Лöсяра сбежал во время битвы. Архаим тяжело ранен. Сайрекс тащит его на спине. Его нога сломана, и каждый шаг отдаётся болью в позвоночнике.
— Чёрт. Я не ожидал, что всё так и произойдёт, — Сайрекс прохрипел. Он стиснул зубы так, что желваки заходили. Пот стекал по лицу, смешиваясь с кровью из рассечённой брови.
У Сайрекса была сломанная нога. Он шёл вперёд. Спотыкался. Падал на одно колено. Вставал. Снова шёл. Архаим висел у него на спине, и его дыхание было хриплым, прерывистым. Сайрекс чувствовал, как кровь Архаима пропитывает его рубашку. Она была тёплой. Липкой.
И тут нога Сайрекса подкосилась. Он рухнул лицом в пол. Металл ударил в челюсть. Архаим свалился с его спины и застонал. Глухо. Сайрекс лежал. Секунду. Две. Он слышал, как Архаим хрипит рядом. Он сжал кулаки. Ногти впились в ладони. Медленно поднялся. Взял Архаима. Взвалил на плечи. И снова пошёл.
И тут Сайрекс увидел Консула. Он побежал к нему, ковыляя, почти падая.
— Эй, Консул! Вы нашли Распада? — Сайрекс выкрикнул это, задыхаясь. Его голос сорвался.
Консул резко обернулся. Его тело напряглось. Он не ожидал увидеть Сайрекса сейчас. Рука дёрнулась к карману.
— Чёрт! Не пугай меня! Я ведь был полностью сконцентрирован на том, чтобы найти Распада, — Консул выдохнул. Его глаза сузились.
— Консул, хотел бы сказать. Когда я был с Архаимом, я встретил Лöсяру. Но он был киборгом. Во время битвы прозвучал странный звук, из-за которого Лöсяра ушёл, — Сайрекс говорил быстро, глотая слова. Его руки дрожали.
— Опять? Серьёзно? — Консул закатил глаза. Его кулаки сжались так, что костяшки побелели.
— Эй, а что там с Архаимом? С ним всё хорошо? — Алексей подошёл ближе. Он смотрел на безжизненное тело на спине Сайрекса. Его лицо вытянулось.
— Не особо. Эй, Консул, помоги Архаиму, — Сайрекс опустился на колено. Его нога подкосилась. В голосе была мольба.
— Хорошо. Сейчас помогу, — Консул шагнул к нему. Его голос стал мягче.
Консул превратил свой палец в шприц. Внутри была странная жидкость — мутная, зеленоватая. Он вонзил иглу в вену Архаиму. Архаим начал дёргаться. Его тело выгнулось. Консул придержал его за плечо. Рука напряглась. Пальцы впились в кожу.
Раны начали исчезать — медленно, с шипением. Кожа затягивалась. Консул смотрел на это и молчал. Он вспомнил, как лечил так же кого-то раньше. Давно. В другой жизни. Тогда всё было иначе. Тогда он не был один.
Консул превратил шприц обратно в палец.
— Он должен прийти в сознание через минут двадцать. А пока что, Сайрекс, неси его дальше, — Консул вытер палец о штаны. Его голос снова стал холодным.
— Кстати, откуда у тебя эта оранжевая рубашка? — Сайрекс прищурился. Он смотрел на Консула с подозрением.
— Я её нашёл тут и решил одеть, — Консул пожал плечами. Он даже не посмотрел на него.
Ново стоял в тени. Он слышал весь разговор. Он смотрел на них. Долго. Его глаза блестели в темноте. Потом прошептал что-то себе под нос. И вышел.
— Не заставляйте меня долго ждать, — Ново вышел из тени. Его голос был холодным, как металл.
— Эй, ты кто вообще такой? — Сайрекс повернулся к нему. Его рука потянулась к оружию. Тело напряглось.
— Он отправился сюда, чтобы свергнуть Максима, и мы решили сделать временный союз, — Алексей встал между ними. Он поднял руки.
— Понятно. Странно, что я о нём ничего не знаю. Ибо Конфедерация много о ком знала в мультивселенной, — Сайрекс не сводил глаз с Ново. В его голосе было недоверие.
И тут внезапно Сайрекса со спины ударили. Удар был такой силы, что его отбросило к железной стене. Архаим полетел следом. Металл прогнулся. Оба рухнули на пол. Сайрекс застонал. Архаим не издал ни звука.
Консул, Алексей и Ново повернулись. Они увидели Распада. Он стоял в конце коридора. Маска блестела в тусклом свете. Глаза горели красным.
