10 глава. Честно говоря, от тебя никакой помощи
— Нет, ну и сколько мы так будем сидеть?
Другие группы вовсю обмениваются мнениями, шумят, а что у нас? Мы просто сидим, сверлим друг друга взглядами и молчим. Вы, ребята, вообще в своем уме?
Стоило мне озвучить это вслух, как оба моих напарника наконец подали признаки жизни.
— …Ямада-сан прав.
— ……
Мицунэ Рури согласно кивнула, а Каяма Акари…
«Это еще что за тип?»
Кроме едва уловимого интереса ко мне, в ней не читалось ровным счетом ничего.
Хм, а ведь у меня в голове тоже промелькнула шальная мысль.
«А она почему такая красивая?»
Внешность, совершенно не похожая на ту, что у Мицуруги Суо, едва не заставила меня потерять дар речи.
Может, дело в разнице между айдолом и актрисой?
Если Мицуруги Суо — это тип, который ярко сияет, словно айдол, то Акари — полная противоположность.
Даже когда она просто молчит, ее специфическая аура словно подавляет окружающих.
«Но не на того напала».
Благодаря кое-кому я уже привык к красивым лицам, поэтому без тени смущения спросил:
— Ты в чем хороша? Это, конечно, математика, но… по-моему, сейчас важнее совсем другое, нет?
Раз уж есть задание, надо с ним разобраться.
К тому же, раз уж я застрял в такой неловкой группе, лучше сделать всё сразу, чем откладывать до последнего дня.
Поэтому я решил для начала прощупать характер Акари. Я ведь совсем ее не знал.
— Я… просто. Что угодно…
Это значит, что она сделает всё, что ей скажут? Мастерски она уходит от ответа, ничего не скажешь.
— Ладно, примерно понял.
— ……Угу.
Ну, надеюсь, сама разберется.
Да и выглядела она как типичная хулиганка, так что лишний раз лезть к ней не хотелось.
— Давайте сразу распределим роли?
Как только я быстро подвел черту, Рури с удивленным видом произнесла:
— Ямада-сан, а вы, оказывается, довольно ответственный?
— Ага… и правда.
Я чуть было не растаял от похвалы двух красавиц-одноклассниц, но эти двое сейчас пытались провернуть со мной смертельный номер.
— Не знаю насчет ответственности, давайте просто закончим поскорее, мне еще в игру играть.
— Ха.
— А-а…
Упоминание ответственности — это классический заход, чтобы заставить меня стать старостой группы.
«Вау, какой ты ответственный! Думаю, ты отлично поведешь нашу группу вперед~» — неужели они думали, что я не раскушу этот дешевый трюк?
Становиться старостой в таком раскладе я наотрез отказывался.
Стоило мне заикнуться об играх, как их лица мгновенно помрачнели.
— Ха-а… Ну ладно, тогда придется мне взять на себя роль старосты.
Видите? Я же говорил, что она с самого начала пыталась подставить меня на эту должность! Если бы я не был закален общением с Мицуруги Суо, точно попал бы в ужасную переделку.
— М-м, пойдет.
Рури вписала свое имя в качестве старосты в выданный учителем физкультуры бланк с заданием и задала следующий вопрос:
— Итак, староста есть. Кто будет выступать с презентацией?
— Хм.
Пришло время выбирать докладчика.
Группа из трех человек, и выживет только один — прямо-таки варварство.
— …Я.
— ……
А вот с Акари проблема.
Она продолжала держать «покерфейс» и молчала. Однако ауру, которая медленно сочилась из нее, скрыть было невозможно.
«Да что с ней не так, почему она так боится?..»
На первый взгляд — персонаж с невероятно крутым характером.
Даже запах сигарет, исходящий от нее, только подтверждал это ощущение. Да и выражение лица, черты — всё было гораздо острее, чем у Мицуруги Суо.
Но, как оказалось, чувства человека — вещь, далекая от внешности.
Увидев ауру Акари, я вздохнул и сказал:
— Эх… ладно, я выступлю.
— …!
Чему она так удивляется? Если бы она знала, как сильно я хочу поскорее свалить из этой группы, не была бы так шокирована.
— …Ямада-сан, вы что, святой? Или просто…
Рури спросила это с таким видом, будто совершенно меня не понимает.
Какая там святость, я ответил сухо:
— Если я выступаю, значит, могу схалтурить на поиске материалов, верно?
— …Так и знала.
Ну, говорит так, будто знает меня как облупленного, но у меня были и другие мысли.
Если заставить выступать ту, кто и двух слов связать не может, я буду чувствовать себя виноватым. Посмотрите на нее: сидит с «покерфейсом», а сама всё время украдкой поглядывает на меня.
