Дворец Первосвященника, однажды разрушенный, снова поднялся во всём прежнем величии.
Более того, влияние Священной державы стало даже сильнее.
Человек, которого церковь официально признала Десницей Бога, почти в одиночку завершал священную войну. На его счету уже было шесть великих демонов.
Оставался один. Убить его — и с демонами можно было считать почти покончено.
Да, Священная держава поддержала Каина далеко не с самого начала. Но теперь отношения были вполне нормальными, а значит, страна тоже могла воспользоваться его победами.
Кардиналы уже решили, что дальше всё пойдёт как надо.
И тут…
— Ещё раз подумайте, командир! Почему вдруг сейчас?!
Кардиналы плотной стеной перегородили Люсиэль дорогу.
Люди, привыкшие считать себя вторыми после Первосвященника, обычно смотрели сверху вниз даже на неё и Либерио.
Теперь те же люди почти умоляли.
— Вы — самый блистающий меч Священной державы! Если уйдёте, кто поведёт рыцарей? Кто будет защищать Его Святейшество?!
— Есть и другие. Святые рыцари достаточно сильны, жрецы не поколеблются. Доверьтесь братьям и сёстрам.
— Мы им доверяем! Но вы сильнее!
Уход Люсиэль означал заметное падение военной силы страны.
Священная держава и без того понемногу уступала Империи. Из-за Каина весь континент теперь постоянно говорил именно об Империи. Герой, которого столько лет хотела взрастить церковь, тоже не отходил от Бешеного пса.
И теперь ещё уходила Люсиэль — единственная, кого здесь считали хотя бы условным противовесом.
— Командир! Сестра Люсиэль! Вы столько лет исправно служили, почему именно теперь?!
Один из кардиналов уже не сдерживался.
— Пока положение страны было хорошим, вы оставались. А стоило всё пошатнуться — решили бежать?!
— Брат, что вы такое говорите?
— Разве неправда?! Сестра Люсиэль, куда вы вообще собираетесь? Только не в Империю!
— Конечно нет. Наверняка она вернётся к своим, на земли нелюдей…
— Я еду в Империю.
Кардиналы онемели.
Они боялись именно этого — и всё равно не были готовы услышать прямой ответ.
Вокруг уже говорили, что эпоха Священной державы закончилась и теперь начинается век Империи. А тут ещё командир Ордена святых рыцарей словно бы покидала тонущий корабль.
— Но я еду туда не затем, чтобы служить Империи.
— Тогда зачем?!
— Как и велит Бог. Иду туда, куда ведёт сердце.
— Это и называется предательством!
Несколько кардиналов окончательно сорвались: повысили голос, начали указывать на неё пальцами. Остальные пытались успокоить их, но спор только разгорался.
Если бы Люсиэль ответила гневом, старики, возможно, сами испугались бы и затихли.
Но она спокойно слушала.
И именно это делало крикунов ещё смелее.
— Что здесь за шум?
Ошибочная уверенность лопнула мгновенно.
— В-Ваше Святейшество! Произошло ужасное!
— Мы только что услышали совершенно недопустимые вещи!
— Командир Ордена отрекается от Бога и собирается перейти к Империи! Это предательство! Оскорбление самой веры!
Кардиналы столпились вокруг Первосвященника и принялись наперебой докладывать.
Больше походило на детей, бегущих жаловаться взрослому, чем на стариков, которым давно пора было думать о могиле.
— Ха.
Первосвященник посмотрел на них с откровенным недоумением.
— Братья.
Даже привычная улыбка исчезла.
— Если хотите, чтобы вас и дальше называли кардиналами, сохраните хотя бы остатки достоинства.
— Ваше Святейшество?!
— Что это за позорное зрелище? Мне уже страшно, что Бог увидит вас такими, разочаруется и оставит нас.
Кардиналы попытались возразить, но Первосвященник поднял руку, оборвав спор, и жестом велел Люсиэль следовать за ним.
— Прости их, сестра Люсиэль.
Когда кардиналы остались далеко позади, он тихо цокнул языком.
— В последнее время многие словно потеряли рассудок. Мир наконец начинает возвращаться в норму, а они только злятся сильнее. Эх…
— Всё в порядке, Ваше Святейшество.
— Нет, старик вроде меня как раз не может считать это нормальным. Люди, утверждающие, что служат Богу, называют предательством обычный человеческий выбор. Послушать их — так можно подумать, будто ты заключила договор с демонами.
