Давайте немного отмотаем назад.
Всё случилось сразу после того, как Руину вывернуло наизнанку прямо перед станцией.
— Господи. Девушка-то совсем в стельку.
— Парень рядом — это её ухажер? Да-а, не завидую я ему, нелегкая ночка предстоит.
Слова случайных прохожих, ставших свидетелями этой сцены, отчетливо врезались мне в уши.
Но мне было плевать на пересуды, ведь в мой адрес не летели проклятия.
Куда больше меня беспокоило состояние самой Руины.
— Ты как, в порядке?
— … … … … Ик.
Похоже, ни черта она не в порядке.
Я поспешно подхватил её под руку и отвел в пустой переулок неподалеку от станции.
— У-у… Бе-э-э.
Стоило нам зайти в спасительную тень подворотни, как Руина внезапно вырвалась и рухнула на колени прямо в углу.
Переулок вновь наполнился мучительными звуками, сопровождающими сильное опьянение.
— Прости… Прости меня… Мне так жаль…
Руина, которую продолжало рвать прямо на асфальт, всхлипывала и без конца извинялась.
Сняв свой пиджак, который уже был безнадежно испорчен наполовину.
Я принялся осторожно поглаживать её по спине.
— Не забивай голову. Всё правда хорошо.
— У-у… Ик… Бе-э-э!!?
После этого Руину скрутило в болезненном спазме еще несколько раз.
Напиться до такого состояния…
Впрочем, я её понимал.
Ведь стоило произойти тому инциденту, как все её мысли наверняка были заняты лишь тем, как с этим справиться.
«Если подумать, агенты всё равно получили сигнал, стоило мне выйти наружу».
Бессмысленно корить себя за то, что уже случилось.
А Руина, должно быть, просто заливала этот стресс стаканами, которые ей подносили коллеги.
— Но вернуться домой в таком виде будет непросто…
Моему пиджаку уже можно было выносить смертный приговор.
Хотя рубашка и пиджак приняли основной удар на себя, я понимал: в таком состоянии соваться в общественный транспорт — затея гиблая.
— Хорошо хоть, что Руина сама не запачкалась…
Неужели она умудрилась выплеснуть всё так, чтобы я принял удар на себя?
Прелестное многослойное платье Руины чудесным образом осталось девственно чистым.
В любом случае.
Если бы я только знал, как привести одежду в порядок, мы бы дотянули до дома.
Но задачка оказалась со звездочкой.
Время перевалило за девять, все магазины одежды закрыты.
К тому же неизвестно, когда возобновит работу метро.
— Твою же…
К горлу невольно подступила кислая горечь.
Ситуация была патовая, и мне ничего не оставалось, кроме как использовать свой второй «шанс агента».
— Ха-а. Ну и денек сегодня, одни проблемы.
Вздохнув, я набрал номер тимлида Ли Тхэсока.
— … … … … А?
Но ответа не последовало.
Столкнувшись с таким впервые, я на мгновение растерялся.
Я отнял трубку от уха, проверил экран и снова приложил её к голове.
Но в ответ слышались лишь длинные гудки, уходящие в пустоту.
— В чем дело? Номер-то точно Ли Тхэсока.
Хоть мне и не очень хотелось, я добавил этот номер в «избранное».
Ошибиться я никак не мог.
— Вот же незадача…
Руина всё еще стояла на коленях, ведя тяжелую борьбу с самой собой.
Ли Тхэсок, единственная ниточка, связывающая нас с агентами, не берет трубку.
— Как бы не хотелось беспокоить людей, придется ловить такси и объяснять ситуацию водителю…
Вариант паршивый, но в данных обстоятельствах, пожалуй, лучший.
Я уже собирался подойти к Руине, чтобы проверить, как она.
*Пи-пи-ли…*
Запоздалая восьмибитная мелодия.
Классический рингтон, установленный специально на вызовы от тимлида Ли Тхэсока.
