно из заданий, которое дал мне Нейтрон-H. Он почувствовал, что странная энергия неизвестного существа появилась недалеко. Только вот он не рассказал, что это за существо. И мне немного не по себе, — Аннигилятор говорил ровно и сжал руль машины. Пальцы впились в металл.
— Он опять что-то почувствовал? Ну блин. Почему Промо дал ему такую крутую способность, а мне ведь Промо ничего не дал, — Исход вздохнул и покачал головой.
— Хватит ныть. Заходи в космическую машину. Сейчас мы отправимся по заданным координатам, — Аннигилятор развернулся и открыл дверь машины. Дверь с шипением отъехала в сторону.
Исход решил ничего не говорить. И он зашёл в космическую машину. Внутри пахло металлом и чем-то жжёным. Сиденья были жёсткие, холодные.
— Я за руль сажусь. А ты на заднее сиденье, — Аннигилятор сел за руль и положил руки на руль. Пальцы обхватили холодный металл.
— А можно мне за руль? — Исход заглянул вперёд и подался к нему.
— Нет. Тебе нельзя. Это опасно, — Аннигилятор даже не посмотрел на него.
— Что я сделал такого, что ты мне не доверяешь? — Исход нахмурился и откинулся на спинку. Спинка скрипнула.
— Потому что ты тупой дебил безмозговый. И из-за этого я тебе не хочу что-то серьёзное и опасное доверять, — Аннигилятор говорил резко и сжал руль. Костяшки побелели.
Исход обиделся из-за таких слов. Замолчал. Отвернулся. Смотрел в окно. За стеклом проносились звёзды. Холодные. Далёкие.
— Эй. Ну всё, успокойся, — Аннигилятор обернулся.
Но Исход дальше молчал. Долго. И тут Исход вышел из машины. Дверь с шипением закрылась за ним.
Он стоял перед машиной. Смотрел на неё. Долго. Ветер трепал его волосы. Где-то далеко гудели двигатели.
— Езжай без меня. Я не хочу быть твоим слугой. И не хочу служить Империи, — Исход говорил тихо и сжал кулаки.
— Слушай. Давай успокойся, — Аннигилятор вышел следом и поднял руки.
— Нет. Всё. Это было последней каплей. Прощай, — Исход посмотрел на него. Долго. И в этом взгляде всё. Обида. Усталость.
Исход телепортировался в рандомную вселенную. Воздух хлопнул. Пустота.
Аннигилятор стоял. Долго. Смотрел на то место, где только что был Исход. Он сжал кулак. Костяшки побелели. Потом разжал. И поехал один. Дверь закрылась. Двигатель загудел.
Он был за рулём. Смотрел на дорогу. Но мысли его были не здесь. Они были с Исходом. Он вспоминал, как впервые назвал его тупым. Как Исход промолчал. Как потом это повторялось. Снова и снова. И как он ничего не менял. Он сжимал руль. Костяшки белели. Но уже поздно. Слишком поздно. Он сам его выгнал. Своими словами. Своим отношением. Он сам.
Аннигилятор наконец-то доехал. Он вышел из машины и начал оглядываться. Тут не было ничего особенного. Пустота. Тишина. Только ветер. Ветер гнал пыль по серой земле. Никого. Ничего. Он стоял. Смотрел. И в этой пустоте он чувствовал что-то. Что-то, от чего становилось не по себе. Но не понимал, что. Пока не понимал.
— Видимо, его способность дала сбой, — Аннигилятор вздохнул и потёр лицо. Ладонь была холодной.
Аннигилятор залез в машину. И он посмотрел на зеркало. Сначала ничего. Потом — он. Промо. В маске. И в этот момент время остановилось. Для Аннигилятора. Для всех. Только для него. Он не мог двинуться. Не мог дышать. Он просто смотрел. И ждал. В зеркале отражалась маска. Тёмная. Гладкая. Без глаз.
— Ты никуда не поедешь, — Промо говорил ровно и скрестил руки на груди.
— Почему ты в моей машине? Что тебе от меня надо? — Аннигилятор смотрел на него и сжал руль. Руки дрожали.
Промо посмотрел на его лицо. Долго. И понял, что это Аннигилятор.
— Чёрт. Ты не Нейтрон Прайм, — Промо поморщился и покачал головой.
Аннигилятор вышел из машины. Быстро. Спотыкаясь. Падая. Колени ударились о землю. Больно. Но он встал.
— Помогите! — Аннигилятор закричал и побежал. Но бежать было некуда. Только пустота. Только ветер.
— Тут никого нет. Ты совсем один. Тебе никто не поможет, — Промо вышел следом. Медленно. Уверенно. Его шаги были бесшумными.
Аннигилятор упал. Смотрел на Промо. Снизу вверх. Ветер гнал пыль в глаза. Он щурился. Но не отводил взгляда.
— А знаешь что? Надо бы кому-то признаться. На деле я не Промо. Моё имя — Гнилой Король. Я маска, которая овладела полностью сознанием и телом Промо. Можно считать, он мёртв. Но если снять с меня маску, то Промо воскреснет. И я вновь буду маской, — Гнилой Король говорил ровно и опустил руки.
Гнилой Король смотрел на Аннигилятора. Долго. Не мигая. Ветер стих. Тишина стала плотной.
— Я существо из пределов досягаемости. Раньше у меня было своё тело. Но существа из Омнивселенной победили меня толпой. Они разорвали меня на части. А частички меня запечатали в маску. Они думали, что её никто не наденет. Но один идиот по имени Промо её одел. И вот я снова на свободе спустя столько лет. Эти дебилы в Омнивселенной, скорее всего, до сих пор думают, что маску никто не надел, — Гнилой Король усмехнулся и покачал головой.
— Почему они думали, что никто не наденет маску? — Аннигилятор смотрел на него и нахмурился.
— Тот, кто надевает эту маску, сразу умирает. А я трупами не могу управлять. Но Промо и жив, и мёртв одновременно. Из-за этого мне и получилось управлять его телом, — Гнилой Король подошёл к Аннигилятору.
Он шёл медленно. Смотрел на него. Он не торопился. Ему некуда было спешить. Он ждал этого слишком долго. Пыль кружилась под его ногами.
Гнилой Король вырубил Аннигилятора. И стёр абсолютно всю его память. И ещё перестроил. Гнилой Король телепортировался в неизвестное место. Воздух хлопнул.
Аннигилятор пришёл в сознание. Он открыл глаза. Смотрел в небо. Небо было серым. Низким. И не понимал, где он. Кто он. Что он. В его голове было пусто. Только белый шум. Он пытался вспомнить. Но не мог. Ничего. Совсем ничего.
— Кто я такой? И почему я тут нахожусь? — Забытель смотрел по сторонам и сжал голову руками. Пальцы впились в кожу.
Забытель увидел космическую машину. Он подошёл к ней. Открыл дверь. Сел. Положил руки на руль. И смотрел вперёд. Долго. Не мигая. Он не знал, куда ехать. Но он знал, что должен уехать. Подальше. От чего-то. От чего — он не помнил.
Аннигилятор не помнил Империю. Из-за этого он отправился в неизвестное направление. Он уезжал куда подальше от Империи.