53
Глядя на заходящегося от смеха мужчину, Е Чжу вдруг почувствовала, как её накрывает волна усталости. Его сияющие даже в темноте багровые глаза скрылись за прикрытыми веками.
«Раз тебе весело, ну и ладно...»
— Больше не раньтесь… — пробормотала Е Чжу с опустошённым видом. — И не приходите весь испачканный в крови.
— Пока ты тут буйствовала своими ватными кулачками, рана уже полностью зажила.
Пытаясь показать, что всё в порядке, Рам приподнялся на локте, но Е Чжу тут же нахмурилась и остановила его:
— Дело вообще не в этом! Когда я вижу на вас кровь, у меня просто всё в голове отключается!
Она слезла с его живота и с мрачным видом села рядом. Под их тяжестью старые пружины храмовой кровати жалобно скрипнули. Она опустила голову, избегая его взгляда, и заговорила подавленным голосом:
— Я понятия не имею, что делать, когда вы ранены. В этот момент чувствую себя абсолютно беспомощной… Мне хочется просто взять и убить себя.
— Е Чжу.
Рам бережно привлёк её к себе. Однако она, словно обиженный ребёнок, так и осталась сидеть, низко опустив голову. Видимо, сказывались кошмары, преследовавшие её каждую ночь с тех пор, как она попала в храм. Те самые, которые при пробуждении таяли, словно дым, и оставляли после себя смазанные жуткие алые следы. Ничего другого она не помнила.
Внезапно в голове всплыл образ окровавленных одежд вождя, увиденных ею перед тем, как она поднялась в комнату. Сердце снова сжалось от страха. Е Чжу резко вскинула взгляд на Рама и воскликнула:
— Это вождь племени глаз сделал, да? Скажите, это ведь он?!
Но он лишь едва заметно улыбался и молчал. Не дождавшись ответа, Е Чжу сделала собственный вывод и в бешенстве стала клясть вождя:
— Ах ты, старый пердун! Прибить его мало!
«Я непременно обеспечу ему самую мучительную смерть на свете!»
Она кипела от жажды мести, но из-за того, что Рам никак не реагировал, быстро остыла. Он просто сидел и смотрел на неё, ни капли не разделяя её гнева. От этого ей стало невыносимо больно.
Она осторожно погладила его по щеке и, плача, прошептала:
— Почему вы даже не уклонились? Как дурак…
— Меня хоть тысячу раз мечом проткни, я не умру.
— Опять! Опять вы за своё! Я же просила…
Увидев, что она снова заводится, Рам крепко обнял её и сменил тему:
— Лицо немного осунулось, но в остальном ты, похоже, в порядке. А вообще... пора нам возвращаться в лес. Я пришёл за тобой.
Е Чжу подняла голову и пристально посмотрела ему в лицо. Она твёрдо верила, что он придёт за ней. И рассчитывала до его появления любыми способами найти Брэдена, чтобы потом уйти из этого мрачного храма не оглядываясь. Ей до безумия хотелось ответить ему, что она уйдёт с ним прямо сейчас, но она, как последняя дура, не смогла произнести это вслух.
— Младший брат Ализарин… — тихо сказала Е Чжу, низко опустив голову. — Младший брат Ализарин находится в руках вождя племени глаз.
— Ализарин? Это ещё кто?
— Ну, та синяя бабочка, с которой мы были на горячих источниках...
— Хм, — хмыкнул Рам, будто вспоминал.
Е Чжу, нервно покусывая губы, заговорила так, словно признавалась в грехе:
— Я хотела найти его до вашего прихода... Нет, даже если бы вы не пришли, я собиралась забрать его и сбежать… Я обыскала храм вдоль и поперёк, но так и не смогла его найти.
— Этот человек так важен для тебя? — спросил Рам.
Важнее ли Ализарин и её брат, чем он сам? Если расставлять приоритеты, для неё не было ничего важнее Рама. Разве ради него она не отказалась даже от своего прошлого?
— Ализарин погибла, помогая мне сбежать.
