В конце концов, до самого конца уроков Акари так и не появилась.
Исикава на всех парах помчался к дому Ямады Джуна.
«Надо было хоть велосипед взять», — думал он на бегу.
И вот, наконец, дом Ямады Джуна.
— Надо было… хоть немного спортом позаниматься… Фух.
Постучав в дверь, Исикава замер, пытаясь уловить хоть какой-то шум внутри.
Тишина. Казалось, там никого нет.
Исикава, который до последнего надеялся, что ничего не случилось, прижался ухом к двери, пытаясь расслышать хоть что-то. В этот момент он уловил шаги.
Он поспешно отпрянул, и дверь отворилась.
А там…
— Исикава-кун…?
— Акари, ты всё ещё… здесь?
Как и ожидалось, дверь открыла Акари.
Значит, она так и не вернулась в школу… и всё это время была здесь.
Исикава скользнул взглядом вниз.
Обувь. Её было слишком много.
Заметив среди прочих туфли своей младшей сестры, Исикава поморщился.
«Всё-таки она её встретила… Боже, какой у неё страшный взгляд…»
— Они все внутри.
Дрожащий от нехороших предчувствий Исикава медленно вошёл в дом. В гостиной, куда его привела Акари, он замер, ошарашенный открывшейся картиной.
— Ну что, пришёл? — холодно бросила его высокомерная сестра.
— …Что? Кто это? — пробормотала безумно красивая девушка.
— …Исикава, ты, что ли? Кхе-кхе! — отозвался Ямада, закутанный в одеяло с измождённым видом.
«…»
Это был полный хаос.
Юи, прячущаяся за спиной Ямады Джуна и избегающая взглядов остальных.
Гяру-красавица, похожая на модель, которая с любопытством склонила голову, разглядывая его.
И Акари, которая, сидя на полу, начала сверлить Юи яростным взглядом.
Исикава на мгновение замер, созерцая этот бардак, и мысли, которые стоило бы оставить при себе, невольно сорвались с языка:
— …Джун, у тебя тут настоящий гарем.
— Не неси чуши… Все, пожалуйста, уходите отсюда…
Один парень и три девушки.
И все как на подбор — красавицы.
Исикава нутром почувствовал: если закон о многоженстве когда-нибудь примут, больше всех проблем будет у…
— Не-а, не хочу уходить.
— …Давай, проваливай уже.
Пожалуй, у того, кто сидит прямо перед ним.
«Юи, что же ты творишь…»
У его собственной сестры.
— Ты серьёзно? Это сестра Исикавы-куна?
— Вау… Они вообще не похожи… Или похожи? Не знаю, есть в них что-то общее…!
Исикава ещё раз представил себя и сестру.
Две девушки, которые до этого не верили ни единому его слову, были в шоке. Акари с недоверием уставилась на Юи.
Впрочем, я понимал, почему они так удивлены.
«У неё… характер немного странный».
Характер Исикавы и Юи — это небо и земля.
Когда все уселись в гостиной, я выслушал всё, что имели сказать Акари и старшеклассница Мицунэ Рури.
Оказалось, Юи снова устроила сцену.
И к тому же:
— Я не буду извиняться.
Яд из неё всё ещё не вышел.
Да уж… она стала лучше, чем в первом классе средней школы, но сейчас Юи куда опаснее.
— Ого! Ты посмотри на неё!? Это же просто невыносимо! — Мицунэ Рури надулась, как хомяк.
Юи отвернулась, проигнорировав её раздутые щёки. Мицунэ Рури в ответ сверкнула глазами.
Такое противостояние длилось уже давно.
Две девушки, которым не нравилась Юи, и Юи, которой не нравились они.
— Извинись потом, ладно…?
— …Угу.
Желание извиниться вроде бы есть, но по её ауре было ясно — делать она этого не собирается. Я потянул её за щёку.
— У-бу-бу.
Она выглядела то ли довольной, то ли встревоженной — не хотела показывать слабость. Я вздохнул и продолжал тянуть.
Юи всё так же исподлобья поглядывала на Акари и Мицунэ Рури.
