Друг, о друг, поэтому руны, о руны

Нижняя часть Замка Грозовой Завесы, ночь

Получив серьёзные увечья от Рожера, Изъязвлённый Древесный Дух начал пригибаться и кричать, заряжая себя золотым светом. Одновременно с зарядкой на полу начали появляться небольшие области, которые спустя мгновения превращались в столбы света. Спустя пару секунд Дух произвёл большой взрыв. К счастью, Рожера эта атака не задела, ибо с помощью Завесы Мириам он успел увеличить расстояние с этой тварью. И пока Дух не пришёл в себя от недавней атаки, Рожер начал заряжать свою финальную атаку - "Большой лук Лоретты".

В тот самый момент, когда Дух пришёл в себя и взглядом нашёл Рожера, чародей тут же выпустил свою магическую стрелу прямо в его голову. Силы удара хватило, чтобы снести пол головы. Закричав от боли, Дух свалился оземь. Рожер многих тварей повидал на своём веку, а потому не стал его оставлять, и зарядил ещё одну стрелу в раненую часть головы. Эта атака полностью разорвала башку Духа на части, и спустя мгновение из его тела направился поток рун в грудь Рожера. Древесный дух окончательно был повержен.

— Фух, было непросто. — Рожер облегчённо выдохнул. Подняв свой взор к небесам, он заметил, что уже была ночь.

— Стоит поторопиться, чтобы не заставлять Нефели ждать.

Пройдя дальше по пути, который Рожеру преградил Дух, он нашёл то, что так долго искал. Перед его взором предстал лик древнего ужаса - лицо первого павшего полубога, проросшее из земли в кошмарной симметрии. Это не просто изваяние, но живое воплощение лица первого, кто стал жить в Смерти. Наполнив свои глаза концентрацией, Рожер увидел, что вокруг этого ужасного лика витают мелкие частицы самой Смерти. Если надышаться местным воздухом, то конец тебя ждёт незавидный.

Помня, что наверху его ждут, Рожер подавил свой интерес. Он нашёл то, что искал, и как только он сдержит своё слово, то вернётся сюда, чтобы лучше исследовать лик мёртвого полубога. Но в последний раз осмотрев столь ужасное лицо, Рожер заметил, что в одной части лика Принца Смерти проросла некая пустула. На вид, совсем "свежая", если порождение Смерти вообще можно назвать чем-то свежим. Вновь наполнив свои глаза концентрацией, Рожер заметил, что в этой пустуле находится плотная концентрация энергии Смерти. Скорее всего, со временем она сойдёт на нет, и Рожер потеряет столь важный для него экземпляр, который может помочь ему лучше понять суть Смерти.

— ...Ну, от одной пустулы ведь трагедии не случится. — Сказал Рожер, и, задержав дыхание, приблизился к лику. Это слишком ценный экземпляр, и лучше его забрать сейчас, ибо потом с этой пустулой может случиться всякое. Сотворив из чар Карианский резак, Рожер аккуратно вырезал пустулу из лица. Когда Рожер наконец-то закончил и завернул пустулу в ткань, то он тут же заметил, что лицо начало пульсировать вместе с корнями, что шли от него. Почуяв неладное, Рожер поспешил удалиться. Увы, в попытке побега он случайно наступил на один прорастающий из лица корень. Словно хищное растение Каэлида, упоминания о котором осталось лишь в старых трактатах и записях, этот корень тут же схватил Рожера.

Рожер тут же попытался сотворить Завесу Мириам, но Смерть всегда настигает свою жертву.В следующий же момент, прямо из-под земли, нижнюю часть тела Рожера пронзил шип, напитанный Смертью. Рожер тут же начал чувствовать, как Смерть начала просачиваться в его нижнюю часть тела. Перед тем, как Смерть начала добираться до верхней части тела, Рожер всё же успел сотворить свою Завесу Мириам, и телепортировался как можно дальше от этого проклятого лика.

Нижняя часть тела Рожера была сильно повреждена Смертью, что успела его осквернить. Валяясь на земле, Рожер корчился от боли, не понимая, что ему делать. В такой ситуации счёт идёт на минуты, если не секунды. Вспомнив один чародейский обряд, Рожер тут же попытался притворить его в жизнь. С помощью концентрации он начал выделять ту часть тела, что была поражена Смертью. Как только Рожер смог нащупать свой последний нерв, то он тут же провёл обряд, что полностью ограничил нижнюю часть тела с верхней. Теперь никакая зараза из нижней части тела не сможет достигнуть его сердца... только если это не Смерть.

