«Ва… погодите, у меня энергия на исходе».
Почему я так подумал, становилось ясно, стоило лишь взглянуть в сторону.
Юи, прилипшая ко мне, то и дело бросала косые взгляды на Мицуруги Суо.
Видимо, недавнее пощипывание за щеки было настолько болезненным, что она, наблюдая за движениями Старшеклассницы, даже машинально поглаживала свои покрасневшие щечки.
Хотя Юи обычно не была такой эмоциональной.
Но сейчас, когда вокруг меня бурлили всевозможные цвета её Ауры, глаза начинали слезиться от перенапряжения.
— Отаку, так куда мы направляемся?
— Я тут присмотрел одно местечко. Там есть фотокабинки… ну, знаете, такие, где делают стикеры, и еще куча всяких игровых автоматов…
— Э-э-э? И зачем такое в торговом центре?
Откуда мне знать?
Я как-то приметил место с ритм-играми, когда проходил мимо, но не думал, что это знание так пригодится.
Мицуруги Суо, сияя желтой Аурой, широко улыбнулась:
— Звучит супервесело!
— Ха, опять ты проглатываешь окончания…
Юи, чья язвительность не знала границ, не смогла договорить и была вынуждена отвернуться.
Ведь Мицуруги Суо, которая была для неё своего рода «главной задирой», уже начала сверлить её орлиным взглядом.
— Что «супер»?
— …Ничего, забудьте.
Мицуруги Суо сложила пальцы, готовясь снова ущипнуть Юи за щеку, и та в ужасе отпрянула.
Казалось, Старшеклассница находила даже такие моменты забавными. Она расплылась в коварной улыбке, словно в её голове щелкнул какой-то странный тумблер.
«Так и глаза вывалиться могут».
Яркие вспышки Аур мелькали одна за другой, и от долгого пребывания на улице глаза начали ныть.
В придачу ко всему, я чувствовал ментальную усталость.
Конечно, дело было не в том, что мне не нравилось проводить время с ними.
Просто бывают дни, когда устаешь немного сильнее обычного.
В общем, пока я, взъерошив волосы, тер глаза…
— …?
— …
Аякама Акари тихонько подошла ко мне.
Я наклонил голову, гадая, что она хочет сказать.
Мне хотелось, чтобы она чувствовала себя свободно и могла высказаться.
Но тут.
— Как ты сегодня… себя чувствуешь?
Акари заговорила первой.
Только вот… Аура вокруг неё начала окрашиваться в пугающе ярко-красный цвет…?
«Что это? Что происходит?»
Я на мгновение растерялся и замялся.
Акари, сохраняя невозмутимое выражение лица, продолжала излучать эту Ауру, при этом спрашивая меня с мягкостью в голосе.
«Она что, наконец решила устроить мне погружение в пучину? Нет, не похоже… ведь атмосфера была такой приятной».
Пока я перебирал варианты, мне пришло в голову, что настал тот самый день.
«Летучий голландец» наконец-то дождался своего капитана.
Раз уж Исикава и Мицуруги Суо согласились стать членами экипажа, то, по крайней мере, мне не будет так одиноко, подумал я…
— …?
Эмоциональный фон Акари снова пошел вразнос.
На этот раз красный сменился на прямо противоположный — холодный синий.
— Мне сегодня весело. А ты, Ямада, как… как себя чувствуешь?
Даже не знаю.
Неужели актеры иногда ведут себя так странно?
Или моя способность наконец дала сбой, и теперь я наблюдаю, как она «поднимает синий флаг, опускает красный»?
— Ну, я… кстати, а ты сама как?
Я сам не заметил, как ответил шаблонно, словно персонаж из плохо переведенного иностранного фильма.
На этот крайне неловкий вопрос Акари, заправив прядь волос за ухо, тихо ответила:
— Удон был вкусным… и сейчас я тоже чувствую, что мне довольно весело.
— М-м…
Сказать так, учитывая, что Аура Акари начала метаться из стороны в сторону, переливаясь всеми цветами радуги, было сложно.
Я не мог не думать, что у неё на уме что-то серьезное.
В конце концов, такие явления обычно происходили с теми, кто был глубоко погружен в раздумья.
Хотя, признаться, столь резкие и частые смены цветов я видел впервые.
— У тебя какие-то проблемы?
— …Проблемы?
Я осторожно задал этот вопрос.
Притворившись, что всё нормально, я спросил напрямую, на что Акари отреагировала довольно резко.
Но эта резкость была такой неловкой и вымученной, что я невольно усмехнулся.
— О чем ты думаешь?
— …Я и сама не знаю. Ты хоть понимаешь, что ты — человек, которого я никогда раньше не встречала в своей жизни?
Акари выпалила это так неожиданно, что я даже не нашелся с ответом.
Она, как и ожидалось, покраснела до самых ушей, словно только сейчас осознала, что сболтнула лишнего.
Однако я, пожав плечами, переспросил:
— Вдруг?
— …У меня ведь… почти не было друзей. Но, даже если не брать это в расчет… я думаю, что ты очень необычный человек.
Что она хочет этим сказать?
Я посмотрел в зеленые глаза Акари.
Боится ли она, что я увижу её насквозь, или же в её душе просто не нашлось места для меня?
Её взгляд, который должен был быть направлен на меня, всё ещё блуждал из стороны в сторону, не в силах сфокусироваться.
— И что с того?
— …Но сейчас, даже не знаю, как сказать.
Акари сделала долгую паузу.
Если бы те двое рядом снова не начали препираться, я бы наверняка почувствовал на себе их любопытные взгляды.
— Я подумала… что ты… очень-очень необычный… нет, особенный человек.
«…Необычный, особенный?»
Акари осторожно строила догадки.
Я не до конца понимал, о чем она думает, но в душе затеплилась робкая надежда.