Мне
приснился сон.
Мир,
где все были спасены. Ни люди, ни демоны,
ни зверолюды — никто не сражался между
собой. В любой стране каждый день, будь
он радостным или печальным, все жили
счастливо и помогали друг другу.
И
вот однажды, во время одного из магических
экспериментов Летисии, я был случайно
туда призван. Чтобы вернуться домой, я
отправился вместе с ней в путешествие.
Естественно, поначалу, будучи как кошка
с собакой, мы постоянно ссорились и
ругались, но постепенно поладили. И
конечно же, друг в друга влюбились.
Не
было ни Героя, ни Повелительницы демонов.
Никем не надо было жертвовать. Или
становиться жертвой самому. Это был,
несомненно, добрый для меня мир.
Когда
я проснулся, оставшееся словно эхо
ощущение... было отвратительным. Сон был
настолько добрым и приятным, что я
совершенно не мог принять его за свою
мечту.
И
всё же, так было лучше. Так должно было
быть. Ничего не изменится, пока я не
свершу свою месть.
Поэтому
нельзя позволить никому и ничему встать
у меня на пути.
Поэтому
я буду продолжать идти вперёд, продвигаясь
сквозь эту вязкую как смола бурлящую
трясину.
— ...Сегодня
тоже без особых изменений, — вздохнул
я, упорядочив полученную от Шушика
информацию по ситуации на передовой с
демонами. Под предводительством
«Воспламеняющего демона» Ардириуса их
ожесточённый натиск всё продолжался.
— Теперь,
когда информация о прибытии Ардириуса
на фронт лично стала известна, Летисия
должна туда отправиться… И конечно же,
Лилия тоже покинет этот город.
Я
пришёл к такому выводу, убедившись, что
слухи об этом получили достаточное
распространение.
Вернувшись
в этот мир, я неожиданно столкнулся с
Летисией. Чтобы разобраться с Лилией,
их потребуется разделить. Поэтому,
получив информацию, что в город для
пополнения припасов и живой силы прибыл
Леон, я решил сначала нацелится на него.
Для этого я рассчитал так, чтобы закончить
с прокачкой в подземелье к тому времени,
когда известия об Ардириусе распространятся
в городе. Услышав слухи о его местонахождении,
Летисия последует за ним и покинет
город. Следить за ней напрямую я не мог,
так как Летисия обладала просто нереальным
чутьём на всё, что было так или иначе
связано с применением магической силы,
однако когда эти слухи разойдутся, она
должна будет отбыть. И тогда можно в
полной мере заняться подготовкой к
мести Леону.
«Кстати,
пока Летисия будет занята Ардириусом,
нужно разобраться и с Лилией, так что
времени особо нет...»
Подготовка
шла гладко. С помощью Лизуна сцена
принимала надлежащий вид. Ещё немного,
и всё будет готово.
— ...А
завершающую роль сыграет он.
У
меня в ладони материализовался духовный
меч — «Мутагенный клинок» — небольшой
по размеру, с толстыми, как у крупных
ножей лезвиями по обеим сторонам рукояти.
Однако на полых внутри лезвиях из
полупрозрачного, как когти животного,
материала отсутствовал привычный
металлический блеск. Декоративное
лезвие с одной стороны было заполнено
чем-то загадочным, неопределённого
цвета оттенком, который каждые несколько
секунд изменялся как в нём, так и в
прилегающей части рукояти. Лезвие же с
другой стороны было пустым и одноцветным.
Проверив
ещё раз его готовность, я отозвал клинок
и растянулся на кровати.
— Раз
говоришь, феи так важны, то и ладно.
«Мутагенный
клинок» не подходит для сражений. Его
нельзя сравнить даже с деревянным мечом,
так как ему недостаёт остроты, а из-за
маленького размера клинок не получится
применять как ударное оружие, да и в
качестве скрытого оружия использовать
его будет сложно. Способность этого
духовного клинка не обладает немедленным
эффектом, и в бою себя не проявляет: его
единственная способность изменяет расу
цели (имеется
в виду фэнтезийная раса — прим перев.),
и процесс этот занимает полмесяца. То
есть даже если использовать её в бою,
она не сработает сразу. Более того,
меняется только раса. Навыки, которые
привязываются к душе, способность
удалить не может.
— Значит,
я уничтожу тебя вместе с ними...