— …Спа-сибо.
— Фух.
Конечно, если честно… я просто не хотел тратить силы на сбор информации для задания первоклашек.
А выступить я смогу и без дрожи в голосе. В конце концов, все здесь — такие же первогодки, то есть, по сути, вчерашние школьники.
— ?
— Угх…
Но почему она вдруг так низко опустила голову?
— Ты что-то сказала?
— …Ничего.
Ничего она не сказала. Вроде бы что-то пробормотала, но я не разобрал.
— В любом случае, начнем.
— Да, но Ямада-сан, вам тоже нужно поискать материалы.
— Разумеется, староста.
— …И не держите телефон горизонтально.
С самого начала — сплошная несправедливость. Я ведь хотел сыграть всего одну партию.
— Вы даже не пытаетесь это скрыть…
***
— > [Значит, ты взял на себя выступление в групповом проекте]
— > [Отаку-кун… только не вздумай во время презентации заводить разговоры об аниме, ладно? (｡•̀ᴗ-)✧]
— > [Такое может вытерпеть только твоя старшая подруга (￣▽￣)b]
После математики я немного переписывался с Мицуруги Суо. Почему она упорно считает меня прожженным отаку?
<— [С чего бы мне вообще заводить разговоры об аниме?]
— > [Кто знает]
— > [Наш Отаку-кун — человек непредсказуемый… угу……]
……Это качество, скорее, в гораздо большей степени присуще тебе, Сонбэ.
Но говорить это вслух — значит нарываться на ответную шпильку, так что я решил промолчать.
— > [В любом случае, в школе произошло такое событие, должно быть весело!]
— > [Эта Мицуруги Суо уже познала всё сущее, поэтому школа кажется мне такой скучной……]
«Что она несет, второгодка, прогуливающая школу».
Поскольку она была той еще штучкой, такие слова из ее уст не казались странными. Наоборот, тот факт, что меня это забавляет, заставил меня задуматься: не разболтались ли у меня винтики в голове?
То, что она не считает меня просто «рыбкой в своем аквариуме», я понял еще после инцидента с видеозвонком.
— > [Единственное, чего я не знаю до конца — это тебя, Отаку-кун]
Я воспринимаю это как дружбу с нарушенными границами.
«Дью…»
Нет, серьезно, у меня крыша едет. Я ведь не какой-нибудь персонаж из TS-манги, так дело не пойдет…
— Эй, Джун.
— …?
Кто-то позвал меня, я отложил телефон и поднял голову.
И тут… вау, ну и сочетание, дыхание перехватило.
— Исикава, почему у тебя такое лицо?
Исикава вместе со своей троицей приспешников ворвался в мой класс. И у всех четверых глаза горели таким огнем, что стало не по себе.
— Джун. Тебе было весело во время групповой работы?
Исикава, почему от тебя так и веет жаждой убийства?
— …Нет?
Я ответил искренне, но троица тут же начала плести интриги.
— Врешь! Я видел, Исикава. У него улыбка с лица не сходила.
— Точно! Он всё время хихикал, такой коварный был!
— Тебе так понравилось быть с двумя красавицами!?
— Ребят, вы о чем вообще?
Улыбка не сходила с лица, потому что я схалтурил в телефоне. А какие там красавицы? Я чувствовал себя так, будто иду по тонкому льду.
Нет, даже не по льду, а по гололеду! В общем, я был в совершенно несправедливом положении. И никто не хотел этого понимать.
— — — Объясняйся!
Трое, кроме Исикавы, заговорили одновременно.
Объясняться… смешно требовать объяснений по такому поводу. Но, по правде говоря, в этом и есть вкус жизни обычного старшеклассника. Привилегия школьников — делать серьезное лицо из-за пустяков.
— Хорошо, попробую объяснить.
Давайте, как разумные существа, решим всё разговором. Я понимаю, почему вы злитесь. Но подумайте сами.
— Если я оказался в одной группе, что я с этого получил?
— Внимание!
— Интерес!
— Шанс!!
Троица отреагировала как пружины, я аж опешил. Ну, хотя бы назвали хорошие вещи.
— Ребята, давайте посмотрим с другой стороны.
Даже если они недалеко ушли от первобытных людей, будучи первогодками, они должны понять, если я скажу так:
— Представьте, что вместо меня в эту группу попали вы.
— О, допустим.
— И что бы вы смогли сделать?
— ………
Троица начала переглядываться. Видимо, представили себе двух красавиц и себя в одиночестве. И реакция последовала незамедлительно.
— Акари-чан… взгляд… и правда страшноват.