Консул смотрел на Распада. Его руки дрожали. Он начал странно дышать. Часто. Прерывисто. Грудь поднималась и опускалась, как будто ему не хватало воздуха. Ноги приросли к полу. Сердце колотилось где-то в горле.
Консул не мог двигаться. Он чего-то боялся.
Распад побежал к Консулу. Быстро. Неумолимо. Консул не мог двигаться.
Ново сдвинул Консула в сторону. Резко. С силой. Консул отлетел к стене.
Ново сражается с Распадом. Он бьёт первым. Кулак в лицо. Распад даже не моргает. Ново бьёт ещё. В корпус. В шею. Распад стоит. Ново отскакивает. Дышит тяжело. Распад делает шаг вперёд. Медленно. Уверенно. Как будто ему некуда спешить. Ново бьёт снова. Распад ловит его руку. Сжимает. Ново морщится. Распад отбрасывает его. Ново падает. Встаёт. Кровь на губе. Он снова бросается в бой.
Алексей подбежал к Консулу. Он схватил его за плечи. Тряс. Сильно. Так, что голова Консула моталась.
— Консул, что с тобой?! — Алексей кричал ему в лицо. Глаза горели. Вены на шее вздулись.
Консул не отвечал. Он смотрел в пол. Глаза пустые. Руки тряслись.
— Консул, ты столько готовился, чтобы ему отомстить, и ты решаешь бросить это?! — Алексей отпустил его плечи. И ударил по щеке. Наотмашь. Звонко. — Нет, Консул, ты должен встать и отомстить за свою команду!
Консул поднял голову. Медленно. Но в глазах всё ещё пустота.
— Что ты скажешь своей команде на небесах, когда тебя убьют?! — Алексей снова ударил. По другой щеке. — Что ты не смог за них отомстить?!
Консул моргнул. Что-то дрогнуло. В горле. В груди.
— Консул, ты должен его уничтожить! — Алексей заорал так, что сорвал голос.
И тут Консул встал. Резко. Прямо. Глаза загорелись. В них больше не было страха. Только ярость. И улыбка. Кривая. Злая.
— Спасибо, что вправил мне мозги, — Консул сжал кулаки. Костяшки хрустнули.
Консул посмотрел на Распада. В его глазах больше не было страха.
Распад держал в руках Ново. Ново вырывался. Бил ногами. Царапался. Распад не обращал внимания. Он поднял Ново над головой. И со всей силы ударил его об пол. Раздался хруст. Вмятина в металле. Ново захрипел. Кровь изо рта. Он попытался подняться. Не смог.
— Вот чёрт! Его надо спасти! — Алексей шагнул вперёд. Его руки сжались в кулаки.
Ново посмотрел на Консула. В его взгляде была просьба. Консул понял, что хотел сказать Ново.
А после этого Распад со всей силы проткнул сердце Ново. Рука вышла из груди. Кровь хлынула на пол. Ново замер. Его глаза погасли. Он ещё секунду смотрел на Консула. Потом обмяк.
— Я возьму твоё бремя, Ново. Я свергну Максима, — Консул произнёс это тихо. Его голос не дрогнул.
Распад побежал к Консулу. Он готовил удар. Консул смог увернуться. Резко. В сторону. И Консул со всей силы ударил в ключицу Распада. Хруст.
— И что? — Распад даже не поморщился. Ему было всё равно.
Консул со всей своей скорости побежал на Распада. Схватил его. Начал давить со всей своей силой. Мышцы напряглись. Вены вздулись на шее.
Алексей подошёл к Консулу. Он хотел помочь. Он видел, как Консул давит. Как Распад вырывается. Он сделал шаг.
— Алексей, не иди ко мне! Я сам смогу разобраться с ним! — Консул рявкнул, не оборачиваясь. Его голос сорвался.
Алексей остановился. Замер. Он смотрел на Консула. На его спину. На то, как он держит Распада. Он хотел что-то сказать. Но не сказал. Просто стоял. И смотрел.
Распад смог выбраться из хвата Консула. Резко. С силой. Консул пошатнулся.
А после этого Распад ударил кулаком прямо в щёку Консула. Голова мотнулась. Кровь брызнула из губы.
Консулу было больно. Он даже чуть не упал. Колени подкосились. Но он не решался падать. Стоял. Шатался. Но стоял.
— Помнишь, как ты убил мою команду? А теперь я убью тебя, — Консул смотрел на него. В глазах — ярость. В голосе — сталь.
И тут Распад со всей силы проткнул живот Консула. Рука вошла в плоть. Глубоко. Распад вытащил свою руку из живота Консула. Кровь хлынула. Тёмная. Горячая.
