Арфель Золя.
Млечный Путь. Скиллианский предел. Система Бахак. Орбита Аратота. Личный флагман Арфеля “Бессмертный Дух”.
Я стоял на мостике своего флагмана, что находился под маскирующими полями, не позволяющими засечь меня никаким известным этой галактике способом, и смотрел на планету, где в данный момент была заключена Аманда Кенсон, внедренный агент и ученый, которого должен был спасти Шепард и, в последствии, предотвратить преждевременное вторжение Жнецов.
Информация, что она уже была в плену, была получена через прослушивание каналов связи Батарианской Гегемонии, которую я целенаправленно приказал начать.
К этому меня сподвигли отчеты зондов, отправленные от Опбота, что рядом с галактикой Жнецы отсутствовали. И, вспомнив некоторые детали, я смог связать эти факты.
Скорее всего, где-то за пределами галактики был ретранслятор, что позволял Жнецам проводить быстрые атаки и перемещаться между системами. И именно по этой причине Шепард в каноне, взорвав ретранслятор в этой системе, оттянул момент их вторжения.
Сама же Батарианская Гегемония являлась государством батарианцев, гуманоидной расы, имеющим вполне человеческую внешность за исключением всего пары различий: две пары глаз, плоского носа и грубой кожи разных цветов со складками на голове.
Они были известны своей культурой, основанной на пиратстве, мародерстве и работорговле, и поэтому моя ставка была на них. Совет Цитадели ничего с ними, по сути, не делал, даже не смотря на нарушение множества законов, что являлось причиной недовольство довольно огромного пласта населения. И, раз уж так сложилось, что они были крайне удобным инструментом, то я решил не упускать эту возможность.
Система Бахак будет уничтожена, это было уже решенным вопросом, и жители этой галактики воспримут это как карму или нечто подобное. Однако, существовал вопрос с тем, стоило ли обнародовать большую часть деталей в будущем. Как-никак Уничтожитель, или же системный потрошитель, являлся оружием крайне… необычного для этой галактики масштаба.
Мои мысли прервала попытка связаться со мной, причем, напрямую, отчего я поднял бровь. Неизвестный контакт, который, честно говоря, меня заинтересовал.
— Слушаю, — сказал я, приняв звонок.
— Добрый день, господин Золя. Вас беспокоит Шала’Раан вас Тонбей, член Адмиралтейского совета Мигрирующего флота кварианского народа, — начала она. — Могу ли я отнять немного вашего времени?
Этот звонок удивил меня, ведь я не ожидал, что кварианцы начнут действовать так рано. Сения передала им мой контакт совсем недавно, примерно пару дней назад, и я ожидал, что они будут выжидать где-то неделю или больше.
Да, по канону и на деле, у них имелось просто огромное количество проблем. Проблема перенаселения, из-за чего в их культуре существует паломничество, по сути, принуждающее молодых кварианцев покинуть дом. Проблема восприятия их народа другой частью галактики и Советом, считающих их не особо… полноценными. Но самыми главными проблемами были всего две.
Особенности биологии, когда, из-за постоянного пребывания на своих кораблях, заменивших им родную планету, их иммунитет практически исчез, из-за чего любая безобидная болезнь, любая нестерилизованная еда и напитки, любо просто случайные микробы в воздухе могли вызвать у них смерть.
Отсутствие своего родного мира и системы, откуда кварианцы были изгнаны своими же созданиями – Гетами, синтетической формой жизни, что была создана для служения, но в последствии подняла оружие и направила на своих создателей. Утренняя война, так назвали кварианцы эту трагедию.
Однако, даже учитывая все это, они вышли со мной на контакт слишком рано. Это буквально кричало о том, насколько они были в отчаянии, и насколько много я мог выставить условий возможной ассимиляции в Федерацию. Впрочем, видимо, их это уже не особо беспокоило.
И все же, в каноне их дела не были настолько плохими, чтобы вынудить их действовать так резко. Что-то должно было поменяться, что-то фундаментальное, что дошло до критической точки после моего появления. Как-никак я не взаимодействовал с ними никаким образом.
— Все в порядке, адмирал, я сейчас не занят, — сказал я. — Чем могу помочь?
— Во-первых, мы просим прощения, что связались с вами напрямую, а не через посольство. Мы отправили несколько запросов до того, как узнали, что оно еще не действует. Да, мы бы могли дождаться момента активизации посольства Федерации, но Адмиралтейский совет проголосовал за то, чтобы связаться с вами напрямую. Надеемся на ваше понимание по этому поводу.
— Конечно, — кивнул я. — Мне известны общие черты вашего положения.
— Благодарю, — сказала она. — Во-вторых, мы бы хотели официально пригласить вас посетить Мигрирующий флот и уже здесь обсудить подробности и условия… присоединения нашего народа к составу Федерации.