Что
касается собеседования в гильдии о
повышении до ранга S — Леон непременно
там объявится. Он прибудет лично, чтобы
испытать мою силу. А значит, я смогу
выполнить требование для активации
способности «Мутагенного клинка» —
ведь для этого мне понадобится магическая
сила моего врага.
— ...Вместе
с феями, которых ты так стремишься
защитить.
Леон,
я сделаю тебя одним из них. А затем, когда
ты станешь феей…
— Кха,
кха-ха-ха, кха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха!!!
А-ах,
жду не дождусь того момента, когда твоё
лицо мучительно исказится в агонии.
Твоя
участь предрешена. В любом случае, ты
умрёшь. Но мне чертовски интересно, что
же ты выберешь в конце.
— Ха-ха-ха,
ха-ха, ха-а... Фу-у-у-у-ух...
И
этот день вот-вот наступит.
***
Мы
как обычно летели по светлому лесочечку.
Пробивающийся сквозь кроны деревьецев
солнечный свет был таким приятненьким,
и мы, феи, совершали нашу ежедневненькую
прогулочку.
— Э-э?
А разве ты вчера не спал весь денёчек?
— Не-а!
Вчера было соревнование по обжираловочке!
Я скушал мно-ого-много мяса.
— Вра-атушки!
Тебя же накормили
мяском до отвала? И пузо у тебя потом
так смешно раздулося.
— Соревнование
по засыпанию было вчерашнего позавчерашне
позавчерашнего вчера!
— Точно-точно.
Тогда не все смогли заснуть, потому что
в шкурке пушистой собачечки спать было
гора-аздо лучше! Шкурка человечека
ни-икуда не годилася!
«Точно-точно,
ни-икуда не годилася!», — хором подтвердили
остальные.
Так
получается, прогулочка наша не
ежедневненькая? Ну ладно, тогда пускай
с завтрашнего денёчка будет ежедневненькой.
Вдруг
послышался громкий стук — не звук из
лесочечка, не звук монстрика, а звук,
когда приходит новая игрушка.
— Игрушка
пришла!
— Игрушка
пришла!
— Игрушка
пришла!
Мы
втроём, включая меня, подняли ручечки.
— Будем
спать?
— Играть
в догонялки?
— Может,
в прятки?
— Или
покушаем?
Другим,
кажется, было неинтересненько, и они
собирались заняться чём-то другим. В
последнее время было много человечеков,
мы много игралися, и это совсем наскучило.
И
мне тоже наскучило? Точно-точно? Но ведь
из человечека получается такая
интересненькая игрушка! Они же таки-ие
глупенькие! Если застать их врасплох,
поуправлять ими, а потом вернуть им
разум, то можно таки-их приятных эмоций
посёрбать.
— Идём,
идём!
— Одни
пойдём?
— Вперёд,
вперёд!
На
старт! Внимание! Ма-арш!
Мы
втроём, включая меня, полетели сквозь
лесочечек, огибая впитавшие много-много
маны растущие деревьеца. И хотя это было
ненужненько, делали вид, что изо всех
силушек машем крыльями.
— Нашёлся!
— Нашёлся!
— Нашёлся!
Глядя
с крон деревьецев, мы заметили с большим
трудом ковыляющего по нашему лесочечку
человечека — одетую в рваный плащик
игрушку, тащившую на спине большущий
мешочечек. Такие игрушки с давних пор
забредают в наш лесочечек. Они приходят
собирать целебненькие травы, впитавшие
во время роста много маны.
Э?
Но что-то не так? Что-то не так, как всегда?
«Мои
дорогие мальчики, можете делать всё,
что вам захочется — ведь мы те, кто
защищает этот мир. Там, где растёт
Священное магическое древо — наш райский
сад. Забавляйтесь здесь вволю,
наслаждайтесь, сколько душе угодно».
Бац!
Мне вдруг вспомнилися слова нашей
Королевы.
Я
был немно-ожечко замечательнее остальных,
и часто с ней разговаривал. Когда на
нашем концертике я сыграл на музыкальном
инструменте, сделанном из живого
человечека, наша Королева со словами
«у тебя прекрасный вкус» погладила меня
по головочке, и я смог получить чуточку
её благословения. С тех пор я с упоением
играл с разными человечеками, и поэтому
сегодня тоже как обычненько пришёл
поиграться.
Но
почему? Почему? Почему?
Я
чувствую что-то странное.
Отчего
мне хочется играть, но в то же время
совсем не хочется?
— Давайте
выбьем ему глаза?
— А
затем нос оторвём?
