Анна и Рудра вошли через черный ход, подальше от мест, еще хранивших следы ночной бойни.
Даже здесь, в более спокойной части поместья, атмосфера была наэлектризована. Слуги сновали по коридорам с подносами, разносили поручения, провожали гостей или офицеров, прибывших для расследования инцидента. Весь дом словно лихорадило.
Саманта лично провела их в уединенное крыло особняка. По пути слуги с любопытством поглядывали на новоприбывших. По меркам дома Миллеров их одежда выглядела скромно — в ней не было той роскоши, которой обычно щеголяли знатные гости. Никто и представить не мог, что мужчина и женщина, тихо идущие по залам, на самом деле — правители процветающей Империи Солярис. Их маскировка была безупречна и могла обмануть любого в этом городе.
Войдя в комнату, Рудра заботливо помог Анне устроиться на мягком диване и сел рядом. Через несколько минут вернулась Саманта в сопровождении горничной с угощениями. Перед ними со всей полагающейся гостям учтивостью расставили воду, чай и легкие закуски.
Вскоре комната опустела. Между сестрами повисла тяжелая, гнетущая тишина.
Анна и Саманта молча смотрели друг на друга. Обе не знали, с чего начать после долгих лет разлуки и груза невысказанных обид. Прежде чем неловкое напряжение стало невыносимым, дверь внезапно распахнулась.
— Мам!
В комнату влетел молодой человек лет двадцати трех, но тут же замер, заметив незнакомых гостей. Взгляд Дерека Миллера остановился на Анне. В ту же секунду он мертвенно побледнел.
Сходство между двумя женщинами было настолько поразительным, что на мгновение ему показалось, будто он видит вторую версию собственной матери. Те же синие волосы. Те же черты лица. Различались лишь мимика и едва заметные морщинки. Его глаза расширились от недоумения.
Прежде чем он успел что-то спросить, Анна тихо рассмеялась:
— Привет! Я давно потерянная сестра твоей мамы. Нас разлучили при рождении, и вот, по воле случая, мы сегодня воссоединились.
Услышав это, Дерек опешил еще сильнее. Он медленно повернулся к Саманте, ища подтверждения, что это странное заявление — не шутка. Саманта молча кивнула.
— Прошу прощения! — выпалил он почти на автомате, быстро развернулся и выскочил из комнаты.
Мысли в его голове неслись вскачь. Поместье едва пережило ночное нападение, и тут внезапно появляются незнакомцы, заявляющие о родстве. Даже если сходство неоспоримо, осторожность не помешает. Было ясно, что он намерен немедленно найти отца и обо всем доложить.
Когда дверь за ним закрылась, в комнату снова вернулась тишина. Сестры продолжали сверлить друг друга взглядами, и ни одна не желала заговорить первой. Рудра, не выдержав этой удушающей атмосферы, закатил глаза и сделал шаг вперед, протягивая Саманте кольцо-хранилище.
Саманта медленно приняла его.
— Что это? — ее тон оставался холодным и настороженным.
Рудра спокойно улыбнулся:
— Там свадебный подарок и кое-какие диковинки для детей. Подарки от тети и дяди.
Саманта на мгновение опустила взгляд на кольцо, а затем снова посмотрела на них.
— И что вы ждете взамен?
Анна мягко кивнула.
— Нам ничего не нужно, Саманта. Мы лишь хотим, чтобы ты благословила нашего первенца, — сказала она с робкой, но полной надежды улыбкой.
Саманта сухо усмехнулась.
— Зачем моему племяннику благословение его «проклятой» тетки? Тем более пока он еще в утробе?
Горечь в ее голосе заставила Анну вздрогнуть.
— Я никогда не считала тебя проклятой, — тихо ответила Анна.
Саманта горько рассмеялась:
— О, прошу тебя! Я провела одинокое детство, хотя у меня была сестра-близнец. Ты хоть представляешь, как это жалко и как это меняет человека? — Ее голос становился все острее от многолетней затаенной обиды. — Ловить на себе избегающие взгляды собственной семьи, чувствовать себя изгоем... Если бы не отец, я бы ушла оттуда гораздо раньше.
Анна слушала это, низко опустив голову. В ее глазах начали собираться слезы, а пальцы впились в подол платья.
— Мне говорили... — попыталась она объясниться, но слова застревали в горле. Чувство вины камнем лежало на сердце.
