Раздался жуткий звук. Ядро маны Уильяма было жестоко вырвано вместе с мечом.
Некогда прекрасное белое кристаллическое ядро, теперь тусклое и покрытое трещинами, показалось из его живота, пронзенное клинком прямо по центру. Меч прошел сквозь него так чисто, что казалось, ядро вот-вот расколется на две части.
Кровь, ошметки плоти и разорванные вены забрызгали хрустальную платформу.
Это выглядело так, словно у живого существа вырезали само сердце — удаляли источник, определяющий жизнь, силу и само существование.
Анастасия тут же снова уложила Уильяма на платформу, готовясь к следующему шагу — снятию печати.
— Что ты собираешься делать? — тихо спросила Тамася.
Теперь руки Анастасии неудержимо дрожали.
— Я... я должна снять печать с его сердца, — заговорила она, медленно доставая маленький кинжал.
Используя ману, она отчаянно пыталась остановить кровопотерю, хотя на теле Уильяма зияла такая ужасающая рана, что никто из них не знал, сможет ли она вообще когда-нибудь затянуться.
Юэ и Андреа были глубоко потрясены.
Они быстро убрали меч и поврежденное ядро, после чего подошли ближе, чтобы помочь Анастасии. Страх всё еще не отпускал их. Кое-кто из них опасался, что Анастасия в порыве отчаяния лишь еще сильнее калечит тело Уильяма.
Тем не менее, никто не посмел её остановить. Анастасия осторожно сделала надрез на груди Уильяма. Каждые несколько секунд её руки начинали неистово трястись.
Тамася сразу заметила это, но промолчала. В её сердце бесконечным пламенем полыхали ярость и досада от осознания их собственного бессилия.
Уильям отправил их всех в домен, чтобы защитить, пока сам в одиночку противостоял Люксу. Эти воспоминания заставили её крепко сжать кулаки.
Она злилась на него. Злилась за то, что он решил нести всё это бремя один.
Злилась за то, что он оставил их позади. Если бы он сейчас очнулся, она бы выкрикнула всё это ему прямо в лицо.
Краем глаза она вдруг заметила, как Анастасия рухнула на колени.
Дыхание женщины стало прерывистым. Её расширенные глаза были полны ужаса.
Только сейчас, после всего произошедшего, истинное отчаяние от потери сына наконец настигло её.
Анастасия до боли закусила губу, пытаясь взять себя в руки, но тело отказывалось подчиняться.
В конце концов, она беспомощно посмотрела на Юэ и Андреа и начала объяснять, что именно нужно сделать. Обе женщины безропотно шагнули вперед.
Но стоило им взять кинжал и приблизиться к трупу Уильяма, как мужество окончательно покинуло их.
Зияющая дыра в животе. Вскрытая грудная клетка.
Сама жестокость представшей перед ними сцены сломила их.
Они убивали и раньше. Они бесчисленное количество раз видели кровь и плоть.
Но сейчас всё было иначе: эта плоть принадлежала близкому человеку, их племяннику, и от этого их кровь стыла в жилах. Им казалось кощунством прикасаться к телу, которое следовало почитать.
Даже если предположения Анны были верны, одно неверное движение в его сердце уничтожит тот крошечный шанс на возрождение, что еще оставался.
Ни одна из них не смела рисковать этим призрачным шансом.
Их руки дрожали под тяжестью ответственности.
Тамася, глядя на их лица, окончательно потеряла терпение.
Не говоря ни слова, она вышла вперед и выхватила у них кинжал.
Затем она сама приступила к процедуре.
Лезвие рассекало грудь Уильяма, пока под слоями разорванной плоти не показалось его неподвижное сердце.
Каким-то чудом руки Тамаси оставались твердыми на протяжении всего процесса. Она чувствовала, что у неё нет иного выбора, кроме как продолжать, пока она не получит ясный ответ; она отчаянно жаждала снова услышать голос Уильяма.
Осторожно она сделала надрез на сердце, которое уже перестало биться.
Под острым лезвием кинжала ткани сердца чисто разошлись.
Внутри органа покоился маленький зеленый нефрит, вросший в ткани, словно семя дерева; к этому семени тянулось множество сосудов и каналов.
Тамася немедленно призвала нити теневой энергии, которые скользнули в грудь Уильяма и обвили кристалл.
«Я ломаю его».
Голос Тени эхом отозвался в её сознании.
В следующее мгновение нефритовая печать рассыпалась в прах. Тени тут же отступили.
Тамася глубоко вздохнула, вынимая руку из грудной клетки Уильяма. Она смотрела на свои окровавленные ладони с суровым, сдержанным выражением, хотя слезы вот-вот готовы были брызнуть из глаз.
Внезапно, без всякого предупреждения, произошел ослепительный выброс энергии.
*ГРОХОТ*
Ударная волна отбросила всех четверых женщин на несколько метров от тела Уильяма.
— Гх-х! — Тамася врезалась в стену комнаты.
Анастасия болезненно застонала, заставляя себя подняться; её взгляд был прикован к хрустальной платформе. Тем временем Юэ и Андреа, присматривавшие за Анной, были отброшены с огромной силой.
Тело Уильяма начало излучать ослепительный свет, пронзающий штормовую ночь.
И вдруг буря над Империей Святого Солнца полностью утихла, словно подчинившись этому свету.
Ревущий ветер исчез. Темные облака разошлись, будто разорванные невидимыми руками, открывая огромную полную луну, зависшую в небе.
Лунное сияние хлынуло сквозь разбитые окна, омывая тело Уильяма серебристым светом.
Медленно, на глазах у Анны, Тамаси, Андреа и Юэ, его тело поднялось с хрустальной платформы и зависло в воздухе.
Выражение его лица оставалось спокойным и умиротворенным, дыхание всё еще отсутствовало, не подавая признаков жизни. Это стояло в пугающем контрасте с кровью, покрывавшей его грудь, и дрожащими багровыми руками Тамаси внизу.
Четыре женщины в полном шоке смотрели вверх.
Медленно в их разбитых сердцах начал возрождаться хрупкий огонек надежды.
Возможно...
Уильям еще сможет вернуться. Окрыленные этой надеждой, они продолжали наблюдать за потусторонним явлением, но вскоре тело Уильяма взмыло на недосягаемую высоту и исчезло в небе.
Тамася вместе с остальными бросилась ввысь, следуя за ним. Но они больше не могли его найти, словно парень полностью исчез из этого мира.
Дурное предчувствие закралось в их души, и они начали лихорадочно искать его.
Тем временем тело Уильяма парило в нескольких милях над землей, и полная луна находилась прямо напротив мертвого юноши.
Под сияющим лунным светом сердце Уильяма начало срастаться и исцеляться. Хотя остальные раны всё еще оставались нетронутыми.
Лик луны в небе на мгновение яростно содрогнулся, когда произошло нечто, что весь Арис запомнит навсегда.
С другого края земли внезапно взошло солнце, хотя луна еще не зашла. Свет этих двух небесных светил смешался; солнце сияло лишь слабо, но его блеск невозможно было игнорировать.
Тело Уильяма медленно начало регенерировать под солнечным светом, пока лунное сияние делало свою работу.
Издалека, из глубины небес, мисс Судьба наблюдала за разворачивающимся феноменом с едва заметной улыбкой.
— Солнце и луна сошлись вместе, чтобы исцелить его раны.