Итак, на исходе сорокового дня своего пребывания в «Другой жизни», Нан вернул себе сумку новичка и стоял, вернее, выбирался на распутье. Либо продолжить разведку, либо вернуться. А если продолжать разведку – то можно было бы попытать удачи на востоке, исследуя таинственные проходы – либо дальше осматривая окрестности Горы. На страшное упокоище, откуда он сейчас стремительно уносил остатки лоз, он даже не посматривал.
Порядочно устав, он добрался до трещины и понял, что с него хватит разведки. Он посмотрел на свои жалкие грошики здоровья, скромные запасы ледоибов и про себя вздохнул. Он не в состоянии себя прокормить находящейся подле ледомассой, и кто знает, что ждет его в неизвестности? Посему было принято наиболее верное и справедливое, как он считал, решение – вернуться домой и дальше все решить на месте.
Что он и сделал, но Яблочка в логове не застал. Заглянул на «склад» - все без изменений. Сбросив наиболее ценные вещи подле родильных луковиц, заметил, что новый безымянный вильметт застыл в несколько иной позе, словно брошенная кем-то кукла.
«Сколько же у него скорости разума?» - подумалось Нану и его передернуло. Он обладал, в общем-то, имбовой ачивкой, не позволяющей ему повторить участь стоящего перед ним бедолаги. Но – он-то один, а допускать смертей своих товарищей непозволительно. Даже Яблочко, вероятно, не сильно защищено от посягательств на скорость своего мышления. А значит путь один – рубить головы и высасывать их содержимое во имя племени.
А если все «дети» будут такими? Это сколько же голов придется срубить Нану? От такой мысли его передернуло, однако оставаться близ луковицы в ожидании Яблочка он не желал. Слишком много времени ждать.
Посему Нан решил поступить иначе – продолжить разведку, подкрепив здоровье луковичным соком. На удивление приятный напиток (наживую, а не из бочки) взбодрил и быстро восстановил его жизненную силу – вильметт забыл, когда в последний раз пил луковичный сок. Возможно, самостоятельно, мотней, не «пил» ни разу.
С регенерацией было покончено – но тут Нан завис перед следующей оперативной задачей. Необходимо как-то предупредить Яблочко о своем возвращении и о том, что он решил продолжить разведку. Но как это сделать? Написать? Так Нан не уверен, что Яблочко способно будет прочитать написанное. Чата между ними нет (пока?), а каракули на снегу оно не прочтет. Конечно, он подозревал, что оно могло немного глубже «влезть» в его открытый канал – однако надеялся, что до внеигровых аспектов оно не проникало.
Решение нашлось как-то само собой. Надо было всего лишь взять лозу в … лозу и изобразить своей план в виде рисунка. Примитивная карта подходила как нельзя лучше.
Вот он изобразил Гору. Вот здесь – их с Яблочком луковицы. М-да, получилось нечто фалическое – ну да ладно, разбавится парочкой озер с червями. Здесь Нан изобразил страшную морду, а потом стрелочкой провел от гнезда до Горы – и далее пунктиром куда-то направо – то бишь на Восток. Нан надеялся на когнитивные способности Яблочка. Значение стрелок оно, вероятно, поймет из контекста.
Оставалась последняя проблема – у него совершенно не было так называемых хилок, или более понятным для вильметт – запасенной ледомассы для оперативного поглощения. Ни шляпок, ни порошка (кстати, хорошая идея, надо будет запомнить), ни колоний вегетативной жизни под рукой. С этой целью было бы неплохо дождаться Яблочка – но чем ему заняться в его отсутствие?
Крафтить? А что, звучит интересно. Он и так уже начал мастерить корзины. Тем более за крафт корзин ему отсыпали целый непонятный уровень силы и новую характеристику. Но что крафтить?
Взгляд пал на рванину. Она была их единственной защитой и, вероятно, ее стоило бы как-нибудь улучшить. Но как? Логично было бы «нарастить» защиту, ибо всем хороши их курточки да штанцы – да вряд ли выдержат прямое попадание холодного оружия. Нан почему-то был уверен, что такое попадание обязательно случится. В дополнение – не стоит забывать про дробящий урон (вспоминаем сминание в том страшном месте), а также всеразличную и всевозможную магию. Взять хотя бы его сосульки или те снаряды летающего одеяла. Они, помимо, собственно, магии – наносят прямой физический урон при контакте с телом или поверхностью.