Видя ее страдания, Рудра нежно прижал жену к своей груди и посмотрел на Саманту с извиняющимся видом.
— Когда ты ребенок, твой разум легко настроить так, как того хотят старшие. Анне внушили, что ей нужно избегать собственной сестры. И это чувство вины она несет в сердце с того самого дня, как осознала, какую ошибку совершила. — Его тон оставался спокойным и искренним. — Я не могу вернуть то, что вы потеряли. Я даже не жду, что ты простишь Анну, но я надеюсь, что ты сможешь простить нашего сына. Он еще не родился, но я уверен: когда это случится, мы сделаем все, чтобы он стал достойным человеком.
Рудра сделал короткую паузу и продолжил уже мягче:
— Саманта, нашему сыну нужна тетя, которая сможет направить его в те моменты, когда родители будут бессильны. Ему нужны старшие брат и сестра.
Пока он говорил, его рука нежно поглаживала плечо Анны, пытаясь ее успокоить. Сама Анна больше не могла смотреть Саманте в глаза. С самого начала она больше всего боялась именно этого разговора. Она готовилась к нему всю дорогу, но когда Саманта наконец озвучила всю ту боль, через которую прошла, остатки самообладания Анны рухнули. Она окончательно разрыдалась.
Саманта молча наблюдала за плачущей сестрой. Это было странно. В детстве Анна почти никогда не плакала. Даже когда ей было больно, она держалась — если только дело не касалось их матери. Вид сестры в таком состоянии пробудил в Саманте эмоции, которые она не хотела признавать.
Спустя несколько долгих минут Анна наконец немного успокоилась и смогла нормально дышать, пока Рудра тихо утешал ее.
— Ребенку не пойдет на пользу, если ты будешь рыдать во время беременности. — На этот раз тон Саманты заметно смягчился. Враждебность в ее глазах уступила место невольному беспокойству. Она скрестила руки на груди и спросила: — Почему вам нужно именно мое благословение? Не думаю, что ваши медики и няньки позволили бы тебе путешествовать на таком сроке?
Рудра ответил честно:
— Одна странствующая отшельница сказала нам, что если наш ребенок получит благословение тети, еще не родившись, то его ждет великое будущее.
Саманта тут же прищурилась:
— Вы так серьезно восприняли слова какой-то бродяжки?
Рудра покачал головой:
— Эта женщина явно обладала даром провидицы. Она открыла нам многое.
Саманта все еще выглядела скептически. Тогда Рудра небрежно добавил:
— А еще она сказала, что тебя благословил кто-то особенный.
Как только эти слова сорвались с его губ, атмосфера в комнате мгновенно изменилась. Глаза Саманты расширились. По воздуху прошел внезапный холод, температура резко упала.
Рудра и Анна среагировали мгновенно. Рудра вскочил и, не колеблясь, воздвиг вокруг Анны защитный барьер из звездного пламени.
— Успокойтесь.
Голос, ответивший им, больше не звучал как человеческий.
Оба в шоке уставились на Саманту. Ее синие зрачки медленно исчезли, сменившись сияющими зелеными. В то же время ее голос приобрел неестественный резонанс, будто под словами скрывалось множество других тонов. Вся комната заполнилась крошечными зелеными частицами света, неподвижно зависшими в воздухе.
— Кто ты? — осторожно спросил Рудра, его лицо стало предельно сосредоточенным.
— Я и есть тот «кто-то особенный», о котором вам говорила отшельница, — ответила Саманта.
Все ее поведение изменилось. Холодная горечь, обычно определявшая ее облик, исчезла без следа, сменившись странно безмятежной улыбкой. Почувствовав, что прямой угрозы нет, Рудра медленно опустил барьер и тихо выдохнул.
— Можем ли мы узнать твое имя? — с беспокойством спросила Анна.
— Нет, — просто ответила сущность.
Анна и Рудра обменялись тревожными взглядами. К этому моменту они уже поняли, свидетелями чего стали.
Одержимость духом. И не обычная. Чтобы сущность могла полностью контролировать кого-то на ступени Божества, она должна быть несоизмеримо сильнее носителя. А ведь Саманта и сама входила в число сильнейших существ в Мире Ариса. Это означало, что сущность, говорящая через нее, скорее всего, пришла из сфер за пределами этого мира.
Фигура с зелеными глазами слегка наклонила голову и снова заговорила, используя тело Саманты:
— Расскажите мне об этой отшельнице.