Глава 9. Неужели я ненавистен богам?
— Давай, Мицуруги Суо. Ты сможешь.
Утро понедельника, в комнате девушки ни души.
Восемь десять утра — время, когда все остальные уже давно отправились на занятия.
Мицуруги Суо, верная своей привычке прогуливать школу, после сеанса самомотивации наконец взяла в руки телефон.
— Я справлюсь! Ха!
Утро Суо, у которой не было ровным счетом никаких планов, почему-то выдалось суматошным.
Это было заметно хотя бы по её внешнему виду.
— Одежда… вроде нормально.
Она заправила пряди волос за уши, чтобы это выглядело естественно, и надела белое платье — совсем не в её стиле.
Правда, на ногах остались всё те же уютные носки для сна.
— Фу-у!
Если только она не утратила всякое чувство стиля, это был лишь робкий порыв — желание понравиться кому-то особенному.
С этим чувством в сердце Мицуруги Суо сделала глубокий вдох и потянулась пальцем к кнопке вызова в списке контактов.
— …
[Отаку-кун]
Хотите позвонить другу?
/ Позвонить по обычному телефону
/ Отправить сообщение
/ Видеозвонок
— …
Кончик пальца Мицуруги начал медленно сползать вниз по экрану.
Весь этот бардак в шкафу — вина того самого подозрительного отаку.
— Позв… позвоню.
Причина, по которой она так вырядилась, крылась вовсе не в воспоминаниях о субботе.
Честно говоря, раз уж они стали друзьями, которые даже созваниваются, то видеозвонок по утрам — это ведь… вполне нормально, правда?
«Все ведь так делают? Да, друзья точно так и общаются!»
Как ни печально, но искаженное восприятие дистанции между людьми — это то, что одиночка Суо не могла исправить в одиночку.
— Интересно… он уже идет в школу…?
Кончик пальца Мицуруги замер перед кнопкой видеозвонка.
Её удерживал стыд.
Обладая искаженным представлением о близости, заставляющим переодеваться ради утреннего видеозвонка, Суо, как ни странно, сохранила крупицу здравого смысла.
Она понимала, что звонить кому-то ни свет ни заря — это просто невежливо.
— …
Нажать или отступить?
Если собиралась отступить, зачем вообще было наряжаться?..
Пока она терзалась дилеммой всей своей жизни:
Дзинь-
Тишину нарушило уведомление.
— Ик!
От неожиданной вибрации Суо чуть не выронила телефон.
Благодаря удивительной реакции она всё же удержала его в руках.
Суо поспешно смахнула уведомление, и её глаза расширились.
Как и ожидалось, источником вибрации, заставившей её вздрогнуть, был именно он.
— > [Сэмпай, я иду в школу, а тут этот тип цепляется]
— > [Штаны в клочья; (фотография черного кота, вцепившегося в брюки)]
— …Боже, напугал.
…Теперь шанса вернуться к звонку не было — вся решимость испарилась.
— Ха-а.
Мицуруги ничего не оставалось, кроме как перейти в чат.
Убрав разбросанную одежду, превратившую комнату в подобие логова, и приведя в порядок кровать, Суо села и отправила ответ тому самому парню.
В глубине души она чувствовала легкое разочарование.
***
— Исикава, мне нужно с тобой посоветоваться.
Мы с Исикавой были из тех, кто каждое утро ходит в школу вместе, болтая о всякой ерунде.
Перекинувшись парой сообщений с Суо-сэмпай, я убрал телефон в карман и продолжил:
— Выслушаешь?
— …Хочешь посоветоваться, почему животные тебя так люто ненавидят?
— Нет, не об этом.
С тех пор как я начал ходить в школу с этим парнем, со мной постоянно случаются какие-то происшествия.
Только что, например, кот чуть не сожрал мои штаны.
Но это была сущая мелочь, на которую не стоило обращать внимания.
— Животные меня и так всегда недолюбливали, у меня другая проблема.
— Какая? Выкладывай, я серьезно подумаю над этим вместе с тобой.
Чтобы озвучить свою проблему, я снял очки.
А затем спросил Исикаву, который наблюдал за мной последние десять лет:
— Я уродливый?
— …?
И всё это из-за Суо-сэмпай.
Нет, ну серьезно: то она внезапно бросает трубку, увидев моё лицо, то в сообщениях упорно игнорирует эту тему.
Мне было так обидно и досадно, что в воскресенье я сорвался и заказал пиццу с бургером.
— …Э-э, ну…
— Неужели всё настолько плохо?!
Исикава, ты что, пытаешься уйти от ответа?
У меня внутри всё перевернулось — его молчание ощущалось как немое согласие с тем, что я действительно выгляжу ужасно.