Из материалов, что ему были доступны, были: снег, лед, снеголед и иже с ними; рванина три штуки; корневища того стремного титанического непонятного дерева, при достижении критической массы самозарождающиеся в каких-то неведанных монстров-уродов. Из корневищ можно было получить вполне себе гибкую кору, сок-смолу и древесину. На этом, в общем-то, и все.
Из инструментов Нан обладал своими лозами и, пожалуй (тут он взглянул на оружие ингнанов, без дела «пылившиеся» в углу логова) что-то типа скребка и шила. Ниток как таковых не было.
Значит, модифицировать рванину не вариант. Она хороша как отдельный элемент экипировки и прекрасно с этим справляется. А вот дополнительные слои защиты поверх – это уже что-то. Но вставал вопрос мобильности и маневренности.
Он вообразил, что при очень большом желании может сделать эдакий просмоленный неказистый ящик из древесины с дырками, туда залезть и быть будто в домике. И такой домик будет обладать соответствующим классом защиты – остановит стрелы и, может быть, пару попаданий чего-то не шибко убойного. А потом развалится, или сгорит к чертям.
Но что-то заинтересовало Нана в идее лревесной брони. Это был наиболее близкий материал, его было много и не воспользоваться его наличием было бы кощунственно. Надеяться на мифические подземелья с ненулевой ценностью – разумно, но глупо. Лучше перестраховаться и защититься чем-то скучным, нежели уповать на удачу.
Нан стал развивать идею с ящиком. Ящик – объемно, ненадежно и не пройдет в толще снега. А это их с Яблочком генеральная стратегия – нападение из засад. В открытом поле их расстреляют, как мишени в тире. Делать броню наподобие человеческой – бессмысленно, он не является человеком и даже антропоморфным существом.
Вдохновляться надо… Да, точно, нужно вдохновляться каким-то животным. Нан ощущает себя в снегу как рыба в воде – значит, нужно что-то морское. На кого похож Нан? На осминога? Возможно, но мимо. На креветку? Быть может. На улитку? Но он без панциря.
А вот тут-то его и осенило – и правда, а что мешает поместить картофелину в эдакий панцирь? Он критически себя ощупал со всех сторон. Каракатица – вот кто он. Или рак-отшельник. Или краб? Да, размерчик слегка не помещается в диаметр ствола корня с его складов – но кто запрещал отправиться дальше, к более плотным и широким массивам? Что он и сделал.
Найдя конец корневища, что они пилили с Яблочком – удостоверился, что здесь обошлось без сюрпризов. Древесина навыделяла соки, зарубцевалась и была такова. Памятуя о том, что большие массивы корней лучше не оставлять на «самообеспечении», Нан достиг толщины корня как два диаметра его тела и заработал лозами. Изгвоздавшись в соке и испытывая неприятное жжение, он все-таки отчекрыжил объемный ствол корня и про себя отметил, что «спилил» весьма с лишком – почти дойдя до развилки. Уровень почвогрунта был почти пройден, ниже пойдет более плотная древесина.
Осталось дотащить отчекрыженное до склада. Возникла проблема – в таком виде коряга была нетранспортабельна. Пришлось отсечь самую «сочную» часть со второй стороны и сооружать нечто вроде тоннеля, дабы ее суметь доволочь до складской пещеры. От напряга аж координация вернулась обратно к 50 единицам, и бонус на скорость разума снова заработал. Остальное он бросил во льду – ничего, полежит, не мутирует.
И вот он остался наедине с заготовкой. Длинной как четыре Нана (без лоз, естественно), шириной как два Нана (опять-таки, без лоз). По идее – все его существо поместится внутри, лозы он ужмет. Основная идея его «раковины» заключалась в том, чтобы выдолбить в центре заготовки отверстие для его картофелины, а по бокам проделать дырки поменьше для лоз.