Увы, своим обрядом Рожер смог отсрочить свою кончину, но дай богиня Марика лишь на пару недель. Обряд был не идеальным, и Смерть из нижней части тела рано или поздно прорвётся в оставшуюся половину. Так как Рожер буквально сделал свою нижнюю часть тела недееспособной, то больше он не сможет нормально двигаться.

— Ха. Ха-ха-ха. Какой же я идиот... — Рожер облажался. Его жадность и мания учёного сыграли с ним злую шутку. Рожер потратил большую часть своей концентрации, чтобы провести тот обряд, но увы, это лишь отсрочило неизбежное. Ему теперь даже на Снаряд камня концентрации не хватит. Ему в целом больше ни на что не хватит концентрации и он уже никогда не сотворит какую-либо магию, ибо Смерть смогла задеть его источник. Для такого чародея, как Рожер, это равносильно настоящей смерти. Смерть в нижней части тела уже начала пожирать оставленную Рожером плоть. Она начала довольно быстро гнить.

— Какой ужас... — Промолвил Рожер.

От его нижней части тела уже начал сочиться зловонный запах мертвечины, привлекая местных крыс, которых Рожер на пути к лику решил не трогать. Завидев беззащитного чародея, крысы-переростки тут же потёрли своими лапкам и медленно начали приближаться к полутрупу.

— Так вот каким будет мой конец... — Рожер лишь мог смириться со своей судьбой. Заживо быть сожранным крысами. Его любопытство его же и погубило.

Закрыв глаза и стиснув зубы, Рожер уже готовился к той боли, что будет его ждать. Может, ему просто убить себя, чтобы не мучаться? К сожалению для него, у судьбы были на Рожера ещё планы, а потому свою Смерть он встретит гораздо позднее. Рожер услышал, как кто-то начал резать крыс налево и направо. Самой большой крысе мечник и вовсе пронзил голову. Смотря в сторону мясорубки, Рожер тут же узнал того, кто спас его от столь мучительной смерти. Тот, с кем некогда Рожер делил еду и крышу над головой. Тот, кому он не раз прикрывал спину, а он его. Ди. Как только охотник на крыс закончил с последней, то он тут же посмотрел на Рожера.

— Ха-ха! Не думал, что из всех людей в этом мире меня спасёшь именно ты... — Пусть их мировоззрения сильно отличались и пути их давно разошлись из-за разногласий, Рожер всё равно был рад видеть старого друга.

Ди лишь молча окинул взглядом нижнюю часть тела Рожера, что была смертью, а потом перевёл взгляд на лик мёртвого полубога. Спустя секунд десять Ди снова перевёл взгляд на Рожера и заговорил:

— Что же, ты добился чего хотел?

— Увы... — Покачал головой Рожер.

— Этого и стоило ожидать. Сколько раз я тебе говорил, что игры со Смертью до добра тебя не доведут. Посмотри теперь на себя. — Ди продолжал упрекать Рожера, приближаясь к нему. Подойдя к Рожеру, Ди присел и начал молиться. Сначала он сотворил молитву "Литания истинной смерти" на его нижнюю часть тела, в попытках избавить Рожера от заразы. Затем он сотворил лечащую молитву, чтобы уже начавшая гнить плоть восстановилась.

— Спасибо большое Ди, но увы, меня уже ничего не спасёт. — С горечью в голосе говорил Рожер.

Ди лишь молча встал и смотрел на Рожера какое-то время.

— Душераздирающее зрелище. Такая судьба ждёт всех, кто водится с живыми покойниками. Эта скверна разъест тебя изнутри, высосет из тебя все твои соки. Бесславный конец для столь грозного чародея, что помешался на Смерти. — Ди присел на колени и закинул Рожера себе на плечи.

— Тебе не обязательно-

— Тебе уже ничего не поможет. Будешь доживать остатки своих дней в Крепости. Это всяко лучше, чем быть съеденным крысами. — Перебил Рожера Ди, неся его к ближайшей благодати.

Рожер ничего не ответил, лишь доверился своему старому другу. Ему и правда больше ничего не остаётся, кроме как считать дни до своей кончины. Но он не мог ничего не сказать Ди.

— Спасибо.

Ди молча шёл вперёд, и Рожер больше и слова не проронил. Ему было очень жаль, что он не сможет помочь Нефели в её битве. Стоит её хотя бы предупредить.

— Слушай, а зачем ты вообще пришёл сюда? Тоже из-за слухов?

— Да.

— И что ты собираешься делать с тем ликом?

— Ничего. С этим я ничего не могу сделать.

— И не пытайся. Иначе кончишь как я.