Но если теперь она проигнорирует человека, погибшего из-за неё, то лишится даже возможности оправдываться тем, что просто не могла вернуться в прошлое.
Е Чжу с трудом разомкнула губы:
— Я пообещала, что спасу её младшего брата…
Вообще-то, она тогда сгоряча пообещала спасти всех пойманных детей племени глаз. Теперь это казалось пустой, неисполнимой клятвой. Её лицо резко помрачнело.
— Я не могу бросить ребёнка и уйти.
Точнее, она не могла бросить одного лишь Брэдена. Но, столкнувшись с пронзительным багровым взглядом, она не осмелилась произнести это вслух. Ведь, если подумать, дело было не только в этом мальчике. Как бы она ни пыталась держаться в стороне, как бы ни старалась не увязать в чужих проблемах, в самом её сердце уже застряли занозой Бенни и Лиз.
— Фух… — тихо вздохнул Рам и медленно прикрыл веки.
«Разозлился?»
Е Чжу с замиранием сердца следила за его реакцией. Спустя мгновение он снова открыл глаза и посмотрел на неё.
— Единственное живые души, которые я ощущаю в здесь - это тот человеческий ребёнок, что был с тобой, и его кровный родственник.
— Что? Ч-что… Тогда остальные дети?
— Если им не ввели странное снадобье, что создали люди из племени ног, то они, должно быть, мертвы.
Возможно, они находились в состоянии, практически неотличимом от смерти, но Рам не стал озвучивать это. Ему не хотелось давать ей ложную надежду. Но ещё больше им двигало эгоистичное желание, чтобы она просто бросила всё и осталась с ним. Однако от его слов её лицо исказилось так, будто она была готова разрыдаться в любой момент. Рам почувствовал, как на сердце стало тяжело. Увидев, как её только что просохшие глаза снова наполняются слезами, он протянул руку и ласково коснулся её щеки.
— Может, просто снести всё к чертям? Если я уничтожу всё, что мучает тебя, и сотру Южный континент с лица земли... тогда, может, ты больше не будешь плакать передо мной и станешь только улыбаться?
— Ч-что... Что вы такое говорите?
— Хоть я и потратил немало энергии на восстановление Восточного континента, но если ещё немного поднапрягусь, мне это вполне под силу.
Будто он готов был исполнить угрозу прямо сейчас, по одному её слову, его багровые глаза яростно вспыхнули. Её лицо побелело от ужаса. В панике она принялась отчаянно мотать головой:
— Не надо! Так нельзя!
— Почему?
— А-а как же те дети, которых изгнали ни за что ни про что?!
— Из малых детей мне вполне достаточно одной тебя, — решительно отрезал Рам. — Лучше скажи, ты вообще в курсе, что сейчас творится на Восточном континенте?
— На Восточном континенте?
Все новости оттуда, которые она слышала после прибытия на Юг, ограничивались отрывочными сведениями от Джании. О том, как всё рухнуло в один миг, как погибло бесчисленное количество людей. Вспомнив, как Джания обвиняла во всём именно её, Е Чжу невольно прикусила язык и растерянно уставилась на Рама.
— На Восточном континенте сейчас идёт война. Будь то дети или старики, каждый день гибнут сотни людей.
— В-война? Между новыми и обычными людьми в деревне?
— Нет. Между новым человечеством и народом времени.
Глаза Е Чжу округлились от шока. Она отчётливо помнила, как новые люди восстали, не выдержав произвола обычных людей. Но почему вдруг ни с того ни с сего началась война с народом времени?
Рам тут же развеял её сомнения:
— Когда Восточный континент рухнул, большинство обычных людей, живших в деревнях, погибли.
— Ч-что вы сказали? Э-это из-за меня, да?
Её глаза расширились до предела, а сердце пропустило удар. Даже без Джании она не раз слышала предупреждения от Рама о том, что если она сбежит, он уничтожит весь континент. В глубине души она понимала, что это не пустые угрозы и что он вполне способен воплотить свои слова в жизнь. И всё же тогда, поддавшись сиюминутному порыву, она сбежала, совсем не думая о последствиях. Её беспечность снова принесла смерть.