— Алло?
Тут же последовал обратный звонок.
< Прошу прощения, Дрессировщик-герой. >
Голос Ли Тхэсока, сдобренный тяжелым вздохом, раздался в трубке.
Едва начав разговор, он сразу извинился.
И это сам тимлид Ли Тхэсок?
— Ч-что случилось?
< Да пустяки. Просто навалилось немного бумажной работы. >
— Работы?
< Уверен, тебе не очень-то хочется знать подробности, так что буду краток. Что стряслось? >
— Ах, это… Я хотел спросить, можно ли нам воспользоваться такси.
< Ладно, я пришлю за вами машину. >
*Клик.*
Судя по тому, как он сухо бросил фразу и повесил трубку — это точно был Ли Тхэсок.
Но что всё-таки произошло?
Что стряслось с человеком, который всегда выглядел невозмутимым, если только перед ним не маячила Руина?
Тимлид сказал, что я «не захочу знать».
Честно говоря, от этого любопытство разыгралось только сильнее.
Пока я размышлял об этом.
Знакомый фургон затормозил прямо перед подворотней.
Из машины вышел мужчина в штатском — тот самый агент, которого я видел в мясном ресторане.
Похоже, сегодня именно он отвечал за охрану Руины.
— Садитесь.
— Спасибо. Руина, ты сможешь встать?
— Э-э-э…
Неужели ей стало хуже от того, что желудок опустел?
Руина выглядела еще более отрешенной, чем раньше.
Если так пойдет и дальше, она точно вырубится.
Я это знаю по собственному опыту, когда сам был «подопытным кроликом».
Кое-как, не без помощи агента, мне удалось устроить её в фургоне.
Только тогда я смог перевести дух.
— Послушайте…
— Да, слушаю вас.
— Почему тимлид Ли Тхэсок сейчас так занят?
В салоне фургона, который только что тронулся с места.
Я не выдержал и задал вопрос агенту, сидевшему напротив.
— Прошу прощения, у меня нет полномочий разглашать эту информацию.
Но в ответ я получил лишь сухую, заученную фразу.
А ведь мне правда было интересно.
Но раз полномочий нет — ничего не попишешь.
Как коллега-госслужащий, я его понимал.
Доступ к информации у нас строго разграничен по рангам и должностям.
— Извините. Сильно пахнет?
— … … … …
Агент не ответил, но я был уверен — несет прилично.
Смесь перегара и рвоты — тот еще «аромат».
Впрочем, и тут повезло.
Я всегда считал слежку делом крайне неуютным.
Но в такие моменты наличие этих людей под рукой — просто спасение.
Не будь здесь агентов, нам бы точно пришлось ночевать под открытым небом.
*Бум!*
— Ой!
Фургон резко дернулся и замер как вкопанный.
Я чуть было не впечатался лицом в агента напротив.
— Ч-что случилось?
— Сейчас проверю.
Агент, не дрогнув ни единой мышцей лица, отодвинул заслонку маленького окошка в черной перегородке, отделяющей водителя, и заглянул туда.
— Извините, Дрессировщик.
Вскоре из-за перегородки донеслось извинение.
— В смысле «извините»?
— Дорога впереди полностью заблокирована. Похоже, очередной инцидент со злодеем.
— И что это значит?
— Боюсь, машина дальше проехать не сможет.
* * *
Вот так я и оказался с Руиной на вынужденной ночевке.
Но, видимо, в похожую ситуацию попали многие.
Во всех ближайших отелях места были забиты под завязку.
В итоге мне чудом удалось снять номер в этом лав-отеле — здесь как раз освободилась одна комната.
— Женщина за стойкой… Она определенно хихикала…
Мужчина, притащивший пьяную в стельку женщину в лав-отель в такой час?
У дамы, навидавшейся подобного за годы работы, в голове наверняка уже сложилась вполне однозначная картинка.