Я поднял бровь.
— Это… неожиданно, — прокомментировал я. — Вы ведь понимаете, что сознательно помещаете себя в невыгодную позицию и буквально заявляете, что вопрос присоединения уже, по сути, решен? Это, мягко говоря, сбивает с толку.
Я, конечно, мог не говорить всего этого, но это действительно сбило меня с толку. Кварианцев можно было считать крупной фракцией Млечного пути, а мои переговоры с крупными фракциями, обычно, не велись подобным образом. Да, опять же, я понимал их ситуацию и ожидал чего-то подобного позже, но все же привкус непривычности оставался ощутимый.
— Понимаем. И мы, Адмиралтейский совет, и Конклав, — ответила она. — Именно поэтому мы приглашаем вас. Здесь вы увидите и услышите все подробности.
Я задумался, отчего напряжение Раан было ощутимо даже через сотни световых лет, и бросил мимолетный взгляд на Аратот.
Что же, если все сложилось так, как сложилось, то было бы глупостью не воспользоваться ситуацией. Я не был моралистом, ведь с Объединительных войн ничего не поменялось, и выживание все еще оставалось моим приоритетом. Однако, в данной ситуации, полагаю, мне было искренне жаль кварианцев.
Полагаю, причина кроилась в том, что мы были в чем-то похожи, ведь Хранители когда-то тоже потеряли свой дом и скитались в пустоте космоса в поисках новой родины и стремлении обеспечить своему народу будущее… Даже если я не являлся частью этого народа ранее.
— Господин Золя? — не выдержав паузы, заговорила Раан. — Если…
— Мой флагман прибудет к Мигрирующему флоту в течение дня или двух, — мягко перебил ее я. — Это приемлемо?
— Более чем, — с облегчением сказала она. — Примите нашу благодарность, господин Золя.
— Еще рано для благодарности, адмирал.
— И все же примите это, — добавила Раан. — Это многое для нас значит.
На этом звонок закончился, а я задумался.
Полагаю, отправляться туда с пустыми руками было бы грубо, не так ли?
-0-
Матриарх Вашери.
Млечный Путь. Внешнее пространство Цитадели. Система Мериим. Флагман 2-го Патрульного флота “Безмятежное Копье”.
Я лежала на кровати в той самой каюте, что выделили мне тогда. Та же мягкая кровать, что позволяла мне расслабиться. Тот же полоток, куда я смотрела и думала о своей судьбе. Тот же вид на колонию Федерации, куда поступали новые ресурсы для строительства и гражданские корабли. Но теперь были огромные изменения.
Мое спасение произошло настолько быстро и стремительно, что даже я сама не поняла, как снова оказалась здесь. Никаких выстрелов. Никаких запись с камер. Никаких свидетелей. Ничего. Я просто исчезла, даже несмотря на то, что комнату со мной делили еще трое.
Сейчас, даже несмотря на свой возраст, я не могла не покататься из стороны в сторону по своей кровати, как ребенок, ведь все закончилось. Тот ад, через который я прошла, остался позади, и теперь осталось будущее. Да, оно было неизвестным, но надежда умирала последней, верно?
Когда я уже собиралась заснуть уже третий раз за сутки, в дверь каюты раздался стук, и внутрь вошел адмирал Кершо. Сейчас, как и тогда, он выглядел для меня почти сказочно, как описывал героя в сказках человеческой культуры. Такой же сильный, вежливый и невероятно привлекательный.
После любования Хранителем передо мной, я внезапно осознала, как выглядела со стороны, и поэтому резко вскочила с кровати, наспех поправив постельное белье и свое самое обычное платье, уступающее качеству тому, что было на мне будучи дипломатом.
— П-прошу прощения, адмирал! Ваш визит удивил меня! — с плохо скрытыми волнением сказала я. — Чем могу быть полезна?
— Это я должен извиняться, — покачал головой он. — Пойдемте, матриарх. Я хочу кое-что вам показать.
— Хорошо, — закивала я и пошла за ним.
За время, проведенное здесь, мы нашли общий язык с адмиралом. В мой прошлый визит мы уже неплохо общались, но теперь атмосфера изменилась. Теперь я не стеснялась и не ничего не скрывала, ведь тогда того требовало мое положение. Я делилась о своей жизни в составе Республики, даже если это было немного больно и обидно, а он, в ответ, делал то же самое.
И из нечастых разговоров во время перерывов или приятия пищи я поняла, как адмирал гордился своей службой на Федерацию и конкретно на господина Золю. Он рассказывал о том, как изменилась Федерация, и как жили обычные граждане. Особенно часто он говорил о Хранителях и о том, как он был рад находиться среди первых подчиненных господина Золи и видеть путь своего народа практически с самого начала. Конечно, он говорил не буквально так, но смысл был именно такой.