Но спустя время, когда он успел вышкрести гору щепок и непомерный объем жгучей смолы, Нан вдруг понял, что дыры по бокам – это лишнее. Его координации худо-бедно сейчас хватало, чтобы изгибать лозы на невиданные ранее углы и вполне комфортно себя ощущать. Раз уж отыгрывать подземного краба – так на все сто процентов, и раковина обязана быть целостной.
И даже вопрос со своим комфортным воздвижением за «руль» полученной штуковины он придумал. В ход пойдет рванина ингнанов – благо рукава остались на месте. Смола, все еще сочащаяся из внутренностей заготовки, послужит отличным клеем для мягкого материала шерстью наружу. Получится эдакий пирог из коры, древесины, термостойкой шкуры и вильметт внутри.
Нан, поздно спохватился, забыв о том, что теперь меховое рванье, некогда бывшее одеждой ингнанов, нынче пропитано с ног до головы соком их с Яблочком предыдущих реинкарнаций. Пропитанная соком шерсть вступила в реакцию с ядовитым древесным соком, образуя какую-то прочную плетку и навсегда «приваривая» полученную подкладку к внутренностям заготовки. Нан, оценив реакцию, смекнул, что может использовать свой сок с клеем для создания более прочного связующего раствора, который, к тому же, наверняка герметичный.
Ну а чтобы не выскользнуть в процессе боевых действий или рыться снега – он подвернул и приклеил крест-накрест рукава, образуя навроде ремней безопасности.
Залез в получившееся устройство. Обзор, конечно, стал похуже – прохождение и считывание сигнала блокировала древесина – но жить можно. Ходить непривычно, но тоже сойдет. И длины его лоз хватает, чтобы доставать как до почвы «снизу», так и до конца почти готового изделия сверху. Но чего-то не хватает.
Нан высвободился из «плена» заготовки и критически ее осмотрел. Полено смотрелось несколько жалко, такое грубое и незаконченное. Спустя минуты мыслительной деятельности, Нан понял, что именно ему не нравится. У всяких улиток раковина была острой – а у него тупой. Следовало исправить это недоразумение, по возможности хотя бы немного заточив головку его брони.
Дело пошло споро и вскоре его броня стала напоминать слабо заточенный карандаш. Лозами он еще немного подшлифовал кончик, после чего внутренний перфекционист заставил Нана сбегать за оставленным корневищем обратно и содрать с того кору. Ее он пристроил на месте срубов, приклеив все на тот же клейкий сок.
«Теперь главное, чтобы не проросло. А то переварит к чертям…» - заключил Нан, гордясь своим творением. Первая в истории вильметт броня специально для их расы – вот это да. Система поздравила Нана, повысив ему мастерство до двух единиц.
Но чего-то не хватало. Залезши в раковину, он ощущал незащищенность в единственной плоскости, оставшейся незакрытой – это, собственно, вход в его «деревянный гроб». Постепенно Нан стал детализировать и сортировать идеи, так и лезшие в голову изобратательного вильметт в порыве творческих мук. Идея, отталкивающаяся от щитов, медленно перетекла в разряд пробок в бутылках.
На изготовление крышки нужной формы со всеми технологическими отверстиями пришло Яблочко. Доложив о своих находках и осмотрев изобретение, оно сначала не поняло его назначения.
— Это бочка? – Спрашивало оно в который раз.
— Нет. Подожди. – Отвечал Нан, заканчивая хитроумное многослойное творение в виде крышко-пробки с несколькими дырками для его щупалец и ручкой, удерживающей все это добро плотно прижатым к отверстию, пока он был внутри.
Параллельно работе Нана над пробкой, Яблочко вещало о том, что увидело в своем походе. Цель сбора ледомассы была достигнута – и две ее корзинки лоснились свежесобранными шляпками ледоиба и еще каких-то ледоибов мутно-зеленого окраса. Яблочко уверяло, что эти восстановят ОМС – и, ежель так, то они практически в шоколаде. Еще Яблочко с грустью сообщило, что на востоке тоже есть огромное «море» ле-пасалах, и по факту они окружены с трех сторон их колониями. Что не было хорошо с одной стороны, а с другой – ожидать нападения Ингнанов теперь стоило с ограниченного количества направлений. Главное, чтобы колонии не начали расширяться – а то мало ли…
Яблочко в красках описало, что дичи на востоке так много, что «эссенции для развития ледяных шипов» оно набрало практически до краев. То есть у него было около пяти тысяч опыта. Что нехило так выводило Яблочко вперед по полученному опыту. Вдобавок, его жизненная сила вкупе с отданным обратно кольцом равнялась приятному целому числу 450, а запас магических равнялся 115. В общем и целом, Яблочко приволокло к логову то, что можно было притащить, а что нельзя – употребило для собственного развития.
