Птицы весело чирикали за окном, наполняя воздух весенним настроением. Нежное, но яркое солнце — ещё не набравшее летней силы — заглядывало в класс кадетской школы «Лунник». В помещении царила напряжённая атмосфера: выпускники тянули билеты по географии.
У стола стояла ученица, нервно сжимая в руках вытянутый билет. Учительница, спокойная и собранная, мягко спросила:
— Давай, какой первый вопрос?
Девушка чуть вздрогнула и произнесла:
— Как географически устроена Стрелиция и её столица — Калатея?
Она глубоко вздохнула и начала отвечать:
— Стрелиция — это самое северное островное королевство. Столица расположена неподалёку от морского порта и разделена на две части рекой, которая впадает в море. Также в столице есть подземная часть, в которую можно попасть, используя алхимический круг, находящийся на главной площади.
Очки учительницы блеснули в солнечном свете.
— Молодец. А второй вопрос?
Ученица замялась, потом тихо проговорила:
— Покажите примерное расположение барьера, что ограждает большую часть королевства, и расскажите, как он устроен.
Учительница слегка разочарованно выдохнула:
— Мы же недавно это обсуждали.
На задних партах тем временем разворачивалась своя драма. Леннон — парень с тёмно‑коричневыми, небрежно уложенными волосами, светлой кожей, усыпанной веснушками, и яркими янтарными глазами — наклонился к соседке. Воротник его формы топорщился, придавая облику чуть взъерошенный вид.
Прикрыв рот рукой, он шёпотом бросил:
— Хах, всю жизнь тут живёт, а про барьер ответить не может.
Его соседка, Лиян — полуэльфийка с чёрными волосами, бледной кожей и красными глазами — скептически посмотрела на него. Под правым глазом девушки виднелась небольшая красная отметина, похожая на каплю.
Вздохнув, она тихо ответила:
— Ты‑то сам ответишь?
Леннон фыркнул:
— Это я‑то не отвечу?! Пф, у меня ответ от зубов отскакивать будет.
Лиян приподняла бровь и усмехнулась:
— У тебя‑то?
В этот момент учительница, уловив шум с последних парт, резко окликнула:
— Леннон! Опять разговариваешь на уроке?
Раздражённо выдохнув, она строго добавила:
— Твоя одноклассница всё же справилась с вопросом о барьере. Теперь давай послушаем тебя. Ты явно ничего не слышал из‑за своей болтовни.
Леннон вздрогнул, но, смирившись, начал мямлить:
— Ну… внутрь барьера может войти тот, кто был рождён на территории королевства или прожил на ней хотя бы… эммм…
Он провёл рукой по волосам, пытаясь собраться с мыслями. В голове — пустота. Косой взгляд в сторону Лиян — в надежде на подсказку — не остался незамеченным: учительница строго посмотрела на девушку, давая понять, чтобы она не вмешивалась.
Лиян нервно отвернулась и тихо пробормотала:
— П‑прости…
После небольшой паузы учительница сама дополнила ответ:
— Тот, кто прожил на территории королевства хотя бы 20 лет или более, и тот, кто имеет временный пропуск. Кроме того, через барьер свободно проходят животные. Хорошо, ответь ещё на один вопрос: как барьер определяет, кого можно пропустить?
Леннон оживился:
— О, это просто! После того как в реестр населения вносят новых людей, данные передают либо королю, либо богу. Только они могут внести изменения в шифр алхимически‑магического барьера.
Учительница наконец улыбнулась:
— Верно. А почему только они могут это сделать?
Леннон уверенно продолжил:
— Потому что только они знают, как это сделать. Если попытается кто‑то другой, барьер отвергнет незнакомую ману. А как именно барьер распознаёт ману — это тайна для простых смертных.
Учительница разрешила Леннону сесть и продолжила вызывать учеников. Вскоре урок закончился, и класс отправился на тренировочный плац.
На плацу стоял гул: деревянные мечи стучали друг о друга, ученики резко выдыхали, а учитель то и дело указывал на ошибки или хвалил за удачные удары. После спарринга Леннон и Лиян присели на лавку, ожидая следующего задания. Лиян заметила, что Леннон явно взволнован, и наклонилась ближе, чтобы её было лучше слышно.
— Леннон?
Тот вздрогнул:
— Чего тебе?
Лиян кивнула на его ногу, которую он нервно тряс:
— У тебя что‑то случилось? Неужели так переживаешь из‑за того, что тебя отругали? Я думала, ты уже привык.
Леннон недовольно фыркнул:
— Тебе бы только подшучивать надо мной. — Он помолчал, потом выдохнул. — Ты ведь слышала, что моя мама — фрейлина королевы. А королева в последнее время ведёт себя странно.
Лиян задумалась, вспоминая последние слухи:
— Конечно, слышала. Я могла поехать в королевство «Мирт» с семьёй, но королева через слугу вдруг выдала моему отцу три билета, также просила передать: «Ваша старшая дочь должна ехать со школой, вот только три билета». С одной стороны, хорошо, что они бесплатные, но даты отъезда слишком разные. Мои уехали неделю назад, а мы отправимся только после того, как выберут кого‑то из младших классов за хорошую учёбу — это ещё две недели! И из‑за этого билеты нельзя сдать.