— Спасибо огромное, что согласились почистить мой костюм…
Испачканный пиджак забрал агент.
Наверное, завтра к началу рабочего дня его вернут уже чистым.
Но проблема в другом.
Я оказался в таком двусмысленном месте наедине с Руиной!!
— … Твою же.
Честно говоря, я не мог не волноваться.
Даже когда я мылся в душе, в голове крутилась только одна мысль: «Это реально происходит?!»
Руина сейчас абсолютно беззащитна из-за опьянения.
Я уже несколько раз звал её по имени, но ответа нет.
Только руки скрещены на груди — её привычная поза.
*Глоток…*
— Нет-нет-нет. О чем ты вообще думаешь, Чо Сонхун.
На словах-то я был праведником, но мужская природа так и подбивала бросить на Руину порочный взгляд.
«Если подумать, это всё потому, что я не уследил за ней… А теперь в голову лезут всякие глупости…»
Я возненавидел себя.
В такие моменты я должен думать о комфорте Руины, а не о похоти.
«Будь Руина в форме, я бы, наверное…»
Стоило мне сосредоточиться, как из-за стены донеслись женские стоны.
Благодаря этому мои шальные фантазии начали рисовать всё более и более греховные картины.
Украдкой.
Я скосил глаза на Руину.
Её белые ноги, беззащитно вытянутые на постели.
Два пика груди, не теряющие своей внушительной высоты даже в положении лежа.
Расслабленное лицо.
Чистое, ровное дыхание.
Длинные, густые ресницы.
Черные волны волос, рассыпавшиеся по подушке.
— … … … …
*Тук! Тук! Тук! Тук!*
Так дело не пойдет.
От одного взгляда на неё сердце готово было разорваться.
И не только сердце.
Другие части тела тоже реагировали инстинктивно.
Но.
Всё же.
— Но всё-таки это неправильно…
Она — единственная.
Первая в моей жизни девушка, которую я по-настоящему люблю.
Воспользоваться её состоянием, игнорируя желания самой Руины — это поступок истинного злодея.
— В такие моменты надо петь гимн. Как и всегда.
В последнее время я привык к прикосновениям Руины, поэтому гимн в моей голове давно не звучал.
Но сейчас он загремел мощнее и величественнее, чем когда-либо.
Я мобилизовал в воображении самый огромный оркестр, чтобы заглушить дурные мысли.
— Кажется, если не сейчас, то я уже никогда…
С одной стороны — величественный гимн.
Я бросил взгляд себе между ног.
Похоть, скопившуюся там, можно было на время укротить патриотической песней.
Но что будет, если подавлять желания бесконечно?
Я уже знал ответ из учебников по психологии еще со школьной скамьи.
— … … … …
Я снова взглянул на Руину.
Она всё так же тихо посапывала с закрытыми глазами.
— Ладно, спи…
Я неловко поднялся.
Затем, прихватив телефон, молча направился в ванную.
— Прости… Руина.
Казалось, мне остается только бесконечно извиняться перед ней за всё подряд.
* * *
Сразу после того, как Сонхун в странной позе зашел в ванную.
Руина приоткрыла глаза.
К тому моменту, как они с возлюбленным вошли в номер, она уже в какой-то мере пришла в себя.
Но открывать глаза сейчас было почему-то дико неловко.
Поэтому Руина продолжала притворяться спящей.
В глубине души она втайне надеялась, что Сонхун наконец перейдет к решительным действиям.
Но он остался непреклонен до самого конца.
Он так и не тронул Руину, которая имитировала глубокий сон.
Это значило лишь то, что он относится к ней с безграничным уважением.
И Руина это понимала.
В этой ситуации она почувствовала, что любит Сонхуна еще сильнее.
— … Пф. Дурак.
В конце концов Руина не удержалась и пробормотала под нос пару слов недовольства.
Их первая ночь снова закончилась ничем.