Наконец, он закончил и готов был ответить на любые вопросы Яблочка. Но столкнулся с тем, что оно не понимало назначения данного «устройства».
А Нан не понимал его пределов.
— Яблочко, давай испытаем. На деле поймем его назначение. Может быть и правда – бочка.
Оно сразу согласилось. Первым испытанием было передвижение «во всеоружии» - хотя оружия у Нана не было, были только, так сказать, рыцарские латы. Залезжи вовнутрь, Нан заперся и попытался встать. Кое-где давило, кое-где сползало – но, в принципе, вес терпимый. Он был похож на спрута в стоячем положении. Очень мешало концентрации то, что крышку необходимо было как-то придерживать и тратить на это драгоценные силы – это здорово бесило.
Решение нашлось почти случайно – он думал над каким-нибудь клеящим веществом и в отчаянии взглянул на свои навыки. Увидел «Ледяной панцирь», попробовал – и оказался приятно удивлен. Ледяная короста, слабоватая на первом уровне, нарастала небольшим, пара миллиметров, слоем по всему его телу. Этого, однако, хватало для более надежной фиксации крышки в основании его лоз, там, где они выходят из нового «тела». Главное не шевелить этими местами, дабы не трескать лед без дела.
Нан просил Яблочко толкать его в разные стороны – что оно не без радости делало, находя в этом развлечение. Его толкали, он падал, потом вставал, потом его пинали и так продолжалось до тех пор, пока он не научился балансировать в этой штуковине. Урона от пинков и толчков он не получал.
Следующий этап – передвижение в открытом пространстве. Нан почти уверенно ходил, щупал себя по макушке, мог достать куда угодно – и длины лоз еще и оставалось в запасе. Он даже попытался забуриться в лед, используя кончик «огрызка карандаша» как сверло – но тут возникла проблема. Сверло было очень мягким и Нан боялся быстро привести в негодность свой острый кончик. Но, в принципе, бурение было возможным, если выставить лозы либо впереди себя, подтягивая «раковину» сзади, либо изловчиться и бурить острием вперед, помогая проталкивать «карандаш» несколькими лозами. Передвижение отличалось по эффективности и скорости. Его конструкция проигрывала в маневренности «голому» вильметт, но это было понятно с самого начала. Элегантностью его бревно и на пахло. Если копать острой стороной – то сил тратилось больше, но острая сторона помогала расталкивать и уплотнять раздробленную «почву». Если копать «тупой» - то приходилось учитывать эту тупизну и самому расширять снег, как-бы гребя лозами во все стороны. Получалось медленнее первого способа, но сил вроде как уходило меньше. Но Нан чувствовал потенциал именно в таком передвижении, несмотря на то, что у «острого» было дополнительное преимущество – в случае получения урона «в лоб», его принимал более прочный и специально сооруженный под это дело слой дерева.
Следующей порой были испытания защищенности. Сначала Яблочко долбило его своими ледяными шипами. Шипы отлонялись геометрией полена, либо разбивались о кору, не причиняя вреда вильметт. Испытание было окончательно пройдено, когда он подошел почти вплотную к полноценному рунтрейсеру и попросил Яблочко жахнуть. И оно жахнуло, аки Нан в крайний раз. Нан оперативно вобрал в себя щупальца и на всякий случай активировал ледяной панцирь. Урон – если и прошел – то минимальный, волна тепла не повредила дерево и рассеялась об его поверхность.
В целом, Нан остался доволен своей обновкой как слон, да и Яблочко оценило по достоинству его броню. Система, после всех его извращений с броней, даже стала подсвечивать его творение как отдельную вещь.