Зная, что он слишком добр и не умеет говорить людям гадости, мне стало ещё больнее.
— Ну… понимаешь, раньше ты был довольно пухлым, верно?..
Это правда. В оригинале Джун был этаким упитанным, пробивным отаку.
— Но потом ты начал заниматься спортом и похудел…
С этим была связана довольно грустная история.
В начальной школе, стоило мне заговорить с девочками, я видел их мутную ауру.
Дети честны в своих эмоциях, так что я их понимал, но выносить это было тяжело.
«Я похудел, чтобы не видеть этого, и что с того, Исикава?»
Похудел — и что, стал я красавчиком или так и остался уродом?
Исикава тщательно подбирал слова.
Он долго и пристально смотрел на моё лицо, пока наконец не выдал:
— Ну… не так уж и плохо?
А, вот оно что?
— Ненавижу этот мир. А Исикаву — особенно.
— Чего?! Почему это?!
И правда, я дурак, что вообще спросил Исикаву.
Я тяжело вздохнул, глядя на его уклончивый ответ и ещё более неопределенный цвет его ауры.
Наверное, для здоровья полезнее думать об играх, чем о своей внешности.
Хотя, несмотря на эти мысли, я всё же разозлился и отвесил ему подзатыльник.
— Джун, а у тебя, оказывается, есть склонность к насилию.
— Исикава, ты как побитая жена, с тобой только так и надо.
— Да что за сравнения такие?!
Я подумал, что и этот день пройдет так же бестолково.
Проходя по переулку, я вздохнул, наблюдая, как стайка синих бабочек перелетает через забор.
— Эй! Подождите меня!
— Скорее, Аяме!
Малыши из начальной школы, пробиваясь сквозь теплые утренние лучи, весело спешили на занятия.
Этот район был на удивление мирным местом.
— Исикава, у нас ведь тоже были такие дни. Помнишь?
— …Помню, как ты самовольно снял дополнительные колесики с моего велосипеда.
— Если бы я этого не сделал, ты бы на них всю жизнь проездил.
— …Мне тогда было страшно.
Заполняя скучный путь в школу такими же скучными разговорами, мы вскоре увидели здание школы.
Я всегда думал: расстояние как раз такое, что идти пешком — долго, а ехать на машине — слишком близко.
Хотел бы я ездить на велосипеде, но пришлось продать его, чтобы купить игровую приставку…
— …Джун, смотри.
Пока я предавался сожалениям о продаже велосипеда, Исикава ткнул меня в бок.
— Ну, чего ещё?
Почему он вдруг испугался?
Я посмотрел туда, куда он осторожно указывал.
Оказалось, это тот самый темный переулок, мимо которого мы всегда проходим по пути в школу.
Но если раньше там валялись только пустые банки да окурки, то сегодня всё было иначе.
«Хулиганы?»
Парни с сигаретами в зубах и сидящие на корточках девчонки.
…А ещё один здоровяк-качок и зеленоволосая девушка, беседующая с ним.
«Ого, какой бюст».
Грудные мышцы парня, сидевшего в центре этой гоп-компании, были просто невероятными.
С виду взрослый, но одет в школьную форму — весьма странный тип.
Проблема в том, что мышцы выпирали даже из-под формы.
— …Джун, он… он выглядит пугающе, да?
— Ого… интересно, сколько он жмет от груди?
— Ты неисправим!..
Да и вряд ли тот, кто так раскачался, делал это, чтобы бить людей. Очевидно же, что он помешан на качалке.
И всё же, если связаться с его окружением, проблем точно не оберешься.
Сразу видно — отбросы, плюющие прямо на дорогу.
«Встретились взглядами».
Пока я думал об этом, мы с качком посмотрелись друг другу в глаза.
Раз уж встретились, я задержал на нём взгляд.
Я терпеть не могу неприятности, да и не настолько я свободен, чтобы читать нотации таким типам.
Но была причина, по которой я не стал отводить глаза.
«Ничего себе, никогда не видел такого синего цвета».
Вокруг него разливалась аура глубочайшей печали.
Я видел такой цвет лишь однажды, когда был на похоронах.
— Джу-Джун…! Что ты делаешь?!
— …
Хулиганы вокруг даже не задумывались, просто дымили сигаретами, но этот парень… его глубокий синий цвет привлек моё внимание.
А затем…
— Джун…!
— А, пошли.
Зеленоволосая школьница, стоявшая перед ним, сжала кулаки.
Её цвет был полной противоположностью качка.
«Да она же как наш флаг».
В жизни не видел такого ярко-красного цвета.
Это была не аура любви, а чистая, незамутненная ярость.
Связываться с ними — себе дороже.
***
— Сегодня мы разбиваемся на группы по три человека.