Комната Первосвященника оставалась такой же простой, как прежде. Полная противоположность роскошным покоям кардиналов.
— Значит, всё-таки в Империю?
— Да.
Он немного помолчал и улыбнулся.
— Идёшь за светом.
— Простите?
— Для кого-то таким светом становятся убеждения. Для кого-то — воля. А для тебя, похоже, человек. Тот, кем восхищаешься настолько, что хочешь идти рядом и больше не отпускать.
Люсиэль промолчала.
Первосвященник рассмеялся.
— Не стыдись. Люди всегда идут к тому свету, на который указывает сердце. А если перестают его видеть — теряются. Заблудившийся человек рано или поздно легко приходит ко злу.
В этом не было ничьей вины. И извиняться здесь не за что.
Если желание искреннее и чистое, правильнее идти за ним.
— О кардиналах не беспокойся. Никто не посмеет всерьёз назвать тебя предательницей или еретичкой. Даже если кто-нибудь окажется настолько глуп, я лично объясню, почему он только рубит сук под собой.
— Спасибо за понимание.
— Когда собираешься ехать?
— Завтра.
Первосвященник задумался и покачал головой.
— Не завтра. Сегодня.
— Ваше Святейшество?
— Раз решила — двигайся сразу. Сомнения отравляют, промедление только делает хуже. Иди сейчас, сестра Люсиэль. Иди к тому свету, за которым выбрало идти твоё сердце.
Она медлила не из-за неуверенности. Просто чувствовала вину перед страной и людьми, которым служила столько лет. Хотела остаться хотя бы на день, попрощаться, попросить прощения.
Первосвященник понял это без слов.
Ничего плохого ты не сделала. Значит, и прощения просить не за что. А если останешься лишь из чувства долга, потом пожалеешь сильнее.
— Для меня было честью служить рядом с вами.
— А для меня — великой удачей видеть тебя во главе Ордена.
Они осенили друг друга знаком своей веры и пожелали Божьего благословения.
Через час Люсиэль уже стояла на магическом круге, отправлявшем её в Империю.
***
Прибыв туда, она не сразу пошла к своему свету.
Пост командира Люсиэль оставила, но сила никуда не делась. Бывший командир Ордена святых рыцарей внезапно покидает Священную державу и собирается поселиться в Империи — Императорский дом не мог проигнорировать такую новость.
— Добро пожаловать, командир. Хотя теперь вас, пожалуй, надо называть иначе.
— Просто Люсиэль, Ваше Высочество.
Вильгельм встретил её радушно.
— Признаюсь, удивился. Ты прошла множество полей боя, уничтожала демонов, недавно сражалась рядом с Каином. Казалось бы, тебе оставалось только принимать почести как одному из главных героев Священной державы. А вместо этого ты ушла.
— Я могу убивать демонов и без должности. А оставаясь там, не смогла бы делать то, что действительно хочу.
— Вот как.
Вильгельм улыбнулся немного натянуто.
Теперь он наследный принц, а значит, имел собственную разведку. Последние поступки Люсиэль не оставляли слишком много вариантов.
— Каин?
— …Что?
То ли она искренне удивилась, то ли очень плохо сыграла удивление.
При желании Империя и так могла узнать всё необходимое.
— Откуда вы…
— Теперь понимаю, почему именно ты столько лет командовала Орденом. Сильная, но скрывать что-либо совершенно не умеешь.
По лицу сразу видно: человек хороший.
— Если вы уже знаете… значит, и господин Каин тоже?..
— Он? Нет. Этот человек… этот придурок… Нет, не так. В общем, Каин в таких вещах бывает поразительно туп.
— Какое облегчение.
Обязательная встреча закончилась, и Люсиэль уже собралась уходить.
Но Вильгельм попытался задержать её.
— Посиди ещё. Я бы хотел поговорить подольше.
— В другой раз обязательно, Ваше Высочество. Но не сегодня.
— Может, всё-таки…
Задержать её не получилось.
Когда Люсиэль ушла, Вильгельм тяжело выдохнул.
— Ха-а…
«Я не знаю, Каин. Но я хотя бы попытался. Что будет дальше — уже полностью твоя проблема».
Тем же вечером Люсиэль, взволнованная сильнее, чем хотела признавать, наконец добралась до дома Каина.
Дверь открыла не та фигура, которую она ожидала увидеть.
— О. Командир?
— …?
Перед ней стояла Киара.