Лучший способ избавиться от гложущего любопытства – это появление другой напасти, способной разжечь интерес еще сильнее.
В этот самый момент мне позвонила Цзинь Линъэр.
Я сбросил вызов и положил телефон на стол, намеренно оставив экран мигать перед глазами Ду Лэ.
Тот незамедлительно прекратил топать ногами, его глаза загорелись, и он принялся меня подгонять: ─ Чего не берешь? Отвечай давай, неужто у Цайвэнь какие-то новости?
Под настойчивым давлением Ду Лэ я неторопливо взял трубку.
В ту же секунду расторопный Ду Лэ зажал кнопку громкой связи.
Я с улыбкой покосился на него и произнес: ─ Цзинь Линъэр, слушаю тебя.
─ Цайвэнь тут сосватала мне кавалера, говорит, на свидание зовут. Мне как-то тревожно, вот и решила у тебя спросить совета, ─ зачастила она.
Я многозначительно посмотрел на Ду Лэ, а тот лишь виновато захихикал.
Я-то сразу понял, чьих это рук дело – без этого балабола не обошлось.
Впрочем, ничего умного из его уст прозвучать и не могло.
Загнув палец, я изрек: ─ Если особых иллюзий не питать, то сходить и расширить кругозор вполне можно.
─ А? Не поняла, ─ в некоторых вопросах Цзинь Линъэр ничуть не уступала в наивности Ду Лэ.
─ В смысле, ничего путного не выйдет, но и опасности нет. ─ И зачем только заставлять меня говорить такие вещи прямым текстом?
Ду Лэ сидел рядом, зажав рот ладонью, чтобы не расхохотаться в голос.
Положив трубку, я заметил Сунь Цижую: ─ С умными людьми общаться – мозги ломать, с наивными – язык трепать.
Сунь Цижуй лишь добродушно усмехнулся, а Ду Лэ насупился: ─ Ты это сейчас про Цзинь Линъэр или про меня? ─ Здорово, что у тебя хватает ума улавливать такие многослойные смыслы! ─ рассмеялся я.
─ Ты меня сейчас… хвалишь? ─ засомневался Ду Лэ. ─ Только оттенок какой-то странный.
Эти американские горки его интеллекта неизменно служили для нас источником радости.
Немного поскандалив, я поднялся, собираясь домой.
Но Ду Лэ вцепился в меня мертвой хваткой: ─ Посиди еще! Глядишь, Линъэр освободится и выдаст нам какую-нибудь умопомрачительную историю! Побудь еще!
Мы действительно давненько не собирались вместе, а Сунь Цижуй тоже не выказывал признаков спешки, так что я послушно вернулся на место.
Не успел я усесться, как телефон трезвонзнул снова – это была Цзинь Линъэр.
Так быстро?!
Мы с Ду Лэ переглянулись: свидание окончилось через несколько минут после начала?!
Воспользовавшись тем, что я на секунду растерялся, Ду Лэ перехватил трубку: ─ Линъэр, это Ду Лэ! Ты к Саньхэ намылилась? ─ и сразу включил громкую связь.
─ Ой, вы что, вместе? Да я особо по делу, просто встретила одного психопата, выговориться некому, иначе уснуть от злости не смогу, ─ сдерживая ярость, выпалила она.
─ Чего так? Свидание уже того? ─ поинтересовался я.
─ Тьфу! Предупреждать надо было нормально, я бы ни за что вниз не спустилась! ─ обрушила она гнев на мою голову.
Я: ─ ?!
Я в полном недоумении посмотрел на Ду Лэ и Сунь Цижуя: неужто мои слова прозвучали недостаточно ясно?
Вспылившая Цзинь Линъэр пояснила: ─ Приперся какой-то дед на драндулете, воображает из себя невесть что, пуп земли нашлся, подумаешь, богатей! Бесит до жути!
─ Странно. Коль он так самоуверен, на то ведь должна быть хоть малейшая причина, нет? Что за тачку он пригнал? ─ любопытствовало во мне все живое.
─ Да откуда я знаю марки машин! ─ возмутилась она.
─ А эмблема какая? ─ спросил я.
─ Круг такой, а в нем три тонюсеньких палочки торчат! ─ с раздражением бросила она.
Сунь Цижуй, который до этого момента хранил молчание и безмятежно потягивал колу, услышав про «три тонюсенькие палочки», едва не подавился.
Интересно, что чувствуют создатели «Мерседеса», слушая подобные описания?
─ Разве я не просил тебя не питать иллюзий? ─ напомнил я.
Цзинь Линъэр опешила.
Спустя пару мгновений, опомнившись от обиды, она взвилась: ─ Ван Саньхэ! Почему у тебя вечно получается так бесить людей!
─ Ха-ха-ха, если бы я запретил тебе спускаться, разве смогла бы ты воочию убедиться, насколько разностороннен этот мир? ─ я искренне желал, чтобы без угрозы для собственной психики она взглянула на многообразие жизни под разными углами.
─ Да ты просто не видел этого деда! ─ взвыла от злости она.
─ Раз тебя так расколошматило, мы уже мысленно представили эту картину. Линъэр, не кипятись, ну их, в другой раз никуда не пойдем, ─ поспешил успокоить ее Ду Лэ.
─ Какой еще другой раз?! Боюсь, теперь при одном слове «бойфренд» меня будет выворачивать наизнанку. Как эта сморщенная рожа вообще посмела назваться парнем?! ─ голос девушки срывался на визг.
Хоть это и некрасиво с нашей стороны, но удержаться от дружного хохота мы втроем не смогли.
─ Все мужики сволочи! ─ Цзинь Линъэр в гневе перешла на огульные обвинения.
─ А вот и нет! ─ взялся наставлять ее я. ─ Тот дед – не наш кандидат, так что ругай лучше сваху. Раз уж на то пошло, это бабы все бессовестные, особенно красотки!
Цзинь Линъэр окончательно запуталась в моих логических кружевах.
Ду Лэ украдкой показал мне большой палец и тут же включился: ─ Линъэр, ты рассуждай шире: мы-то с парнями тоже чьи-то будущие бойфренды, нас тоже так называть будут. Ты вспомни нас троих, неужто от этих слов прямо-таки тошнотворно? ─ И Сунь Цижуй поспешил внести свою лепту: ─ К тому же, Линъэр, ты теперь знаешь, как выглядит эмблема «Мерседеса». Как ни крути, а просветилась на счет новой автомобильной марки, польза какая-никакая, а есть. Мы дружно принялись ее успокаивать, и гнев Цзинь Линъэр быстро сменился на милость: ─ Так этот драндулет и есть «Мерседес»? Я слышала поговорку, что лучше плакать в мерседесе, чем смеяться в автобусе, а на деле пшик какой-то. В следующий раз буду заглядываться на тех, кто на «БМВ» ездит.
─ Вот-вот, не стоит из-за одной паршивой овцы ставить крест на всем, нормальные варианты еще встретятся, ─ наперебой зачастили мы.