Часть 3 - Ночь церемонии. Глава 5 - Позор государственного деятеля

Часть 3 - Ночь церемонии

Глава 5 - Позор государственного деятеля

После того как Сурина и Тарсан спасли Эшану и восстановили её дыхание, Тарсан повернулся к Сурине и строго приказал ей бежать. «У меня нет времени спрашивать, зачем ты здесь, но ты должна уйти сейчас же», — сказал он властным тоном. Но Сурина не понимала, почему ей нужно бежать, поэтому колебалась.

«Беги, — сказал я! — Когда придут солдаты, тебе не удастся сбежать!»

Плечи Сурины впали. «Ты хочешь сказать, что мне следует сбежать с Эшаной?»

Тарсан покачал головой. «Я не знаю, что будет с Эшаной. Я даже не уверен, что спасать её было правильным решением. Когда я увидел, как ты нырнула, моё тело словно двинулось само собой. Мне показалось, что я вижу, как Ята ныряет за ней, хотя это невозможно…»

Бледный лунный свет падал на лицо Тарсана. Он глубоко нахмурился, явно испытывая боль. «Поскольку мы её спасли, её придётся отвести в каменные подземелья, чтобы никто не смог использовать её для магии. Но ты всё ещё можешь сбежать, если будешь действовать быстро. Забудь всё, что произошло сегодня ночью. Никому об этом не рассказывай».

Сурина не понимала, чего он от неё хочет, но быстро встала в ответ на его настойчивый тон. Эшана болезненно закашлялась и задрожала. Сурина никак не могла просто оставить её там вот так. Эшана снова закашлялась и открыла глаза, моргая, пытаясь сфокусировать зрение. Взглянув в глаза Сурины, она узнала её и разрыдалась. Она была словно ребёнок, долгое время терявшийся и наконец нашедший свою мать.

Она чудом пережила столько болезненных и ужасных событий. Вопреки всему, она была спасена. Нить нервного напряжения внутри неё слишком долго оставалась натянутой, и наконец порвалась.

Если бы Сурина решила бежать тогда, она знала, что потом пожалеет об этом. Она взяла Эшану на руки и крепко обняла. Ее тело было таким легким. Долгие недели, проведенные в качестве Глаз Наюгул Райты, превратили ее в кожу и кости.

Даже услышав приближающиеся шаги солдат, Сурина не двинулась с места. Она осталась на месте, присев на корточки на скалистом берегу, держа Эшану на руках и глядя на Тарсана.

Эшана не произнесла ни слова, когда их увели от скал в каменные подземелья Сангала под дворцом. Ее кожа была холодной и липкой от долгого пребывания под водой. Всю ночь она дрожала, как испуганный щенок, на руках у Сурины. Ее кожа стала горячей на ощупь; к рассвету она уже бродила в лихорадке.

Принц Тарсан приказал своим солдатам принести ей и Эшане теплые одеяла. Тарсан пристально смотрел на них, пока мужчины передавали одеяла сквозь железные прутья камеры. Он выглядел невероятно взволнованным; кожа на его лице растянулась, словно кожа на барабане.

«Я приду за тобой утром. Я сделаю все, что в моих силах, чтобы защитить тебя, так что, пожалуйста, не волнуйся». Он перевел взгляд с Сурины на Эшану, которая все еще сидела у Сурины на коленях. Он открыл рот, чтобы что-то сказать, затем закрыл его, резко развернулся и удалился.

Тарсан почему-то боялся Эшаны, но Сурина совсем её не пугала. Хотя она, очевидно, многое пережила, и многое ещё оставалось окутано тайной, Сурина коснулась её души во время подводного фестиваля. Она знала, что маленькая девочка, сгорающая у неё на руках, — это Эшана, и никто другой.

Наюгул Райта вернула ей душу... вероятно, благодаря мне. Если бы Сурина объяснила все от всего сердца, она была уверена, что принц Тарсан и другие люди все бы поняли.

Сурина прислонилась к каменной стене подземелья и провела долгую ночь, держа Эшану на руках. Сквозь железные тюремные решетки на влажный земляной пол пробивался слабый свет.

