Лагерь кишел солдатами, собиравшимися на ужин.
Все были одеты в удобную повседневную одежду; на лицах людей, обедающих со своими сослуживцами, играли улыбки.
С одной стороны жилых палаток толпились те, кто уже поел и наслаждался отдыхом; виднелось несколько человек, тренировавшихся с обнажённым торсом.
— А-а-а-а-а!..
Это случилось в тот самый миг. От пронзительного крика, донёсшегося откуда-то издалека, оживлённая атмосфера лагеря мгновенно испарилась, сменившись леденящим оцепенением.
Люди обернулись. Из медицинской палатки, расположенной неподалёку, один за другим начали выбегать люди, с ног до головы залитые кровью.
— …Что за чертовщина?
Солдаты, ещё не осознав серьёзности ситуации, вытягивали шеи, наблюдая за происходящим.
И тут вдалеке показался страж, заляпанный кровью с головы до пят, который на огромной скорости нёсся прямо к одному из обеденных столов.
Кья-а-а-а-а!
Один из бойцов, которому в мгновение ока перегрызли горло, рухнул навзничь, захлёбываясь фонтанирующей кровью. Следом за первым мутантом из палатки повалили остальные стражи — широко разевая пасти, они начали рвать людей на части.
— Киллберы!
После чьего-то истошного вопля лагерь в одно мгновение превратился в сущий ад.
— Бегите! Спасайтесь!
— А-а-а-а-а!
Ба-бах!.. Ба-бах!.. Ба-бах!..
Над лагерем, где смешались вопли и стоны отчаяния, прогремели выстрелы. Люди, не разбирая дороги, бросились к оружейному складу.
— Стреляй! Стреляй! В голову целься!
— А-а-а-а-а-а!
— Спасите!..
— Сдохните, суки-и-и-и!
Ба-бах!.. Ба-бах!.. Ба-бах!..
Отовсюду гремела стрельба.
Повсюду громоздились тела людей, раненных киллберами, и вскоре они тоже начинали дёргаться в конвульсиях, после чего вскакивали и бросались на выживших.
Вирус распространялся молниеносно. Лагерь, залитый кровью и заваленный трупами, превратился в кровавую баню.
— Блять!
Щёлк. Щёлк.
Солдат, паливший в приближающегося к нему киллбера, впустую нажимал на курок — патроны закончились. Отбросив винтовку, он в ужасе попятился.
— Н-не подходи!
Лицо бойца, взирающего на монстра, с чьей морды капала свежая кровь, исказилось в предсмертной судороге страха.
Кх-р-р-р…
В тот момент, когда киллбер, издав хриплое рычание, уже был готов вцепиться в жертву, прогремела серия выстрелов. Голова мутанта разлетелась вдребезги, и он повалился мордой в грязь.
Позади стояла Субин, перезаряжая автомат.
— Приди в себя!
Отвесив пару оплеух солдату в полуобморочном состоянии, Субин сунула ему в руку свой запасной пистолет, висевший на поясе, и снова открыла огонь по наступающим тварям.
— Какого хера замер, щенок! Прикрывай!
Даже в этом хаосе военные, успевшие построиться, планомерно отстреливали волны киллберов.
Однако самым страшным бедствием для них стали стражи, превратившиеся в монстров.
— Да сдохните вы уже, блядские выродки!
Несмотря на шквальный огонь, киллберы-стражи не умирали и продолжали атаку, нанося тяжёлые потери обороняющимся.
Один из киллберов запрыгнул на плечи стражу и, вырвав кусок мяса из шеи, принялся с чавканьем его заглатывать.
— В сторону!
Тра-та-та-та-та-та!..
Тра-та-та-та-та-та!..
Солдат, забравшийся на бронемашину, открыл огонь из станкового пулемёта. Под градом пуль падали все подряд: и свои, и чужие.
В этой неразберихе один из киллберов мощным прыжком заскочил на броню и вцепился в пулемётчика.
Солдат, борясь с тварью, с диким воплем выдернул чеку из гранаты.
— Ложись!
Бабах!!
Боец подорвал себя вместе с бронемашиной.
Вместе с оглушительным взрывом, от которого содрогнулась земля, поднялись клубы чёрного дыма и песка. Видимость упала до нуля, в воздухе повис едкий запах гари.
Хаён вжалась в землю, затаив дыхание.
Когда она закричала в палатке, стражи тут же набросились на людей. К счастью, ей удалось выскочить из этого месива и до сих пор избегать когтей киллберов.
Когда дым начал понемногу рассеиваться, отовсюду снова донеслись крики и стоны.
Хаён быстро осмотрелась сквозь пелену гари в поисках укрытия и, вскочив, бросилась прочь.
— В-всё хорошо. Я выживу. Всё в порядке.
Забившись в укромный угол на окраине лагеря, она судорожно дышала, повторяя самовнушение:
«Я выживу. Выживу. Должна выжить. Я не могу здесь сдохнуть».
Дрожащими руками Хаён вытирала пот со лба, пытаясь унять бешено колотящееся сердце.
Кх-р-р-р…
Внезапно прямо над головой она почувствовала чьё-то жуткое присутствие.
Даже сквозь неумолимый шум боя, от которого закладывало уши, этот звук чётко вонзился в барабанные перепонки.
В тот же миг она забыла, как дышать.
Слыша, как существо приближается, Хаён зажала рот ладонями и медленно подняла голову.
Кх-р-р-р-р-р…
На крыше палатки, прямо над ней, затаился залитый кровью киллбер, медленно подползая, словно хищник к добыче.