— Я не глупец, в отличии от тебя.

— ...Слушай, Ди. У меня есть к тебе просьба.

— Того, что я тащу твою шкуру, тебе уже мало?

— Ничего сложного и опасного. Я прибыл вместе с Нефели в Замок и пообещал ей помочь сразить Годрика, как закончу со своими делами. Увы, сейчас я ничего не могу, даже ходить. Можешь найти её и сказать, что я не смогу оказать ей свою помощь?

Ди сначала молчал, а потом ответил:

— Я тоже не один прибыл в Замок. Один чародей, что разделяет твои взгляды, тоже прибыл за Руной Годрика. Молись, чтобы эти двоё пересеклись.

— Чародей с моими же взглядами? — Удивился Рожер. В Междуземье было не так много людей, что интересовались Смертью, и ещё меньше было тех, кто хотел бы даровать мертвецам настоящий покой.

— Именно. Как чародей он тебе и в подмётки не годится, но явно смышлёней тебя.

— Ха-ха. Даже стало интересно, кто этот чародей такой...

— Если выживет, то узнаешь.

Рожер ничего не ответил. Остатки сознания покинули его и он уснул. Ди принял ситуацию и продолжил медленно двигаться к благодати.

... ... ...

Замок Грозовой Завесы, немногим ранее

Гостинную Замка караулил один Рыцарь-изгнанник. Он уже слышал о том, что в Замок проникла пара нарушителей, и так как эта гостинная была важным проходимым местом, то он стал сторожить её. Вновь и вновь наворачивая круги, рыцарь решил сделать небольшую передышку, всё ещё оставаясь начеку. Осматривая гостиницу, он кинул взор на сундук с одним сокровищем из столицы - ложную вуаль. Что она делала здесь? Точнее, зачем она тут нужна была? Если верить слухам, то Годрик выкрал эту вуаль, когда бежал из столицы. Её также называют "Шалостью Марики". Интересно, какие шалости могла вытворять настоящая боги-

*ЛЯЗГ* *ХРУСТ*

В следующий же момент голову рыцаря пронзило магическое копье. Копьё ударило в стальную кирасу с сухим лязгом - словно кузнец ударил по наковальне. На миг броня сопротивлялась, но остриё прорвало её с глухим хрустом, будто ломали панцирь огромного краба. Череп не лопнул - он хрустнул, как переспелый гранат под сапожным каблуком. Тупой, мокрый звук, короткий и безжалостный. Остриё вошло в мозг с булькающим шорохом, будто провалилось в густую грязь. Пару мгновений рыцарь болтыхался, и после с грохотом свалился оземь, а из его уже бездыханного тела вылетели руны в сторону незримого убийцы.

... ... ...

— Скрывающая вуаль - имба! — Вскрикнул я, убив очередного рыцаря на нашем пути.

В гостинную, что недавно патрулировал рыцарь-изгнанник, вошёл Ди. Окинув взглядом тело рыцаря он сказал:

— Ты точно не из Чёрных Ножей?

— Был бы я из Ножей, то мне бы твоя помощь не нужна была.

Ди ничего не ответил. Я же подобрал ложную вуаль и кинул её Ди. Он поймал её и поинтересовался, что это за артефакт. Как он сразу понял, что эта вуаль необычная? Ну, опыт у него довольно богатый. Я сказал ему, что эта вуаль помогает слиться с местностью, стоил лишь накинуть её на себя и влить концентрацию. Ди последовал моим словам, и, накинув вуаль, через секунду, покрывшись слабым светом, он превратился в дорого выглядящий стул, что под стать местному интерьеру. Спустя пару секунд уже стул покрылся ярким светом и передо мной вновь оказался Ди, державший вуаль в своих руках.

— Неплохо.

— Если нужно, то бери. Мне скрывающей вуали хватит.

Вуаль Чёрных Ножей до сих пор меня радует. Пусть она и выглядит слегка потрёпанной временем, но свою функцию выполняет исправно. На пути в Замок нам встретился Госток. Я думал, что лучше будет убить его, ибо мне неизвестно, что он будет творить, обретя настоящее сознание. Но, поговорив с ним, я узнал кое-что интересное. Оказывается, мы с Ди не первые, кто ворвался в Замок. Сегодня днём в Замок уже проникла пара погасших - воительница и чародей. Я сразу понял, о ком он говорил. Это значит, что эти двое нам должны были проложить безопасный путь внутрь Замка.

