Девушка медленно открыла глаза.
В комнате звучало старое радио, его музыка доносилась с лёгким шипением.
(Сара) — Мм… кто такое старьё включил?
Пробормотала она, едва приподнявшись с кровати. Глаза сами собой стремились закрыться.
(Сара) — Кровать кажется слишком мягкой. Вчера она была твёрдой. Так, стоп… подождите! А-а-а… где это я?
Дверь скрипнула, и в комнату вошла пожилая женщина в одежде уборщицы. Она молча выключила радио, и тишина стала ещё более давящей.
(Уборщица) — Сначала “кто такое старьё включил”, а потом “где я”…
Сказала она с усталой усмешкой.
Сара смутилась.
(Сара) — Простите, я не хотела вас обидеть…
Женщина махнула рукой
(Уборщица) — Ладно, мне не привыкать.
Сара оглянулась.
Комната была чужой, незнакомой, и в её голове вспыхнули воспоминания о вчерашнем вечере.
(Сара) — Господи, так это всё был не сон!Извините… а не могли бы вы сказать, где я?
(Уборщица) — Вы находитесь в организации по ликвидации заражённых людей.
Сара вздрогнула.
(Сара) — Что? Заражённых людей?..
(Уборщица) — Вам нужно переодеться и пойти за мной. Вас ждет директор, она ответит вам на все вопросы.
Женщина положила одежду на кровать и вышла. Девушка осталась в непонимании, но быстро оделась и вышла из комнаты.
(Уборщица) — Вы готовы?
(Сара) — Да…
Пробормотала девушка.
(Уборщица) — Идите за мной. Не отходите.
Сара шла по коридору, наполненному гулкой тишиной. Мысли не давали покоя.
(Сара) — Почему всё это выглядит как шутка? Вчера меня чуть не убили, а теперь я иду не пойми куда…
Коридор казался бесконечным.
Стены давили, воздух был густым, и тревога росла.
(Уборщица) — Мы пришли. Проходите сюда.
Сара вошла в кабинет. За столом сидела женщина в строгом костюме. Её серые глаза гармонировали с серо-голубыми волосами, и в этом сочетании было что-то пугающе красивое.
— Может, вы присядете?
(Сара) — Ой… прошу прощения.
Сара опустилась на стул.
— Ничего страшного. Не бойтесь. Я с вами ничего не сделаю.
(Сара) — ...
— Как вас зовут?
(Сара) — Сара Хаяси.
— Сара, вы можете рассказать немного о себе.
(Сара) — Ну я... обычная девушка... Работаю журналисткой. Меня отправили сюда, чтобы написать статью о Токио...
Женщина холодно улыбнулась.
— Понятно. Меня зовут Касуми Мацумура, но вы меня можете называть просто Касуми. Я директор этой организации.
Сара почувствовала, как сердце забилось быстрее.
(Сара) — Простите… но что это за организация? И кто такие заражённые люди?
Женщина тяжело вздохнула.
(Касуми) — Мы занимаемся ликвидацией заражённых, или, как мы их называем, проклятых людей. Вчера на вас напали двое таких. Вирус, которым зараженны люди, берёт контроль над телом и разумом человека. Он питается силами носителя, а затем заставляет его пожирать других людей, чтобы выжить или же перемещаться в другого человека.
Сара побледнела.
(Сара) — Это звучит как безумие… Но, если бы я вчера сама не видела этого....
В этот момент дверь кабинета открылась. Вошёл высокий мужчина с суровыми чертами лица. Его взгляд был холодным, губы плотно сжаты. Он напоминал статую, высеченную из камня.
(Касуми) — Сара, вы можете идти отдыхать. Вас проводит уборщица, я вас потом позову. Нам нужно будет ещё о кое-чем поговорить.
(Сара) — Ну.... хорошо.
(Касуми) — Сара, не переживайте, я ещё отвечу на все ваши вопросы, а сейчас лучше отдохните, а то вчера у вас был очень тяжёлый вечер.
Уборщица мягко коснулась её плеча.
(Уборщица) — Пойдёмте, я отведу вас в комнату.
Девушка вышла из кабинета, переглянувшись с мужчиной, который не сводил с неё взгляда.
(Сара) — Почему этот мужчина так странно на меня смотрит?
(Касуми) — Джеро, проходи, ты что-то хотел?
(Джеро) — Зачем вы рассказали той девушке про организацию? Она же обычный человек, нам запрещено разглашать обычным людям информацию про организацию и заражённых...
(Касуми) — Да, ты прав, Джеро. Разглашать информацию запрещено, но ты не прав: это не обычная девушка, у неё есть необычный дар, о котором она сама не знает. Когда она спала, я заметила, что от неё исходит странная энергия, но не знаю, в чём именно она заключается. Просто так бы не напали сразу два заражённых. Я хочу узнать что за сила у этой девушки , а ты Джеро, несмотря на то что ты мой заместитель, тебе не следует разбрасываться словами. А то вдруг придется искать новую работу.
(Джеро) — Я вас понял, прошу прощения.
