Новогодние праздники оказались для «Дома блаженств» настоящей золотой жилой. Арума, подсчитывая выручку, не мог сдержать широкой улыбки — впервые за долгие месяцы он смог закрыть большую часть долгов. Вдохновлённый успехом, он нанял опытных мастеров для продолжения реставрации.
Весна вступала в свои права. На деревьях лопались почки, выпуская нежные зелёные листочки. Утренние лучи солнца, теперь встававшего гораздо раньше, играли в каплях росы на траве, которая с каждым днём становилась всё сочнее и ярче. В кронах деревьев щебетали птицы, суетясь вокруг строящихся гнёзд.
Во дворе кипела работа: строители трудились не покладая рук, а работники «Дома» охотно помогали — кто подносил материалы, кто расчищал территорию. Воздух наполнялся запахом свежей древесины, цветущих кустарников и горячего чая, который разносили между рабочими.
Лиян, Девяносто пятый и Маффет как раз закончили уборку — принесли последнюю партию грязной посуды из гостевых комнат. Перекинувшись парой слов о выполненных делах, они направились на задний двор, где должен был ждать Леннон.
Едва они появились, Леннон тут же подлетел к Лиян, глаза горят, в руках — тяжёлая коробка.
— Я только принёс последнюю партию незакалённых мечей для спаррингов — и вдруг понял: мы тут уже почти год, а ни разу толком не потренировались!
Лиян задумчиво наклонила голову:
— Хмм, ты прав. Но ты уверен, что нам разрешат устроить спарринг? Да ещё и на только что привезённых мечах?
Маффет, до этого молчавшая, вдруг оживилась:
— О, я могу сбегать спросить! Хочу снова увидеть ваш спарринг.
Леннон и Лиян кивнули. Маффет тут же сорвалась с места, оставив друзей расставлять снаряжение. Даже если спарринг не разрешат, работу всё равно нужно было закончить.
Когда последние мечи заняли своё место в стойке, к ним подошёл Девяносто пятый. Он переминался с ноги на ногу, глядя то на мечи, то на своих товарищей.
— Эм… А вы правда умеете обращаться с мечом?
Леннон вскинул брови:
— Ой, я тебе разве не говорил, что мы закончили кадетскую школу?
Лиян мягко поправила:
— Почти закончили. Дипломы мы так и не получили.
Леннон бросил на неё недовольный взгляд:
— Ой, это мелочи. Мы бы их получили после соревнований. Так что можно сказать — закончили.
Лиян лишь пожала плечами:
— Ну да, полагаю, ты прав.
Глаза Девяносто пятого загорелись ещё ярче. Он подался вперёд, едва не подпрыгивая от любопытства:
— О‑о‑о, так вы не только с мечом управляетесь, но и магию используете? А какие у вас стихии?
В этот момент на заднем дворе появились Маффет и Арума. Маффет сияла — видно было, что она добилась своего. Арума же, как всегда, выглядел сдержанно, но в уголках его глаз пряталась улыбка.
Арума мягко улыбнулся, глядя на воодушевлённые лица ребят:
— Я не против вашего спарринга, но только под моим присмотром. «Они же дети… Что они могут сделать? А так мы ещё и привлечём внимание — покажем, что в спарринге может участвовать любой, независимо от опыта».
В груди Леннона и Лиян вспыхнул давно забытый огонь. Тот самый трепет перед боем, от которого сердце бьётся чаще, а в ладонях покалывает от нетерпения. Они взяли мечи, вышли на расчищенный участок заднего двора и поклонились друг другу — коротко, но с искренним уважением.
Арума занял место судьи. Его голос прозвучал чётко и громко:
— Готовы?
Оба кивнули, не говоря ни слова.
— Тогда… Начали!
Лиян усмехнулась, глаза блеснули:
— Ну, щас ты у меня получишь за все шуточки из‑за клиента.
Леннон на миг растерялся:
— Э, подожди…
И тут же едва успел блокировать первый выпад Лиян. Лязг металла разорвал тишину.
— Т‑так нечестно! — выдохнул он, отступая на шаг.
Но времени на споры не было. Удар следовал за ударом, шаги — за шагами. Мечи сверкали в лучах солнца, а звон стали разносился по всему двору, привлекая внимание.
