Подчинённые того мужчины отвели их в просторное помещение и оставили ждать — непонятно чего и непонятно зачем.
По пути ребята успели разглядеть коридоры и комнаты: всё вокруг было уныло‑серым, а свет — мертвенно‑белым. Ни намёка на тепло или уют. К тому же большая часть этажей находилась под землёй, так что невозможно было понять, сколько времени прошло: может, несколько минут, а может, почти час.
В помещении царил пронизывающий холод. Люди сидели, боясь пошевелиться, и от этого тишина становилась ещё гнетущей. Незнакомые друг с другом прижимались ближе в отчаянной попытке согреться. У всех была одна цель — выжить.
Когда страх немного отступил, на первый план вышли голод и жажда. В голове всё чаще всплывала одна и та же мысль: «Домой. К родным».
Вдруг дверь скрипнула.
В проёме появился тот самый мужчина в плаще. Теперь он был в другом наряде: медицинский халат поверх серого свитера, клетчатый шерстяной жилет и простые чёрные прямые брюки. Смуглая кожа, тёмные глаза и волосы. Но внешность его вряд ли можно было назвать располагающей: выпирающий живот, глубокие морщины и тяжёлый, неприятный взгляд, который скользил по толпе, будто смаковал их страх.
Он улыбнулся — и в этой улыбке не было ни капли тепла.
— Ну, здравствуйте. У вас, наверно, много вопросов. Но отвечу я только на один: для чего вы здесь. А для того, чтобы быть моей бесплатной рабочей силой.
Толпа замерла. Никто не знал, как реагировать.
Мужчина продолжал, явно наслаждаясь всеобщим ужасом:
— Вы наверняка знаете, что услуги наёмников, грузчиков и других рабочих — а особенно при лаборатории — весьма дороги. На это всё попросту денег не наберёшься.
Его голос звучал с едкой, насмешливой интонацией. Люди молчали, впитывая каждое слово.
Внезапно он резко вдохнул, будто только что вспомнил нечто важное:
— А, совсем забыл. Можете обращаться ко мне как «господин Порфирий» или просто «господин». На этом я, пожалуй, закончу. — Он махнул рукой работникам, стоявшим позади. Те шагнули вперёд с коробками в руках. — Но перед тем, как я уйду, надо доделать одну вещь.
Работники молча раздали листки с цифрами и вернулись на свои места.
Порфирий медленно обвёл взглядом толпу. Его глаза словно прожигали каждого.
— На листках вы видите число. Теперь оно будет вместо имён. И не дай бог я узнаю, что вы представляетесь своим именем кому‑то. Поверьте, вам лучше не знать последствий. Ведь я дал вам номера не просто так.
С этими словами он развернулся и вышел, уведя за собой работников.
Лиян, Маффет и Леннон придвинулись друг к другу, словно ища опоры.
Лиян первой протянула свой листок:
— Мой номер — шестьдесят девять. А у вас?
Маффет взглянула на свою бумажку:
— Мой — семьдесят один.
Леннон, не глядя, сунул листок в карман:
— А мой — пятьдесят девять.
В королевстве Мирт нарастала тревога.
Солдаты и родители многих выпускников уехали сюда раньше срока — и теперь все с беспокойством ждали прибытия корабля со школьниками. По расписанию он должен был причалить уже несколько дней назад. Но ни одного судна из Стрелиции так и не появилось — ни торгового, ни туристического. Даже писем не было.
Соревнования пришлось отложить. Король Мирта, не в силах больше терпеть неизвестность, отправил небольшой отряд — выяснить, что случилось.
Дни тянулись в томительном ожидании. В сердцах людей прорастала тревога, словно колючий сорняк: а если что‑то пошло не так? А если…
И вот долгожданный корабль наконец вошёл в порт.
Отряд сошёл на берег и тут же оседлал подготовленных лошадей. Всадники помчались к королевскому дворцу — лица у всех были напряжённые, взгляды тревожные. Это лишь усилило дурное предчувствие.
Вскоре в официальной королевской газете появилась леденящая душу статья:
«Королевство Стрелиция разрушено».
Новость обрушилась, как удар молота. Родители не знали, где их дети. Работники в один миг остались без средств к существованию. Другие королевства потеряли надёжного торгового партнёра — того, кто поставлял магические камни, редкую руду и оружие непревзойдённого качества.
В различных королевствах началась суматоха. Где теперь брать материалы, которые доставляла только Стрелиция? Как восполнить потерю?
Но Император быстро взял ситуацию в свои руки. Его указ успокоил многих:
> «Согласно закону. До тех пор, пока не будут найдены доказательства гибели правителя и наследника, всё, чем торговало королевство, переходит под временное управление Империи. Это необходимо, чтобы избежать серьёзных последствий. Кроме того, я готов предоставить опытных следопытов для поиска пропавших».
Заявление возымело эффект.
Для тех, кто потерял работу, нашлись альтернативы: работодатели из соседних земель предлагали места с аналогичными зарплатами и условиями. Люди начали медленно, с трудом, но всё же пытаться вернуться к жизни — цепляясь за хрупкую надежду, что всё ещё может наладиться.
А в воздухе, между строк газет и шёпота горожан, висел один невысказанный вопрос:
«Что же на самом деле случилось в Стрелиции?»
В комнате, мягко озаряемой белым пламенем свечей, сидел Порфирий. Тени дрожали на стенах, выхватывая из полумрака его резкие черты. Он перебирал бумаги — методично — когда раздался стук в дверь.
Порфирий лишь мельком глянул на створку:
— Входи.
Дверь приоткрылась, и в проём скользнул Роберт. Худощавый, с тонкими чертами лица, он выглядел почти юным: чёрные волосы аккуратно зачёсаны, зелёные глаза, кожа — бледная, будто никогда не знала солнца. На нём — безупречно выглаженная рубашка, застёгнутая доверху, и белый врачебный халат, слегка великоватый, но тщательно отутюженный. Он шагнул внутрь, стараясь не шуметь, и остановился у порога, словно боясь нарушить невидимую границу.
Роберт протянул письмо — руки чуть дрожали:
— Вот, держите. Вы говорили, чтобы я приносил вам письма с подобным содержанием.
Порфирий рывком выдернул лист из его пальцев. Его глаза забегали по строчкам. Через мгновение на лице расцвела ухмылка. Он откинулся на спинку кресла, скрестил пальцы.
— Хм, а это неплохое предложение… — Пробормотал, потом он отвёл взгляд, погружаясь в раздумья. — «Так, скоро сюда, по идее, приплывут имперские корабли — проверять состояние шахт. Значит, времени немного.»
Он резко протянул письмо обратно:
— Отправь им соглашение. И сразу после отправки начни подготовку корабля. Выбери из недавно приведённых человек двадцать.
Роберт молча склонил голову, развернулся и вышел. Его шаги затихли в коридоре, а Порфирий снова уставился на бумаги. В глазах его горел холодный, расчётливый огонь.