Спустя три дня счет побед Ло Юаня перевалил за двадцать пять.
Для ядерной зоны цифра не рекордная, но с приставкой «ноль механических модификаций» она звучала угрожающе. В трущобах новости расходились быстрее всего: на чайных развалах и в узких переулках только о нем и судачили. Жители улицы, где доживала свой век его мать, останавливали друг друга с гордостью: «Паренек из семьи Ло поднялся», – будто победы Ло Юаня перепадали и им.
─ Слыхали? Этот Ло Юань уже двадцать пять побед взял.
─ Говорят, сам Кровавая Рука хочет затащить его в долю.
─ Интересно, а клан Линь стерпит такое? Уж больно прыткий.
Слухи неизбежно докатились и до самого Ло Юаня. Когда до него донеслись эти разговоры, он сидел у входа в переулок, ковыряясь в карданном вале старого мотоцикла, и даже не вытер испачканные в масле руки – просто на мгновение замер, не проронив ни слова.
Сам он особого повода для гордости не видел. Цифра росла быстро лишь потому, что в последние дни противники попадались один слабее другого: старожилы ядерной зоны явно избегали встреч с ним, под любыми предлогами отменяя бои. Выигрывать-то он выигрывал, но пресной победе не радовался – в костяшках кулаков не хватало того самого звона от столкновения с достойной броней.
Напротив, ему хотелось, чтобы нашелся тот, кто заставит его выложиться по-настоящему.
В тот вечер, отборовшись в последнем бою, Ло Юань сидел в дальнем углу задней комнаты, приходя в себя.
Помещение было небольшим – несколько лавок да старый настенный вентилятор, скрипуче гонявший горячий воздух. Другие бойцы, отстрелявшиеся раньше, кто валялся полулежа на лавках, погрузившись в дремоту, кто переговаривался вполголоса.
Жар постепенно уходил из мышц вместе с приливной волной, оставляя ощущение наливающейся силы: кровь загустела, жилы налились свинцовой плотностью. С таким темпом еще немного – и у него появится уверенность, чтобы пробить ту самую проклятую заслонку.
Он покрутил запястье, собираясь попросить у старика Чжао воды, как вдруг у дверей раздался противный, срывающийся на фальцет окрик:
─ Ого, двадцать пять побед подряд! Неплохо устроился.
Ло Юань поднял голову.
У входа стояли трое в стандартных серых комбинезонах арены, но на левых рукавах у каждого красовался вышитый иероглиф: «Линь».
Псы клана Линь.
Главарь – тощий и долговязый, со шрамом, пересекающим бровь, – поигрывал коротким тесаком. Он улыбался, но глаза оставались холодными. Двое других застыли по сторонам, явно выполняя роль громил: оба массивные, с незамаскированными механическими руками напоказ – явились сюда демонстративно, без малейших попыток скрывать намерения.
─ Молодой господин велел передать тебе весточку, ─ процедил долговязый. ─ Хватит с тебя побед на этой арене.
─ В каком смысле?
─ В том, что пора тормозить, ─ долговязый щелчком убрал тесак в ножны. ─ Дальше лезть – себе дороже. Для выродка из трущоб сытая жизнь уже за счастье, а полезешь выше головы – свернешь шею.
В закромах задней комнаты повисла тишина.
Разговорчивые бойцы вмиг прикусили языки: кто-то тихонько отступил в тень к выходу, кто-то усиленно принялся натирать тряпкой снаряжение. В наступившей тишине скрип вентилятора казался оглушительным.
В подсобке ядерной зоны правила были просты: прав тот, кто сильнее. И те, кто прожил здесь достаточно долго, усвоили это правило назубок.
Ло Юань не стал подниматься с лавки. Он лишь исподлобья уставился на пришельцев.
─ А если я не остановлюсь?
Долговязый усмехнулся, поднимая левую руку – встроенный привод механического протеза издал утробное гудение, когда пальцы сжались и разошлись обратно.
─ Тогда не взыщи за грубость.
Ло Юань встал.
Он был чуть ниже долговязого ростом, но в момент, когда он выпрямился, шаги всей троицы невольно застопорились. Свет тусклой лампы в углу отбросил от него длинную тень, заставляя остальных бойцов вжаться в стены еще сильнее.
─ Вы втроем полезете?
─ Чтобы прихлопнуть тебя, хватит и одного, ─ бросил долговязый. ─ Но молодой господин приказал преподать тебе урок, чтобы ты раз и навсегда уяснил статус клана Линь.
Не договорив, он сорвался с места.
Механическая рука рассекла воздух со свистом, целясь прямо в лицо Ло Юаню. Удар шел с явным намерением покалечить – о поединке по правилам речь даже не шла.
Уклонившись корпусом, Ло Юань позволил потоку воздуха опалить ухо, но отступать не стал. Сделав шаг навстречу, он левой рукой перехватил запястье механического протеза, а правой всадил кулак в солнечное сплетение.
Каким бы прочным ни был металл, суставы оставались уязвимы, а точка удара была выбрана безупречно – точно в стык между плечевым блоком и корпусом.
─ Бэм!
Долговязый глухо выдохнул, отшатнулся назад, зажимая живот. Ухмылка мгновенно слетела с его лица.
─ Ах ты… ─ прохрипел он.
