Два сапфирово-синих глаза резко распахнулись и встретились с другой парой точно таких же глаз, только покрасневших и блестящих от слёз.
— Привет, мам.
Уильям заговорил со слабой улыбкой, глядя на Анну снизу вверх. Его голова всё ещё покоилась у неё на коленях, и, несмотря на давящую на всё тело усталость, он попытался успокоить её этим коротким приветствием. Больше он ничего не сказал. Бывают моменты, когда слова теряют смысл, и это был один из них. Он уже знал, через что пришлось пройти Анастасии.
Как только Анна осознала, что он действительно очнулся, она в шоке прижала дрожащую руку к губам и резко отпрянула. Голова Уильяма соскользнула с её колен и с глухим стуком ударилась о твёрдый пол.
— Ай...
Он медленно поднялся, при этом каждая косточка в его теле болезненно хрустнула. Его недавно восстановившаяся плоть напряглась и пришла в движение, словно старый механизм, который заставили работать после долгих лет простоя. Даже дыхание казалось странным.
Первое, что он увидел, была лежащая рядом Тамася.
На первый взгляд она выглядела мирно, но её глаза были пустыми и отрешёнными, совершенно лишёнными фокуса. Даже заметив, что Уильям проснулся, она не сразу отреагировала. Казалось, её сознание унеслось куда-то далеко, в недосягаемое место.
Уильям повернул голову к Анне. К этому моменту она окончательно сорвалась и безутешно рыдала, пока Юэ и Андреа пытались её утешить. Андреа выглядела явно потрясённой его воскрешением, но что удивило Уильяма больше, так это реакция Юэ. Она казалась спокойной, почти так, будто всё время ожидала именно такого исхода.
Тем не менее, Уильям оставил это беспокойство на потом; сейчас ему нужно было успокоить маму, а затем и свою любимую.
Не колеблясь, Уильям вскочил на ноги и в мгновение ока преодолел разделявшее их расстояние. Он крепко обнял Анну.
— Всё хорошо, мам. Я в порядке.
Грудь Анны судорожно вздымалась, пока она плакала, прижавшись к нему. Её руки тут же забегали по его лицу, плечам и волосам, отчаянно ища раны, которых больше не было. Это были лихорадочные прикосновения человека, который до смерти боится, что стоящий перед ним может снова исчезнуть в любую секунду.
Несколько мгновений Уильям просто позволял ей держать себя.
Только сейчас он по-настоящему осознал, как сильно она о нём заботится. Они воссоединились совсем недавно, но страх в её глазах ничем не отличался от страха матери, которая растила своего ребёнка всю жизнь.
Затем Анна внезапно заговорила дрожащим голосом:
— Ты действительно считаешь меня своей матерью?
Уильям потрясённо моргнул и тут же посмотрел на неё.
— Мам, мне искренне больно от того, что ты вообще в этом сомневаешься.
В его голосе звучала неподдельная боль, но Анна не смягчилась.
— Тогда почему ты оставил меня, когда пошёл разбираться с Люксом? — потребовала она, повышая голос. — Ты думаешь, у меня нет права отомстить за твоего отца? Думаешь, только ты имеешь право противостоять богу? Думаешь, если ты тащишь всё на себе в одиночку, это делает тебя храбрым?
Уильям замолчал.
Он опустил взгляд, потому что у него не было ответа, который он мог бы ей дать. Он сделал это, чтобы защитить её, но Анастасия и так это знала. Этот спор был не совсем о его решении.
Он был о её сожалении.
Уильям теперь ясно это видел. Каждое слово, которое она произносила, было направлено скорее на саму себя, чем на него.
— Проклятие всё ещё здесь... — надломленно прошептала она.
Уильям на мгновение нахмурился в замешательстве, прежде чем до него дошло.
Она пережила это снова.
В очередной раз она не смогла защитить того, кого любила.
Она исчезла в его Домене Бесконечности только для того, чтобы вернуться через день и обнаружить его мёртвым. Тот же кошмар повторился на её глазах, вновь вскрывая раны, которые так и не зажили до конца.
И на этот раз причиной того, что эти раны стали ещё глубже, стал Уильям.
Видеть, как она так убивается, стало для него невыносимым.
Он крепко взял её за плечи и осторожно убрал руки, закрывавшие её полные слёз глаза.
— Мам. Послушай меня.
Его голос стал твёрдым.
— Твой сын всё исправит. Я обещаю тебе.
В его глазах была тихая уверенность, которую одни лишь слова никогда не смогли бы выразить полностью. Уильям понимал ценность семьи больше, чем кто-либо другой. Он точно знал, что значит терять людей и что значит подводить их.
Это обещание окончательно сломило остатки сдержанности Анны. Она снова притянула его к себе и крепко обняла, словно боясь, что мир попытается снова отнять его у неё.
Даже Юэ и Андреа расчувствовались, наблюдая за воссоединением матери и сына.
Спустя некоторое время Уильям медленно отстранился от Анны и оглянулся на Тамасю.
