«Цветок безымянный, прошу, не лги мне».
Усыпанная лепестками дорога.
Мицуруги Суо сидит на корточках, гадая на цветке, и тяжело вздыхает.
«Любит, не любит… любит…»
Тема одна.
Самый тупой, самый глупый, очкастый, тощий, как селедка, отаку на свете.
«Не любит? Ах ты тоже лжец! С-следующий!»
Гадает, любит ли он её на самом деле.
Мицуруги Суо, ученица второго класса старшей школы, вверяет свою судьбу лепесткам.
«Да почему! Почему всё время выпадает "не любит"!!»
В конце концов, подчиняясь воле небес, Суо швыряет цветы прочь и в ярости топает ногами по асфальту.
«А-а-а!»
Проходящие мимо школьники младших классов, перешептываясь, обходят Суо стороной.
И Суо, охваченная не столько стыдом, сколько чистым гневом, погружается в состояние берсерка и думает:
«Почему этот глупый отаку не проявляет должного уважения к своей Старшекласснице?»
Если бы он прибежал прямо сейчас.
Принес букет цветов, холодный ячменный чай, потому что у неё пересохло в горле, и две порции лапши быстрого приготовления, а потом признался в любви.
Тогда всё было бы просто замечательно.
Никаких хлопот! Идеальный финал, счастливый конец, всё было бы завершено…
На этой мысли переключатель ярости Суо щелкнул и выключился.
«Фу-у, фу-у…»
Нахлынул стыд…
«……Да, пожалуй, я перегнула палку».
Многие признавались ей в любви, это она проходила.
Но вот самой испытывать подобные чувства — опыт для неё первый…
Она понятия не имеет, что нужно делать!
«Это же настоящая катастрофа…!»
Суо начала разговаривать сама с собой.
Что же ей делать?
На её плечах материализовались Дьявол Мицуруги и Ангел Мицуруги.
— «Чего ждать? Вы же уже успели заняться такими непристойностями!»
Дьявол Мицуруги напоминает о недавнем Поцелуе.
Суо краснеет и крепко зажмуривается.
— «Давай просто пойдем к нему, обнимем и попросим, чтобы он нас погладил по голове!!»
«Э-это не слишком пошло…??»
Став похожей на спелый помидор, Суо засуетилась, но… не стала возражать против предложения дьявола.
— «Зачем просто гладить, давай попросим его поцеловать нас в щечку!!!»
«А-а-а!»
Это был предел того, что она могла себе представить.
Лежать под одеялом, чувствовать ласку и получать град поцелуев.
«Я сошла с ума!»
На этот раз Суо со всей силы бьет кулаком в стену.
Хрусть.
«Ой, ай… у-у-у…»
Странно.
Когда Акари била, здание содрогалось.
Почему я просто ударила по кирпичной кладке, а у меня такое чувство, будто запястье сломалось…?
«Акари-чан… ты что, на самом деле силовик? Не может быть…»
Дрожащая Старшеклассница.
А сидевший на плече дьявол сложил руки на груди и вздохнул.
— «Ну и жалкое же зрелище… Тц-тц-тц».
«Это ты вообще-то я!»
Настоящая Мицуруги спорит с Дьяволом Мицуруги.
Но обе они вдруг осознали, что всё это время игнорировали мнение третьей стороны.
«Почему ты молчишь?»
— «Вот именно. Говорю только я. Разве ангел не должен возражать?»
Ангел Мицуруги, сидевшая на плече и скучающе теребившая щеку, посмотрела на них.
Дьявол и настоящая Мицуруги в недоумении склонили головы, не понимая, что с ней такое.
Они спросили, собирается ли она вообще говорить.
И тогда…
— «Обе вы, дуры».
«…»
— «……»
И затем.
— «Ха-а-а? Ты — это я, и она — это я, и ты — это тоже я!?»
«А-а-а!? Погоди! Это слишком сложная концепция, может, нам стоит как-то получше использовать существительные…?»
— «Смотрите на них. Две дурочки».
Ангел Мицуруги оказалась даже язвительнее дьявола.
Ей почудился знакомый силуэт ученицы средней школы…
— «Вспомните, ради чего вы вообще затеяли этот балаган. Мицуруги Суо».
«…………»
От этих слов Мицуруги Суо застыла.
Она ведь призвала ангела и дьявола, чтобы понять, что ей делать.
— «Я люблю его так сильно, так сильно, так сильно, что если не признаюсь, то проткну собственное сердце иголкой».
— «Погоди…! Разве ангелу положено говорить такие вещи…??»
«В-вот именно! Разве роли не должны быть распределены наоборот?»
Но им было всё равно.
Ангел Мицуруги, встав на плече, указала пальцем в сторону и, пожелав удачи, исчезла.
«…?»
Стоило взглянуть туда, куда она указала.
Дьявол Мицуруги, словно поняв, что к чему, легонько щелкнула Суо по щеке и тоже растворилась в воздухе.
«…Что это было?»
Те самые дети, что однажды на детской площадке придали ей смелости.
Держась за руки и широко улыбаясь, они переходили дорогу — было очевидно, что их отношения переросли в нечто большее.
«…»
Оставшись одна, Суо смотрела им вслед, пока они не скрылись из виду.
…
Живи сегодняшним днем, выкладываясь на полную.
Именно это она услышала от тех детей.
Чтобы потом не жалеть.
«Акари-чан».
Одноклассница.
Та, что улыбалась, говоря, что любит её и не даст никому отобрать.
Они стали так близки, что она чуть было не забыла об этом.
«Юи…»
Та острая, колючая ученица средней школы.
Та, что с самого начала бросила все силы на то, чтобы донести свои чувства.
Вес её искренности был так огромен, что она чуть было не забыла об этом.
«Я тоже… я ведь тоже люблю его».
Суо побежала.
За всю свою жизнь она еще никогда не бегала так часто и так долго.