Остальные двое тут же бросились вперед, пытаясь взять его в клещи.
Не оборачиваясь, Ло Юань определил их позиции по шагам и качнулся назад. Два кулака просвистели в считанных миллиметрах от его груди. Используя инерцию разворота, он встретил левого ударом колена в живот, а когда тот согнулся, добавил локтем в затылок.
Противник ручком осел на пол.
Второй амбал, заметивший перемену расклада на середине броска, резко затормозил, растеряв всю спесь.
Ло Юань не дал ему опомниться: сократив дистанцию, он вложил в ладонь всю накопившуюся энергию родословной и обрушил удар в грудину.
Громила отлетел назад, со всего маху врезавшись в заднюю стену, соскользнул вниз и затих.
С того мгновения, как долговязый пошел в атаку, и до падения двоих бойцов прошло не больше времени, чем нужно на заварку чая. Сам зачинщик по-прежнему стоял, прижимая руку к животу и глядя на распростертых товарищей мертвенно-бледным лицом.
Ло Юань развернулся к нему и сделал два шага вперед.
─ Кто-то еще?
У долговязого затряслись губы, он развернулся и бросился к выходу, едва не упав на скользком от пыли полу.
В подсобке воцарилась такая тишина, что было слышно, как капает вода из угла.
Зрители впотьмах наконец осмелились поднять глаза на Ло Юаня. Кто-то шумно сглотнул, кто-то зашептал вполголоса:
─ Трое из клана Линь, и всех уложил в одиночку…
─ Двадцать пять побед подряд. Железный парень, блин.
─ Тише ты, не ори. Люди Линь еще не ушли далеко.
Оставив пересуды без внимания, Ло Юань вернулся в свой угол и опустился на скамью.
Следом из темени появился старик Чжао, присел рядом и зашептал на укрощенном дыхании: ─ Совсем ты рехнулся, парень! С людьми Линь шутки плохи: победил – дело твое, но они злопамятны. Ты прилюдно макнул их лицом в грязь, теперь эту кровь не смоешь.
─ А если бы я не трогал, они забыли бы? ─ холодно бросил Ло Юань. ─ Я перешел им дорогу еще в первый день на арене. Что победа, что унижение – итог один. Уж лучше оставаться с победой.
Старик Чжао пошевелил губами, но в конце концов только сплюнул: ─ Ну… твое дело. Только помни: Линь Чжэньтянь – фигура серьезная, его подручные посерьезней сегодняшней шпаны будут.
─ Я знаю.
Сила родословной отступала, оставляя в руках неприятную ломоту – сжать кулак до конца получалось с трудом. Прислонившись спиной к стене, он прикрыл глаза, чувствуя, как давящее ощущение в груди стало еще тяжелее, чем накануне.
Три удара – три поверженных врага. Звучит эффектно, но он понимал: это была лишь показательная разминка. Настоящая игра ведется в тени, и там никто не станет играть по правилам честного поединка на арене.
Он провел в трущобах достаточно, чтобы имя клана Линь звучало как приговор. Главарь семейства, Линь Чжэньтянь, держал под собой рудники, караваны и десятки вооруженных бойцов на окраинах Механического Города. Говорили, пару лет назад какой-то боец Ранга Черного Железа перешел им дорогу, а спустя два дня его нашли в канаве со сломанными ногами – оформили как «несчастный случай».
Сегодняшняя троица явилась не просто попугать – они проверяли воду, вынюхивая, чьей поддержкой заручился этот выскочка из низов.
Слишком вовремя они пришли: аккурат после двадцать пятой победы и намеков Кровавой Руки. Слишком чистый расчет. Либо Линь опасались усиления Кровавой Руки и хотели задавить новичка в зародыше, либо кто-то умело дергал за ниточки извне.
Перед глазами вновь проплыло бесстрастное лицо Кровавой Руки и предостережение Су Цинсюэ о глубоком омуте.
Вода здесь мутная, мутнее некуда. Песики клана Линь – лишь прелюдия, настоящие неприятности впереди.
Он открыл глаза, уставившись на желтоватую трубку под потолком: надо успеть поднять уровень силы родословной до того, как клан Линь решится на серьезный шаг. Каменный постамент в тренировочной комнате сегодня ночью придется пустить в ход.
Поднявшись со скамьи и разминая занемевшие плечи, он направился к выходу. Проходя мимо поверженных тел, он на секунду замер возле оброненного долговязым тесака. На рукояти темнел выжженный знак «Линь» – оружие из арсенала охранников клана.
Ло Юань даже не притронулся к нему.
Ему не нужно было оставлять чужие улики – с таким же успехом клан Линь мог записать на его счет любую другую вещь.
Выбравшись в проход, он услышал шепот за спиной – кто-то докладывал по коммуникатору: «Кровавая Рука уже в курсе», но останавливаться не стал.
Пусть себе докладывает. Затевая эту драку, Ло Юань с самого начала рассчитывал на реакцию аренодержателя – тот должен знать, что клинок в его руках не принадлежит первому встречному. Угрозу от Линь он отбил, а значит, разговор с Кровавой Рукой пойдет совсем на других тонах.
Ночной ветер ворвался в коридор, заставляя запахнуть куртку плотнее. Ло Юань зашагал в сторону подземных тренировочных залов.