— Ха-а……
Я слушал радио, и сердце мое бешено колотилось.
Поверить не могу, что они взорвали зал заседаний, чтобы одним махом уничтожить все улики присутствия Руины.
Финал в духе Национальной разведывательной службы — жаркий и беспощадный, совсем не такой, как я планировал.
Сейчас, оглядываясь назад, я задаюсь вопросом: что бы я делал, если бы Ли Тхэсок не явился так внезапно со своей помощью?
Совсем недавно кровь во мне закипала, и я был готов на всё, лишь бы довести дело до конца.
Словно пытаясь укротить мой нрав,
Ли Тхэсок возник в самый подходящий момент.
Впрочем… вряд ли это было совпадение.
Будь проклято это подслушивающее устройство.
— Теперь больше нет преград, способных помешать вашей повседневной жизни.
Услышал я до боли знакомый сухой тон.
Ли Тхэсок сидел напротив нас, чинно сложив руки на коленях.
Мы находились внутри черного фургона, державшего путь к моему дому.
Миссия завершилась благополучно.
Я погладил Руину по голове — она крепко спала, привалившись к моему плечу, — и бросил на куратора колючий взгляд.
— Схемы расположения жучков. Вы ведь отдадите их мне, как и обещали?
— Разумеется. Ха-ха.
Почему-то он улыбался совершенно открыто.
— У вас хорошее настроение?
— А, ну… Благодаря вам обоим мне удалось решить все проблемы, которые не давали мне покоя.
Несмотря на солнцезащитные очки, я сразу понял, что его взгляд направлен на Руину.
Я инстинктивно притянул её к себе, укрывая в объятиях.
— Ух… Родной…
— Вы нас использовали.
Даже будучи тайным агентом НРС, он не смог бы разом устранить всех высокопоставленных членов Комитета.
Но теперь, когда подвернулся случай провернуть это так эффектно и чисто, у Ли Тхэсока не было причин медлить.
— Я бы назвал это скорее взаимовыручкой, нежели использованием.
— Ух…
Возразить было нечего.
Так или иначе, благодаря Ли Тхэсоку мы закончили дело без лишнего шума.
А сам Ли Тхэсок, воспользовавшись силой Руины, окончательно вырвал шипы, терзавшие ему глаза.
— И что теперь будет?
— Вы о чем?
— О том, кто пытался провернуть свои грязные делишки, используя Руину.
Чан Сехи была единственной, кто сейчас отсутствовал.
Как и передавали в новостях,
она была последним официальным лицом, посетившим зал заседаний, и в данный момент давала показания полиции.
— Решение о дисциплинарном взыскании в отношении агента Чан Сехи будет принято после внутреннего расследования.
— Это неправильно. Мы ведь едва не влипли в крупные неприятности из-за их игр.
— Не беспокойтесь, Укротитель. Понятие «наказания» в нашей структуре несколько отличается от общепринятого.
Уголки губ Ли Тхэсока едва заметно дрогнули.
Видеть улыбку на лице человека, который обычно не меняется в лице — зрелище, предвещающее нечто особенное.
— В любом случае, надеюсь, подобное больше не повторится.
— Само собой. Я приложу все усилия, чтобы исключить риск рецидива.
— Ха-а……
Из груди снова вырвался тяжелый вздох.
Всего за две недели он дважды заставил Руину совершать такие жестокие вещи.
Я твердил, что всё в порядке, ведь она была такой с самого начала.
Но разве не она больше всех радовалась тому, что наконец обрела нормальную жизнь?
Как её куратор-укротитель…
Нет, прежде всего, как возлюбленный Руины,
я начал отчетливо осознавать, что совершил нечто по-настоящему ужасное.
— Прости, Руина. Давай поскорее вернемся домой.
— У-хе-хе-хе……
Она, принимая мою ласку и извинения, лишь блаженно улыбнулась во сне.
***
Спустя несколько десятков минут мы оказались у дверей нашего дома.
Неся на спине всё еще спящую Руину, я обернулся к Ли Тхэсоку, который провожал нас взглядом из фургона.
— Послушайте. Глава группы.
— Да. Укротитель.
— Что будет с должностью руководителя Группы стратегического реагирования?
— Всё зависит от внутренних распоряжений по делу агента Чан Сехи. На данный момент я официально считаюсь отстраненным.
— Хм……
Во рту мгновенно пересохло.
Ужасно неловко говорить такое сейчас.
Особенно неловко произносить это в лицо Ли Тхэсоку.
Но раз уж мы столкнулись взглядами, надо сказать…
— Укротитель? Вы закончили?
— Это… Ну, как сказать… Фух…
Мысли никак не желали облекаться в слова.
Я просто хотел сказать пару слов поддержки.
Но почему-то почувствовал, как к щекам приливает жар.
Ли Тхэсок, однако, молча ждал, когда я заговорю, не меняясь в лице.
О, ну конечно.
Этот облик — вылитый лидер секретных агентов, которого я хорошо знаю.