Консул упал. Он попытался схватиться за живот. Руки в крови. Он смотрит на них. Не верит. Кричит. Не от боли. От отчаяния. Громко. Сорванно.
Он попытался ползти. Локтями. По полу. Кровь тянулась за ним. Ногти скребли по металлу. Он тянул руку к Распаду. В глазах — мольба. И ненависть одновременно. Он падает. Лицом в пол. И снова тянет. Снова.
— Стой! Не надо! — Консул попытался ползти. Локтями. По полу. Кровь тянулась за ним.
Консул не мог пошевелиться.
Распад посмотрел на Алексея. Он смотрел долго. Как на насекомое. Медленно. Смакуя.
— Тебя тогда не было. Хотя мне было приказано убить тебя, — Распад говорил спокойно. Буднично. Как будто читал список покупок.
Алексей начал смотреть на всех. На Консула. На Ново. На Сайрекса. Но он понял, что сейчас его никто не спасёт.
— Слушай, я, конечно, всё понимаю. Но это задание тебе дали давным-давно. И я думаю, что это задание уже не действительно. Так что меня нет смысла убивать, — Алексей говорил быстро. Его голос дрожал. Руки тряслись.
— А мне наплевать, — Распад усмехнулся. Усмешка кривая. Холодная. Глаза пустые. Он смотрит на Алексея, как на мусор.
И тут Распад начал готовить удар. Замахнулся. Медленно. Чтобы Алексей успел почувствовать. Чтобы успел испугаться. Чтобы успел попрощаться.
Алексей понял, что сбежать он уже не сможет.
Он только и мог, что посмотреть на Консула. Долго. В его глазах — всё. Страх. Сожаление. Благодарность. Он хочет что-то сказать. Но не может.
Неопределённое время назад. Когда Алексей и Консул ещё были командой.
— Эти мутанты были весьма сложными, — Алексей вытирал кровь с лица. Он улыбался. Как будто ничего страшного не произошло.
— Алексей. Я всё чаще стал понимать: у нас ничего не выйдет, — Консул смотрел в сторону. Его голос был ровным. Слишком ровным.
— О чём ты, Консул? — Алексей замер. Улыбка сползла.
— Ты меня заебал со своими вечеринками в моём же доме! — Консул повысил голос. Вены вздулись на шее. — Мне, сука, каждый раз приходится наводить порядок в доме! А ещё ты тот, кто всё портит! Я ненавижу тебя!
— Ну извиняюсь, что мутанты нас чуть не убили, — Алексей усмехнулся. Но усмешка вышла кривой. Глаза забегали.
— Из-за твоей ошибки чуть вселенная не погибла! — Консул шагнул к нему. — Съебал отсюда! Алексей, ты мне не нужен!
— Дай мне шанс, Консул, — Алексей шагнул к нему. В его голосе была мольба.
— Нет. Ты его уже упустил, — Консул развернулся и зашёл в дом. Дверь захлопнулась.
Алексей остался на улице. Один. Он стоял перед закрытой дверью. Долго. Кулаки сжаты. Он хотел постучать. Поднял руку. И опустил. Гордость не позволила. Или страх. Он смотрел на дверь так, будто она его предала. Потом развернулся. И ушёл.
Он пошёл домой. К себе. Это был старый дом. Он зашёл в него и лёг на кровать. Пружины скрипнули. На стене висела фотография. Он посмотрел на неё. Долго. На фото они с Консулом. Молодые. Смеются. Алексей снял её. Покрутил в руках. Положил на тумбочку. Лёг.
— Мы с ним столько пережили. И он просто решил меня бросить, — Алексей смотрел на потолок. В комнате было темно.
— Может, я реально ужасный человек? — прошептал он.
А за дверью, в доме, Консул стоял. Он слушал. Как Алексей уходит. Шаги стихали. Стало тихо. И тогда Консул ударил кулаком по стене. Один раз. Два. Три. Костяшки покраснели. Он прислонился лбом к холодной стене. И закрыл глаза.
Настоящее время.
«Всё-таки, Консул, я думаю, я стал лучше. Я изменился. Я рад, что был в твоей команде. И то, что мы многое прожили. Прости меня, что мы не попрощались с тобой».
Распад ударил в голову Алексея. Она разлетелась на части.
— Алексей! — Консул закричал. Он рванулся вперёд. Руки тянулись. Глаза расширены. Он не верил. Не хотел верить. Кричал так, что сорвал голос.