Леннон подхватил:
— Точно! Мы с мамой уже всё распланировали — как проведём время там. А теперь королева уезжает, забрав с собой только одну фрейлину. И этой фрейлиной оказалась моя мама!
Лиян удивлённо посмотрела на него:
— Т‑тише-тише. Нас не только за шум накажут, но и за то, что мы плохо говорим о королеве.
Леннон скрестил руки:
— Хм! Ладно…
После тренировки ребята отправились в столовую. Там царил весёлый хаос: школьники смеялись, оживлённо обсуждали что‑то, столовые приборы стучали о тарелки. Лиян и Леннон заняли привычный столик в углу — обычно он пустовал. Вскоре к ним присоединился Реми — миловидный парень в опрятной форме, с тёмными волосами, карими глазами и бледной кожей.
Леннон, заметив его, вскочил:
— О! Реми, иди сюда!
Реми, взяв еду, поспешил к друзьям. Усевшись рядом с Ленноном, они заговорили о предстоящей поездке на межшкольные соревнования в королевство «Мирт».
Через некоторое время к их столу подбежала Маффет — радостная девушка из другой школы. Её розовые, слегка вьющиеся короткие волосы обрамляли лицо, верхние пуговицы рубашки были не застёгнуты, а глаза сияли, словно солнце. Лиян встала, чтобы обнять подругу. Леннон и Реми тоже тепло поприветствовали Маффет.
Вдруг Леннон вспомнил слова матери:
— Я тут вспомнил, что мама говорила мне перед отъездом.
Маффет заинтересовалась:
— И что же? Сплетня или что‑то, что она случайно заметила как фрейлина?
Леннон ответил:
— Она сказала, что королева последние письма, что получала лично, прячет.
Лиян махнула рукой:
— Об этом уже давно слухи ходят.
Маффет кивнула с разочарованием:
— Да, это старый слух.
Леннон покачал головой:
— Нет, раньше она относилась к этому спокойнее. А в последний раз, когда мама зашла в её комнату, королева аж вскочила.
Маффет отпила чаю:
— Интересно, что же ей написал этот неизвестный.
Поговорив ещё немного на эту тему, ребята сменили предмет беседы. Вскоре они дошли до ворот школы и тепло попрощались.
И вот настал новый день.
Утреннее солнце неторопливо разливало по городу золотистый свет. Лучи скользили по оконным стёклам, зажигая на них короткие вспышки. Улицы ещё пустовали — ни шумных торговцев, ни спешащих ремесленников. Только Лиян брела вдоль главной дороги, сонно потирая глаза и ёжась от утренней свежести.
— Ух, ну зачем Фидель позвал меня в храм на рассвете? — пробормотала она, вздыхая. — Мог бы и попозже…
Храм встретил её тяжёлой резной дверью, которая поддалась не сразу — пришлось налечь всем телом. Внутри царила благословенная тишина. Лишь кое‑где мелькали фигуры служителей, неспешно приступавших к своим обязанностям. Ночная служба давно завершилась, а утренняя ещё не началась. Где‑то вдали мерно тикали старинные часы, отсчитывая секунды до колокольного звона.
К Лиян подошёл невысокий служка. В круглых очках поблескивали внимательные глаза, а на лице играла доброжелательная улыбка.
— Извините, его высокопреосвященство просил провести вас к нему, — произнёс он мягким, чуть приглушённым голосом.
Лиян кивнула. Служка молча повёл её по извилистым коридорам. Стены, украшенные древними фресками, словно наблюдали за ними, а тусклый свет лампадок рисовал на каменном полу причудливые тени.
Фидель ожидал в небольшом кабинете, залитом солнечным светом. Это был мужчина внушительного вида: тёмно‑коричневые волосы собраны в небрежный низкий пучок, несколько непослушных прядей падали на лицо. Его глаза — глубокие, почти чёрные — смотрели проницательно, но без строгости. Одеяние простое, без вычурных украшений: лишь тонкий серебряный знак покровительства бога смерти на груди напоминал о высоком сане.
Заметив Лиян, он тепло улыбнулся и жестом пригласил её к столу, на котором уже дымилась чашка ароматного чая.
Лиян опустилась на стул и сделала небольшой глоток. Тёплый мятный аромат прогнал остатки сонливости, оставив приятное тепло в груди.
Фидель слегка наклонился вперёд, внимательно разглядывая её. Взгляд задержался на красноватой отметине под глазом похожую на красную каплю.
— Как продвигается практика с белой и чёрной энергией? — спросил он, слегка приподняв бровь. — Судя по этой отметине, твой отец не ограничивается одной лишь практикой с энергией. Значит, дела идут неплохо?
Лиян поставила чашку, слегка звякнув о блюдце. На её лице мелькнула виноватая улыбка.
— По словам папы — да. За эти несколько лет я уже успела понять, как работать на практике с энергией, хоть пока выходит и не очень. Что уж говорить про технику теней. Там надо смешать чёрную энергию с магией. Это оказалось сложнее, чем думала.
