Шэнь Вань проснулась еще до рассвета.
Стараясь ступать неслышно, она выбралась в западную комнату и принялась растапливать очаг в кухне, ставить воду и варить кашу.
Су Мубай предупреждал, что Сяо Цзюэ – гость, и выказывать неуважение к нему нельзя.
Однако куда сильнее ей хотелось переделать все дела до того, как этот принц соизволит подняться, чтобы потом целый день прятаться от него по углам.
На беду, стоило ей только поставить миску с кашей на стол, как Сяо Цзюэ приподнял занавеску и вышел.
─ Молодой господин Сяо поднялся поистине рано.
Шэнь Вань торопливо поклонилась, низко опустив голову.
Сяо Цзюэ переоделся в повседневное платье цвета индиго; в нем исчезло вчерашнее высокородное щегольство, и теперь он больше походил на отпрыска богатой семьи, отправившегося в путешествие ради учебы.
Он глухо промычал: «Мм», – уселся за стол и взял пиалу с кашей с поистине благородной грацией.
Шэнь Вань отступила в сторону, желая уйти.
─ Стоять.
Не поднимая глаз, бросил Сяо Цзюэ: ─ Садись ешь.
Тело Шэнь Вань мгновенно напряглось, и она выдавила тихонько:
─ Я… я не голодна.
─ Если доктор Су узнает, что его двоюродная сестрица прислуживает гостю на голодный желудок, он ведь огорчится.
Его ровный тон не оставлял ни малейшей надежды на отказ.
Шэнь Вань оставалось лишь сесть напротив, набрать полпиалы каши и маленькими глотками принимать ее внутрь.
Она намеренно тянула время: то пугалась обжигающего пара, то выказывала робость перед совместной трапезой со знатным человеком.
Сяо Цзюэ отложил ложку и пристально посмотрел на нее:
─ Тебя зовут Шэнь Вань?
─ Да.
─ Красивое имя.
Он поинтересовался: ─ Сама придумала, или кто-то другой?
Шэнь Вань замерла, покачав головой:
─ Не помню.
Сяо Цзюэ ничего не ответил, лишь молча разглядывал ее.
Его глаза казались бездонными и тихими, словно способными разглядеть самые потаенные морщинки человеческой души.
От этого взгляда у Шэнь Вань по спине побежали мурашки, но на лице она неизменно удерживала робкое, испуганное выражение.
─ Умеешь стряпать, разбираешься в травах, подмечаешь малейшие перемены в чужих лицах, ─
не спеша произнес Сяо Цзюэ. ─ …И при этом заявляешь, будто не помнишь, откуда родом. Доктор Су говорит, ты повредила голову, но по мне так ты донельзя смышлена.
Пальцы Шэнь Вань, сжимавшие черенок ложки, побелели, а ресницы дрогнули:
─ Я… я просто не хотела доставлять хлопот доктору Су.
─ Выходит, вчера вечером ты подслушивала под дверью, как мы со Су Мубаем играем в шахматы, тоже совершенно случайно?
Сердце Шэнь Вань пропустило удар.
Прошлой ночью она и впрямь простояла у окна пару мгновений, прислушиваясь к их беседе о беженцах и ценах на зерно в городке Цинши.
Однако она соблюдала предельную осторожность и даже дышала едва слышно.
Как этот человек умудрился заметить?
─ Я вовсе не подслушивала… ─
подняв глаза, Шэнь Вань почувствовала, как ее веки начинают краснеть. ─ …Я… я шла подбросить угля и задержалась на мгновение…
Брови Сяо Цзюэ чуть заметно дрогнули.
Она едва не плакала.
Однако ее мелкое движение перед началом этой игры – легкое судорожное сжатие кончиков левого пальца – не ускользнуло от его глаз.
Именно эта привычка выдавала человека, снедаемого чувством вины.
Сяо Цзюэ беззвучно усмехнулся про себя.
─ Ладно, ─
он поднял чашку чая, прекращая допрос. ─ …Я так, к слову пришлось, не принимай близко к сердцу.
Словно получив помилование, Шэнь Вань торопливо вскочила, принялась собирать посуду и сбежала в кухню, точно спасаясь бегством.
Прислонившись спиной к стене в прохладе кухонного помещения, она чувствовала, как бешено колотится сердце.
То было не притворство – ее и впрямь напугали до смерти.
─ Система, он что, раскусил меня от и до? ─ мысленно позвала она.
[Система: Сяо Цзюэ составил вполне четкое мнение о твоем притворстве. Однако он не стал разоблачать тебя и продолжать допрос. Анализ его душевного состояния: ты вызываешь у него интерес, но наблюдать за твоим представлением ему куда занимательнее.]
Шэнь Вань закрыла глаза.
Этот Сяо Цзюэ оказался куда страшнее Су Мубая.
Су Мубай всего лишь испытывал ее, давая при этом пути к отступлению; Сяо Цзюэ же давным-давно все понял и теперь лишь ждал, когда же закончится этот спектакль.
─ В чем именно я оплошала? ─
[Проблема вовсе не в актерской игре. У Сяо Цзюэ есть «Система просвещенного правителя», специализирующаяся на распознавании людей и чтении сердец. Нынешняя духовная маскировка хозяйки безупречна перед смертными, но при столкновении с обладателем системы возникает риск обратного сканирования.]
Шэнь Вань глубоко вздохнула, постепенно возвращая себе самообладание.
Раз уж ее тайное стало явным, дальнейшее валяние дурака лишь раззадорит его любопытство.
Вернувшись из кухни, она подлила Сяо Цзюэ чаю, держась куда спокойнее, чем прежде.
Правда, по-прежнему прятала взгляд и молчала.
Бросив на нее мимолетный взгляд, Сяо Цзюэ неожиданно произнес:
─ Шэнь Вань.
─ Слушаю.
─ Су Мубай уехал по вызовам. Не хочешь прогуляться со мной по улице?
Подняв голову, Шэнь Вань изумленно моргнула:
─ Я… не смею утруждать молодого господина.
─ Никакого утруждения, ─
поднявшись с места, Сяо Цзюэ одернул рукава. ─ …Мне как раз нужно ознакомиться с жизнью простого народа в городке Цинши. Ты же постоянно здесь вертишься, тебе всяко лучше знать, где что можно отведать и посмотреть.
Шэнь Вань вперила в него взгляд.
Тон его звучал непринужденно, но глаза недвусмысленно говорили: «Мне любопытно посмотреть, куда ты теперь попытаешься скрыться».
Прикусив губу, она в конце концов кивнула:
─ Тогда я пойду переоденусь.
Поворачиваясь, чтобы уйти в комнату, она услышала за спиной негромкий голос Сяо Цзюэ:
─ Замотай уши покрепче. На улице сильный ветер.
Шаги Шэнь Вань на миг споткнулись. Не оборачиваясь, она тихонько протянула: «Мм», – и толкнула дверь.
Затворив ее за собой, девушка прислонилась спиной к деревянному полотну и медленно выпустила воздух.
─ Он даже мои лисьи уши разглядел, ─ пожаловалась она системе.
[Сяо Цзюэ. Уровень опасности повышен. Хозяйке рекомендуется держаться на расстоянии, хотя он явно не предоставит тебе такой возможности.]
Опустив взгляд на свое отражение в медном зеркале, Шэнь Вань внезапно криво усмехнулась.
─ Ладно. Раз уж ему так нравится театр, я устрою ему грандиозное представление.