— Немедленно обрушить на Каина всё, что у нас есть, и убить его.
Первым сорвался даже не Вильгельм, а Архен.
— Вы себя вообще слышите?! В такой момент — и вы всё ещё не пришли в чувство?!
— Ваше Высочество, за что же вы так о нас думаете?
— Думаете, я не понимаю? Вы просто решили воспользоваться случаем и наконец избавиться от Каина!
Большинство тех, кто открыто враждовал с Каином, уже давно исчезло.
Но это вовсе не означало, что оставшиеся дворяне его полюбили.
Пока Бешеный пёс был полезным оружием и не кусал их самих, с ним мирились. Только и всего.
Архен прекрасно это понимал.
— Никому и в голову не пришло бы подобное, Ваше Высочество. Мы принимаем это решение со слезами на глазах.
Вот только люди, пережившие все прежние чистки, тоже были далеко не просты.
— Мы знаем, сколько Каин сделал для континента. Никто уже не спорит, что именно он уничтожил больше демонов, чем кто-либо другой.
— Тогда почему…
— Именно поэтому его и нужно убить сейчас. Посмотрите на него, Ваше Высочество. Просто посмотрите!
Дворяне говорили громко, нарочно привлекая внимание окружающих.
Здесь уже собрались не только важные лица. Вокруг стояли сотни рыцарей, солдат, магов и обычных зевак.
— Оттуда идёт такая демоническая энергия, словно великий демон вот-вот вырвется наружу и сметёт всё вокруг. Но этого не происходит. Энергия не исчезла — и Каин всё ещё там. Что это значит? Он из последних сил удерживает великого демона внутри себя!
— И что?
— А то, что сейчас он просит нас убить демона вместе с ним! Иначе с чего бы этому Бешеному псу просто сидеть и ничего не делать?!
Почти никто не видел, как Каин воевал предыдущие десять лет.
Зато за последний год его бои с демонами наблюдали многие.
Ни разу он не выглядел так, будто проигрывает или вынужден тянуть время.
Так должно было быть и сейчас. Потому что это Каин.
Но он не вышел из дыма со словами, что всё уже закончилось.
Он сидел посреди демонической энергии и молчал.
— Там идёт бой насмерть! Он сражается ради всех нас!
— Тогда тем более нужно верить в его победу и ждать! — рявкнул Архен. — Что вы вообще несёте?!
— Я уже сказал: Каин никогда не затягивал бой. Он сражается, но не может взять верх. Значит, положение критическое.
И почему он тогда ещё держится?
Потому что не выпускает демона наружу.
Каин, ненавидящий демонов больше всего на свете, сам запер одного внутри себя.
И теперь будто требует: уничтожьте эту тварь вместе со мной.
— Эй.
Киара, до этого слушавшая молча, шагнула ближе.
— То есть ваша логика такая: убьём Каина — вместе с ним умрёт и демон?
— Почти наверняка демон находится внутри него, госпожа Киара.
— Представьте дом, — подхватил другой дворянин. — Если внутри заперт враг, нужно забить двери и окна, а затем поджечь всё здание. Тогда никто не выйдет.
— Вы слишком легко говорите «убить Каина». Думаете, не видно, чего вам на самом деле хочется? Он вам мешает. Вы его боитесь. Вот и решили воспользоваться шансом.
Архен хотел вмешаться, но Вильгельм жестом остановил его.
Пусть договорят.
— Мы знаем, что вы близки с Каином, госпожа Киара. Но сейчас речь идёт о другом.
— Раз уж близка, я и скажу. Каин победит. Обязательно. Сейчас закончит, разгонит всю эту дрянь и выйдет с таким видом, будто не понимает, чего мы тут всполошились.
— Это всего лишь надежда.
Вперёд вышел молодой дворянин.
— А если Каин проиграет и демон получит его тело?
— Не проиграет.
— А если всё-таки проиграет? Здесь есть хоть кто-нибудь, способный остановить Каина? Один великий демон — уже бедствие. А великий демон, управляющий Каином?
На этот раз никто не ответил.
Потому что ответ знали все.
— Вы неверно нас понимаете. Речь не о политике. Это холодный расчёт ради выживания. Имеем ли мы право ставить на неизвестность жизни всех здесь присутствующих, безопасность столицы, Империи и всего континента?
Он намеренно втягивал в спор всё больше людей, которым до Каина не было никакого дела.
— …И что с того? — спросила Киара.
— Госпожа Киара, вы вообще в своём уме?
— Больше вашего. По крайней мере, я не предлагаю столкнуть в огонь человека, который прямо сейчас сражается, только потому что боюсь дождаться результата.
— А если он уже не сражается, а едва держится? Если его последняя воля — чтобы мы поскорее его прикончили? Вы и тогда это проигнорируете?