Она всё так же сидела неподвижно, хотя истощение в конце концов погрузило её в лёгкий сон. При виде её опухшего лица и бледной кожи у него болезненно сжалось сердце.
Уильям подошёл к ней и осторожно положил руку ей на голову, нежно поглаживая по волосам и разбитой щеке.
Почувствовав его прикосновение, Тамася очнулась.
Её глаза медленно открылись и расширились в тот миг, когда она увидела его живым перед собой.
Несколько секунд она не говорила абсолютно ничего.
Уильям слабо улыбнулся и убрал несколько выбившихся прядей с её лица.
— Соскучилась?
Попытка пошутить была ошибкой.
Он вдруг увидел, как она вскочила на ноги. Её глаза покраснели от нахлынувших чувств, в них дрожали ярость и горе одновременно. Прежде чем он успел среагировать, её ладонь полоснула его по лицу.
Звонкая пощёчина эхом разнеслась по комнате.
Уильям принял удар без сопротивления.
Одна сторона его лица тут же покраснела, но выражение его лица не изменилось. Он просто молча смотрел на неё, пока она стояла и дрожала, а слёзы грозили хлынуть из её глаз в любую секунду.
Её пощёчина несла в себе послание громче любых слов.
«Как ты посмел оставить меня и попытаться умереть в одиночку?!»
Уильям опустил взгляд на её дрожащие руки и заметил размазанную по ним кровь.
Он понял, что это была его собственная кровь.
Должно быть, произошло что-то ужасное, пока он был без сознания.
Ничего не говоря, он осторожно взял одну её руку в свою и запечатлел нежный поцелуй на её окровавленных ладонях, прежде чем прижать их к своему лицу. Его глаза не отрывались от её глаз, словно он безмолвно извинялся за всё, что ей пришлось вытерпеть.
Затем он крепко прижал её к своей груди.
В тот момент, когда её лицо уткнулось в его грудь, весь страх и боль, которые она подавляла, наконец вырвались наружу. Слёзы потекли неудержимым потоком, пока она цеплялась за него. Она громко зарыдала, как ребёнок.
— Обещаю, — мягко прошептал Уильям, — отныне, куда бы я ни пошёл, я буду брать тебя с собой. Пока смерть не разлучит нас.
— Нет...
— Даже смерть не посмеет разлучить нас. Я убью саму смерть.
Он наклонился и поцеловал её в лоб.
[Динь!! Метка Судьбы эволюционирует...]
[Динь!! На Тамасю наложена Метка Родственной Души.]
[Динь!! Тамася получила титул «Первая Вечная Королева».]
[Динь!! Тамася получила титул «Королева Вечного Суверена».]
[Динь!! Тамася получила шанс на эволюцию своего пути.]
[Динь!! Высшая Система интегрируется с душой Тамаси.]
«Что?!»
Глаза Уильяма расширились от тревоги.
«Безопасно ли ей подвергаться этому?»
[Это лишь вторичная интеграция, доступная исключительно тем, кому суждено стать родственными душами Вечного Суверена. Она не получит преимуществ стократного множителя или доступа к магазину, но обретёт способность общаться со мной и использовать все остальные функции Высшей Системы.]
[Элемент Тени не узнает об этой интеграции. Сама Тамася также будет неспособна раскрыть этот секрет Тени. Она официально стала вашей родственной душой, так что с этого момента в ней начнут происходить значительные изменения.]
Объяснение Ориона немного уняло беспокойство Уильяма.
Дело было не в том, что он не доверял Тамасе. Настоящая проблема заключалась в Тени, обитающей в её сознании и следящей за всем. Это существо, узнав о Системе, могло создать бесчисленное множество опасностей.
И всё же после этого Уильям не смог сдержать улыбки.
Орион как-то объяснил, что для того, чтобы кто-то действительно стал его родственной душой, им нужно вместе пережить кризис, достаточно мощный, чтобы выковать между ними неразрывную связь.
Уильяму теперь стало любопытно, что именно произошло, пока он был в отключке.
[В моей памяти сохранились фрагменты испытания. Я покажу их тебе позже], — произнёс Орион, и Уильям с нетерпением кивнул.
Затем он опустил взгляд на пару иссиня-чёрных глаз, смотрящих на него из-под его подбородка.
— Было больно? — тихо спросила Тамася; её голос всё ещё звучал приглушённо, так как она прижималась к его груди.
Сердце Уильяма мгновенно смягчилось.
— Да, — ответил он с полной серьёзностью. — Ты ударила меня очень сильно. Мои щёки и губы до сих пор ужасно болят. Может быть, парочка поцелуев помогла бы мне поправиться.
Внезапно кожу в районе его живота пронзил резкий щипок.
Уильям вздрогнул.
— Я спрашивала про чёртову рану от меча, извращенец! — Тамася яростно сверкнула на него глазами, полными слёз.
Андреа разразилась смехом, а Юэ даже тихонько хмыкнула рядом. Анна, однако, смотрела на них двоих широко раскрытыми глазами с нечитаемым выражением лица, явно не понимая, стоит ли ей чувствовать облегчение, смущение или раздражение.