Ночь тянулась медленно. Сурина потеряла счет времени. Открыв глаза, она услышала шаги; она поняла, что в какой-то момент заснула.

«Сурина».

Когда она узнала лицо человека, обратившегося к ней, она была поражена. «П...принцесса Салуна?» Она видела её лицо издалека десятки раз на островах, но никогда прежде не видела её вблизи.

«Я рада, что вы в безопасности», — сказала принцесса Салуна. «Кто-нибудь принес вам что-нибудь поесть или попить?»

Сурина моргнула. «Вероятно, да, но я не помню. Я не хотела засыпать».

Принцесса Салуна передала через прутья камеры небольшую баночку и несколько завернутых в бумагу пакетиков. Баночка была очень тяжелой и наполнена холодной жидкостью. Это был фруктовый сок. Когда Сурина поняла, что принцесса Салуна дала им более чем достаточно еды и питья, чтобы восстановить силы, она была глубоко благодарна.

" Большое спасибо! "

Принцесса Салуна кивнула, а затем что-то прошептала Сурине. Сурина не понимала, почему принцесса сказала ей что-то настолько шокирующее, но, несмотря на строгий взгляд принцессы Салуны, кивнула.

Мне следовало сбежать, когда принц Тарсан мне это велел...

***

Скользкий, мерзкий красно-черный язык ласкал тело Чагума. От него исходил ужасный запах, от которого Чагум стонал и переворачивался во сне. Он чувствовал себя оскверненным, словно скверна проникала все глубже в его тело, пока он не стал пахнуть точно так же, как этот ужасный язык. В его памяти промелькнули воспоминания о расчлененных телах с вываливающимися органами; он судорожно сжимался, наблюдая, как свет покидает глаза людей. Язык все это время лизал его.

Он вскрикнул и попытался пошевелить руками, но суставы словно были приклеены. Он не мог двигаться совсем. Кончики пальцев рук и ног медленно гнили по мере распространения скверны по всему его телу.

«Подумайте об океане, Ваше Величество», — услышал он голос Шуги.

Чагум увидел, как ужасный язык раскололся надвое, и почувствовал, как что-то холодное прижалось к его лбу.

«Посмотрите на поверхность океана. Посмотрите!»

Чагум моргнул и увидел, как океан раскинулся под ним. Холодная вода ударила ему в лицо; нос резко заболел при вдохе, и его тело полностью поглотили волны. Он погружался все глубже и глубже на дно океана. Ощущение тления и осквернения, цеплявшееся за него, полностью исчезло, оставив ему приятное ощущение чистой кожи.

Чагум продолжал погружаться всё глубже во тьму. Было тихо. Он никого не видел; вокруг некого было разглядеть. Вокруг витал запах океана. Он почувствовал мягкое прикосновение чьей-то руки ко лбу.

«Наследный принц Чагум?»

Когда Чагум открыл глаза, ему показалось, что он в одно мгновение вынырнул из морских глубин. Несколько мгновений он не понимал, где находится. Потолок над ним был усеян слабо светящимися серебристыми искорками, которые указывали на то, что он, должно быть, находится в своей комнате во дворце Сангала. Эти искорки на потолке были образованы кусочками раковин ночных моллюсков. Шуга тихо стоял у своей кровати.

«Шуга... Мне только что приснился ужасный кошмар».

Шуга кивнул. Его обычно суровое лицо было покрыто солью, что свидетельствовало о недавних слезах.

«Шуга, почему ты плакала?»

Шуга улыбнулся ему. «Я рад, что ты вернулся к нам», — тихо сказал он.

Чагум почувствовал, как тепло разливается по его груди. Он понял, что его мучает сильная жажда. Шум моря, к которому он привык в Сангале, казался каким-то далеким.

«Ваше Величество, принцесса Салуна ждет вас в боковой комнате». Шуга сказал Чагуму, что принцесса Салуна поручила ему рассказать обо всем, что произошло прошлой ночью, чтобы Чагум понял, почему она и Тарсан теперь могут свободно передвигаться. Он также сообщил Чагуму, что Эшана находится в плену в каменных темницах.

Чагум внимательно выслушал, а затем спросил: «Зачем ты мне это сказал? Ты же знал, что я сделаю, если ты мне расскажешь».