Напротив, глядя на его невозмутимость, подобную каменному изваянию Будды, я ощутил странное облегчение.
Благодаря этому губы, скованные судорогой смущения, начали понемногу слушаться.
— В общем… Мы бы хотели, чтобы господин Ли Тхэсок и дальше оставался главой группы… Мы так считаем……
— Ясно.
Как и ожидалось, реакция была предельно сухой.
Но именно такую реакцию я и хотел увидеть.
— Дождитесь завершения всех формальностей. Если результат будет благоприятным, мы еще увидимся.
— Ха-ха…… Надеюсь, всё обернется к лучшему.
— Даже если меня не восстановят в должности, я буду поддерживать вас всеми силами. Так что.
*Тук-тук.*
*Хлоп!*
Ли Тхэсок, верный своей привычке, закончил мысль и захлопнул дверь фургона.
Сперва я считал его беспардонным и зацикленным на своих целях человеком.
А теперь поймал себя на мысли, что хочу и дальше видеть эту суровую, но надежную фигуру.
Разумеется, это не значит, что мне нравятся мужчины……!
*Вру-у-ум!!*
Вскоре фургон уже мчался прочь по переулку перед домом.
— Ну что, пойдем внутрь?
Я снова развернулся и встал перед кодовой панелью общего коридора.
— …………
Мягко.
Теперь, когда я об этом подумал…
У меня ведь заняты обе руки, потому что я тащу Руину на закорках.
Ладонями я одновременно ощущал шероховатую текстуру капроновых колготок и невероятную мягкость бедер моей девушки.
Руина всё еще была в женском деловом костюме.
Ли Тхэсок сказал, что возвращать его не нужно, так что она в нем и осталась.
Мягко. Ощутимо мягко.
— …… Хм-м.
Мне нужно спустить Руину на землю, чтобы открыть дверь и зайти домой.
Однако это вызывающее привыкание и волнующее ощущение мешало мне её отпустить.
Нет, а что такого?
У нас с Руиной уже всё было.
Если я попрошу её позволить мне потрогать её, она, скорее всего, будет только рада……
— Кажется, только в такие моменты я могу тискать её так бесстыдно……
К тому же, меня будоражили не только прикосновения.
Сладкий аромат духов, доносившийся со спины, делал задачу «спустить её на землю» еще более трудновыполнимой.
Но всё же, разве не будет верхом извращения — специально просить Руину дать потрогать и понюхать её бедра?
— Ах-х…… ♡
В этот миг.
Томный стон Руины просочился мне прямо в уши.
Неужели я так усердно её лапал, что разбудил?
— Ру… Руина? Ты проснулась……?
В памяти всплыли случаи, когда она просыпалась в самый неподходящий момент, заставляя меня сгорать от стыда.
Но вслед за стоном послышалось лишь мерное, хрипловатое дыхание.
— Ха… Ха-ха……
И что я творю перед самым порогом?
Лучше разбудить её, пока я окончательно не перестал собой владеть.
— Я—
Я только собирался открыть рот, чтобы окликнуть Руину.
— О боже. Молодой человек из 402-й?
Густой женский голос раздался у меня за спиной.
Я слегка повернулся и увидел бодрую женщину средних лет, которая сжимала в руках сумки с покупками и широко улыбалась.
— О, здравствуйте.
Я неловко кивнул в знак приветствия.
Ну, еще бы мне не было неловко.
Эта дама живет прямо за стенкой.
Соседка из 401-й квартиры.
Несмотря на соседство, мы не виделись лицом к лицу уже несколько месяцев.
Целый месяц после того, как Руина переехала ко мне, я не видел даже тени этой женщины.
— Это твоя девушка у тебя на закорках?
— Да, в каком-то смысле……
— Но она в костюме. Вы что, с собеседования возвращаетесь?
— Ага, типа того. Ха-ха.
На работу-то мы ходили.
Просто занимались там кое-чем другим, а вовсе не собеседованиями.
— Вы оба такие красавчики. Тяжелая, должно быть, выдастся ночка. Хо-хо.
Старушка с лукавой улыбкой набрала код на входной двери.
Стеклянная дверь мягко отъехала в сторону.
Между прочим, это замечание насчет «тяжелой ночки» — явный намек на секс……
— Тогда я пойду первая. Тебе, парень, тоже придется несладко.
— Ха-ха…… Ступайте.
Соседка из 401-й начала подниматься по лестнице с отсутствующей улыбкой на лице.
Говорят, женщины в возрасте особенно любят поболтать о всяком таком.
………… Конечно, мне это тоже нравится.
— Ну, пойдем и мы потихоньку. И-и раз!
Я сделал первый шаг, вновь заполнив ладони ощущением шероховатых бедер Руины, которые я поправил поудобнее, и начал подниматься по ступеням.
Если честно, вес Руины был отнюдь не пушинкой.
Но я думал о том, что такая малость — ничто по сравнению с тем, как она выложилась сегодня.