Пока
я остановился, забеспокоившись, что это
за чувство такое, двое других немедля
бросилися ловить человечека.
Человечеки
были глупыми, и когда мы, не скрываясь,
со смехом приближалися к ним, они глазели
на нас и были такими беззащитненькими.
Мы заводили с ними разговор, и пока они
весело нам улыбалися, протыкали им глаза
ручечками. От боли и неожиданности лицо
у них становилося таки-им забавненьким,
и вместе со смятением от них исходили
очень-очень сладенькие для нас эмоции.
Нямкать их было очень приятненько.
Обычно
так и начиналась игра. Мы заставляли их
играть в пятнашки с монстриками в
лесочечке, бросали голышом в пещерку,
кишащую ядовитыми жучками-паучками,
заставляли нападать на родственников
и друзей. Эмоции человечеков в такие
моменты были для нас о-очень вкусненькими,
высшим наслажденьицем, придававшем нам
сил...
— Ребята,
стойте!
Меня
вдруг осенило.
Точно-точно!
Королева ведь говорила! Иногда будут
такие игрушки, с которыми мы на одной
волне! Такие человечеки становятся
феями как и мы, если захотят!
— Стоять?
— Стоять?
Услышав
мои слова, они остановилися. Я вылетел
вперёд и с радостным видом подлетел к
человечеку. Может быть, у нас прибавится
новый друг!
— Эй,
эй! Человечек, человечек! — я весело
окликнул его, но скрытый большим капюшоном
человечечек не отвечал.
— А
давай, а давай поболтаем? Ну же, ну же,
открой личико-о! — сказал я ему, но он
наоборот, схватился за кончик капюшончика
и ещё ниже опустил головочку.
Длинные
рукава? Чёрные перчатки? Ему не жарченько?
С ним всё нормальненько?
А
может, он просто меня не услышал? Голос
был слишком слабеньким?
Если
я подлечу прямо к лицу, тогда-то он уж
точно заметит? Правда-правда?
— Да
послушай же меня-а!
— Он
тебя игнорирует?
— Не
хочет слушать?
Я
подозвал тех двоих, и мы, вцепившися в
капюшон человечека, разом стянули его…
и были захвачены.
Вместо
головы под капюшоном обнаружился гладкий
блестящий слизнюк. Он превратился в
желеобразные щупальца, которые обви́лися
вокруг нас от шеи до пят. И в тот же момент
нас охватила жуткая боль.
— Хигья-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а!!!
— Айй?!
Ай-яй-яй-яй-яй-яй-яй-яййййй!..
— Плавлюсь!
Я плавглю-буэ-бгу?!. Ва-ва-ва-а… ба-ва,
ва, ба… ва-а…
Словно
льдинки в горячем песке, двое других в
мгновение ока превратилися в бесформенные
сгустки магической силы и растворилися
в щупальцах.
— ...Почему?!
Почему-почему-у?!
Моё
тело тоже стало медленно растворятися.
Это
странно, странно, странно.
«К-как
же так?! Я же покрыл всего себя маной,
так почему?!»
Благодаря
благословению нашей Королевы я продолжал
держаться, но всё равно понемножечку
таял. Прекратив отчаянно выжимать ману,
я сжался от страха.
— О,
а этот с благословением. Надо же, как
удачно.
Голос
заставил меня содрогнуться и оцепенеть.
В голове тревожно раздалося: «Берегись!
Берегись! Берегись! Он опасен!»
Благословение Королевы говорило мне
бежать от него подальше.
«Что
делать, что делать?! Нужно бежать, нужно
бежать!!!»
В
противовес лихорадочной спешке я всё
больше чувствовал себя загнанным в
угол.
«Точно!
Неважно, что за существо, они нам не
ровня!»
Мы
поглощаем эмоции, мы поглощаем разум.
Я просто должен делать то же, что и с
другими игрушками.
«Даже
человечеки, даже монстрики больше не
могут двигаться после такого!..»
Чтобы
поглощать эмоции, не требуется ничегошеньки
сложного. Нужно лишь находящееся в
сознании тело, пусть даже бесплотное,
и связанная с ним душа. В общем, наши
крылья, крылья фей — это сгустки энергии,
так что если сейчас изо всех сил
постараться разрушить его разум...
—
Хигья-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а!!!