Решив, что Госток в такой ситуации мало чем сможет нагадить нам, я решил его не трогать. Вместе с Ди мы начали двигаться по обходному пути, пытаясь проникнуть в Замок. Так как те двое там успели пошуметь, то, видимо, охраны будет гораздо больше, чем в игре. Но, на удивление, на пути нам не встретился ни один из людей Годрика. Лишь простолюдины, что шарахались, стоило нам лишь показаться. Хоть какое-то веселье началось уже на территории Замка. Стражи там уже было побольше.

Тут-то и проявила себя ранее подобранная мною вуаль Ножей. По тихому подходя и делая один удар Карианским копьем в голову врагов, мы продвигались всё дальше и дальше. Попав на второй этаж помещения, в котором ходил Приращённый Отпрыск, мы с Ди придумали план по его быстрому убийству. Ничего сверхгениального - из вуали я начал творить Снаряд камня, и когда Отпрыск начал идти в мою сторону, на него сверху прыгнул Ди и вонзил в него меч. На этом он не остановился, и внутрь его тела использовал свой "Священный клинок". Я же выстрелил Снарядом прямо в голову Отпрыска. В следующий же момент он упал, а его руны поровну разделились между мной и Ди. Я думал, что руны получает тот, кто нанесёт последний удар.

Пусть Отпрыска мы и убили, но на этот шум сбежалась большая часть стражи, от которой мы начали отбиваться. Ди был в авангарде, а я прикрывал его сзади. Ди очень хорошо дрался, и никому не давал приблизиться ко мне. Единственная сложность была в количестве противников, а потому я решил призвать прах странствующих вельмож, чтобы они отвлекали избыток врагов. Далее шла долгая битва с толпой людей Годрика. Руны так и стекались к нашим с Ди грудям.

Если я видел, что кто-то издалека заряжал арбалет, то я тут же пробивал ему голову одним из мечей Фаланги. Ди мастерски расправлялся с каждым воином, что сближался с ним. Это было так просто и монотонно, что я даже успел задуматься - а почему Ди вообще так старается? Он здесь ради лица Годвина, но почему он просто не пойдёт своим путём и помогает мне? Он даже согласился дождаться ночи, чтобы выдвинуться. Либо им движут рациональные мотивы, ибо вдвоём как-никак легче, либо я слишком плохо знаю Ди как персонажа.

Закончив со смешной нарезкой стражи, мы продолжили двигаться. По пути я успел забрать куколку, что надо будет отдать Родерике. И боже мой, от вони и количества тел, среди которых и завалялась столь желанная мною куколка, я выблевал весь свой ужин. Не знаю, какую молитву использовал Ди, но мне определённо стало легче после его помощи. И вот мы здесь - забрали ложную вуаль.

Закончив дела в этой части Замка, нам предстоит прорваться через большую часть армии Годрика, что сосредоточена во внутреннем дворе. Как они не сбежались на наш шум мне... понятно. Во внутреннем дворе почти никого не было. Из тех, кого мы смогли приметить, - конь Стража Древа, что стоял на привязи, да спящее беспробудным сном Знамение. Неужели это связано с тем, что многие ищут Нефели с Рожером и уже успели пасть от их рук? Или мы всех перебили, пока были в здании? Если да, то их было как-то... маловато. Ну, нам же лучше. Ди обернулся вуалью и превратился в каменный кирпич, я же тихо двигался под скрывающей вуалью, становясь невидимым для противников.

Мы встретили на нашем пути Знамение. Это было определённо хорошо, ибо он дрых без задних ног, а потому получилось усыпить его навечно. Честно, сложнее было на входе в Замок, чем внутри него. С чем это связано, мне, опять же, не понятно. То ли из-за того, что много воинов было на плачущем полуострове, то ли от того, что Нефели с Рожером успели тут порезвиться. А может, всё сразу.

Дойдя до благодати что находится в покоях у подъемника, мы решили устроить короткую передышку. Смотря на благодать, Ди заговорил:

— Удивительный ты человек...

— В каком смысле? — Удивился я.

— Знаешь какие испытания нас ждут, какие сокровища где находятся, расположение врагов. Ты в целом очень хорошо знаешь, как устроен Замок внутри. Уж не знаю, откуда тебе всё это ведомо, но ты явно знаешь об этом месте больше, чем другие погасшие. Неужели до лишения благодати ты служил Годрику, и сейчас лишь жаждешь мести?

— Не-е-е, я ни с каким полубогом не связан. Я обычный мерзавец, каких поискать. А то, что я так хорошо знаю местность... ну, это всё видения благодати. — Надеюсь, он примет это оправдание.

Ди молча продолжал смотреть на благодать, а потом вновь заговорил:

— Скажи, как долго ты готовился к этому походу? — Ди взглянул мне в глаза.