Губы девушки задрожали.
— Тогда... тогда, когда я переступила через дверь, ведущую на Восточный континент, ваша… ваша рука...
— Даже без этого человечество всё равно скоро вымрет, — произнёс Рам странным безучастным голосом, словно зачитывая приговор по уже решенному будущему. — Племя рук вырождается, потому что у них не появляются дети, да к тому же недавно пропала почти половина их земель. Ты ведь помнишь? Когда в ледяной пещере ты порезала себе запястье.
Е Чжу резко и судорожно вздохнула. В двери, открывшейся в пещере, отчётливо виднелся застывший во времени город, где жило племя рук. Она вспомнила, как порезала запястье, чтобы высвободить силу ради Рама. А после этого из его правого плеча хлынула струя крови...
Не давая ей времени опомниться, Ра продолжал давить на неё:
— Племя ног потеряло вождя и теперь отправляет в бой всех без разбора, от мала до велика. У племени глаз дела обстоят чуть лучше, но чтобы сосредоточить всю энергию вокруг вождя и старейшин, они избавляются от каждого новорождённого. Зато новые люди с огромной скоростью плодятся на заново восстановленном Восточном континенте. Их я могу создавать сколько угодно. Но с обычными людьми всё иначе. Если хочешь хоть немного отсрочить их вымирание, всё, что тебе нужно делать - не забивать голову дурными мыслями и оставаться подле меня. Так что впредь забудь о том, чтобы использовать свои способности, — Рам неожиданно сжал её плечи и процедил: — Ведь если это поможет удержать тебя, я готов уничтожать эти континенты сколько угодно раз.
Е Чжу оцепенела, не смея даже вздохнуть. В конце концов, Джания была права. Всё произошло из-за неё. Из-за того, что она сбежала от Рама, он разрушил Восточный континент, и погибло множество людей.
Дрожа так, будто вот-вот упадёт в обморок, Е Чжу произнесла:
— Я, я... Я выбрала вас.
В итоге она решила закрыть глаза на тех, кто погиб из-за неё.
— Поэтому... поэтому, даже если в человечество вымрет...
Она даже представить себе не могла мир, где не останется ни единого человека, кроме неё самой. Но, словно уговаривая саму себя, она твёрдо произнесла:
— Я не стану винить вас или бояться.
— Моя милая, — Рам погладил её по лицу. Должно быть, её слова пришлось ему по душе - его губы изогнулись в широкой улыбке.
Рам улыбался. Ей нужно радоваться, однако её оцепеневшее тело никак не расслаблялось.
— Но… даже так… я не хочу быть соучастницей гибели несчастных детей, которых вот так безжалостно выбрасывают на верную смерть. Мне хватает одних лишь мыслей о тех, кто уже погиб из-за меня…
По её щекам потекли горячие слёзы. Не понимая, что плачет, она лишь хлопала глазами, а затем с опозданием подняла руку и прикрыла лицо.
— Ах...
Она тихо застонала от тошноты к собственному лицемерию. Раньше она выжигала в своём сердце имя каждого, кто погиб из-за неё. Ведь если она вернётся в прошлое, то сможет оживить их всех, а значит, была обязана их помнить. Но теперь единственное, что ей оставалось - это изо всех сил притворяться, будто она ничего не знает и просто закрывать на всё глаза. Разрушенный Восточный континент, уничтоженный город племени рук... Если она будет запечатлевать каждого из этих людей в своём сердце, её не просто задавит чувство вины, она просто задохнётся и умрёт.
— Пусть это... пусть это лишь дешёвая жалость и влезание не в свои дела... Пусть ты будешь злиться на меня...
— Е Чжу.
Рам притянул к себе задыхающуюся и дрожащую девушку, которая сама не понимала, что говорит, и обнял. Всё это было её собственным решением. Это был мужчина, которого она выбрала после долгих и мучительных раздумий. И вот теперь, когда она находится в объятиях любимого человека, почему ей снова приходится выбирать и чем-то жертвовать?