Сара шла по коридору, ей казалось, что он как будто тянется бесконечно, и каждый шаг отдавался гулом в её голове, а мысли путались.
(Сара в мыслях) — Что за вирус? Почему именно я? Что мне теперь делать?
Она так задумалась, что не заметила, как в неё летит мяч.
(Сара) — Эй, какого чёрта?!
— Ой, извини!
Раздался звонкий голос.
К ней подбежала девушка с длинными чёрными волосами. Волосы спадали мягкой волной, чёлка скрывала часть лба, а тёмно-карие глаза сияли глубоким светом. В её азиатской красоте было что-то утончённое и гармоничное, что сразу притягивало внимание.
— Привет!
Сказала она, протягивая руку и помогая Саре подняться.
— Ого, какие у тебя красивые волосы… И глаза необычные, иностранка, что ли?
Сара растерянно улыбнулась.
(Сара) — Спасибо… Подожди, я тебя кажется помню!
— А-а, точно! Это ты лежала без сознания в парке. Я тебя спасла от той мерзкой твари.
(Сара) — Да… спасибо тебе большое.
— Да ладно, пустяки! Как тебя зовут?
Девушка протянула руку к Саре.
(Сара) — Сара.
— Будем знакомы.
(Сара) — А тебя?
— О, сейчас минуту!
Девушка отошла и положила телефон на пол, включив мелодию
(Сара) — Что ты делаешь?
Девушка подошла к Саре и начала петь.
— Я — Мэй, держусь, как будто надо,
Хотя бы ради вида — ну и пусть.
Смеюсь над драмой, как награда:
Если не смеяться — так я же просто сдуюсь.
Я — Мэй, и вроде всё в порядке,
Хотя внутри пожар и лёгкий треск.
Но я шучу — так проще прятать
Тот хаос, что зовётся мой прогресс.
— Мэй! Мэй!
— Не страдай ерундой. Отстань от бедной девушки.
Коридор наполнился тихим эхом шагов. Парень шёл неспешно, словно не торопился никуда, но всё же притягивал взгляд. Высокая фигура сразу выделялась на фоне узкого пространства.
Светло-каштановые волосы хорошо гармонировали с зелеными глазами. Его глаза были яркие и глубокие, они словно освещали коридор изнутри. В его лице не было резкости: линии плавные, гармоничные, а лёгкая улыбка придавала образу спокойствие и открытость.
(Мэй) — Эй, Дэйки, ты всё испортил! Я тут так пела…
(Дэйки) — От твоего пения можно умереть.
(Мэй) — Что касается моего пения, то пока никто не умирал от него.
(Дэйки) — Ключевое слово - пока.
(Сара) — Простите, я вам мешаю?
Тихо спросила она.
(Мэй) — Ой, Нет! Сара, познакомься с моим недалёким напарником.
(Дэйки) — Эй! Почему это я недалёкий?
Сара всмотрелась в него и вдруг вспомнила.
(Сара) — Подождите… это же тот парень, который спас меня от той сумасшедшей бабки! Да, точно это он! Но ведь потом он меня бросил, и на меня снова напала нечисть!
(Мэй) — Серьёзно? Ты оставил беззащитную девушку одну в таком состоянии?
(Дэйки) — Я не нянька, чтобы за всеми следить. Я спас её от заражённого, сделал свою работу.
(Мэй) — Вот поэтому у тебя нет девушки...Прости моего бесчувственного напарника.
Шепнула Мэй Саре и рассмеялась.
(Дэйки) — Что ты там шепчешь? А теперь ещё и смеётесь…
В этот момент появилась пожилая уборщица.
(Уборщица) — Прошу прощения, но мне нужно провести девушку в её комнату.
(Сара) — Ой, простите, что заставила вас ждать.
Сара повернулась к новым знакомым.
(Сара) — Прошу прощения, но мне надо идти.
(Мэй) — Ну ладно, надеюсь, ещё увидимся.
Мэй повернулась, положив руку на плечо парня.
(Мэй) — Пошли, мой верный Хатико.
(Дэйки) — Ты меня назвала именем собаки?
(Мэй) — Да, когда ты злишься, у тебя лицо как у щенка.
(Дэйки) — Боже мой… за что мне это?
(Мэй) — Что тебя не устраивает? У тебя такая классная напарница!
(Уборщица) — Идёмте за мной.
Сара пошла следом, погрузившись в свои мысли.
(Уборщица) — Вот мы пришли. Это ваша комната.
(Сара) — Спасибо.
(Уборщица) — Если вам что-то понадобится, зовите меня.
(Сара) — Хорошо, благодарю…
Девушка облегчённо вздохнула.
(Сара) — Наконец-то я одна. Как же я вымоталась за последние дни.
Она подошла к окну. За стеклом открывался вид на окраину города: стройные деревья гармонировали с озером неподалёку, создавая спокойствие.
(Сара) — Ого… какое красивое место, но голова раскалывается… лягу спать, наверное.
Девушка легла на кровать. Пару минут она лежала неподвижно, и вскоре сон накрыл её. Но спокойным он так и не был...