Арума наблюдал за поединком с откровенным изумлением:
— «Это чо такое? Как? Они же дети! Почему дерутся так, будто всю уже держали меч в руках? Это что за дети?»
Тут он заметил, как вокруг арены начинает собираться толпа. Среди любопытных лиц он увидел Аи — она протиснулась вперёд, пытаясь понять, что привлекло столько народу.
Арума мгновенно сориентировался. Кивнул Аи, и та, поняв без слов, начала обходить зрителей, собирая ставки.
Через несколько минут вокруг импровизированной арены толпились гости и работники «Дома блаженств». Кто‑то выкрикивал советы, кто‑то азартно делал ставки:
— Шестьдесят девятая! Давай справа!
— Пятьдесят девятый, не подведи — я на тебя всю зарплату поставил!
— Надо слева! Куда бьёшь?!
Лиян, отбив очередной удар, усмехнулась:
— Какой там у нас счёт?
Леннон, замахнувшись, ответил:
— Слышала? На меня всю зарплату человек поставил. Так что я не могу проиграть.
Лиян ловко отпрыгнула:
— Ну, это его проблемы.
Бой шёл с переменным успехом. Противники были равны: Лиян — быстрая и точная, Леннон — напористый и изобретательный. Но усталость давала о себе знать — десять спаррингов подряд после долгого перерыва оказались серьёзным испытанием.
Не заметив, как приблизились к краю арены, Лиян случайно шагнула за черту.
Аи громко объявила:
— Счёт — пять‑пять!
Толпа замерла в ожидании последнего, решающего поединка. Лиян и Леннон стояли, тяжело дыша, но глаза их горели. Они понимали: даже если скажут, что больше не могут, толпа не отпустит — все ждут развязки.
Солнце клонилось к закату, окрашивая двор в золотистые тона. Воздух дрожал от напряжения — начался финальный поединок.
Капли пота падали на утрамбованную землю, блестели на лицах бойцов. Их тяжёлое, переливчатое дыхание то и дело прерывалось звонким лязгом мечей. Толпа замерла — ни шепота, ни вздоха, только этот ритмичный металлический перестук.
Несколько минут отчаянной схватки — и вдруг лезвие Леннона застыло в волоске от лица Лиян. Она замерла, потом медленно склонила голову набок: знак сдачи.
В тот же миг тишина взорвалась: яростные вопли проигравших и ликующие крики победителей слились в оглушительный гомон.
Лиян невольно прикрыла уши:
— Боже, какие громкие…
Леннон пожал плечами, убирая меч:
— Ну, какие есть. Пошли лучше отсюда, а то ещё заставят раунд проводить.
Они нырнули в тихий уголок за складом, где их уже поджидали друзья.
Маффет первой бросилась к ним, протягивая свежие полотенца:
— Если честно, я думала, вы немного форму растеряли. А вы так здорово сражались!
Леннон отмахнулся, вытирая пот со лба:
— Это со стороны так выглядит. А вот если бы тут был наш тренер…
Лиян скривилась, отводя взгляд:
— Ага. Я прямо слышу его: «Почему просто сдалась?! Меч у тебя не выбили. Надо было руку выпрямить, слегка развернуться — и контратака!» Да и мы же не держали в руках меч почти год. Так ещё и не подходящий нам по росту. Это такое непривычное ощущение…
Леннон кивнул, поправляя пояс:
— Согласен. Только начали нормально управляться с мечом — а усталость уже давит.
Девяносто пятый, сияя, всплеснул руками:
— Не знаю, чем вы недовольны! Я вот абсолютно всем доволен!
Его восторг вызвал улыбки у остальных.
На следующий день, когда Лиян и Леннон вышли размять ужасно болевшие мышцы на рассвете, во двор ворвался Арума. Глаза горят, шаги широкие — видно, что не сможет сдержать восторга.
— Почему вы мне не сказали, что так умеете?! Вы же настоящие бойцы! Почему молчали?
Он остановился перед ними, уперев руки в бока, и требовательно посмотрел на каждого:
— Я хочу знать всё. Немедленно!
Друзья лишь переглянулись, понимая, какой длительный допрос их ждёт. А ведь им ещё надо отвечать так, чтобы это не вызвало подозрения у людей Порфирия.