Впервые в жизни я оказалась в подобном положении, хотя всегда считала себя довольно сообразительной, пусть особой расторопностью и не отличалась, поэтому теперь никак не могла понять, в какой именно момент всё пошло наперекосяк.
Может быть, всё началось тогда, когда я опрометчиво подписала договор, или в тот момент, когда решила, что достаточно просто соблюдать правила, хотя уже знала, что попала в наполитанскую историю ужасов, а возможно, причиной всех несчастий стало то, что мне вообще не повезло попасться на глаза Эдмунду Грифиасу.
«Ладно, хватит об этом, ведь стоит мне только выбраться отсюда, и всё закончится раз и навсегда».
Я крепче прижала к груди небольшой узелок с пожитками, с которым когда-то впервые появилась в отеле, и постаралась убедить себя, что мой план действительно безупречен: когда Эдмунд снова откроет глаза, меня здесь уже не будет, а сейчас оставалось лишь выйти за эту дверь и попытаться начать совершенно новую жизнь.
«Прощай навеки, проклятый отель из наполитанской истории ужасов!»
Дождь, заморосивший ещё ранним утром, так и не прекратился, поэтому, несмотря на лето, в воздухе стоял неприятный холод.
— Решила сбежать?
— Уа-а!
От внезапно раздавшегося за спиной голоса я вздрогнула и медленно обернулась, чувствуя, как по спине пробегает мороз, хотя холодом сейчас веяло скорее не от сырой погоды, а от улыбки человека, стоявшего позади.
Невозмутимый Эдмунд выглядел настоящим посланником смерти, явившимся лично за моей душой.
— Но почему? Я ведь, кажется, во всём тебя слушался.
— Ты правда не понимаешь, почему я… То есть вы не понимаете?
— С чего вдруг такая странная вежливость?
Он вообще меня слушал?
Эдмунд лишь холодно улыбался и шаг за шагом приближался ко мне, а с каждым его движением воздух вокруг, казалось, становился всё холоднее.
— Знаешь, мне не слишком приятно, когда меня вот так избегают.
Совсем недавно я с такой решимостью распахнула дверь и вышла наружу, однако теперь стояла как вкопанная и только дрожала, не в силах заставить себя отступить хотя бы на шаг.
«Он ведь не убьёт меня только за то, что я узнала, кто он такой? Я же не нарушала никаких правил, а просто случайно наткнулась на правду!»
— Ну что, сестрёнка Венди, тебе есть что сказать?
Едва сдерживая слёзы, я подняла взгляд на Эдмунда, который уже успел подойти вплотную и остановился прямо передо мной.
Сейчас прежде всего следовало успокоиться, а дальше будь что будет, потому что главной задачей оставалось одно — выжить.
— Прости меня.
— За что именно?
— За то, что собиралась выйти, ничего тебе не сказав.
— Ты ведь собиралась сбежать.
— С чего бы мне сбегать?! Где я ещё найду такую хорошую работу?
— Тогда зачем тебе вещи?
— А это… мусор, который я как раз собиралась выбросить по дороге.
Неловко рассмеявшись, я без малейших колебаний швырнула сумку в сторону, хотя внутри лежало всё состояние, которое мне удалось скопить за это время, однако сейчас деньги волновали меня в последнюю очередь, ведь при необходимости подобрать их можно было и позже.
Эдмунд подозрительно прищурился.
— Сестрёнка…
— Д-да?
Он медленно склонился ко мне и сильной рукой обнял за плечи, а из-за заметной разницы в росте его дыхание мягко коснулось моего уха, отчего по коже снова пробежали мурашки.
— На этот раз я сделаю вид, что поверил, но больше даже не думай сбегать, потому что тогда я и сам не знаю, что с тобой сделаю.
Я невольно застыла в его объятиях.
— Ты слышишь? Я не знаю, что с тобой сделаю.
— Я… я поняла.
Из всех возможных неприятностей меня угораздило связаться с самым ненормальным человеком на свете, и теперь всё сильнее казалось, что моя жизнь окончательно загублена.
«Пожалуйста, кто-нибудь, спасите меня».
❯ ──◆─◈─◇─◈─◆── ❮
— …Эй, ты! Венди Кроуфорд!
Резкий хлопок мгновенно привёл меня в чувство, и, к счастью, это оказалась не пощёчина — кто-то всего лишь хлопнул в ладоши прямо у меня перед носом.