Брови Шуги приподнялись. Он горько усмехнулся Чагуму. «Я обещал, Ваше Величество, рассказать вам всё, что я знаю или узнаю о заговоре Талша, даже если это подвергнет вас опасности. Я знаю, что вы не из тех, кто оставит невинного человека умирать». Шуга уставился на него. «Раньше я никогда так не поступал, но теперь я верю в правителей, которые могут сохранить свою душу чистой, одновременно выполняя свои обязанности».

Голос Шуги пронзил Чагума так же сильно, как и его красно-черный язык в кошмаре. Прохладный ветерок обдул его, расслабив все мышцы, словно он только что долго отдыхал. Чагум ярко улыбнулся. Увидев это, Шуга переполнился радостью.

«Ваше Величество. Не могли бы вы доверить спасение Эшаны мне?»

Чагум с тревогой посмотрел на него. Шуга сказал: «Возможно, мы отложим это решение на потом. А пока тебе нужно поспать. Дальнейшие переговоры с королем и принцессой Кариной, я уверен, будут довольно утомительными. Не отдохнешь ли ты немного?» Шуга улыбнулся. Его губы обветрились от жажды.

«Хорошо, я сделаю это», — сказал Чагум. «Но нам нужно поторопиться, если мы хотим помочь».

«Предоставьте это мне, Ваше Величество. Я привык не спать всю ночь, чтобы разглядывать звезды».

***

Салуна ждала в боковой комнате Чагума. Она встала со своего места, когда увидела приближающегося Шугу. Он тоже выглядел так, будто не спал всю ночь. Его лицо было похоже на ее собственное: бледное и изможденное.

«Как поживает Его Величество?» — спросила Салуна.

«Спасибо за вашу заботу. Кажется, ему ничего не угрожает. Спасибо, что рассказали мне об Эшане. Я вам очень благодарен».

Салуна покачала головой. «Ничего особенного. Это я должна тебя благодарить. Наследный принц Чагум сделал для меня и принца Тарсана больше, чем можно выразить словами». Она помолчала. «Что же нам теперь делать?»

«У меня есть поручение. Его Величество поручил мне одно дело. Но, — прошептал Шуга, — если вы мне поможете, не навредит ли это вашему нынешнему положению?»

Салуна хихикнула. «Когда я думаю о том, что произошло прошлой ночью, мне кажется, я больше никогда ничего не буду бояться». Несмотря на усталость, ее глаза оставались яркими.

«Самая большая проблема этой страны — не дочь бедного рыбака, — сказал Шуга. — Кроме того, всегда лучше обеспечить обвиняемому справедливый суд, чем просто убивать его без достаточных оснований. Этот принцип мне внушали еще в бытность государственным деятелем и дипломатом».

Салуна подняла взгляд на Шугу и улыбнулась. «Уверена, других государственных деятелей учили иначе. Но, пойдем. Мне очень любопытно узнать, как король относится к таким вопросам».

***

Карнан всё ещё лежал на больничной койке, отдыхая после событий предыдущего вечера. Остальные члены королевской семьи, главные приближенные короля и генералы Сангала провели ночь и раннее утро в закрытом экстренном совещании. Самым неотложным вопросом было вторжение талшей, за которым следовал вопрос о том, как поступить с предательскими островными стражами Сангала. Вопрос о том, что делать с Эшаной, за всю долгую ночь так и не был поднят.

Когда все самые неотложные вопросы были решены, Салуна покинула совещание, чтобы размять ноги и восстановить чувствительность в конечностях после долгого сидения. Вернувшись на совещание, она доложила о роли наследного принца Чагума в консультировании и поддержке её и Тарсана в совместном раскрытии заговора Талшей. Она также не забыла похвалить Шугу за его помощь, поэтому король вызвал Шугу на экстренное совещание.

Когда Шуга вошёл в зал заседаний, король поприветствовал его широкой улыбкой. «Входите, господин Шуга».

«Благодарю Вас за приглашение на эту встречу и за предоставленную возможность выступить, Ваше Величество».

«Что это за чопорная формальность? Вы же среди друзей. Пожалуйста, расскажите нам, как поживает наследный принц Чагум и можем ли мы чем-нибудь помочь ему в выздоровлении».