— Обе красивые, но, как бы сказать… тип, к которому трудно подойти.
— Кхм! Так что ты хочешь сказать?
Похоже, они начали заниматься самоанализом. Ну что, первобытные мои, что я хочу сказать?
Я пожал плечами:
— А что, по-вашему, я могу сделать?
А-а, я наравне с вами или даже выше. Поняли, наконец?
— А-а.
— О.
— Ого… Джун, ты чего? Мы всё поняли.
Исикава, слушавший рядом, скрестил руки на груди. Нет, от того, что вы так реагируете, мне как-то не по себе.
— И правда, Джун. Мы неправильно поняли.
— Прости-прости… потом купим тебе напиток.
— Мы были неправы!
Эти засранцы…
Так активно соглашаться после всего — это просто абсурд.
— Прости, мы обязательно купим тебе напиток!
— …Идите уже.
— Может, в буфет сходим?
Троица, обнявшись, как ни в чем не бывало, исчезла в сторону буфета.
Я вздохнул с облегчением, словно после бури. Но.
— …А ты чего не идешь?
Исикава остался. Что ты делаешь? Иди к Рури, заговори с ней, в конце концов.
— ……
— …?
Лицо Исикавы было мрачным. Что такое, разозлился из-за того, что я играл в игры?
— Джун.
— Чего?
Исикава долго смотрел мне прямо в глаза, а потом сказал. Очень серьезным тоном:
— В школе не снимай очки.
— ??
Что он вообще несет? Зачем мне снимать очки, он же знает, что у меня ужасное зрение.
— Серьезно.
Он говорил так серьезно, что мне стало не по себе.
— Ты чего такой серьезный? Ладно, Исикава, готовься получить «Демпси Ролл».
Я шутливо встал в боевую стойку, и Исикава выдохнул:
— …И правда, ты всё тот же Отаку Джун. Отлично! Сегодня я угощу тебя бургером.
— ???
Почему он выглядит таким успокоенным? Он сам открывает кошелек, так почему мне становится всё хуже и хуже?
— Сколько съешь? У меня подработка была, так что деньги есть. Джун, насколько ты разозлился?
Исикава напевал что-то себе под нос. Насколько я разозлился? Сейчас я очень зол. На…
— На 135 бургеров.
Примерно на 135.
— …Э? Серьезно…? Нет-нет, это слишком правдоподобная цифра, ты серьезно?!
— Серьезно.
— Ты что, используешь мои же слова против меня!?
— Я не шучу.
Я и не подозревал, что последствия групповой работы будут такими масштабными.
И всё же, пережив бурю, остаток дня прошел как обычно. Исикава купил мне бургер, а Рури не обращала на меня никакого внимания.
Меня мучил только тот факт, что сегодня понедельник.
— > [Слушай~ Отаку-кун~ Смотри~]
— > [Как тебе? (Фото одуванчика на улице)]
— > [Красиво, правда!? (o´▽`o)]
<— [Сонбэ, у вас синдром Питера Пэна]
— > [Отаку-кун, хочешь в Нетландию? Питер Пэн Суо-ним тебя туда заберет!]
<— [У вас совсем запущенный случай]
И сегодня всё сводилось к милой Сонбэ.
***
Мирная среда, утро.
Если точнее — третий урок, математика.
А если еще точнее — среда, когда мы должны были проверить, что подготовили во вторник.
И тут разразился скандал.
— Ямада-сан, можно вас на минутку?
— ……А?
Я что, спалился, что играл в телефоне под партой?
Нет, вроде бы нет…? Я всё сделал и просто отдыхал.
Акари подняла голову и посмотрела на меня.
‘…?’
К моему удивлению, от нее исходила аура, которую я видел впервые.
Цвета разных эмоций смешались, но, немного подумав, я смог кое-что угадать.
Смущение, страх, вина и… гнев?
Почему она так себя ведет? Пока я размышлял, Рури позвала меня.
— Ямада-сан.
— А, иду.
Я последовал за Рури. Мы отошли подальше по коридору и остановились возле укромной лестницы.
Рури скрестила руки на груди, глубоко вздохнула и сказала:
— …Это касается Акари-сан.
— А что с ней?
Акари ведь старалась. По крайней мере, ее аура была окрашена в цвета, означающие, что она выкладывается на полную. Поэтому я был к ней даже немного расположен. С чего вдруг зашел разговор о ней?
«Атмосфера не из приятных».
Я ждал следующей фразы, и Мицунэ Рури, закусив губу, выпалила:
— Честно говоря, от нее никакой помощи.
— ……Хм?
Это еще что значит?
— --
###