Шэнь Вань не ожидала, что Хань Сюэ вернется один.
Она как раз подметала во дворе рассыпанную соль, как в ворота снова постучали.
На этот раз постучали всего дважды, легко и вежливо, будто опасаясь кого-то спугнуть:
─ Барышня Шэнь, это я.
Шэнь Вань замерла, прислонила метлу к стене, огладила сбившуюся прядь волос и только после этого пошла открывать.
За воротами стоял один лишь Хань Сюэ.
Он переоделся в другой серо-белый даосский халат, постиранный до мягкости, из-за чего стал больше походить на юного господина, пришедшего возжечь благовония в храме.
В руке он держал сверток из промасленной бумаги и улыбался так, что на щеках проступали ямочки:
─ Мой брат ушел проверять другие места. Из-за нас вы сегодня упали да еще и соль рассыпали, я ужасно совестно себя чувствую. Эти сахарные конфеты с османтусом – вам, чтобы успокоить испуг.
Шэнь Вань не спешила брать сверток. Держась за косяк, она тихо проговорила:
─ Молодому господину не стоило тратиться. Я в полном порядке.
─ Разве так бывает, чтобы в полном порядке, –
Хань Сюэ сам сунул сверток ей в руки, и его пальцы оказались удивительно теплыми. ─ С характером моего брата знакомы все: из десятка учениц девять хоть раз да ревели от его выходок. То, что вы сегодня не расплакались сразу, уже говорит о вашем редком мужестве. –
Шэнь Вань опустила глаза на сверток – он был завернут аккуратным квадратиком и перевязан алой нитью.
Она чуть закусила губу, словно колеблясь, но в конце концов все же приняла подарок.
─ Благодарю вас, молодой господин. –
Она отступила в сторону и промолвила: ─ Лекарь Су еще не вернулся. Если хотите… входите, посидите с дороги? –
Хань Сюэ с улыбкой замахал руками:
─ Нет-нет. Одинокий юноша и девица тет-а-тет в одном дворе – если кто увидит, это бросит тень на вашу репутацию.
Сердечко Шэнь Вань сжалось.
Этот человек везде и всюду думал о ее благе, а слова его лились столь гладко, что словосочетание «добрый братец» так и светилось на его лице.
Но она не забывала предупреждения Системы: Хань Сюэ из тех, кто никому не доверяет.
Чем он мягче, тем страшнее.
─ Молодой господин столь заботлив к чужим людям, –
опустив голову, она обнажила полоску белой тонкой шейки. ─ Мне ли, с моей-то судьбой, думать о какой-то репутации. –
Хань Сюэ задержал взгляд на ее шее на долю секунды, после чего отвел его и мягко проговорил:
─ Зачем же барышня Шэнь себя унижает? То, что мой брат говорил грубо, я беру на себя. Нрав у него с детства скверный, но он никогда не причинил бы вреда невиновному. –
Шэнь Вань подняла на него глаза, и веки ее слегка покраснели:
─ Вы и впрямь пришли ловить демонов?
─ По приказу учителя, –
кивнул Хань Сюэ. ─ В последнее время в городке то и дело видят нечисть. Нам, ученикам, надлежит исполнить долг. –
С этими словами он внезапно понизил голос: ─ Впрочем, барышня Шэнь может не тревожиться – я уже велел брату проверить другое место. Он больше не станет вас беспокоить. –
Шэнь Вань мысленно усмехнулась.
Велел Хань Шуану проверить другое место? Скорее всего, они просто разделились, чтобы один играл роль злодея, а второй – спасителя, дабы усыпить ее бдительность.
Какое же это утешение? Чистейшее проявление мягкой силы.
Но на лице ее отразилось облегчение, и глазенки ее радостно заблестели:
─ Правда? Как замечательно! На того сурового бессмертного я… я даже боялась взглянуть. –
─ Его зовут Хань Шуан, –
улыбнулся Хань Сюэ. ─ С детства ходит с каменной рожей и смотрит на всех так, будто ему должны духовные камни. На самом деле у него доброе сердце. –
Шэнь Вань промолвила «мгм», изобразив, будто наконец-то сбросила камень с души, и даже выдавила слабую улыбку.
Улыбка эта была робкой, точно цветок, что распускает лепестки после дождя.