Шуга кивнул. «Именно это я и хотел обсудить с Вашим Величеством».

Король Сангала всматривался в лицо, выискивая предзнаменования и возможные скрытые смыслы. Шуга говорил спокойным и размеренным тоном: «Как вы знаете, Микадо Нового Його — святой, через которого течет кровь бога. Естественно, наследный принц Чагум также является таким божественным существом. Традиционная обязанность слуг королевской семьи Нового Його — оберегать их от вида смерти и кровопролития».

«Но я не исполнил свой долг, и наследный принц был потрясен увиденным прошлой ночью зрелищем резни в банкетном зале. Он не просто видел, как умирают другие, но знал, что они погибли или умирают по его собственному приказу. Он был ошеломлен позором такого поступка, настолько, что его душа сейчас страдает от болезни, известной как разложение души. Если события будут развиваться так, как сейчас, его жизнь вскоре может оказаться в опасности».

Брови царя Сангала нахмурились. Мысль о том, что чистая душа может быть осквернена и причинить своему владельцу физическую болезнь, показалась ему несколько сомнительной. Неужели Шуга намеревался обвинить Сангала в болезни души принца?

«Ах, понятно. Мне ужасно жаль, что наследному принцу пришлось пережить такое жестокое испытание. Если его состояние ухудшится, мы, конечно же, сделаем все возможное, чтобы спасти его. Это самое меньшее, что мы можем сделать, чтобы выразить свою благодарность».

За его словами скрывалась завуалированная угроза в адрес стоящего перед ним человека: «Я ожидаю, что вы, Звездный Читатель, поможете спасти принца всеми силами, как вы это сделали с принцем Карнаном. Мы найдем для вас любые необходимые лекарства, какими бы редкими и дорогими они ни были».

Шуга слегка поклонился. «Спасибо. Я действительно пришел попросить о такой помощи».

Король нахмурился. Он не совсем понимал, чего именно хочет Шуга. «Конечно. Вполне естественно хотеть спасти чью-то жизнь, когда тебя самого спасли. Какое лекарство вам нужно?»

Шуга широко раскрыл глаза и в мольбе уставился на короля. «Чтобы спасти жизнь наследного принца, мы должны очистить его душу. Чтобы очистить душу, которая видела столько убийств и смертей, он должен своими глазами увидеть чудесный акт спасения жизни. Свет жизни очистит от тления смерти. Пожалуйста, помогите мне спасти его!»

Вся королевская семья, даже принцесса Карина, смотрели на Шугу так, словно совершенно не понимали, о чём он просит. Они ждали, что он продолжит говорить.

Шуга мягко улыбнулся. «Наследный принц — невероятно добросердечный человек. Видеть смерть невинного ребенка причиняет ему огромную боль. Мысль о том, что это может произойти, мучает его и сейчас. Я считаю, что публичное помилование девочки по имени Эшана станет лучшим лекарством для Его Величества наследного принца».

«Вы имеете в виду Глаза Наюгул Райты?»

Шуга кивнул.

Теперь и Карина, и король точно поняли, о чём просит Шуга и почему.

«На языке сангала эту девушку называют Глазами Наюгул Райты, — сказал Шуга. — Но дух, который говорил с тобой через неё, был не из числа Наюгул Райты, а злобным колдуном».

Король почувствовал, как по затылку пробежали мурашки. Место, куда его уколол отравленный дротик, все еще болело. Он откашлялся. «Девушка, несомненно, все еще является орудием этого колдуна. Приводить такую развращенную особу к наследному принцу Чагуму может быть слишком опасно».

«Не стоит об этом беспокоиться», — спокойно сказал Шуга. «Я почувствовал, как волшебный ткач покинул тело девушки. Я практикую искусство Тэндо, разновидность магического плетения, используемого в чтении звезд. Наследный принц Чагум приказал мне любой ценой защитить Ваше Величество и Его семью, но масштабы моей собственной силы были слишком малы. Я ничего не мог сделать, кроме как молиться богам».