Тело Хаён сковал паралич, будто в макушку ударила молния.
Она медленно закрыла и открыла глаза, издав короткий всхлип.
В ту же секунду киллбер прыгнул на неё.
Ба-бах!..
Ба-бах!..
Прогремели выстрелы, разрезая воздух. Киллбер, издав сдавленный «кхек!», рухнул на землю.
К Хаён, которая сжалась в комок, крепко зажмурив глаза, подбежала Субин и начала трясти её за плечо.
— Приди в себя! Быстро!
Субин буквально рывком подняла Хаён и потащила за собой, пробивая путь вперёд.
У входа в лагерь было видно несколько военных грузовиков, которые на полной скорости покидали территорию.
— Стрелять умеешь? — спросила Субин, на ходу всаживая пулю в голову приближающемуся монстру. Хаён едва слышно выдавила: «Нет».
Субин, не переставая отстреливаться одной рукой, другой выхватила пистолет из кобуры на бедре и бросила его Хаён.
— Тогда пали куда попало!
Как только пистолет оказался у неё в руках, Хаён выстрелила в киллбера, заходившего Субин со спины. Пуля точно вошла в голову мутанта. Её движения были на удивление чёткими.
Субин мельком взглянула на неё.
— А ты получше меня будешь.
Вдвоём они изо всех сил рванули к последнему оставшемуся грузовику.
Люди продолжали толпиться у машины.
Когда грузовик тронулся, те, кто не успел, бежали следом, протягивая руки.
— А-а-а! Заберите меня тоже!
Киллберы, преследовавшие беглецов, мгновенно запрыгнули в кузов и начали рвать людей. Последний грузовик, едва выехав за пределы лагеря, перевернулся под натиском тварей.
— А-а-а-а-а!
Откуда ни возьмись появился солдат, весь обвешанный патронными лентами; с диким воплем он выдернул чеку гранаты.
Ка-бум!..
Вместе с колоссальным взрывом всё вокруг в одно мгновение превратилось в пепел.
П-и-и-и-и…
Хаён, отброшенную взрывной волной, оглушило. В ушах стоял невыносимый звон.
Видимо, при падении она сильно ударилась головой — сознание плыло, глаза отказывались открываться.
Руки, которыми она пыталась опереться о землю, подкашивались, и она раз за разом падала лицом в грязь.
Сквозь нарастающий звон в ушах она видела мелькающие тени людей и отчаянно пыталась подняться.
Перед глазами всё было красным. Тело пронзила острая боль. Лёгкие словно разрывало на части. Не в силах вздохнуть, она свернулась калачиком на земле, захлёбываясь в сухом кашле.
Кое-как поднявшись и сделав пару шагов, она снова рухнула. Хаён скребла пальцами землю, лёжа на боку.
Окружающий шум исчез. Из-за сильного удара по голове мысли путались. Веки становились невыносимо тяжёлыми. И когда она уже готова была сдаться и закрыть глаза навсегда…
— Держись крепче.
Кто-то подхватил Хаён, прижал к себе и на бешеной скорости бросился бежать.
Уткнувшись лицом в чужое плечо, Хаён попыталась заговорить, превозмогая звон в голове.
— Нико… лай. Меня… сейчас… стошнит…
Слова обрывались, она не могла закончить фразу. После нескольких приступов сухого кашля из носа Хаён струйкой потекла кровь.
«А, нельзя, чтобы кровь шла… Бабушка будет ругаться…»
Мысли путались и уносились в сторону. Хаён бессильно обмякла, вытирая лицо о плечо Николая.
Ба-бах!.. Ба-бах!.. Ба-бах!..
Когда звон в ушах немного утих, его место снова заняли крики, выстрелы и рычание киллберов.
Она слегка приподняла голову.
Перед её глазами предстала картина: киллберы окружили людей и буквально рвали их на куски.
Всё происходящее казалось ей настолько нереальным, что она издала нервный, почти безумный смешок.
— Не отключайся и держись крепче!
Николай на огромной скорости уносил её прочь из лагеря.
Одной рукой он поддерживал Хаён под зад, а другой беспорядочно отстреливал настигающих их киллберов.
Выбравшись за пределы лагеря, Николай свернул на лесную тропу.
Позади них неслась целая стая мутантов.
— Сзади! Сзади!
На крик Хаён один из киллберов прыгнул прямо на них.
Николай, мгновенно развернувшись, одним выстрелом разнёс башку твари.
— Блять.
Пристрелив ещё парочку, он снова рванул вперёд.
Вскоре послышался рёв мотора — «Вру-у-у-м!», и из-за поворота на бешеной скорости, сдавая назад, показался грузовик.
Бам! Бам! Бам!
Одновременно с этим земля содрогнулась, и Николай с Хаён почувствовали сильную вибрацию.
Оставив позади промчавшийся мимо них грузовик, Хаён посмотрела вперёд и увидела фобатора невероятных размеров, который преследовал их по дороге.
Ки-и-и-и-а-а-а!
От его яростного крика деревья в густом лесу начали ломаться под напором его тела.
Слыша, как быстро и громко стучит сердце Николая, Хаён из последних сил обхватила его руками за шею.
В это же время киллберы, гнавшиеся за ними, начали запрыгивать на отступающий грузовик или разворачиваться обратно к лагерю.
Ки-и-и-а-а-а-к!
Ки-и-и-и-и-а-а-а-к!
Раздирающий уши крик расколол небо и землю.
Хаён слегка закинула голову, глядя наверх.
В небе кружили десятки фобаторов, оглашая окрестности протяжным воем.
Николай развернулся и снова бросился бежать.