Зашёл на стрим к младшекурснице, которая бывает милой только в эфире
— Отредактированную версию я выложила-а!
На экране смартфона Киссака Миа радостно суетилась. Настоящая школьная форма, которую она носила ещё в старших классах. Расслабленный стиль с незастёгнутыми пуговицами. И задранную выше талии юбку встроенная камера компьютера на столе прекрасно показывала в кадре.
: поздравляю-ю! сразу пойду читать!
: спс за работу!
: хорошая работа
: звук плохой, смени микрофон
: снимешь одну вещь — прочитаю одну главу
: отработала-а!
: ждали! ты так старалась
— «Поздравляю, сразу пойду читать». Спасибо-о.
— «Снимешь одну вещь — прочитаю одну главу». Не торгуйся со мной. Не сниму-у.
— «Ждали, ты так старалась». Спасибо за поддержку-у.
— Уф, правда, много всего случилось, и я всё крупно переработала. Теперь прям очень хочу, чтобы вы прочитали-и.
Я подумал, что сегодня она болтает больше обычного, и оказалось, что этот эфир был «рекламным». Киссака строила разговор в основном вокруг ответов на комментарии.
— Может, и мне ей что-нибудь написать?
Регистрацию пользователя я закончил только что. Теперь я был уже не «зрителем на стоячем месте», а «участником».
— Ну-ка…
Я набрал текст свайпом и нажал «отправить». И тогда:
> Странность с чердака: Ты отлично справилась. Горжусь тобой!
Среди множества комментариев мой комментарий всплыл отдельной строкой. Он был как лодочка из бамбукового листа, пущенная по реке: следующие комментарии тут же уносили его вниз, но…
— Ф-ф…
Киссака, смотревшая в экран компьютера, на мгновение отвернулась и фыркнула. А потом:
— Э-э. «Ты отлично справилась. Горжусь тобой!» …Хе-хе. Э-э-э, …кхм. Спасибочки-и!♡ Продолжай меня поддерживать, ладно-о?
Тук, тук, тук…
П… подобрала. И что это за сладкий тон, будто она прицепила к концу сердечко? Интересно, она поняла, что «Странность с чердака» — это я? Вообще-то Киссака уже знает, что я в прошлом несколько раз смотрел стримы «Мя». Спалился я совсем недавно. Когда по неосторожности угадал перед Киссакой характер «Мя».
«Больше никогда не смотри».
После этого Киссака меня основательно отчитала, но мне всё равно захотелось прийти. Причина была очевидна. Я хотел, чтобы этот человек обратил на меня внимание. Поэтому и использовал ник, с которым меня точно разоблачат, пытаясь проверить её реакцию. Так что, если уж на то пошло, я как раз хотел, чтобы она меня узнала.
Но неужели в адрес меня она всё-таки не вкладывала никаких чувств в это «♡»?
Хотя ведь она на мгновение фыркнула, когда увидела мой комментарий. Разве не потому, что поняла, что это я? Как бы там ни было, мне было весело. Пока я смотрел эфир, на душе было ясно и легко.
***
— Эта девушка — Киссака-сан?
— Уа?!
Голос прозвучал прямо у уха, и я поспешно погасил экран смартфона.
— Хм, она и правда милая.
Увидел. Я специально пришёл аж в столовую другого корпуса, чтобы одному посмотреть стрим, но меня тут же нашли. Этот парень, случайно, не принимает GPS-сигнал с моего смартфона?
— Подглядывать — дурной вкус.
Сказав это, я понял, насколько чудовищно неубедительно оно прозвучало. Саэки, смеясь, пропустил мои слова мимо ушей.
— И всё-таки, раз ты так испугался и спрятал экран, значит, Киссака-сан тебе очень дорога.
Я мысленно усмехнулся.
— Ну да.
— Что?
Саэки удивлённо округлил глаза. Так ему и надо.
— …Спрошу ещё раз. Киссака-сан настолько тебе дорога?
Сколько ни спрашивай, ответ не изменится. Я постучал указательным пальцем по марле у виска.
— Посмотри на это. Стал бы я заходить так далеко ради человека, который мне не дорог?
Саэки на мгновение потерял дар речи и заморгал.
— Ого… ты наконец признаёшь?
— Вот именно. Я решил больше себе не врать.
Тут он вдруг захлопал мне в ладоши.
— Браво.
Он ещё и насильно схватил меня за руку для рукопожатия, и я растерялся.
— Да что с тобой, прекращай. Жутковато.
— Нет-нет… удивительно. Что вдруг случилось, откуда такая перемена?
— Ну, я, в общем, кое-что завершил для себя.
Я рассказал Саэки, что сходил на могилу Мотомии-сэмпай. Глаза у Саэки слегка покраснели.
— Браво. Великолепно.
Он сказал это ещё раз.
— Так что насчёт Киссаки-сан?
— Что именно?
— Ну то есть, ты её любишь?
Саэки сказал это с видом, будто ему надоело ходить вокруг да около.
— Кто знает… Вот этого я правда не понимаю. Но она точно человек, который меня волнует.
— Ясно... Хотя так это уже просто любовная консультация получается. Ноль интереса.
Саэки рассмеялся, и я пожал плечами.
— Прости, я превратился в обычного студента.
— Нет-нет, я искренне рад. К тому же всё ещё остаётся шанс, что Китами продолжит жизнь на чердаке, верно?
— Верно.
Я обхватил смартфон обеими руками. Всё зависит от романа Киссаки. Я больше не цепляюсь за комнату 404, но всё равно думаю, что мог бы остаться на чердаке. Что касается романа, я уже ввязался в это дело, а главное — если я смогу быть рядом с Киссакой, лучше и быть не может. Ну, конечно, только если этого захочет сама Киссака.
— Когда там будет вынесен приговор?
— Мы точно не назначали… наверное, где-то в эти выходные или в начале следующей недели.
Судя по стриму, роман она уже выложила. Ей наверняка понадобится и «период наблюдения», чтобы проверить отклик.
— Понятно. Лично я топлю за жизнь на чердаке, но как там твоя физическая форма, Китами? Тебя уже не разваливает?
— Вообще нет. Абсолютно обычное здоровое тело. Особенно после посещения могилы мне совсем хорошо.
И тело, и душа стали ясными.
— Правда хорошо, что Канэдзаки-сэмпай живёт сверху.
Сказав это, Саэки вдруг приподнял голову.
— А, точно.
— Что?
— Осталось ещё удовольствие под названием любовный треугольник.
И Саэки направил на меня свою обычную ухмыляющуюся улыбку.