Бронированный панцирь вильметт нового времени. Автор - Най. Редкость – необычная. Состав: ???. Комбинированная защита от кинетического воздействия и урона стихий, ???. Прочность – 49 / 50.
Описание полученного предмета слегка пугали вопросительными знаками. Если относительно состава он был согласен с Системой – наименования основы он до сих пор не знал, ибо оно все также было обозначено как «???», то вот неизвестное свойство пугало. Нан все больше опасался внезапного оживления панциря наподобие недавнего минибосса. Только теперь Нану казалось, что он сотворил нечто на порядок опаснее. Собственными лозами.
Ремонт его творения заключался в приклеивании кусков древесины и смазыванием всего этого добра густеющим соком. Просто в обслуживании, относительно просто в изготовлении – были бы материалы. Так еще столько идей для развития! Можно сотворить не только боевые раковины – так еще и транспортные, с повышенным «багажником». Можно делать «двузаточенные» карандаши, эдакие каноэ или байдарки, и нести кучу грузов…
Словно чихнув, Система повысила «мастерство» до трех единиц и родила достижение.
Поздравляем! Вы получили редкое достижение «Изобретатель I» - создать нечто, что до Вас никто не делал. Награда: крестовая отвертка, 10 шурупов (материал – латунь), щеколда (материал – латунь) и дверная петля (материал - латунь).
Нан чесал картофелину и осматривал свалившиеся на него элементы набора «сделай сам». Почему все латунное? Зажали медь? Из чего сделана отвертка? И какого черта шурупы пятигранные, а отвертка крестовая?
Яблочко смотрело на это «чудо системы» и лишь многозначительно хмыкнуло, отстранившись и оставив горе-изобретателя в одиночестве. Нан думал-думал-думал, переводил взгляд с материалов на свой прототип – и обратно – и размышлял, а стоит ли следовать намеку Системы и дополнять свой панцирь полноценной «дверью» на щеколде? Или обождать?
Что-то подсказывало Нану, что дефицитные материалы надо оставить на базе. Потом пригодятся. После прототипа Нан всерьез рассматривал возможность создания второй версии своей брони, двунаправленной, с лазом сбоку. Можно даже было подумать над размещением нескольких «всадников» подснежного судна – но все требовало обкатки и времени. Бросив ценные материалы в одну из пустующих корзин в складской пещере, он позвал Яблочко уточнить некоторые моменты с его прототипом.
Можно было сделать много всего по мелочи – но вскрылся существенный недостаток. Его «бревно» оставляло вполне отчетливый ход за собой, как у крота. Ингнан не влезет, но по этому ходу было просто вычислить, куда вильметт направился. А таким макаром не долго «спалить» и их родильную луковицу, чего делать было совершенно противопоказанно.
Тут пришло на помощь Яблочко, заразившееся творческой лихорадкой. Оно придумало приспособить эдакий «хвост» из коры в пробку Нана. И теперь при продвижении «острой» стороной (чему противился Нан по началу) туннель за ним обваливался, поскольку этот самый хвост рыхлил уплотненный снег и ледяную крошку, и таким образом понижал шансы на обнаружение. Это, конечно, был не вольный полет вильметт – но хоть что-то. А если не забывать периодически помогать обрушению собственными лозами – так вообще сказка.
По общему решению, «броню» было принято хранить отдельно от луковиц – в складской пещере. Как таковых готовых тоннелей к луковицам не было – вильметт «ныряли» в снеголед в одной пещере и «выныривали» в другую. Но хотя бы так. В будущем планировали перенести демаскирующую броню еще дальше.
Припасы собраны, прототип брони сделан. Осталось опробовать его в настоящем бою, и желательно с таким противником, который не может дать сдачи. А потом можно замахнуться на кого-нибудь посерьезнее. Было решено проводить апробацию в двух ступенях. Сначала на знакомых всем ледоибах. Нан должен был выстоять с ними в ближнем бою, не скрываясь за толщей снега. Потом – отправиться к Горе и, выманить-убить кого-нибудь близ Оазиса. Яблочко на подстраховке.
А потом – если выгорит – им предстояла работа над ошибками, набор ледомассы за счет ограбления всего, что содержит оную и разработка плана «решения вопроса с ингнанами».