«Но наследный принц — потомок бога, поэтому мерзкий волшебник не смог противостоять его воле. Я почувствовал, как волшебник внезапно отступил, столкнувшись с сопротивлением наследного принца. Именно это в конечном итоге спасло Вам жизнь, Ваше Величество. То, чему я стал свидетелем прошлой ночью, потрясло меня до глубины души».

Шуга мастерски ответил на все вопросы и возражения короля. Он молчал, пока королевская семья совещалась. Принцесса Карина наконец нарушила молчание. «Простите нас за недоразумение. Мы не йогойцы и ничего не знаем о Тэндо. Поэтому нам было трудно поверить вашему объяснению, пока вы не изложили его полностью».

Шуга явно отчаянно пытался заставить королевскую семью поверить его истории. Карина подумала, что это, вероятно, блеф. Наследный принц Чагум, Тарсан и Салуна хотели спасти Эшану: это было общеизвестно. Всё это, несомненно, было ложью, придуманной, чтобы спасти ей жизнь. Почему этот волшебник уронил дротик с шеи её отца и внезапно упал? Она всё ещё не знала ответа, но ей показалось, что это слишком уж удобно, что у Шуги есть способность видеть сквозь магию.

Если правда, что наследный принц Нового Його спас жизнь короля, отразив нападение волшебного ткача, то королевство Сангал было в огромном долгу перед Новым Його. Карина хотела что-то сказать, но Шуга опередил её.

«Благодарю вас за внимание. Поскольку мы установили, что волшебник изгнан, и я сам это подтвердил, я не считаю, что будет какая-либо опасность привести ребенка к наследному принцу».

Карина понимала, что Шуга придумал весь этот предлог от имени наследного принца — и что он сработает. Если опасность миновала, у короля не было причин отказывать ему в просьбе. Приговор Эшане был практически предрешен.

«Отец, да проявим мы добрую волю к нашим верным союзникам, наследному принцу Чагуму и лорду Шуге. Они мудры и использовали свою мудрость, чтобы предотвратить катастрофу. Дарование такой милости стало бы проявлением силы и мужества и с нашей стороны».

Король несколько мгновений смотрел на Карину, затем кивнул в знак доверия к её решению. Карина серьёзно посмотрела на Шугу.

«Господи Шуга, вы проявили проницательность в этой ситуации. Мы, жители Сангала, в основном не знакомы с магией и живём в страхе перед ней. Но вы гораздо лучше разбираетесь в этих вопросах, и если вы скажете, что волшебник сбежал, мы вам поверим».

Карина позвонила в маленький ручной колокольчик, созывая слуг к себе. «Немедленно приведите девушку из каменных подземелий в этот зал».

В ожидании возвращения слуг Карина размышляла о том, как успокоить наследного принца Чагума. Девушка в подземелье уже умирала. Поместив в подземелье Глаза Наюгул Райты и девушку Расшару, Карина позвала своих самых доверенных слуг следить за пленниками до рассвета, чтобы им ничего не давали ни есть, ни пить. Затем, когда пленники ослабеют, Карина приказала слугам дать им еду и воду, смешанные с определенным веществом, вызывающим длительный глубокий сон. В их нынешнем состоянии действие этого вещества убьет их. Это был относительно безболезненный способ умереть; это вещество использовалось на протяжении поколений для устранения врагов королевской семьи Сангала.

У маленькой девочки поднялась температура после падения со скалы. Многие видели её с девочкой из племени Расшару. Смерть ребёнка от лихорадки не вызвала бы никаких подозрений. Теперь все планы Карины оказались напрасными.

Карина вздохнула. Наследный принц Чагум был искусным тактиком, несмотря на свой юный возраст.

В дверь зала постучали. Слуги Карины объявили о своем возвращении. Дверь открылась, и по ту сторону предстали слуги и две пленницы из темницы. Карина стояла прямо, когда они вошли в зал. Девушка-Расшару несла Эшану, крепко прижимая ее к груди. Карина увидела, как Салуна слегка кивнула девушке-Расшару. Девушка шагнула дальше в зал, среди зевак.

Эшана была вся в жаре. Она сонно открыла глаза и подняла голову. Затем, словно младенец, крепко засунула палец в рот и посмотрела на окружающих ее людей дрожащими, блестящими глазами.