— ...Полторы тысячи часов. — Именно столько я и наиграл в Elden Ring. Мог бы и больше, не будь у меня остатков личной жизни...

Эх, Ди... Ну зачем ты мне напомнил о доме..? Столько дней подряд я избегал мыслей о нём, и вот сейчас... Смотря на благодать, мыслями я перенёсся далеко в прошлое. Вспоминал все те счастливые моменты, что случились со мной. Да, было много неприятных событий, как и у всех людей, но ярких красок явно было больше. Лишь последние пару лет моя жизнь была серой и безрадостной, но не было в ней ничего такого, что заставляло её ненавидеть. То была лишь чёрная полоса, преодолев которую, началась бы светлая, нужно просто её дождаться... Меня вновь начал охватывать страх, которого я так старался избегать. Страх того, что я не смогу преодолеть трудности, что потерплю неудачу и умру, а значит, больше никогда не увижу дорогих мне людей...

Ди вытащил меня из панического припадка:

— Пора в путь. Твои особые видения благодати, случаем, не могут указать, где находится реликвия Принца Смерти?

Ну да, он ведь изначально прибыл сюда с той же целью, с которой прибыл и Рожер. Это было необычно, ибо в игре Ди после встречи с игроком попадал в Крепость, где и проводил всё своё время, вплоть до начала новой стадии сюжетной линии Фии. Интересно, откуда он вообще о лике Годвина узнал?

— А, да, конечно. Прямо за той дверью. — Сказал я, подбородком указывая за спину Ди.

Тот обернулся и, увидев дверь, подошёл к ней и закономерно попытался её открыть. Но увы, с это стороны нельзя открыть.

— Думается мне, что нужно будет сделать крюк и обойти, открыть получится лишь изну... — Я не успел договорить.

Ди, не желая терять время, со всей силы ударил ногой дверь и выбил её, отправив в полёт. Проход был открыт.

— Ну... или так можно...

Почему я не мог так сделать в игре?! Моей силы в значении [70] было слишком мало или что?!

— Она точно там? — Спрашивал меня Ди.

— Должна быть. Спускайся в самый низ, там ты найдёшь ту реликвию.

Ди не двигался, а продолжал смотреть на меня.

— Что?

— Ты не пойдёшь?

— Зачем? Мне там делать нечего.

— Разве ты не за то, чтобы искать лекарство для живых мертвецов?

— А когда был? Я лишь высказал предпочтение. Сама тема Смерти от меня далёка.

— ...Ясно. Тогда ты пойдёшь за Годриком?

— Да. Изначально за ним я сюда и пришёл. Не хочешь оказать мне помощь?

— Если ты готов меня дождаться.

— Увы, время не на нашей стороне. Неизвестно, когда вернётся основная часть войск и когда остальной Замок решит сюда подтянуться. Если успеешь зайти на огонёк, то буду рад.

— Посмотрим. — Ди не стал прощаться, а лишь зашёл внутрь и направился к лику Годвина. Если так подумать, то он мне не предлагал пойти на услужение к Гурранку. Либо он сделает это позже, либо вообще не сделает, ибо я уже выбрал свою позицию, что шла в разрез с его.

Посмотрев в дверной проём пару секунд, я сказал:

— Мелина. Все руны в усиление магии и немного в запасы концентрации.

Мелина тут же явилась из воздуха и протянула мне свою руку. Потратив большое количество рун, что я скопил во время прогулки по Замку, на моё усиление, Мелина не стала сразу растворяться, а спросила.:

— Ты готов?

— Честно? Мне страшно.

— Бояться нормально. Главное - не позволяй страху возобладать над тобой. Годрик - самый слабый из всех полубогов. Если сможешь объединиться с той воительницей и чародеем, то вы сможете сразить приращённого.

— Осталось хотя-бы одного из них найти. — На моём лице появилась кривая ухмылка.

— Айрон... — Мелина смотрела на меня своим единственным взглядом. Её лицо, как обычно, ничего не выражало, но от следующих её слов мне почему-то стало легко на душе:

— Я верю в тебя, и хочу продолжать верить. Пожалуйста, обрети власть над Кольцом. Ради всех нас.

Кто-же так воодушевляет своего избранника-то? Тем не менее, я не смог сдержать ухмылки.

— Конечно. — Сказал я, излучая уверенность.

Мелина лишь кивнула головой и растворилась в воздухе. Я же в свою очередь направился прямо к Годрику, укрывшись вуалью. По пути нужно будет взять семечко и найти Нефели. Надеюсь, мне удастся найти её в привычном месте.