Фидель приподнял бровь:
— Да? Я думал, тень получить не так просто. Если я, конечно, верно понимаю, что эта красная капля у тебя — след от техники теней.
Лиян облокотилась на руку, задумчиво проведя пальцем по краю чашки.
— Вы правы. Эта отметина — результат техники, и она показывает количество теней, что уже получил человек. Тень появляется, когда испытываешь сильную эмоцию: она словно отпечатывается на ней. И получить тень можно даже на первых этапах обучения — достаточно хоть немного овладеть техникой.
Фидель замолчал на мгновение, а потом его лицо озарилось пониманием:
— А, так ты просто сильно обрадовалась, когда у тебя впервые что‑то получилось?
Лиян смущённо отвела взгляд, и на её щеках проступил лёгкий румянец.
— Кх! Мне кажется, вы позвали меня не для того, чтобы подшучивать?
Улыбка Фиделя тут же погасла. Он выпрямился в кресле, и в его тёмных глазах мелькнула тревога.
— Ты наверняка знаешь, что королева неожиданно начала выдавать путёвки. Паладинов, которые не в отпуске, она отправляет в самые отдалённые деревни. Говорит, что мы слишком редко туда заглядываем. Она права, но у нас сейчас не хватает лекарей для столь долгих походов. А она не отступает. Я полубог смерти, а не бог, — я обязан подчиняться.
Лиян напряглась, вглядываясь в его лицо.
— Я не понимаю, к чему вы клоните.
Фидель тяжело вздохнул, словно каждое слово давалось ему с трудом.
— У меня плохое предчувствие. Ты — посол бога смерти. Если со мной что‑то случится, ты должна будешь занять моё место. Ты знаешь: тот, кто встаёт на путь становления богом смерти, теряет способность к саморегенерации. Но у тебя есть проклятие «Асфолеля» — оно заменяет её.
Лиян вскинула взгляд на Фиделя.
— Но это вы передали мне проклятие при рождении. Вы говорили, что дети должны расти без страха смерти на каждом шагу.
Фидель мягко улыбнулся.
— Верно. Я и сейчас так считаю. Когда‑то это проклятие передали и мне. Хорошо, что нашли способ передавать его дальше. Если носитель умрёт, проклятие снова начнёт блуждать по королевству и прицепится к кому‑то неизвестному.
Лиян глубоко вздохнула.
— Вы, конечно, правы, но…
Фидель посмотрел на растерянную Лиян с тёплой, чуть усталой заботой.
— Я не говорю, что тебе придётся занять моё место в ближайшее время. Я сам не хочу покидать этот мир. У меня есть жена, друзья, люди, которые мне верны. Я понимаю: ни ты, ни я не выбирали становиться богами. Ты хочешь пойти по стопам отца, но жизнь часто идёт не так, как мы планируем. Поэтому я должен предупредить тебя — на всякий случай.
Лиян молча водила пальцем по ручке чашки, будто пытаясь найти в её изгибах ответ. Наконец она подняла глаза.
— Вы правы, но с этим сложно просто взять и смириться.
Они ещё немного поговорили, затем Лиян взяла сумку, попрощалась с Фиделем и направилась в школу.
В классе она опустилась на своё место и уставилась в окно. Мысли крутились в голове, словно листья в осеннем вихре. Нервно подрагивающая нога отбивала незримый ритм.
Её размышления прервал Леннон. Он вошёл в класс, сел за парту и, заметив отрешённый взгляд Лиян, окликнул её:
— Хэй, привет! Чего это ты в облаках витаешь? На тебя это совсем не похоже.
Лиян вздрогнула, будто её выдернули из глубокого сна.
— А, привет, Леннон. Фидель позвал меня утром в храм. Я ожидала чего угодно, но не того, что услышала.
Леннон склонил голову, внимательно глядя на неё.
— И что же он тебе сказал?
Лиян вкратце пересказала ему разговор с Фиделем.
Леннон широко распахнул глаза.
— М‑да, такое не хочется слышать с утра.
В этот момент в класс вошёл учитель.
— Сегодня будет сокращённый день, — объявил он. — После уроков всех ждут в актовом зале.
Солнце стояло в зените, и птицы сновали в небе, словно спеша по важным делам. Ученики не спеша направлялись в актовый зал. Рассевшись по местам, они обратили взгляды на сцену, где уже стоял директор.
— В связи с тем, что большая часть наших сил сейчас не в столице, школе не хватает людей для подготовки к отъезду на соревнования в королевство «Мирт», — начал он. — Мы просим старшеклассников помочь. Средние классы тоже могут присоединиться — всё добровольно. Школа будет вам очень признательна, и мы сможем уехать без задержек. Итак, поднимите руки, кто готов помочь?
Почти все ученики подняли руки. Среди них были Лиян, Леннон и их друзья.
Директор, увидев такой отклик, едва не растрогался.
— Спасибо вам огромное! — горячо поблагодарил он.
После этого ученики разошлись: кто‑то отправился гулять, кто‑то пошёл домой, а кто‑то — на секции.