Хань Сюэ смотрел на нее, и на мгновение его взгляд едва заметно затуманился.
─ Барышня Шэнь, –
внезапно произнес он. ─ У вас ведь и вправду не осталось родных? –
Шэнь Вань вздрогнула и потупилась:
─ Не помню. Очнулась прямо посреди улицы, а лекарь Су подобрал меня. –
─ А помните ли вы что-нибудь из своего прошлого? Например… откуда вы родом и не было ли у вас каких-нибудь старых ранений? –
Шэнь Вань покачала головой, и в уголках ее глаз снова собрались слезы:
─ Ничего не помню. Как только пытаюсь вспомнить – начинает болеть голова. –
Хань Сюэ вздохнул и не стал допытываться дальше.
Он отвернулся к выходу из переулка, словно выжидая кого-то:
─ Искусство врачевания лекаря Су мне было знакомо по слухам и ранее. Но вам, юной девушке, вечно жить на чужбине под крышей чужого дома – не выход. Если барышня пожелает, то после того, как мы разберемся со здешними делами, я мог бы подыскать для вас спокойное и надежное место. –
Сердце Шэнь Вань сделало судорожный прыжок.
Это он собирается увезти ее с собой? Или пытается с помощью «надежного места» вытянуть из нее правду?…
Но на ее лице отразилось лишь польщенное изумление, смешанное с испугом:
─ К чему обременять вас заботами… я… я все же останусь прилекаре Су. –
Хань Сюэ лишь усмехнулся, не настаивая:
─ Я так, к слову пришлось. Не пугайтесь, барышня. –
В этот момент со стороны переулка донесся голос Су Мубая:
─ Шэнь Вань? –
Шэнь Вань подняла голову и увидела Су Мубая, который с аптечкой в руках стоял в конце проулка и смотрел прямо на них.
На губах его играла улыбка, но в глазах не было ни капли тепла.
Хань Сюэ с невозмутимым видом повернулся к нему и отвесил поклон равного по статусу:
─ Лекарь Су. Прошу прощения за столь ранний визит – застал барышню Шэнь одну дома и позволил себе перекинуться с ней парой слов. –
Су Мубай неторопливой поступью приблизился к ним:
─ Ничего страшного. Моя кузина простодушна и верит каждому встречному. Только вот в нынешнем мире за улыбками не всегда скрываются добрые намерения. –
Улыбка Хань Сюэ не дрогнула:
─ Лекарь Су прав. –
Они стояли друг напротив друга на расстоянии шага: один приветливый и мягкий, другой теплый и лучезарный, но при этом они походили на два разных клинка, едва заметно столкнувшихся в лучах полуденного солнца.
Шэнь Вань стояла рядом, чувствуя, как у нее в груди все сжимается от напряжения.
─ Раз лекарь Су вернулся, я больше не стану вас утруждать, –
Хань Сюэ отступил на шаг и снова кивнул Шэнь Вань. ─ Барышня Шэнь, не забудьте попробовать сахарные конфеты. Если что-то вспомните – можете искать меня в любое время. –
С этими словами он развернулся и зашагал по переулку. Его стройная фигура напомнила ей одинокий стебель зеленого бамбука.
Су Мубай проводил его взглядом, после чего перевел глаза на Шэнь Вань:
─ Он приходил один? –
Шэнь Вань кивнула и протянула ему бумажный сверток:
─ И еще вот это принес. –
Су Мубай взял сверток, развернул, понюхал и, завернув обратно, вернул ей:
─ Конфеты чистые. Но впредь от этого человека ничего не принимай. –
─ Почему? –
─ Потому что этот молодой человек в десятеро опаснее своего сурового братца, –
сказал Су Мубай. ─ По крайней мере, Хань Шуан носит меч напоказ, а вот клинок Хань Сюэ укутан в улыбки. –
Шэнь Вань сжала в пальцах промасленный сверток и тихо выдохнула:
─ Мгм. –
Она и сама прекрасно все понимала.
Но чем лучше она это понимала, тем тщательнее приходилось притворяться, будто она не ведает ничего.
В конце концов, сейчас вокруг нее, куда ни глянь – и вблизи, и вдали, – везде торчали чужие клинки.