Консул полз к Распаду. Локтями. По металлу. Кровь тянулась за ним. Он не останавливался. Ногти скребли по полу. Он смотрел на Распада. В глазах — мольба. И ненависть одновременно. Он не чувствовал боли. Только ярость. Только желание добраться.
— Слышишь меня, Распад? Я убью тебя, — Консул прохрипел. Голос сорвался. Но в нём была сталь. Он верил в каждое слово.
Консул полностью восстановил себя. Дыра в животе затянулась. Кожа срослась. Но он начал плеваться кровью. Тёмной. Густой. Она капала на пол. Он вытирал рот рукавом. И шёл дальше.
Консул встал. Шатаясь. Колени дрожали. Он ударил в подбородок Распада. Апперкот. Голова мотнулась.
А ещё со всей силы ударил в лицо Распада. Прямо в маску. Хруст.
Маска Распада начала трескаться. Трещины поползли от центра. И она в итоге упала.
Под маской был Прикольчиков.
Прикольчиков сразу же блеванул. Прямо на пол. Его лицо было бледным. Глаза красными. Он смотрел на Консула. Не мигая. В его взгляде был ужас. И вина. Он не мог смотреть Консулу в глаза. Отводил взгляд. Снова смотрел. И снова отводил.
— Как это понимать? — Консул замер. Его кулаки всё ещё были сжаты. Он не верил своим глазам. Внутри всё перевернулось.
— Я не хотел. Распад управлял мною. Я всё видел. Но не мог остановиться, — Прикольчиков вытирал рот. Его руки дрожали. Он не мог смотреть Консулу в глаза. Голос срывался.
— Кто это сделал с тобой? — Консул шагнул к нему. Голос стал ниже. В нём клокотала ярость. Он едва сдерживался.
— Это сделал Нейтрон. Он управлял мною, — Прикольчиков смотрел в пол. Он не мог поднять глаза. Стыд душил его.
Консул сжал кулаки. Нейтрон. Ещё одно имя. Ещё один враг. Он запомнит.
— Скажи, а ты знаешь, кто такой тогда Ново? — Консул кивнул на тело. Он старался говорить ровно. Но голос дрожал. Внутри всё кипело.
Прикольчиков подошёл к Ново. Он снял с него маску. Медленно. Руки тряслись. Он боялся того, что увидит.
— Это ведь Радикал. Второй император Империи, — Прикольчиков отшатнулся. Его лицо исказилось. Он не ожидал.
Консул смотрел на Радикала. Мёртвого. Без маски. Он выглядел почти мирно. Почти.
И тут Прикольчиков решил отрезать часть головы Радикала. Там был какой-то механизм. Металлический. С проводами. Он пульсировал. Как живой.
— Походу, им управляли, — Прикольчиков смотрел на механизм. Его лицо исказилось. Он узнал его.
Консул подошёл ближе. Он сразу узнал, чей это механизм. Он сжал его в руке.
— Неужели трупом Радикала управлял Протокол? — Консул произнёс это тихо. Слишком тихо. Внутри всё оборвалось.
Прикольчиков кивнул. Медленно. Он тоже это понял.
— Когда мною управлял Распад, я тоже подозревал что-то в этом Ново, когда я его встретил в столице, — Прикольчиков вытирал руки о штаны. Он не мог перестать дрожать.
— А как Распад его встретил? — Консул нахмурился. Он хотел понять. Всю картину.
— Распад просто шёл по столице, как вдруг случился взрыв. И рядом появился Ново. Этот Ново был странным. И делал вид, будто он не знал Распада. Но он очень сильно палил себя, — Прикольчиков усмехнулся. Но усмешка вышла горькой.
Консул попытался улыбнуться. Но вышло не очень. Он посмотрел на Прикольчикова. Потом на Радикала. Потом на механизм в своей руке.
— Значит, Протокол. Всё это время. За всем стоял он.
— Походу, да, — Прикольчиков кивнул.
Консул сжал механизм. Костяшки побелели. Он раздавил его. Прямо в руке. Металл хрустнул. Провода лопнули. Из них пошёл дым.
— Он использует всех. Как марионеток. Радикал. Ты. Кто знает, сколько ещё таких.
Он выбросил раздавленный механизм на пол. Посмотрел на Прикольчикова. Потом на тело Алексея. Потом на Сайрекса. Потом на Архаима.
— Эй, Прикольчиков. Это ведь получается, я уничтожил Распада и спас тебя, — Консул попытался улыбнуться. Но улыбка вышла кривой. Усталой. Глаза не улыбались.
— Да. Но мне жаль, что так вышло с Алексеем, — Прикольчиков опустил глаза. Его голос дрогнул. Руки задрожали. Он не мог смотреть на тело.