— Да. Полностью. Тогда этот псих разозлится, что его не послушали, взбесится ещё сильнее и всё равно убьёт демона.
Молодой дворянин покачал головой, бормоча, что с ней невозможно разговаривать.
Тогда вперёд вышла Люсиэль.
— Я согласна с Киарой. Каин не проиграет.
— Да что же с вами такое?! Хватит говорить о надеждах! Нужно просчитать варианты!
Дворянин обвёл рукой собравшихся.
— Хорошо. Посчитаем. Если мы ударим сейчас всем, чем располагаем, худший вариант таков: Каин погибнет, а великий демон выживет. Но одного великого демона, возможно, сумеют одолеть Герой, бывший командир Ордена святых рыцарей и все рыцари с магами, которые скоро сюда прибудут.
— А где гарантия, что они победят?!
— Если все будут готовы умереть — шанс есть!
Сам дворянин при этом ни словом не обмолвился, что тоже собирается сражаться.
Киара едва не ткнула его в это носом, но промолчала. В конце концов, и от неё самой в подобном бою пользы было бы немного.
— А теперь худший вариант вашего решения. Мы ждём. Каин проигрывает. Демон захватывает его тело. И тогда нам приходится одновременно сражаться и с великим демоном, и с силой Каина. В первом случае у нас хотя бы остаётся вероятность победы. А здесь?
Он посмотрел на Сиона, Люсиэль, Киару и наконец на Вильгельма.
— Кто-нибудь из вас уверен, что сможет его остановить? Да что там остановить — вообще успеете хоть что-нибудь сделать? По-моему, мы все умрём, не успев даже закричать. И не только мы. От столицы ничего не останется!
Все погибнут.
Без исключения.
По толпе прошёл тревожный ропот.
Убить Каина сейчас — получить хотя бы шанс.
Ждать, цепляясь за неопределённую надежду, — рискнуть всем.
— Ваше Высочество! Вы обязаны думать об Империи!
— Как бы вам ни был дорог Каин, вы должны сделать выбор! Мы можем потерять всю столицу!
Рыцари и маги начали переглядываться.
Никому не хотелось ставить собственную жизнь на исход боя, которого они даже не видели.
— Постойте! — вмешался Сион. — Я понимаю, к чему вы ведёте. Но мы ведь даже не знаем, что именно сейчас делает брат и зачем продолжает бой. И вообще — разве не благодаря ему мы все дожили до этого момента? Неужели нельзя дать ему хотя бы ещё немного времени?
— Раз уж заговорили о прошлом, я спрошу самого Героя. Что Каин делал всякий раз, когда кто-то попадал под влияние демонов? Ответ все знают! Убивал! Всех до одного! Думаете, для себя он сделал бы исключение? Да он бы первым орал, чтобы его поскорее прикончили!
Среди рыцарей и магов хватало тех, кто потерял родственников и друзей.
Да, те люди сами или не по своей воле перешли на сторону демонов.
Но в конце концов убил их именно Каин.
— Каин убивал тех, кто уже перешёл к демонам. Убивал и тех, кто вот-вот мог перейти. Почему же к самому Каину нельзя применить его собственное правило?!
Сион не нашёл ответа.
Как бы ни были прозрачны мотивы дворян, сама логика не была бессмысленной.
И худший сценарий, который они описывали, действительно существовал.
Вильгельм и Сион колебались не потому, что меньше остальных верили в Каина.
Наоборот.
Они слишком многому у него научились и оба занимали позиции, на которых не имели права думать только о личном.
— Ваше Высочество, не беспокойтесь. Позор мы возьмём на себя.
— Да. Пусть потом скажут, что дворяне действовали самовольно. Вы не предавали героя Империи.
Дворяне кивнули, и их рыцари с магами начали готовиться.
— Эй! Что вы делаете?! Ваше Высочество, остановите их! Сион, а ты чего стоишь?!
— Прошу! Ещё немного! Просто подождите ещё немного!
Киара и Люсиэль пытались перекричать остальных, но настроение толпы уже изменилось.
Слова о том, что иначе погибнут все, сделали своё дело.
Маги начали плести заклинания, рыцари подняли ману.
Похоже, они собирались воспользоваться следующим мгновением, когда демоническая энергия отступит, и ударить по Каину разом.
— Всё это ради самого Каина.
Так говорили дворяне, словно заранее освобождая себя от вины.
И в тот миг, когда вся подготовленная сила уже должна была обрушиться на неподвижно сидящего Каина…
— Остановитесь.
К самой границе демонической энергии вышла девушка.
— Нет. Так нельзя. Разве это вообще по-человечески?
Эстель смотрела на собравшихся непривычно твёрдо.