Да, это можно было бы охарактеризовать как пропаганду, но, видя и слыша экипаж корабля, такие мысли быстро улетучились. Патриотизм был слышен в голосе адмирала очень отчетливо, и, должна сказать, я не могла его винить за это.
— Имплант не доставляет неудобств, матриарх? — спросил он, когда мы прошли очередной коридор.
— Нет-нет, все в порядке, — ответила я. — Сначала было немного некомфортно, но теперь я чувствую себя отлично. И, должна сказать, он намного удобнее омни-инструмента.
— Это хорошо, — кивнул адмирал.
— И, адмирал, я же просила не использовать “матриарх”, когда обращаетесь ко мне. Как-никак я уже не матриарх, — с некоторой улыбкой сказала я. — Просто “Вашери”.
— Как скажите.
Мой омни-инструмент, разумеется, был снят и уничтожен еще тогда, когда мы не покинули колонию. В медотсеке корабля после прибытия мне вживили небольшой имплант в виде чипа в голову, что заменял жителям Федерации омни-инструмент и выполнял те же функции.
Конечно, я понимала, что, скорее всего, имплант также выполнял функцию слежения в моем случае, но это не доставляло мне неудобств. Предосторожность была понятна и, честно говоря, я была только рада доказать свою искренность.
— Кстати, адмирал, что вы хотите мне показать? — с любопытством просила я.
— Символ старой эпохи, — коротко ответил он и подмигнул, отчего мое любопытство только усилилось, и мне не терпелось увидеть этот самый “символ”.
В конце концов мы быстро добрались до командного мостика, который, в целом не отличался, от того, что был на флагмане господина Золи, но был намного менее помпезным. Здесь было намного меньше разрисованных орнаментов и украшений, как и пространства, но, полагаю, именно поэтому адмирал описал флагман господина Золи как гордости всей расы Хранителей.
— Смотрите на Портал, госпожа Вашери, — сказал адмирал, и все мое внимание направилось именно туда.
Около пяти минут неутомимого ожидания, и по поверхности Портала, как и тогда, прошла рябь. Она снова начала вытягиваться, но появляющийся силуэт показался мне странным. Он был массивным. Намного массивнее даже флагмана господина Золи. К тому же, вертикально расположенный. А затем, когда конструкция полностью материализовалась, мои глаза уставились на… это.
Это был не корабль. Ни я, ни кто-либо еще во Млечном пути бы не назвал это кораблем.
Крепость.
Именно так я могла описать то, что видела. Размером, примерно в полтора раза превышающую размеры флагмана. Оно выглядело как огромная пасть чудовища, или вертикальные жвала гигантского насекомого с угрожающими острыми выступами по всему корпусу. Цветовая гамма также соответствовала образу, ведь единственными цветами были лишь алый, как кровь, и черный, как пустота космоса.
И, будто бы этого было мало, по середине конструкции, в специальной выемке, похожей на глотку дракона из человеческих фильмов, буквально сияло и пульсировало мини-солнце. Яркое, желтое и опасное, будто бы лишь одного приближения к нему гарантировало смерть через сожжение в течение миллисекунды.
Что бы это ни было, оно просто не вписывалось в любые категории космических кораблей, известных мне. Это была именно крепость или станция, чью опасность я физически ощущала, просто смотря на это.
— Это Бегемот, — заговорил адмирал. — Универсальная передвижная станция, пригодная под множество задач. Ядро Бегемота способно обеспечить энергией абсолютно любой каприз, достаточно только оборудовать внутренние отсеки, будь то бурение и добыча ресурсов из недр планеты, терраформирование в кратчайшие сроки или же огневая мощь.
Слушая все это, я не реагировала. Не потому, что не хотела, а потому что не могла.
— И знаете, что, госпожа Вашери? Это не финальная версия этой конструкции, — продолжил он. — У Бегемота есть три пути развития, и каждый из них является буквально олицетворением концепции победы. Победа через оборону. Победа через космический бой. Победа через уничтожение. Догадаетесь, какой из этих путей был применен Первым из Рода лишь единожды?
Ответ был очевиден, ведь только третий путь звучал как нечто чрезвычайно ужасное. Однако, что же это был за путь развития Бегемота, что он был использован только один раз за все время Объединительных войн?
Я не могла успокоить свое сердце, ведь в мои мысли метались вокруг всего двух конкретных вопросов. Каковы масштабы столь ужасного оружия, и…
…станет ли Федерация применять его во Млечном пути?..
-0-
A/N: Как глава? Выскажите свое мнение. Вполне возможно, что сможете повлиять на будущие главы.
Ссылка на мой Boosty в описании работы или профиля. Там главы выходят раньше.