Очнуться-то я очнулась, однако происходящее от этого нисколько не стало понятнее, поэтому я, задрожав всем телом, невольно обхватила себя руками за плечи и только тогда заметила, насколько плачевно выгляжу.
На дворе стояла пора холодных ветров, на мне были какие-то жалкие обноски, а прямо на земле валялся узел с пожитками, из чего напрашивался единственный вывод: похоже, меня как раз сейчас откуда-то выгоняли.
«Что вообще здесь происходит?»
— Это что ещё за выражение лица?
Женщина, отчитывавшая меня, уперев руки в бока, выглядела вполне обеспеченной, поскольку была одета добротно и аккуратно, а её недовольное выражение ясно давало понять, что терпение давно подошло к концу.
— Сколько, по-твоему, я ещё должна входить в твоё положение? Я жалела тебя, потому что тебе некуда было идти, столько раз закрывала глаза на просроченную плату за жильё, но всему есть предел!
Как я и предполагала, передо мной стояла хозяйка дома, а сама я, судя по всему, была нищей постоялицей, которую решили выставить за дверь из-за постоянной неуплаты.
У-у-у…
Совершенно некстати налетевший порыв холодного ветра только сильнее напомнил, в каком ужасном положении я оказалась, хотя сейчас все остальные вопросы меркли перед одной простой проблемой — я до ужаса замёрзла.
Постаравшись придать лицу как можно более жалобное выражение, я поспешно заговорила:
— Простите, госпожа, мне очень жаль, но не могли бы вы подождать ещё немного? Я обязательно как-нибудь раздобуду деньги, поэтому очень вас прошу.
В конце концов, если я правильно понимала происходящее, то только что переселилась в чужое тело и теперь оказалась на улице, совершенно не представляя ни кто я такая, ни куда мне идти дальше.
Женщина раздражённо отмахнулась с таким видом, будто я успела надоесть ей до смерти.
— Я уже со счёта сбилась, сколько раз слышала одно и то же, но мне ведь тоже деньги с неба не падают. После обеда сюда придёт новый жилец, так что ступай!
По её тону было ясно, что решение окончательное и никакие уговоры уже не помогут, поэтому мне оставалось лишь ошеломлённо смотреть на хозяйку и пытаться принять тот факт, что меня действительно выставили на улицу сразу после того, как я каким-то образом оказалась внутри совершенно неведомого романа.
❯ ──◆─◈─◇─◈─◆── ❮
Воспоминания о жизни, которая ещё мгновение назад принадлежала совершенно другому человеку, стремительно пронеслись перед глазами, и лишь после этого я окончательно слилась с памятью хозяйки тела, наконец разобравшись хотя бы в самых основных обстоятельствах.
Меня звали Венди Кроуфорд, мне было двадцать три года, и я была круглой сиротой, у которой не осталось никого на всём белом свете, а всё имущество состояло лишь из собственного тела да небольшого узелка с пожитками.
До недавнего времени Венди старалась честно зарабатывать на жизнь, однако несколько месяцев назад стала жертвой мошенников и в конце концов докатилась до нынешнего положения, после чего никаких особенно важных воспоминаний мне так и не открылось — настолько ничем не примечательной оказалась девушка, в чьё тело я переселилась.
— Вот же влипла, так влипла…
Можно было подумать, будто в прошлой жизни я по меньшей мере родину продала, раз теперь приходилось расплачиваться настолько сурово.
— Ух, до чего же холодно…
Стоило мне окончательно осознать своё положение, как пронизывающий холод начал ощущаться ещё сильнее, однако, сколько бы ни хотелось расплакаться от жалости к себе, слёзы сейчас лишь зря отняли бы силы, тогда как в подобной ситуации куда важнее было умение чертовски быстро соображать.
Я вытащила из узелка всю одежду, которая там нашлась, натянула её на себя слоями и решила первым делом заняться самой насущной проблемой, потому что сироте без гроша в кармане, только что лишившейся крыши над головой, прежде всего требовалось найти новое пристанище.
Наверное, из-за холода улицы почти опустели, поэтому я некоторое время торопливо оглядывалась по сторонам, прежде чем заметила проходившего мимо пожилого господина и поспешила его остановить.
— Простите, пожалуйста, вы не подскажете, есть ли поблизости контора по найму?
Старик окинул меня взглядом с головы до ног, негромко цокнул языком, а затем неожиданно снял собственный шарф и аккуратно обернул его вокруг моей шеи.