Консул молчал. Он смотрел на Алексея. Долго. Слишком долго. Потом заговорил. Тихо. С трудом. Каждое слово давалось с болью.
— Он был человеком. Тем, кого я впервые посчитал другом. А в итоге я его бросил. Тогда я жалел о том, что бросил его. Но я был счастлив, когда он решился вернуться. Но в итоге его не стало. Это была моя вина, что я его решил взять с собой.
— Это не твоя вина, — Прикольчиков шагнул к нему. Положил руку на плечо. — Ведь именно он решился с тобой идти. И он знал, на что он идёт.
— Возможно, ты прав, — Консул кивнул. Но в его глазах было что-то тяжёлое. Что-то, что не проходило. Он смотрел на Алексея. И не мог отвести взгляд.
Консул снял свою оранжевую рубашку. Медленно. Руки дрожали. Он накрыл ею тело Алексея. Закрыл лицо. Руки. Грудь. Он взял тело Алексея на руки. Прижал к себе. Крепко. Так, что кости хрустнули. И пошёл вперёд. Медленно. Тяжело. Каждый шаг давался ему с болью. Он не смотрел по сторонам. Только вперёд.
Он подошёл к Сайрексу. Сайрекс лежал без сознания. Консул вколол что-то ему в вену. Сайрекс резко пробудился. Глаза открылись. Он закашлялся. Схватился за горло.
— Идём, Сайрекс, — Консул кивнул.
Сайрекс взял Архаима. Взвалил на плечи. Они пошли. Сайрекс посмотрел на Прикольчикова. Прищурился. В его глазах было недоверие.
— Я с тобой раньше виделся? — Сайрекс нахмурился.
— Да. Я ведь Прикольчиков. Раньше в команде Консула был, — Прикольчиков пожал плечами.
— А что с Алексеем? Консул, куда ты его тащишь? — Сайрекс посмотрел на тело. Потом на Консула. Потом снова на тело. Его лицо вытянулось.
— Его убили, — Консул не поднял глаз. Его голос был глухим. Пустым.
— В смысле убили?! Как такое ты мог допустить, Консул?! — Сайрекс повысил голос. Вены вздулись на шее. Глаза загорелись. Руки сжались в кулаки.
— Успокойся, Сайрекс, — Прикольчиков шагнул к нему. Поднял руку.
— Одного из наших убили! Как тут успокоиться?! — Сайрекс сорвался на крик. Голос эхом разлетелся по коридору. Он сжал кулаки. Костяшки побелели. Его трясло.
И тут они все услышали голос Максима.
— Распад, ты мне больше не нужен. Прощай, — голос Максима раздался отовсюду. Не было понятно, где он находился. Он шёл из стен. Из пола. Из потолка. Эхо.
Случился выстрел. Он попал прямо в лоб Прикольчикову. Прикольчиков умер мгновенно. Тело рухнуло. Глаза остались открытыми. Кровь брызнула на пол.
А Максим исчез в темноте.
Консул не сразу сел. Сначала он стоял. Смотрел на тело Прикольчикова. На дырку во лбу. На открытые глаза. На кровь, которая растекалась по металлу. Он не двигался. Только дышал. Тяжело. Прерывисто. Потом медленно опустился на пол. Ноги подкосились сами. Его лицо исказилось. Такое глубокое отчаяние Сайрекс не видел никогда. Глаза широко открыты. Руки опущены. Он смотрел в одну точку. И молчал. Даже не дышал. Внутри что-то оборвалось. Что-то, что уже не починить.
— Вот чёрт, — Сайрекс выдохнул. Его голос дрожал.
Он схватил Консула. Консул не шёл. Его ноги подкашивались. Сайрекс взвалил его на себя. Одной рукой держал Консула. Другой — тело Алексея. На плечах — Архаим. Ему было тяжело. Очень. Он падал. Колени бились о металл. Вставал. Снова падал. Снова вставал. Он не бросал никого. Он осматривал все коридоры. Искал выход. Металл. Тьма. Шаги. Он нашёл выход. Вышел. Летающий корабль заметил их и автоматически телепортировал внутрь.
Сайрекс положил Консула на пол. Тело Алексея — рядом. Снял Архаима. Сел. Прислонился к стене. Посмотрел на всех. На Консула, который не двигался. На Алексея, накрытого оранжевой рубашкой. На Архаима, который всё ещё не пришёл в сознание. И только тогда понял, что остался один. Из всей команды. Он закрыл лицо руками. Плечи задрожали.
— Мы возвращаемся домой, — Сайрекс сел за панель управления. Его руки дрожали.