После утреннего собрания начался урок математики.
Учитель математики с самого утра взорвал бомбу.
— А-а-а…
Даже в мире романтической комедии ученики не в восторге от групповых заданий.
Конечно, тут же раздались протесты.
Впрочем, всё это было лишь показухой, так что никто особо не злился.
— Тихо! Группы уже сформированы, это ваше практическое задание.
Учитель математики, который обычно был не прочь подурачиться с учениками, яростно заскрипел мелом по доске, выводя иероглифы.
Скрип, ещё скрип, стук!
«Компетенция по расчету региональных данных… ох, ну и ну».
От одного названия, длинного и претенциозного, у меня закружилась голова, а аура вокруг стала беспокойной.
— Группы по три человека, собираете данные по нашему региону. Тест заключается в том, чтобы выйти к доске и представить результаты.
Пока класс гудел от недовольства, я посмотрел на Исикаву.
Этот парень сейчас молился.
В буквальном смысле сложил руки и что-то шептал.
Наверное, надеется попасть в одну группу с Мицунэ Рури.
«Можешь не молиться, ты и так окажешься с ней в одной группе».
Исикаве везет.
У него поразительный дар — он всегда оказывается в одной группе с девушкой, которая ему нравится.
— Ну что, тяните жребий. Вас тридцать человек, верно?
— Да-а.
По моим предчувствиям, в группе будут Мицунэ Рури, Исикава и… кто-то из той «троицы», что до смерти хочет оказаться с Рури.
— Эй, эй, это же просто супер-событие, да?!
— В одной группе с Рури-ян… о боги, умоляю!
— Сегодня удача на моей стороне… удача будет со мной…
После собрания листали эротические журналы, а развития никакого.
Надеялись бы на что-то более достойное, как я.
«Пожалуйста, пусть попадутся те двое ботаников».
Я надеялся на двух ребят, которые вечно учатся и живут по расписанию.
Если буду с ними, то точно «проедусь на их плечах».
«Боги, умоляю, дайте мне их. Пожалуйста».
В последнее время я даже муравьев стараюсь обходить, так что, может, мне воздастся?
Учитель потряс коробку с бумажками.
Аура учеников наполнилась предвкушением и надеждой.
Класс превратился в полотно, на котором танцевали мягкие цвета.
— Ну, выходите и тяните. Начиная с первого номера.
И…
Результаты жеребьевки, короткой, но полной надежд, оказались шокирующими.
Особенно для Исикавы.
— Черт…! Надо было тянуть ту, что я хотел изначально…!
Исикава… не попал в группу с Рури?
Это уже серьезно.
— А-а-а! Почему вы?!
— Нет, ну какая вероятность?! Это точно подстава!!
— Почему я в группе с вами…!!
Та самая троица, по иронии судьбы, вытянула жребий так, что все трое оказались в одной группе.
Даже не знаю, какова вероятность такого события.
— …
Но самая большая проблема сейчас — это я.
Глядя на доску, я всё понял…
Группа E.
Мицунэ Рури.
Ямада Джун.
Каяма Акари.
…Серьезно, что ли?
Рури подошла ко мне.
— Ямада-сан… ну, рассчитываю на тебя.
— …Ага.
Нет, ну Рури тоже выглядит ужасно разочарованной.
Эх, ты, фанатка Исикавы.
Я правда не собираюсь мешать вашей любви. Клянусь обеими мамами.
Но разве такой поворот был в сюжете? В оригинале такого события не было.
Думаю, это эффект бабочки из-за меня, но то, что удача Исикавы дала сбой, — это действительно шок.
— Ненавижу Ямаду.
— Везучий гад.
— Джун, я тебя прокляну.
Троица тоже была в шоке.
— …
Я долго смотрел на список групп на доске.
И подумал:
А кто такая Акари?
— Так! Группы, собирайтесь!
Ученики начали двигать парты.
Раз Мицунэ подошла сюда, значит, и эта Акари должна быть где-то рядом.
Раз я о ней не слышал, значит, она точно статистка.
Я решил не забивать себе голову.
Буду относиться к ней как к обычной ученице.
И тут Акари подошла сама.
Подошла.
«…Где-то я уже видела этот цвет волос?»
Зеленые волосы, слишком маленькая голова и тело, выразительные губы.
Белая кожа, глубокие, сонные глаза — вблизи она выглядела просто сногсшибательно…
И запах сигарет.
— …
Та же длина волос, что и у той девчонки из переулка.
— Привет, Ямада-кун.
Светло-зеленая аура, полная любопытства, когда она садилась рядом со мной.
— …
— …
— …
Неловкость, от которой перехватывало дыхание.
…Неужели я действительно ненавистен богам?
***