— …Исикава-кун. Честно говоря, Юи-чан… ну…
— …У неё скверный характер, да.
— Ха.
Акари задала вопрос с опаской. Исикава горько кивнул, подтверждая её слова, а Юи усмехнулась и уткнулась лицом мне в грудь.
Казалось, ей совершенно плевать, что о ней думают другие.
— Братик… может, поедем на море только вдвоём? Промежуточные экзамены или что там у вас — подождут.
— …Кхе-кхе! Я заразен, уходи уже.
— Не-а, не хочу. Мне здесь нравится.
Хоть бы она перестала нюхать мою одежду. От этого щекотно, и я постоянно отвлекаюсь.
Юи счастливо прижалась ко мне, тычась носом в щёку.
И тут одна из присутствующих не выдержала.
— Слушайте! Что это за дистанция такая, в конце концов!!?
Мицунэ Рури скривилась, явно шокированная происходящим.
Услышав про дистанцию, Исикава тяжело вздохнул и покосился на меня.
«…Ха-ха».
Тут мне сказать было нечего.
То, что она стала такой… чёрт возьми, это ужасно несправедливо, но ведь это была моя вина.
Я погладил Юи по голове, пока она тёрлась о мою грудь.
Мицунэ Рури, глядя на это, спросила с недоумением:
— Отаку-кун… ты что… правда любишь младшеньких?
— …Сэмпай, у меня нет предпочтений.
— Да ладно! Ты что, правда встречаешься с… с второгодкой средней школы?! Это же преступление, нет?!
— Не совсем преступление. Наверное.
Старше, младше, ровесницы…
У меня никогда не было определённого типажа.
Если уж выбирать, то Мицунэ Рури ближе всего к моему идеалу.
Но сказать это ей в лицо? Нет уж, пропустим.
Мицунэ Рури, наблюдавшая за тем, как я глажу Юи по голове, спросила с подозрением:
— И про свадьбу… Ты так близко к ней прижимаешься, это… нормально…? Отаку-кун…
Ложь… Юи мастерски умеет врать.
Но в её недавних словах была одна неточность.
— …Ну, это, как бы сказать.
Я опустил голову.
Встретился взглядом с Юи, которая смотрела на меня снизу вверх. Она хитро улыбнулась и, потянув за край моей одежды, снова начала тереться об неё лицом.
И от ткани, в которую она зарылась, по телу прошла влажная и тёплая дрожь.
— Может, насчёт возлюбленных я и не уверена, но про свадьбу я не врала.
Пробормотала Юи, не вылезая из одежды.
— …Тц.
— М-да…
Мы с Исикавой вздохнули одновременно.
Услышав это, Мицунэ Рури замерла:
— …Э?
Она смотрела на меня так, будто я сказал что-то немыслимое.
Акари тоже уставилась на меня — в её глазах читался шок и… ревность.
……
— …Ямада-кун?
Акари спросила осторожно, но мне и здесь нечего было ответить.
Разговор о свадьбе…
Не знаю, когда она об этом забудет.
— Не знаю, случится это или нет… но про свадьбу… это правда. Ага.
Так уж вышло с Юи.
Мы… пообещали пожениться.
Конечно, это было в детстве, как у обычных друзей, но…
Для Юи это обещание дороже всего на свете.
— Ло-о-ожь!! А-а-а!! Несовершеннолетние женятся? Свадьба-а-а!?
— Хм.
Мицунэ Рури бросилась было оттащить Юи, но…
Это был неоспоримый факт.
Брат и сестра вышли из дома Ямады, вздыхая и глядя на заходящее солнце.
Исикава почесал затылок, глядя на Юи.
— Я поеду на море с братиком Ямадой. Я так решила.
— …Ты ведь даже не называешь меня братом.
Ямада Джун, заявив, что смертельно устал, выставил всех за дверь. Исикава, извинившись перед Акари и Мицунэ Рури, повёл Юи домой.
Юи на удивление послушно последовала за ним.
— …Тебе нужно поумерить свой пыл. Понимаешь? — тихо спросил Исикава, пока они шли по пустой улице.