— Ой…
От такой внезапной доброты я растерялась и неловко замерла, а пожилой мужчина тем временем добродушно пояснил:
— В такую погоду с неприкрытой шеей недолго и простудиться. Контора по найму здесь есть: иди всё время прямо по этой улице, а на развилке поверни направо.
— Но ваш шарф…
— Считай, что это подарок по случаю устройства на работу.
Вообще-то я ещё никуда не устроилась и, если уж говорить откровенно, даже не знала, получится ли это сделать, однако отказываться от проявленной ко мне доброты всё равно не было причин.
— Спасибо вам, дедушка! Я обязательно найду работу!
Старик лишь добродушно улыбнулся и пошёл дальше, а я, чтобы не забыть дорогу, несколько раз мысленно повторила его указания: всё время прямо, а потом на развилке направо.
— Кхм…
Плотнее завязав подаренный шарф, я двинулась в путь и, к счастью, довольно быстро добралась до нужного места.
Убедившись, что на старой вывеске действительно написано «Контора по найму Бруки», я осторожно открыла деревянную дверь и вошла внутрь.
— Здесь кто-нибудь есть?
В моём положении привередничать или церемониться не приходилось, поэтому я сразу принялась звать хозяев, даже не успев как следует осмотреться.
— Здесь совсем никого нет?
Помещение было не настолько большим, чтобы мой голос могли попросту не услышать, однако в ответ по-прежнему стояла тишина, поэтому я решила позвать ещё громче.
— Эй, отзовитесь кто-нибудь!
— Да-да, уже иду!
Стоило мне повысить голос, как из глубины конторы донёсся какой-то грохот, после чего оттуда наконец выскочил мужчина, который, скорее всего, и был хозяином заведения Брукой — добродушный на вид человек средних лет с круглым выпирающим животом.
— Добро пожаловать! Ох, я так заработался, что даже не заметил, как вы вошли.
Ага, конечно, заработался он — прежде чем врать, мог бы хотя бы пригладить воронье гнездо на голове.
Поправив сползшие очки в роговой оправе, мужчина внимательно посмотрел на меня и спросил:
— Вы ищете работу?
— Да, ищу.
— А послужной список у вас есть?
— Если у вас найдётся бланк, я могла бы заполнить его прямо здесь?
— Подождите минутку, где-то тут у меня были бумаги… А, вот они!
Он протянул мне лист и ручку, после чего я без лишних церемоний опустила узелок на пол, села на ближайший стул и принялась заполнять бланк, хотя писать там, откровенно говоря, было почти нечего, да и сам документ оказался совсем простым.
— Ай-ай, нигде-то вы надолго не задерживались…
Прежняя хозяйка этого тела, Венди Кроуфорд, в основном перебивалась всякой чёрной работой, однако подолгу ни на одном месте не оставалась, поэтому сколько-нибудь полезного опыта у неё, по сути, не имелось.
— С таким послужным списком будет непросто подыскать что-нибудь с приличными условиями.
— Простите, можно ещё кое-что уточнить?
— Да, конечно.
— Мне бы хотелось найти место с проживанием и питанием, причём, если возможно, приступить к работе сразу же.
— Проживание и питание обычно предоставляют служанкам в знатных домах, но с вашим опытом сразу туда не попасть, да и сама процедура найма довольно хлопотная.
— Неужели совсем ничего нельзя сделать?
Я жалобно свела брови, стараясь вызвать у Бруки хотя бы немного сочувствия.
— С проживанием и питанием… Где же у нас такое… А!
Брука, до этого пристально разглядывавший мой почти пустой послужной список, внезапно открыл один из ящиков и принялся торопливо в нём рыться, а затем вытащил какой-то листок и победно помахал им в воздухе.
— Есть, нашлось у меня одно такое место!
— Неужели правда? Я готова на что угодно, лишь бы не тяжёлый физический труд!
— К счастью, ничего особенно тяжёлого делать не придётся, да и опыта или какой-то специальной квалификации там не требуют, а годовое жалованье при этом вполне приличное.
Всё-таки не зря говорят, что выход можно найти почти из любого положения.
И всё же в этом предложении сразу почувствовалось что-то странное: жильё предоставляют, кормят, платят приличное годовое жалованье, но при этом не требуют ни опыта, ни квалификации.
— Кстати, отдельного собеседования тоже не будет, потому что подбор работника целиком доверили мне.
После этих слов подозрение лишь усилилось.
Настолько выгодное место, на которое можно попасть даже без собеседования, почему-то до сих пор оставалось свободным, и теперь всё это выглядело ещё более неправдоподобно.