В
этот момент все мои мысли были раздавлены
чёрной-чёрной тьмой. Кончиком вытянутой
магической силы я прикоснулся к нему и
почувствовал тёмную-тёмную, цвета
беспросветной тьмы эмоцию. Тёмный,
невиданный мною разум представлял собой
две с грохотом сталкивающиеся друг с
другом огромные как скала глыбки, которые
задевали всё вокруг и разносили всё на
своём пути.
— ...Ха-а,
вот дерьмо. Не смей ничего трогать,
мразь!
—
Агья-гья-гья-гья-гья-а-а-а-а-га-а-га-а-га-а!!!
Мне
страшно, мне страшно, мне страшно.
Словно
передо мной пасть пережёвывающего кости
чудища.
«Почему
у меня не получается сбежать?! Я ведь
больше не лезу в него! Хватит, прекрати,
отпусти меня, отпусти-и-и-и!!!»
Несмотря
на то, что я отчаянно пытался сбежать,
со всей моченьки стараяся убрать свою
проникающую внутрь силу, всё равно не
мог вырваться из этого мира внутри его
чёрного как смоль разума. Он будто
схватил меня и не отпускал.
Мои
глаза были разбиты, мои уши разорваны,
нос ссохся и отпал. Моя права рука и
левая, левая нога и правая постепенно
оторвалися от тела. Я, само моё существование
распадалося и исчезало с каждой частью
моего тела. Меня стирают, меня поглощают
без следа. Я исчезаю, исчезаю, исчезаю...
— ...Не
волнуйся, так просто я не дам вам не
исчезнуть. На этот раз, несмотря ни на
что, тщательно-тщательно, сколько бы
раз этот мир не повторялся вновь, даже
если придётся идти против него...
Почему-то
в самую-самую последнюю минуту сознание
не угасло, а моя исчезнувшая головочка
снова выросла, будто регенерировала. И
в отличие от первого раза, я увидел перед
собой лицо обычного человечека… Нет,
не совсем обычного. У него были чёрные
волосы и чёрные глаза, такие тёмные-тёмные,
как тьма в самой глубокой пещере.
— ...Я
буду использовать вас, крушить и убивать
до тех пор, пока от вашей души ничего не
останется.
И
тогда я понял.
Оставшаяся
во мне эмоция была той самой, которую
человечеки называют «отчаянием».
***
По
дремучему неизведанному лесу брело
чудище.
— Хорошо
получилось собрать материалы.
Неестественный,
похожий на хриплый, доносящийся словно
из громкоговорителя голос, исходил от
подрагивающего и колыхающегося «лица»
поглотившего фей монстра. Однако голос
этот звучал на удивление весело.
— И
наконец-то освоился с ним. Я и не думал,
что навык «Овладение слизетелом»
окажется таким впечатляющим.
— Кью-пи!
— Да,
ты здорово мне помог, Лизун.
Закончив
бродить, монстр остановился и присел.
— Ладно,
Лизун. Давай создадим следующего.
— Кью-пи-и!
После
этих слов чудище прекратило принимать
облик человека и вернулось к своей
первоначальной аморфной форме слизня.
Одежда упала и рассыпалась по земле.
Хаотически извиваясь будто в агонии,
желеобразное тело начало беспорядочно
принимать красный, синий, жёлтый, зелёный,
белый и чёрный цвет, и наконец, словно
выталкивая изнутри, явило на свет ещё
одного монстра. Монстра, вид которого
не иначе как зловещим не назовёшь.
Глядя
издали из какого-нибудь укромного
уголка, его можно было принять за
гигантское тело мужчины. У него были
руки и ноги, а также развитое мускулистое
туловище, к которому была прикреплена
несоразмерно большая голова. Впрочем,
то были единственные схожие с человеческими
черты.
Из
его тёмно-зелёной кожи сочилась и капала
на землю прозрачная слизь, а из макушки
росла верхняя половина маленькой куклы,
созданной из тела феи. На шее, словно
какое-то ожерелье, также висели останки
феи, отчего обычный человек, взглянув
на него, скорее всего не смог бы и
сдвинуться с места от ужаса.
— Это
тридцатый… Отлично, следующий тоже
будет с навыком «Пожиратель ***».
Весело
бормотавшее чудище-слизень уменьшилось
раза в два. Оно втянулось внутрь
разбросанной вокруг одежды и, вновь
приняв человеческий вид, продолжило
бормотать:
— Интересно,
сколько ещё их получится сделать?
Свежесозданный
монстр, сотрясая землю, направился в
лес, однако ухмылявшееся ему вслед
чудище, несмотря на то, что уже приняло
человеческий облик, казалось куда более
жутким.