— Не хочу. Даже не проси.
Как обычно, характер сестры был безнадёжен.
Исикава шёл по залитой закатом улице, глядя на стаю перелётных птиц вдали.
— …Ты так сильно хочешь на море?
— Угу. Хочу показать братику Ямаде бикини. Очень откровенное.
— …Ха-а. Ты ведь ещё в средней школе.
Исикава думал о том, как сильно она изменилась после того дня.
Конечно, это было в глубоком детстве, но…
Иногда он скучал по той милой девочке, которой она была раньше.
Кри-кри-кри.
Птицы пролетели над головой, а багровые облака медленно уплывали за горы.
Перед пешеходным переходом, где загорелся красный свет, Юи, вспомнив что-то, раздражённо шагнула вперёд.
Но.
— Нельзя идти.
— …А.
Юи вздрогнула и отступила назад.
Исикава подошёл к ней с горькой улыбкой.
Юи, пытаясь скрыть досаду, огрызнулась:
— Сверху зелёный, снизу красный! Я всё знаю! Просто на секунду забыла!
— …Всё наоборот, Юи. Сверху красный, снизу зелёный.
На пустой дороге, среди чёрно-белого асфальта, воцарилась тишина.
— …Не придирайся. Я всё равно никогда их не различу.
— …Прости.
Юи отвернулась и замолчала.
Мигнул зелёный.
Исикава сказал тихо:
— …Пошли.
— Да тут всё равно никого нет… можно было и так пройти.
— Верно, ты права.
Они пошли домой.
Исикава посмотрел на вершину горы, и в голове внезапно всплыло воспоминание.
Она хочет на море.
Чтобы исполнить желание сестры, Исикава заговорил:
— Море… а до летних каникул подождать сможешь? В июне в горном храме будет фестиваль.
— …
— Может, сходим туда… а, нет.
Исикава понял, что сболтнул лишнее, и тут же извинился.
— Горы… не очень хорошая идея, да? Прости.
Юи молчала, сжав зубы. Наконец, она выдавила из себя:
— …Если с братиком Ямадой, то пойду.
— …Серьёзно?
Тададат!
Юи отошла подальше и спрятала лицо. Её плечи мелко дрожали под длинными волосами.
Глядя на это, Исикава понял: в горы ей пока нельзя.
— Почему фестивали вечно проводят в горах… бесит. Чёрт…
Похоже, на этот фестиваль они не попадут.
Исикава с грустной улыбкой сказал:
— Давай обязательно съездим на море. Ничего, если мои друзья тоже поедут?
— Возьми только братика Ямаду. На остальных мне плевать.
— Называть людей «остальными»…
— Ха!
Она вскинула палец к небу и топнула ногой.
— Всё равно я им не нравлюсь! Мне плевать! Пусть катятся к чёрту!
Сказав это, Юи быстро убежала вперёд.
Исикава проводил её взглядом и тяжело вздохнул, глядя на густые зелёные горы.
Горы… их величественная и суровая мощь напомнила ему о чём-то.
3, 6, 9.
Это не просто случайные цифры.
Они имели глубокий смысл.
3 дня исчезновения.
6 недель разлуки.
9 лет любви.
Всего 13 лет.
До совершеннолетия ещё так далеко, она всего лишь ученица средней школы.
Но большую часть своей короткой жизни она посвятила любви, которая сейчас разворачивается прямо в соседней комнате. В режиме реального времени.
— …Да, я думаю, ты станешь невестой Джуна.
Исикава брёл по улице, глядя на ржавчину на вывеске овощной лавки.
Юи ведь сама говорила когда-то?
Что она — подсолнух, который расцветёт через 13 лет.
Подсолнух.
Символ неизменной любви.
Удивительный цветок, который действительно расцветает именно так.
Отбросив тяжёлые мысли, Исикава поднял голову.
— Джун… только не заводи себе гарем…
Глядя на велосипед без заднего колеса, прислонённый к стене овощной лавки в лучах заходящего солнца, Исикава вошёл в дом.